На Выге, а также в других старообрядческих общинах, знали его «Луллианскую риторику» и «Книгу философскую». Западноевропейские взгляды во многом перерабатывались в Выгореции, переосмысливалась их специфика, находила отклик на русской почве. Насельники здесь были знакомы также с «Риторикой» Софрония Лихуда, «Риторикой» Феофана Прокоповича. Для ряда авторов-староверов данные труды служили истоком их собственных сочинений. Западноевропейские работы находили неожиданное продолжение на Руси: так был написан труд «Рассуждения о предивном величестве природы человека» С. Денисова, «Слово на святую Пятидесятницу» А. Борисова. В них использовались категории Луллия, например, «лестница субъектов». Но произведения приобретали при этом самобытный характер, создавались в свойственном Выгу стиле, восходящем к древнерусскому «плетению словес» [7].
Подобные примеры использования западноевропейских введений как основы единичны в культурной жизни Выга, старообрядчества, Русского Севера в целом. В XVIII в., когда в России торжествовало увлечение Западом, светским искусством, на Севере все же свято чтили старину, спасали ее от забвения, чему не препятствовало знакомство с западной культурой и ее искусное претворение в соответствии с исконной традицией последователями Аввакума.
Старообрядцы собирали древнерусские иконы и книги. Ими на Выге была создана уникальная, богатейшая библиотека. Именно здесь сохранились редкие памятники агиографии: жития Мартирия Зеленецкого, Филиппа Ирапского. Первый уставщик Выгореции Петр Прокопьев составил Четьи Минеи, опираясь на Софийский список Великих Миней Четьих митрополита Макария. Русские святые, а особенно северные, пользовались особым почитанием в обители, что отразилось, например, в иконостасе соборной часовни, где находились иконы «Зосимы и Савватия Соловецких», «Александра Свирского», «Богоматери Тихвинской», «Митрополита Филиппа», «Александра Ошевенского». Русская старина и в литературе, и в северной культуре в целом господствовала, что давало уникальные, богатейшие плоды как в искусстве, так и в науке. Отметим, что, по одной из версий, великий ученый России М.В. Ломоносов получил основы образования именно у поморских старцев-староверов [14].
По приведенным фактам жизни Выговской пустыни и на основе изучения созданных здесь произведений выявлено взаимодействие северной старообрядческой культуры и привнесенных черт, главенство при этом старины, архетипичности, стародавних канонов, которые обретали самобытное воплощение в памятниках искусства новых эпох. Народная традиция осталась на староверческом Русском Севере в век барокко, нередко являлась сильным противовесом западноевропейским влияниям, давала им необходимый яркий контраст.
Важен и недостаточно изучен вопрос взаимодействия старообрядческих центров, взаимовлияния в них художественных традиций, векторности их распространение по России. Данную научную проблему в своих трудах затрагивает, в частности, академик Н.Н. Покровский [15, 16, 17]. Малоизученным в наши дни остается воздействие Выголексинского монастыря на керженское старообрядчество. Легендарное Заволжье, поэтично и тонко описанное П.И. Мельниковым-Печерским, было связано со стародавним Севером. Безбрежные заволжские леса, спускавшиеся с холмистых берегов к водам могучей реки, переходили в вологодские. Здесь рождались произведения народных мастеров Севера, овеянные былой красой нашей исконной Руси, древней и столь современной, звучащие отголосками чудесных сказов и поверий, легенд и былей, обрядов и обычаем, бережно хранимых в старообрядческой среде.
Вернемся к художественным центрам «ревнителей древлего благочестия» в северном крае, сохранявших, интерпретировавших стародавнее искусство новгородских переселенцев в период XVIII - начала ХХ вв., что также позволяет судить об устойчивости древнерусских традиций в народной среде. Следует выделить староверческое село Усть-Цильму и Усть-Цилемский район современной республики Коми. О почитании культуры Великого Новгорода здесь свидетельствуют символические изображения вышивок, росписи, прошв, кружева, вязания, прядения, ткачества, росписи, резьбы. Эти традиции продолжают и ныне усть-цилемы, столь подробно и проникновенно рассказывают о происхождении орнаментов, об иносказательном смысле каждой детали праздничного многоцветья костюмов или затейливых росписей, словно продолженных в народных песнях и сказаниях старожилов. О самобытности культуры Усть-Цилемского района свидетельствует и особый художественный почерк в иконописи, который во многом созвучен выговскому иконописанию, но имеет характерное отличие - использование местных красителей. Словно из самой северной земли возникали святые образы, намоленные столетиями, и сегодня сохраняющиеся в храмах и красных углах старинных, по-северному просторных, монументальных изб. Уникальная старообрядческая культура подобна диковинному процветшему кресту, утвердившемуся не благодаря, а вопреки на окраинных землях, над которым не властны никакие потрясения, гонения и запреты.
Итак, автором обосновано заключение, что староверчество - уникальный социокультурный, религиозно-философский феномен, который, несмотря на позиционирование изоляции, исключительно сильно повлиял на многие духовные отечественные практики. Следуетподчеркнуть исключительность старообрядчества в историко-культурной и религиозно-философской среде Севера и распространении северных традиций по России. Значима роль старообрядчества в доминировании концепта устойчивости при минимуме модернизации традиций, в определение векторности и архетипичности искусства северного края.
