Лекция
Привязанность к месту и природная среда
Привязанность к месту, чувство места, зависимость от места привязанность к месту (place attachment или attachment to place) (Altman, Low, 1992).
Привязанность к месту определяется как положительная эмоциональная ассоциация между людьми и окружающими их жилыми средами (Shumaker, Taylor,983), ассоциация, которая создает чувства комфорта и безопасности (Rivlin, 982).Эмоциональные связи между людьми и местами описываются и как ?топофилия?(topophilia) (Tuan, 1974). В ранних человеческих сообществах, в которых возникала сильная привязанность к месту, отмечалось эволюционное преимущество (Shumaker, Taylor, 1983). Эта характеристика вдохновляла людей на защиту места своего проживания, удерживала их от расставания с родиной и отъезда в другие края, способствовала развитию и процветанию любимой территории.
Place dependence (a functional attachment) reflects the importance of a place in providing features and conditions that support specific goals or desired activities (Schreyer et al. 1981, Stokols and Shumaker 1981, Williams and Roggenbuck 1989). This functional attachment is embodied in the area's physical characteristics (e.g., accessible rock climbing routes, collectable non timber forest products, or navigable whitewater rapids), and may increase when the place is close enough to allow for frequent visitation.
Place identity (an emotional attachment) refers to the symbolic importance of a place as a repository for emotions and relationships that give meaning and purpose to life (Williams and Roggenbuck 1989, Shamai 1991, Giuliani and Feldman 1993). As such, place identity has been described as a component of self-identity (Proshansky et al. 1983) that enhances self-esteem (Korpela 1989), increases feelings of belonging to one's community (Relph 1976, Tuan 1980), and is an important component of communications about environmental values and policies (Cantrill 1998).
И существует также понятие «чувство места», или смысл места (sense of place), которое используется в социальной антропологии и географии и которое характеризует как качества самого места (подлинное, аутентичное, или отчужденное), как и эмоции человека по отношению к этому месте.
All these findings seem to corroborate the claim made long ago by phenomenologists that sense of place is a natural condition of human existence (dwelling ј being) (Buttimer, 1980; Heidegger, 1962; Norberg-Schultz, 1979; Seamon, 1980; Tuan, 1975, 1977), an invariant in a changing world.
Привязанность к месту может меняться по интенсивности. Р.Рубинштейн (Rubinstein, 1989) описал характерные особенности четырех различных уровней данной категории.
На первом, самом низком, уровне люди просто знают о том, где они живут и думают о месте, не испытывая никаких сильных чувств или личных воспоминаний.
На следующем уровне привязанности к месту-- уровне личностной привязанности (personalized attachment), человек сохраняет воспоминания о месте, которые неотделимы от его личного опыта. Например, это школа, в которую он ходил, дом или лес, в которых он играл ребенком. Когда подобные места связаны с очень сильными эмоциональными воспоминаниями или имеют для человека важное значение, привязанность становится более глубокой и охватывает все большие области.
Самый интенсивный уровень привязанности описывается как слияние или воплощение, т. е. стирание границ между ?самостью? человека и окружающей средой. Дом, в котором человек провел целую жизнь, или кладбище, на котором похоронен любимый человек, могут выявить особенно интенсивные чувства принадлежности. Для таких людей идентичность личности (personal identity) и идентичность места (place identity) становятся сплавленными (Howell; по McAndrew, 1993). В этом случае отъезд из дома на долгое время (например, на учебу в другом городе) и даже на непродолжительное (например, в командировку) может вызвать сильную ностальгию и грусть (Burt, 1993). Е.Холман и Р.Сильвер (Holman, Silver; по Bell et al., 2001) выявили, что у жителей района Лос-Анджелеса с сильной привязанностью к месту своего жительства, потерявших дома из-за землетрясений и пожаров, был выявлен высокий уровень стресса.
В случае, если человек вынужден окончательно уехать из места, к которому он привязан, он будет остро чувствовать утрату и испытывать внутреннее крушение и разрушение. Б.Браун и Д.Перкинс (Brown, Perkins, 1992) описывают три стадии, которые человек переживает в процессе расставания с местом: предразрушение (predisruption), разрушение (disruption) и постразрушение (postdisruption).
Корректная подготовка к фазе предразрушения, поддержка во время критической стадии и работа с горем и потерей в фазе постразрушения могут помочь уменьшить стресс переселения. Так как привязанность к имуществу может играть существенную роль в привязанности к дому, возможность забрать все или часть имущества с собой может помочь приспособиться к новому месту.
