Результаты анализа семейных социограмм кандидатов и сопоставление результатов с данными анкетирования и интервью демонстрируют отсутствие явных конфликтов между членами семьи, что выражается в присутствии автора в обоих вариантах социограммы и присутствии всех членов семьи. В 90 % случаев зафиксировано включение потенциального ребенка в семейную систему в варианте «идеальной» семьи.
Существенным компенсаторным ресурсом замещающей семьи в воспитании приемного ребенка, испытывающего потребность в безопасности, может стать доминирующая позиция родителей по отношению к детской подсистеме. Доминирование выражается в предсказуемости, последовательности родительской позиции, наличии четких и простых правил. Подобная вертикальная иерархия чаще фиксируется у семейных кандидатов (65 %), чем у одиноких (27 %). Последние предполагают более демократичные отношения, выражающиеся в линейном расположении членов с недостаточной ролевой дифференциацией.
Вместе с тем у 45 % кандидатов присутствует значительное ожидание, связанное с повышением качества жизни после приема ребенка в семью, а именно: повышение удовлетворенности от жизни (значительное отличие в изображении семейной системы в варианте «реальной» и «идеальной» семьи присутствует у 12 % кандидатов); признаки улучшения состояния членов семьи после приема ребенка, увеличение их значимости, повышение сплоченности между ними (увеличение размера кругов, изображающих членов семьи или самого автора, сокращение дистанций между членами семьи) ожидается у 31% испытуемых.
Результаты ЦТО зафиксировали у 80 % кандидатов положительное отношение супругов друг к другу, положительное или положительно-нейтральное отношение к потенциальному ребенку - у 85 % кандидатов. Образ настоящего и будущего у подавляющего большинства респондентов позитивный. Однозначно положительное самоотношение характерно для 55 % респондентов. Значителен показатель кандидатов с нейтрально-негативным и негативным самоотношением - 18 %, соответствущий некоторым кандидатам, которые не могут иметь кровных детей по состоянию здоровья.
Анализ данных, полученных по выборке с помощью Hand-тест, зафиксировал наличие ответов по всем категориям теста, что отражает, с одной стороны, сложную и насыщенную психическую жизнь кандидатов, а с другой - имеющие место ответы категории Bas (невероятные и пугающие ответы) и fail (отсутствие ответов на предъявляемые стимулы) в сочетании с показателем des (описание без побуждения к действию) повышают вероятность тенденции к уходу от реальности, личностной дезадаптации.
Категории ответов, отражающих тенденцию к социальной кооперации, сотрудничеству Com (коммуникация), Aff (эмоционально-положительное отношение) и dep (зависимость, поиск поддержки) составили 36 % от общего числа ответов, что свидетельствует о направленности кандидатов, как на близкие эмоциональные взаимоотношения, так и социальные контакты на деловом уровне. Эти тенденции уравновешивают агрессивно-директивные - Agg (угроза, нападение) и dir (доминирование, руководство), и снижают вероятность открытого агрессивного поведения - показатель по выборке I < 0. Вместе с тем при рассмотрении индивидуальных показателей I следует отметить, что 10 % испытуемых имеют I = 0, что повышает вероятность проявления агрессивного поведения в значимых для кандидатов ситуациях в близком кругу, а у 20 % кандидатов зафиксирована реальная вероятность актуализации агрессивного поведения.
Показатели категории Act (действия, не требующие присутствия другого лица) и pas (пассивные действия, не требующие присутствия другого лица), отражающие степень выраженности переживаний, связанных с предметной обезличенной средой испытуемого, находятся в пределах нормы. В данном случае понятие «норма» используется условно и отражает некоторое равновесие между тенденцией к снижению значимости социума в жизни испытуемого и тенденцией к повышенной социальной восприимчивости.
Выборка одиноких кандидатов формировалась следующим образом. Статусом неполной семьи обладают 40 % от общего числа семей. Показатель одиноких женщин в выборке неполных семей соответствует 90 %. Для дальнейшего анализа будет использована часть выборки неполных семей, из которой исключено 42 % респондентов, т. к. выбранная ими форма семейного жизнеустройства (кровная опека) инициирована временными изменениями в семейной ситуации (трудоустройство родителей в другом городе, переезд ребенка в более благоприятные южные климатические условия) или же резкими изменениями (смерть родителя).
Возрастной диапазон в изучаемой выборке по сравнению с семейными кандидатами имеет некоторый сдвиг, и основной контингент находится в возрасте от 34 до 45 лет (82 %). Образовательный ценз отражает равное соотношение кандидатов с начальным профессиональным и высшим образованием. Эти показатели отличаются от показателей по образовательному уровню семейных кандидатов, среди которых преобладают лица с начальным профессиональным образованием.