В исследовании впервые заключаем, что векторность - это ключевая, важнейшая дифиниция в детерминировании истоков, специфики, ареала распространения и значения староверческого северного искусства, столь значимогов масштабах отечественной и мировой культуры. Впервые предлагается спиралеобразная структура восприятия, развития и последующая интерпретация художественных интенций в ареале искусства Северной Руси. Радиус действия вектора, направленного от центра и охватывающего территории Поволжья, Сибири, Урала, Центральной России, значительно превосходит радиус вектора, направленного к центру из земель Москвы, Новгорода, Пскова, Ростова Великого. Отсюда вывод об исключительно высокой степени концентрации духовно-художественных традиций на северных землях, в том числе в старообрядческих центрах, что особенно значимо в определении историко-культурного, духовно-художественного статуса Севера.
Именно векторность, по выводам автора, определяет доминирование архетипичности в искусстве «ревнителей древлего благочестия» на окраинных землях. Исконные традиции не только были сохранены в произведениях искусства и повседневности последователей протопопа Аввакума, но стали культурным и духовным достоянием всего Русского Севера, всего отечественного искусства, через генетические и социальные связи нашли выражение в профессиональном творчестве, в чем первостепенно и позитивно значение векторности их культуры - исконной, общерусской, вневременной.
Библиография
старообрядческий культура художественный
1. Примаков Е.М. Мир, в котором находится Россия. // Родная Ладога. №3. 2012. Спб. - С. 40-53.
2. Васнецов В.М. Письма. Дневники. Воспоминания. Документы. Суждения современников. М.: Искусство, 1987. - 496 с.
3. Гончарова Л.Н. Металл в народном искусстве Русского Севера. Чеканка и медное литье. - М.: ГИМ, 2000. - 95 с.
4. Суров М.В. Вологодчина: неизведанная давность. - Вологда: ООО ПФ «Полиграфист», 2002. - 432 с.
5. Меншуткин Б.Н. Михаил Васильевич Ломоносов. - М.: Вузовская книга, 2009. - 137 с.
6. Филиппов И. История Выговской старообрядческой пустыни. СПб.: Кожанчик, 1862. - 318 С.
7. Памятники старообрядческой письменности. - СПб.: Изд-во Русского христианского гуманитарного института, 2000. - 416 с.
8. Юхименко Е.М. Выговская старообрядческая пустынь. Духовная жизнь и литература. - Т. 1. - М.: Языки славянской культуры, 2002. - 544 с.
9. Юхименко Е.М. Выговская старообрядческая пустынь. Духовная жизнь и литература. Т. 2. - М.: Языки славянской культуры, 2002. - 480 с.
10. Павлов С.Н. Старообрядческая поморская икона: вопросы атрибуции // Программа «Храм»: сборник материалов С.-Петербургского фонда культуры. - СПб.: Храм, 1994. - С. 110-124.
11. Русское медное литье: сборник науч. статей / под ред. С.В. Гнутовой. - М.: издательство ЦМДРИ, 1993. - Вып. 1. - 191 с.
12. Русское медное литье: сборник науч. статей / под ред. С.В. Гнутовой. - М.: издательство ЦМДРИ, 1993. - Вып. 2. - 192 с.
13. Неизвестная Россия. К 300-летию Выговской старообрядческой пустыни: сборник трудов ГИМа / автор-составитель Е.П. Винокурова [и др.] - М.: ГИМ, 1994. - 101 с.
14. Игумен Кирилл (Сахаров). Рецензия на книгу К. Кожурина «Повседневная жизнь старообрядцев» (Москва, 2014 г.) [Электронный ресурс]. staroobrad.ru›modules.php… (дата обращения: 28.08.2015).
15. Покровский Н.Н. «Послание В.В. к Б.И.» 1731/1732 г. - первый полемический трактат урало-сибирских староверов-софонтиевцев. [Электронный ресурс]. URL: http://www krotov.info/history/18/1730/pokrovsky.htm (дата обращения: 20.06.2015).
16. Покровский Н.Н. Соборные постановления старообрядцев-часовенных востока России XVIII-XX вв. как исторический источник. [Электронный ресурс]. URL: http://www zaimka.ru › Архив 1998-2011 гг. › Религия и люди (дата обращения: 20.06.2015).
17. Покровский Н.Н. «Повести чудесных событий» из Урало-Сибирского патерика XX в. [Электронный ресурс]. URL: http://www odrl.pushkinskijdom.ru/LinkClick.aspx? fileticket=rtE3LteofUc % 3D… (дата обращения: 20.06.2015).
18. Е.А. Скоробогачева Образы и искусство Русского Севера в мировоззрении и творчестве представителей семьи Васнецовых // Культура и искусство. - 2013. - №2.-C. 207-214. DOI: 10.7256/2222-1956.2013.02.9. URL: http://www.nbpublish.com/go_to_article.php? id=23781.