Министерство образования и науки Российской Федерации Ярославский государственный университет им. П. Г. Демидова Кафедра социального и семейного законодательства
Н. Н. Тарусина
Проблемы судебного усмотрения по гражданским делам
Учебно-методические рекомендации
Рекомендовано Научно-методическим советом университета для студентов, обучающихся по направлению магистратуры Юриспруденция
Ярославль 2012
УДК 347
ББК Х 629.2я73 Т 22
Рекомендовано Редакционно-издательским советом университета
в качестве учебного издания. План 2011 года
Рецензент кафедра социального и семейного законодательства
Ярославского государственного университета им. П. Г. Демидова
Тарусина, Н. Н. Проблемы судебного усмотрения
Т 22 по гражданским делам: учебно-методические рекомендации / Н. Н. Тарусина; Яросл. гос. ун-т им. П. Г. Демидова. – Ярославль : ЯрГУ, 2012. – 48 с.
Учебно-методические рекомендации предназначены для студентов, обучающихся по направлению магистратуры 030900.68 Юриспруденция (дисциплина «Проблемы судебного усмотрения по гражданским делам», блок М 2), очной и очно-заочной форм обучения.
УДК 347
ББК Х 629.2я73
Ярославский государственный университет им. П. Г. Демидова, 2012
2
1. Судебное усмотрение: понятие, сущность
Для начала следует определиться с точностью терминологии: «судебное усмотрение» или «судейское усмотрение»? Единого ответа нет. Предпосылки для размышления см. в работе: Тарусина Н. Н. О судебном усмотрении: заметки семейноведа.
Висследовательских целях судебное усмотрение можно рассматривать как предусмотренную правовыми нормами твор-
ческую мотивированную деятельность суда по выбору вари-
анта решения правового вопроса – в пределах общих начал законодательства и правоприменения.
Архитектонику судебного усмотрения, с различной степенью выраженности и обязательности присутствия в каждом его проявлении, составляют: конкретизация правовых норм через толкование, субсидиарное применение правовых норм, преодоление пробелов через аналогию закона и права, разрешение коллизий, конкретизация правоотношений, а также процессуальная активность и судебное правотворчество.
Отдельного внимания заслуживает вопрос о том, чем является судебное усмотрение – правом и/или обязанностью?
Втеории права дискутируется сама возможность одновременной принадлежности субъекту (в нашем случае – суду) права
иобязанности (например, право и обязанность родителей по воспитанию ребенка). Категорическим противником допущения подобного единства является Р. Е. Гукасян. Напротив, сторонниками такой возможности (разумеется, в особенных случаях) являются Г. Ф. Шершеневич, Н. И. Матузов, В. А. Рясенцев и др.
Содной стороны, подобное допущение разрушает классическое соотношение конструкции «право – обязанность», с другой – отражает реальность общественной практики, которая не всегда укладывается в формальное «лоно» права.
Продолжим, однако, движение в пространстве дефиниции. Усмотрение «нормативировано» принципом законности судо-
производства и конкретными нормами процессуального и материального права, отражает их дух и содержание (либо, при своей ущербности, ошибочности, нарочитости и т. д., не отражает их).
3
Конституционный Суд РФ в постановлении от 25.01.2001 г. № 1-П отмечает: применяя общее правовое предписание (норму права) к конкретным обстоятельствам дела, судья дает собственное толкование этой нормы, принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения (иногда весьма значительной) и нередко оценивает обстоятельства, не имея достаточной информации (в том числе скрываемой от него); при столь большой зависимости результата от судейской дискреции дифференциация незаконных решений представляет собой трудновыполнимую задачу.
Законность судебного усмотрения институциональна, в том смысле, что охвачена элементами гражданско-процессуальной формы, ориентированной в основном на суд, являющийся обязательным и властным участником всех гражданско-процессуаль- ных правоотношений. Законность также предполагает определенный контроль по горизонтали – со стороны лиц, участвующих в деле, и по вертикали – со стороны вышестоящей судебной инстанции. Она не исключает также аналогии закона и права (трактовка принципа законности всегда сопровождалась обсуждением и этого аспекта).
В широком же смысле законность судебного усмотрения с очевидностью предполагает следование и букве, и духу закона, то есть общим принципам права и специальным принципам гражданского судопроизводства – гуманизма, справедливости, равенства перед законом и судом, объективности и т. д.
Аспект мотивированности рассматриваемой деятельности является одним из начал международного судебного процесса. Так, Европейский суд по правам человека инициировал дополнение нормы ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод положением об обязанности суда выносить мотивированные акты.
Российское процессуальное законодательство содержит подобное требование более 150 лет. Впрочем, это не означает соответствующей устойчивой тенденции и полного доктринального единства.
Действующий ГПК РФ предписывает суду обязанность мотивировать и акты в целом (ст. 195, п. 1 ст. 225, п. 6 ст. 366), и
4
«доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства» (ч. 1 п. 4 ст. 198). Однако и первый, и второй призывы, по мнению процессуалистов, весьма слабо исполняются, особенно в части осуществления усмотренческих правомочий (например, при уменьшении неустойки, взыскании судебных расходов, компенсации морального вреда и т. д.). Кроме общих причин ошибочности судебных актов, это объясняется, по мнению О. А. Папковой, и двумя специальными причинами: во-первых, отсутствием норм, непосредственно указывающих на обязаность суда мотивировать применение усмотрения; во-вторых, нечеткостью формулировки приведенного нами правила ч. 1 п. 4 ст. 198 ГПК РФ. А. Т. Боннер также обращает внимание на ограниченность действия и неполноту данной нормы.
На доктринальном уровне сложились два взгляда на сущность и место рассматриваемого требования. Первый сводится к тому, что мотивированность является одним из контекстов либо обоснованности, либо законности судебного решения. Второй предполагает автономное значение мотивированности.
Независимо от результатов развертывания доктринальной дискуссии, по меньшей мере, необходимо скоррелировать содержание требований ГПК РФ и АПК РФ по данному вопросу.
В науке гражданского процессуального права первые фундаментальные предпосылки исследования явления судебного усмотрения создавались в 60–80-е гг. прошлого столетия. Их констатации принадлежат перу М. А. Гурвича, Н. Б. Зейдера, С. В. Курылева, К. И. Комиссарова, Д. М. Чечота, несколько позднее – А. Т. Боннера, Д. Б. Абушенко, В. И. Телятникова, О. А. Папковой и др.
А. Т. Боннер, наиболее полно исследовавший сущность и формы судебного усмотрения, в принципе соглашаясь с определением, предложенным ранее К. И. Комиссаровым (правомочие «принимать, сообразуясь с конкретными условиями, такое решение по вопросам права, возможность которого вытекает из общих и лишь относительно определенных указаний закона»), и полагая это явление одной из форм правоприменения, представил его в многообразии. Кроме конкретизации, подробно автором дифференцированной, в «палитру» судебного усмотрения им включены
5