С. Лоу при анализе источников, исследующих привязанность к месту, описал шесть культуральных значений данного феномена: родословная (genealogy), потеря и разрушение (loss and destruction), собственность (ownership), космология (cosmology), паломничество (pilgrimage) и повествование (narrative):
1. Родословная может связывать людей с местами через идентификацию с историей своей семьи. Несомненно, дом, в котором прожило несколько поколений семьи, вызывает более сильные чувства, чем недавно заселенный дом.
2. Потеря и разрушение места вызывают в человеке с глубокой привязанностью к месту сильные эмоциональные реакции и зачастую стресс.
3. Собственность, вернее, чувство собственности,-- наиболее знакомый механизм, посредством которого может появиться привязанность к месту. Когда мы владеем местом в течение долгого времени, оно становится частью нас, а мы -- его частью.
4. Космологическая привязанность к месту относится к религиозным и мифологическим взглядам людей о взаимосвязи человека и места. Многие места рассматриваются коренными жителями как центр вселенной. С объективной точки зрения это может показаться абсурдом, но учитывая культуральное значение каждого места и его уникальность--центр города или деревни, святыня-- такие места действительно воспринимаются как духовные центры мира.
5. Люди могут быть привязаны к местам, которые священны для них и к которым они относятся с чрезвычайным вниманием и заботой. В этом случае они совершают паломничество. Этот вид привязанности к месту связан с системой верований и ценностей человека и может быть как религиозным (Мекка, Иерусалим, КиевоПечерская лавра и т. д.), так и светским. Поклонники творчества А. С. Пушкина поедут в Пушкинские горы, а фанаты Биттлз-- в Ливерпуль.
6. Привязанность к месту могут развить истории, объясняющие проблемы и важные вопросы жизни с точки зрения взаимодействия определенных мест и людей, Эти истории учат уважению к своей земле и должному к ней отношению.
Таким образом, привязанность и принадлежность к месту может развиться посредством многих способов. Однако необходимо отметить, что, чем мобильнее становится общество, чем более часто его жители перемещаются с места на место, тем менее возникает привязанность к месту.
Факторы, влияющие на привязанность людей к месту. Сильная привязанность к месту обычно связана с большой удовлетворенностью собственным домом и переживанием стабильности в будущем. Она также сопровождается более детальным знанием истории и географии места своего жительства и больших временных и ресурсных затрат по его улучшению (Shumaker, Taylor, 1983).
Несомненно важны в формировании чувства привязанности к месту социальные отношения. Очевидно, что чем более удовлетворительны отношения в социуме, тем лучше люди себя чувствуют в нем. Некоторые исследователи (Fried, 1982; Shumaker, Conti, 1985) считают, что подлинную привязанность вызывают физические характеристики пространства, причем речь идет как о внутренней обстановке дома--мебели, семейных реликвиях и других объектах, так и о месте, в котором дом находится. Люди, переехавшие в другие части страны (или мира), часто сообщают о том, что они скучают без гор, океана и даже соседей--всего того, что окружало их, даже годы спустя после отъезда. Люди, которые очень привязаны к месту или дому, сильно страдают, если вынуждены переехать. Люди с сильной принадлежностью к месту, чрезвычайно укоренены, не ищут перемен и более удовлетворены своим местом жительства (Stokols et al., 1983; Tognoli, 1987).
Другим решающим фактором для возникновения чувства привязанности к месту является возраст, поэтому не удивительно, что пожилые люди наиболее часто привязаны к своим домам (Kasarda, Janowitz, 1974; Norris-Baker, Scheidt, 1990; Taylor, 1988). Дети, пожилые люди и люди с ограничениями в передвижении в большей степени зависимы от места (Saegert, 1985).
Lewicka:
Привязанность - к чему?
Open vs. closed places: effects of diversity on attachment An ongoing discussion in geographical and sociological literature concerns the opposition between, on the one hand, place understood in the `classic' way (Relph, 1976; Tuan, 1974, 1977), as a bounded entity with unique identity and historical continuity, a cozy place of rest and defense against the dangerous and alien `outside', and, on the other, place defined as `open crossroads', a meeting place rather than an enclave of rest, a location with `interactive potential'
Effects of community size.
Socio-economic
Cities are more open and diverse
than rural communities (Milgram, 1970; Tцnnies, 1987/2002;
Wirth, 1938). Diversity of neighborhood thus contributed to a decline in place attachment of both, high and low status groups.
Diverse vs. homogeneous.
Although it may sound unpleasant to enthusiastic proponents of open places, neighborhood diversity does not seem to foster attachment.
Individually differentiated preferences: urbanophilic vs. urbanophobic. Not all people are negatively affected by ethnic diversity and not all people prefer traditionally closed places. Stolle et al. (2008) found that the negative relationship between neighborhood diversity and interpersonal trust disappeared in those who regularly talked to their neighbors. Individual differences also play a role in preferences either for urban and thus more heterogeneous places or for traditional rural communities, the phenomenon which has been called urbanophilia vs. urbanophobia by Fйlonneau (2004).
