Этническая культура стремится сохранить различия между локальными, местными, свойственными лишь отдельным группам населения особенностям быта, поведения, произношения и т. д., а в национальной культуре эти отношения нивелируются и с развитием постепенно исчезают.
Для отдельного человека, для его индивидуальной жизни и деятельности, как он их себе представляет, этнические групповые «конструкты» могут быть ближе и важнее, именно в них приходится наибольшая доля эмоциональных «подключений» к ментальным «архивам» сознания. Национальная культура стыкует этнические компоненты общественного сознания, связывает их воедино. Они оказываются «встроенными» в некую общую систему, а потому не определяют, а подчиняются требованиям этой системы. Так же и национальный менталитет, формируемый схожими или даже тождественными групповыми и этническими «конструктами», обеспечивает единство целей и ценностей, одинаковость моделей социального действия и поведения у носителей разных ментальностей в тех рамках, в которых возможна культурная ментальная идентификация, трактуемая нами как «национальная».
В горизонтальном разрезе в менталитете можно выделить его структурные элементы, сформировавшиеся на базе особенностей социостратификационнных субкультур: менталитет «элиты» и «массы», менталитеты жителей города и деревни, менталитеты рабочих, крестьян, предпринимателей, интеллигенции и т. д. Бесспорно то, что различным социальным слоям присущи различные типы ментальности. Ментальность в данном отношении отражает не столько уровень интеллектуального развития, сколько определенные показатели культуросемантической адекватности. Культуросемантическая адекватность есть проявление того, как данный социальный субъект ориентирован в социокультурном символически значимом пространстве, как он понимает себя в качестве реального носителя культурных характеристик и как сам видит с этой точки зрения другие феномены культуросмысловой реальности.
Этнический менталитет - это достаточно стабильная социально-психологическая структура. Однако его содержание формируется и изменяется в результате внутреннего воздействия и взаимодействия составляющих его структуру компонентов.
Трансформацию менталитета можно представить следующим образом.
Сам процесс построения иерархии ценностей тесно связан с «архетипами» и «конструктами», носителем которых человек является, но в формировании которых участвует, прежде всего, та социальная группа (социальный слой) или общность, с которой человек себя идентифицирует. При этом исторические, социально-экономические, естественно-географические факторы и условия проживания «субъекта менталитета» оказывают мощное влияние на содержание этих конструктов.
Процесс внутренних изменений в менталитете задается рамками совокупности сосуществующих и взаимосвязанных «архетипов» и «конструктов», которые и определяют границы и рамки, а также общее направление развития, функционирование менталитета и общества. Менталитет задает сумму исходных позиций, выбор же конкретной «стартовой позиции» для человека определяется наивысшей активностью соответствующего «конструкта» в данный момент.
Активность того или иного конструкта определяется внешним воздействием (экономика, политика, кризис и т. д.). В таком случае, действительно, человек или общность остаются верными исторически сформировавшемуся «коду» (наследуемому через механизмы культурной интеграции) в любых обстоятельствах, не исключая катастрофические, но сам этот «код» в разных ситуациях «ведет себя» по-разному, выталкивая в «авангард» тот конструкт, который «операционально» ближе, адекватнее данной ситуации. Нарушение равновесия в «архетипе» ведет к активизации соответствующего «конструкта» или группы «конструктов». Следует специально оговорить: отмечая возможность таких «оперативных» изменений в этническом менталитете, укладывающихся в относительно узкие хронологические рамки, нужно исходить из того, что возможны более глубокие, принципиальные изменения менталитета как целостности, фиксируемые «эпохальными» границами.
Выводы
Подведем итог анализа природы и структуры этнического менталитета и сформулируем вывод. Этнический менталитет - это исторически сложившаяся устойчивая органическая целостность социально-психологических качеств и черт, присущих именно этой этнической общности (народу, нации), составляющим ее группам и гражданам, существующая на осознаваемом и неосознаваемом уровнях, которая обуславливает единообразный, специфический для каждой общности тип мировосприятия, аксиологической оценки, поведения и самоидентификации.
Этническая ментальность функционирует в виде мыслительных автоматизмов и стереотипов, детерминирующих состояния сознания и поведения человека. Однако эта детерминация не является всеобъемлющей и абсолютной. Человек - это сознательное, свободное существо и выбор линии поведения всегда остается за ним, прежде всего в проблемах морального и политического характера. Признание существования этноментальных детерминант лишь подчеркивает мысль, что существуют этнически обусловленные типологические диапазоны, в рамках которых преимущественно осуществляется выбор линии поведения. Эти диапазоны выступают в качестве легитимных норм реакций, обусловленных долговременной адаптацией этнических общностей к существованию в определенных природно-исторических условиях. Наиболее универсальные из этих норм реакции закрепляются в культуре и передаются из поколения в поколение. При этом ментальный багаж, доставшийся от прошлых поколений, наполняется и корректируется информацией, получаемой в результате собственного жизненного опыта представителей данной этнической общности.
Библиография
[1] Гуревич А., Вовель М., Пожанский М. Ментальность // 50/50: Опыт словаря нового мышления / Под общ. ред. Я. Ферра и Ю. Афанасьева. М.: Прогресс, 1988. С. 459.
[2] Раульф У. Предисловие к сборнику «История менталитета». С. 24.
[3] Телленбах Г. Ментальность в средневековой концепции и практика исследования // История ментальностей и историческая антропология: Зарубежные исследования в обзорах и рефератах. М.: Институт всеобщей истории РАН. Российский гос. гуманитарный университет. М., 1996. С. 93.
[4] Гуревич А. Я. Исторический синтез и школа «Анналов». М.: Индрик, 1993. С. 455.
[5] Додонов Р.А. Теория ментальности: Учение о детерминантах мыслительных автоматизмов. Запорожье, 1999. С. 35.
[6] Гумилев Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. М., 1980. С. 280.
[7] Юнг К. Г. Об архетипах коллективного бессознательного // Архетипы и символ. М., 1991. С. 97-98.
[8] Там же. С. 98-99.
[9] Пантин И. К. Национальный менталитет и история России // Вопросы истории России // Российская ментальность // Вопросы философии. 1994. № 1. С. 30.
[10] Бутенко А. П., Колесниченко Ю. В. Менталитет россиян и евроазийство: их сущность и общественно-политический смысл // Социологические исследования. 1996. № 5. С. 99.
[11] Редель A. M. Российский менталитет: от политико-идеологических спекуляций к социологическому дискурсу // Социальные гуманитарные знания. 1994. № 5. С. 170.