Отношения собственности создают три элемента: а) субъект собственности, б) объект собственности, в) процесс присвоения объекта собственности субъектом, выражающийся в правах (функциях) собственности - во владении, пользовании и т. д. Именно анализ собственности по этим трем элементам и может дать максимально точное представление о каждом типе и о каждой конкретно-исторической форме собственности. Анализируя собственность по субъекту, объекту и процессу присвоения - способу связи между субъектом и объектом, мы устанавливаем сущность собственности, познаем ее природу. Еще раз следует подчеркнуть, что эта природа многообразна и разнокачественна и поэтому в разных социальных организмах собственность проявляет себя по-разному.
Все вышеуказанные процессы порождали и порождают неясность и неопределенность в отношениях собственности, утрату контроля реального собственника за большинством из прав собственности и в конечном счете замедляют экономический прогресс, повышают социальные и экономические издержки владения собственностью.
Для того чтобы исправить ситуацию, как считают многие западные экономисты, необходимо принимать соответствующие меры: во-первых, “специфицировать” собственность, т. е. закреплять каждое правомочие за отдельным субъектом - участником производственного процесса. Во-вторых, если государство эффективно не справляется с распоряжением собственностью, то его полномочия следует передавать частному собственнику. В-третьих, минимизировать число собственников, участвующих в управлении собственностью. Все эти меры должны привести к общему повышению эффективности использования собственности и, естественно, улучшить управление ею.
Что касается прав собственности, то многие исследователи их рассматривают как передаваемые и отчуждаемые. Они могут свободно переходить от субъекта к субъекту в ходе сделок и договоров: основные принципы здесь регулируются договорным правом.
Однако следует подчеркнуть, что глубокого и серьезного исследования каждого права собственности не проводится. В основном наблюдается только теоретическая ориентация на исследование способов повышения экономической эффективности, и игнорируются другие важнейшие методологические принципы анализа экономического развития - справедливости, экологической устойчивости и т. д. Это создает определенные сложности для применения основных постулатов теории прав собственности в реальной хозяйственной жизни.
Следует отметить, что наряду с делением собственности на частную и общественную есть и другие подходы к типологии собственности. Так, например, российский исследователь A. M. Орехов предложил три типа собственности, которые он называет фундаментальными типами собственности: интеллектуальную, вещественную и собственность на управление[16]. “Фундаментальные типы собственности, - пишет A. M. Орехов, - оказались чрезвычайно удобным инструментом социальных исследований. Они позволили бросить целостный взгляд на исторический процесс и выявить в нем новые и неожиданные закономерности. Новая парадигма собственности привела также и к новым представлениям об эволюции социально-политической сферы”[17].
Вещественная собственность, по мнению А. М. Орехова, есть собственность на любое вещественное благо, на любой вещественный субстрат. Она бывает двух видов: 1) собственность человека на его тело как неотчуждаемый вещественный субстрат, 2) собственность на “внешние” (по отношению к человеческому телу) вещественные предметы.
Что касается интеллектуальной собственности, то она, с точки зрения А.М. Орехова, представляет собой вовсе не “квазисобственность”, а обычный, нормальный тип собственности, но только со своими, специфическими, в большинстве еще не исследованными законами. Причем объектом интеллектуальной собственности не обязательно является новое знание и информация; им может также быть и общеизвестное знание.
Собственность, как и любой социальный феномен, носит исторический характер. Она развивается, изменяется и проявляется в различных формах. В этой связи большой интерес представляет собственность в эпоху первобытного общества. В силу низкого уровня развития производительных сил эта собственность носила коллективистский характер. Она представляет собой первую форму собственности в социуме. И орудия труда, изготовляемые индивидами, и, естественно, результаты труда принадлежали всем сообща: “Стадность возникшего человека обуславливала коллективный характер производства. Каждый член стада осуществлял свое отношение к средствам производства как к своим, общим, только как член стада, а не как самостоятельный индивид”[18]. Никто не выделял себе частных условий производства, не присваивал частным образом орудий труда; это было совершенно неприемлемо, так как угрожало существованию самой первобытной общности: “Только утверждение коллективной собственности и распределение по потребностям делало возможным погашение неудач одних членов коллектива удачами других его членов и тем самым систематическое обеспечение каждого члена прожиточным минимумом”[19]. Ю. И. Семенов писал относительно роли престижа в первобытной экономике: “Если индивид щедро дарил и отдаривал, то это укрепляло и повышало его престиж, обеспечивало сохранение и повышение статуса. Если же он оказывался неспособным выполнить обязательства, то терял престиж и лицо, становился объектом всеобщего презрения”[20].
Но по мере развития производительных сил и накопления общественного богатства происходит процесс дифференциации первобытной общины. Общественная собственность трансформируется в частную и государственную собственность. Запад пошел путем развития частной собственности, а Восток - путем развития общинно-государственной формы собственности.
На Востоке (в Китае, Индии, в Африке) индивидуальное владение своим участком земли и орудиями труда у общинника так и не переросло границ общинной собственности и не стало его частной собственностью. На Западе же (в первую очередь, в Древней Греции и Риме) это индивидуальное владение “взорвало” изнутри родовую общину и привело к полному ее распаду. Возникла частная собственность (прежде всего, частная собственность на землю), появились классы, основанные на “владении” или “невладении” этой частной собственностью.
В восточных обществах основной формой накопления стал “престиж” - именно он выделял одних общинников среди других; для того чтобы завоевать престиж, необходимо было не только лучше работать и больше накапливать продуктов, но и больше их раздавать. Именно престижный дарообмен лежал в основе всей первобытной экономики - а на Востоке к тому же он оказался решающим классообразующим фактором в условиях формального равенства между всеми индивидами[21].