Треть женщин не имеют опыта воспитания детей, опыт воспитания, как кровных детей, так и приемных имеет 18 % женщин. Полученные данные отличаются от информации о семейных кандидатах, среди которых нет тех, кто обладает подобным опытом. Следует заметить, что эта тенденция является характерной только для изучаемого периода. В предыдущие годы к опыту повторного приема ребенка обращались до 30 % замещающих родителей.
Несмотря на то, что 55 % респондентов в качестве формы семейного жизнеустройства выбирают простую опеку, как правило они ориентированы на длительную замещающую заботу. Выбор указанной формы объясняют желанием сохранить льготы, гарантированные государством для детей из данной категории семей. Процедуру усыновления выбирают только 18 % респондентов. Такой же показатель отражает желание кандидатов создать приемную семью на профессиональной основе (18 %).
Нервно-психическое состояние подавляющего большинства потенциальных замещающих родителей изучаемой выборки характеризуется как хорошее. Низким или средним уровнем тревожности обладают 73 % респондентов, что несколько отличается от результатов в выборке семейных кандидатов, где этот показатель выше.
Мотивационный комплекс данной выборки представлен потребностью в исполнении родительских функций, желание обеспечить ребенку-сироте условия семейного воспитания, желанием преодолеть чувство одиночества, поиском смысла жизни и желанию самоутвердиться. Как видно из представленной информации мотивационный комплекс одиноких кандидатов не столь разнообразен, как у семейных и имеет как схожие, так отличные позиции.
Анализ данных, полученных по выборке с помощью Hand-тест, зафиксировал наличие ответов по всем категориям кроме fail f Bas. Категории ответов Com и Aff, dep составили 37 % от общего числа ответов, что незначительно отличается от показателя в выборке семейных кандидатов. Показатель агрессивно-директивных тенденций несколько ниже, чем в выборке семейных кандидатов. Низкая вероятность открытого агрессивного поведения прогнозируется у 91 % кандидатов (I < 0), что значительно отличается от семейных кандидатов (70 %).
Показатели категории Act и pas, отражающие степень выраженности переживаний, связанных с предметной обезличенной средой испытуемого, находятся в пределах нормы, но по сравнению с показателями семейных кандидатов выше.
Данные, полученные с помощью Цветового теста отношений А.М. Эткинда, позволяют говорить о том, что позитивное отношение к потенциальному приемному ребенку имеют 73 % респондентов. Нейтрально-негативное отношение у 27 %. Негативного самоотношения у кандидатов данной выборки не зафиксировано. Позитивный образ настоящего - 91 %, позитивный образ будущего зафиксирован у 73 % испытуемых.
Результаты анализа семейных социограмм кандидатов показывает, что они, как правило, включают потенциального ребенка в семейную систему в варианте «идеальной» семьи. Признаки адекватной семейной иерархии зафиксированы у 27 % испытуемых. Значительное отличие в изображении семейной системы в варианте «реальной» и «идеальной» семьи присутствует у 64 % кандидатов из выборки неполных семей. Эти различия могут проявляться не только в изображении предполагаемого мужа, детей (иногда кровных), но и умерших близких родственников (родителей). То есть образ идеальной семьи для одиноких кандидатов носит компенсаторный или же нереалистичный характер.
Анализ полученных эмпирических данных позволил сформировать программу психологического сопровождения кандидатов в замещающие родители.
Литература
1. Котова Т.Е. Социально-психологические и личностные характеристики готовности к замещающему родительству: автореф. дис.... канд. психол. наук. - Ярославль, 2011. - 27 с.
2. Миневич О.К. Социально-психологические условия адаптации детей в приемных семьях: дис.... канд. психол. наук. - Тамбов, 2009. - 200 с.
3. Ослон В.Н. Жизнеустройство детей-сирот: профессиональная замещающая семья. - М.: Генезис, 2006. - 368 с.
4. Райкус Дж., Хьюз Р. Социально-психологическая помощь семьям и детям групп риска. Практическое пособие: в 4 т. Т. IV. Размещение и стабильные условия жизни / Джудит С. Райкус, Рональд К. Хьюз [пер. В. Прохожего]. - М.: Эксмо, 2009. - 416 с.
5. Япарова О.Г Социально-психологические детерминанты успешного приемного родительства: автореф. дис.... канд. психол. наук. - Москва, 2009. - 20 с.