Type of place vs. type of social capital. The distinction between different definitions of place (open vs. closed, discouraging vs. inviting strangers) is closely linked to the distinction between two types of social capital: bonding vs. bridging (Putnam, 2000) or strong vs. weak ties (Granovetter, 1973). The bonding social capital is typical of closed local communities while the bridging social capital is created by places that are open and tolerant of diversity.
Разные места
Home. There is an almost unanimous opinion that the prototypical place is home (Porteous, 1976; see Easthope, 2004 for review). Home is a symbol of continuity and order, rootedness, selfidentity, attachment, privacy, comfort, security and refuge (Case, 1996; Moore, 2000; Rybczy_nski, 1986; see Cooper Marcus, 2006 and Tognoli, 1987 for reviews).
Cities. For Tuan (1975), homes and parts of homes such as fireplace or bed, are certainly places, but `cities' are the perfect exemplification of the place concept e the `centers of meaning' (p. 156). They can be located on a map and hence easily visualized. In contrast to natural landscapes which are treated as external `objects', “the city is the one environment created exclusively for human use: it is kind to the thief as well as the burgher.
Neighborhood. In contrast to cities, both smaller scale places (neighborhoods) and higher-order places (regions) are characterized by diffuse and often arbitrary borders. As noted by Tuan (1975), “As definable spatial and social units, neighborhoods have existed primarily in the minds of urban sociologists and
planners” (p. 158). Kusenbach (2008) emphasized that neighborhood itself is composed of many concentric places and distinguished, on the basis of qualitative interviews, four mutually nested zones: microsettings, street blocks, walking distance neighborhoods, and enclaves.
Region. Apart from neighborhood, another ambiguous place scale is region. Tuan (1975) believes that what converts abstract spaces into personally meaningful places is direct phenomenological experience, and therefore a region “is far too big to be directly experienced by most of its people. Region is therefore
primarily a construct of thought” (p. 158).
Country. `Country' as a target of attachment is another place level, however, its meaning for people has usually been studied through its symbolic value and processes of ingroup-outgroup divisions rather than through its environmentally more relevant, spatial and physical dimensions (but see: Reicher,
Hopkins, & Harrison, 2006 for an exception). Countries are rooted in a common history and particularly strong, socially constructed symbols of group belonging and group identity, and therefore evoke particularly strong emotional reactions.
Continent. Of still higher levels of identification, the majority have pretty arbitrary geographical ranges and names. The best example is Europe, which can be cut into different supranational pieces, depending on current politics.
Residence vs. recreation places
Physical vs. social dimensions of attachment. Place, defined as a `meaningful location', is an entity that has a social dimension, but also a palpable and very real physical basis.
Locals vs. newcomers
Predictors of place attachment
Residence length, age, social status and education, home ownership, size of community, having children, mobility and its range. Whereas a traditional, `everyday' attachment (Hummon, 1992) was strongly negatively related to education and strongly positively to age, a more active form of attachment (`ideological rootedness' e Hummon, 1992) showed an inverted U-shaped relationship with age and a linear positive relationship with education.
Consequences and correlates of place attachment
Выше уровень благополучия, чувства связанности, социальный капитал, интерес к семейной истории, меньше эгоцентризма, выше показатель самотрансценденции.
Есть и негативные корреляты: опасность ограниченной мобильности, ограничение возможностей, нежелание переезжать из зон стихийных бедствий.
Практически не доказана или противоречива связь между привязанностью к месту и активностью по обживанию и персонализации этого места.
ПРИРОДА И ЧЕЛОВЕК
Влияние природных условий на жизнь человека изучает географическая и экологическая психология.
Цель географической психологии - выявление и изучение связей и отношений, существующих между человеком, окружающей природной средой и обществом. Задача - изучение различных эффектов среды на психику человека (Душков Б.А).
Географическая среда - совокупность объектов, взаимодействие которых вызывает появление новых интегративных качеств, не свойственных отдельным компонентам среды. Это целостная система развития природы и деятельности человека.
Природные условия включают в себя в первую очередь то, что связано с временем и пространством, то есть географию и ритмы. Изучается экология и стресс, ритмика, природные бедствия и человек.
Географическая среда связана с этнопсихологией: люди, живущие на одном месте, обладают одной системой восприятий, имеют схожие привычки, одного и того же боятся из-за сходства природных условий и потому участвуют в мифотворчестве, создающем облик этноса.
Географические воздействия рассматриваются им как универсальные, оказывающие воздействие на разные уровни индивидуальности. Они представляют собой естественный источник адаптации, влияют на нравственный облик человека и даже определяют типологию преступности (в разных географических зонах различается и содержание преступлений).