Конечным результатом развития ранних восточных обществ явилось появление в них феномена слияния собственности и власти, названных Л. С. Васильевым феноменом “власти-собственности”. В нем собственность стала элементом власти, ее функцией: [на Востоке] “собственность рождается как функция владения и власти. Власть и собственность неразделимы, нерасчленимы. Перед нами феномен власти-собственности”[22]. Эта идея - о базисном значении феномена “власти-собственности” для восточной экономики - получила широкое распространение среди ученых - философов, экономистов, историков, социологов[23]. Надо отметить также, что ключевые начала подобной концептуальной схемы были сформулированы еще Карлом Витфогелем в его работе пятидесятых годов “Восточный деспотизм”[24].
На Западе можно выделить четыре основные исторические формы собственности, и первая из них - это рабовладельческая, типичная для древних обществ Греции и Рима. Суть ее, очевидно, сводится к собственности человека на другого человека (раба); это дает возможность, с одной стороны, значительно повысить общий совокупный продукт, производимый обществом, а с другой, позволяет элите свободных людей сосредоточиться на высококвалифицированной интеллектуальной деятельности - в том числе и управленческой. Все великие достижения Эллады и Рима базировались на институте рабства, и лишь немногие представители правящего класса - до того, как появилось христианство, - находили в себе смелость указывать на несправедливость этого института.
Следующая западная форма собственности в истории - феодальная - имела своей основой собственность на землю. Но это была во многом квазисобственность, а не собственность в обычном смысле римского права, так как право сеньора на ту или иную часть земли возникало как пожалование со стороны вышестоящего сеньора, по отношению к которому этот сеньор являлся вассалом. Как отмечают Д. Норт и Р. Томас, “феодальный закон не признавал понятия “собственности на землю”. Его базисная характеристика заключалась в том, что несколько индивидов имели юрисдикцию, или держание, а также отдельные частичные права на один и тот же участок земли”[25]. Ключевую роль в определении сущности этого исторического типа собственности играет понятие “держание”, которое также можно охарактеризовать как “условное владение”. Вассал лишь “держал” собственность, т. е. был, по сути, не частным собственником, а лишь “условным владельцем” - распорядителем и пользователем. Правда, следует отметить, что в позднюю эпоху средних веков сеньор уже и фактически, и юридически превратился в частного собственника; феод же, принадлежавший ему, стал его наследственной собственностью.
Индустриально-капиталистическая собственность зарождается примерно в XVII-XVIII веках. Частное владение, распоряжение и пользование составляют квинтэссенцию этой исторической формы собственности. Существование частной собственности в ее абсолютной форме закрепляется во всех основных законах и кодексах западных государств - например, в знаменитом Гражданском кодексе Наполеона Бонапарта и в североамериканской Декларации прав человека и гражданина. Юридически обосновывается и право интеллектуальной собственности - как исключительно монопольное распоряжение результатами своей интеллектуальной деятельности в аспектах авторских прав автора художественных произведений и патентных прав изобретателя и новатора производства. Вообще, необходимо подчеркнуть, что любые исторические трансформации вызывают качественные сдвиги в отношениях собственности и, в том числе, вызывают к жизни как новые виды собственности, так и новые законы, регулирующие их обращение. “Права собственности всегда воплощаются в определенной институциональной структуре социума, и создание новых прав собственности требует новых институциональных установлений, которые призваны определить и специфицировать способ, при помощи которого экономические единицы способны кооперироваться между собой и конкурировать друг с другом”[26].
Индустриально-капиталистическая собственность претерпела значительные метаморфозы в своем развитии. Высшим пиком в организационной форме этой собственности, видимо, явилось появление корпорации (акционерной собственности). В свете происходящих в мире изменений можно считать, что корпорация останется и главной формой организации постиндустриально-капиталистической экономики, сущность которой будет составлять постиндустриально-капиталистическая собственность.
Мы живем в эпоху глобализации, глубоких качественных изменений, в том числе в сфере собственности. Так, в настоящее время существуют транснациональные компании (ТНК), оказывающие огромное влияние на мировое экономическое развитие. Многие из этих компаний обладают мощным экономическим потенциалом, порою большим, чем некоторые государства. “ТНК, - пишет известный российский исследователь А. И. Уткин, - в глобализированном мире обретают силу суверенных государств. Если составить список государств мира в соответствии с их валовым национальным продуктом и перемежить его списком крупнейших ТНК, то окажется, что американская “Дженерал моторз” будет 23-м по экономической мощи “государством”, а американский “Форд” будет стоять на 24-м месте, японская “Мицуи” - на 25-м месте. Далее “Мицубиси” (26), “Иточу” (30), “Шелл” (31), “Экссон”(35)”[27]. Собственность ТНК разбросана по всему земному шару. Поэтому они сильно заинтересованы в глобализации, игнорирующей национальные границы и национальный суверенитет.
Собственность представляет собой сложное и многогранное явление. Она прошла большой исторический путь, принимая при этом самые разнообразные исторические формы. Каждая форма собственности необходима на определенном этапе развития человеческого общества, и поэтому нельзя ее просто-напросто искусственно ликвидировать. Для ее трансформации в другую форму собственности должны созреть соответствующие экономические условия. И если она в новых исторических реалиях тормозит движение общества по пути социального прогресса, то она должна уступить место другой, более эффективной форме собственности. Такова логика истории.
собственность присвоение социальный философский
[1] Семенов Ю. И. Философия истории М., 2003. С. 432.
[2] Суханов Е. А. Лекции о праве собственности. М., 1991. С. 7.
[3] Honore A. Ownership // Oxford essays in jurisprudence, Oxford, 1961.
[4] К другому возможному типу общественной собственности относится, например, муниципальная собственность.