Общая сумма капитальных вложений в лесную, деревообрабатывающую и бумажную отрасли страны на период 1928/1929-1932/1933 гг. составляла 1219,8 млн. руб. (7,6 % от суммы инвестиций в промышленность ВСНХ, в ценах 1926/1927 г.). В РСФСР удельный вес вложений в эти отрасли равнялся 10,6 %, что было связано с проведением значительных объёмов лесохозяйственных, лесозаготовительных, строительных и реконструктивных работ, в Белоруссии -- 19,9 % (здесь лесопромышленный комплекс играл ведущую роль в экономике), в Закавказской республике -- 4,4 %. Среди регионов РСФСР наиболее значительные суммы направлялись в Северный край (273,2 млн. руб., или 22,4 % от вложений в лесопромышленный комплекс СССР), Уральскую (135,6 млн., 11,1 %) и Ленинградскую (111,8 млн., 9,2 %) области, Центрально-промышленный район (97,9 млн., 8 %). Далее шла группа регионов, где доля вложений в лесную, деревообрабатывающую и бумажную промышленность в общем объёме инвестиций в эти отрасли в стране составляла 4,5-6 % (Вятский район, Нижневолжский, Северокавказский, Сибирский и Дальневосточный края). По сути, эти территории становились центрами лесопромышленного комплекса (как, напр., Северный, Вятский, Сибирский, Дальневосточный края) или усиливали потенциал отрасли (Ленинградская и Уральская области, Центрально-промышленный район, Нижневолжский, Северокавказский края). В то же время лесная промышленность получала развитие в ряде отдаленных регионов: Башкирии, Казахстане, Киргизии, Бурятии, Узбекистане [36, с. 568-571, 581].
Общая сумма капитальных вложений в новое строительство в лесопромышленном комплексе (включая лесохимическую и спичечную отрасли) Советского Союза составляла на первую пятилетку 743,1 млн. руб. (в ценах 1926/1927 г.). Из них 317 млн. (42,7 %) направлялись в целлюлозно-бумажную отрасль, 243,2 млн. (32,7 %) -- в лесопиление, 89,1 млн. (12 %) -- в деревообработку, 76,9 млн. руб. (10,3 %) -- в лесохимию. Наибольшая часть инвестиций приходилась на РСФСР (от 77,3 % в лесопилении до 92,3 % в спичечной отрасли). Лидерами среди регионов РСФСР по направлению капитальных вложений в новое строительство в лесопромышленном комплексе в первой пятилетке становились Северный край (156,7 млн. руб., 21,1 % от суммы инвестиций), Уральская область (124,7 млн. руб., 16,8 %), Центрально-промышленный район (62,3 млн. руб.), Ленинградская область (50,6 млн. руб.), Вятский район (45,4 млн. руб.), Сибирский (42,1 млн. руб.) и Нижневолжский (39,5 млн. руб.) края. Однако внутри регионов, вследствие неравномерного распределения вложений, получали развитие отдельные компоненты лесной промышленности. Комплексное развитие всех её сфер в связи с новым строительством должно было происходить в Северном крае (хотя деревообработка получала немного средств), в Карелии, в Ленинградской области, в Центрально-промышленном и Вятском районах, в Уральской области, в Сибирском и Дальневосточном краях. В Западной области, в Башкирии, в Татарстане, в Чувашии, в Среднем и Нижнем Поволжье, на Северном Кавказе, в Бурятии, на Украине, в Белоруссии и Закавказье развивались в основном лесопиление и деревообработка, в значительно меньшей степени -- лесохимия и целлюлозно-бумажная отрасль [36, с. 575, 577, 579].
По данным первого пятилетнего плана, объём заготовки древесины должен был увеличиться в 1,8 раза. Основным источником ресурсов являлись леса РСФСР. В 1927/1928 г. из 142,5 млн. м3 заготовленной древесины на территории СССР 89,6 % пришлось на РСФСР, 5,9 % -- на Белоруссию, 2,8 % -- на Украину. Планировалось, что в 1932/1933 г. из 258,1 млн. м3 заготовленного леса 92,7 % будет добыто в РСФСР (рост удельного веса республики за 5 лет на 3 %), 3,5 % -- в Белоруссии, 2,1 % -- на Украине. То есть удельный вес союзных республик в заготовке древесины в первой пятилетке существенно сокращался, рост фактических показателей был незначительным. Лесохимия, по сути, создавалась почти с нуля, на основе многочисленных кустарных промыслов [34, с. 33, 52, 67; 35, с. 88, 117, 141, 142, 180, 182, 185, 359].
Производство пиломатериалов планировалось увеличить за 1927/1928-1932/1933 гг. с 11,6 до 32,8 млн. м3 по отправному варианту и до 42,5 млн. м3 -- по оптимальному варианту. То есть планом были заложены достаточно высокие темпы развития сферы механической обработки древесины по сравнению с заготовкой и глубокой переработкой лесных ресурсов. Если лесопромышленный комплекс мог удовлетворить потребности страны в лесных ресурсах и материалах, то продукцию глубокой переработки древесины приходилось импортировать. Намечавшийся рост объёмов производства бумаги (715 тыс. т в 1932/1933 г.) требовал создания новых предприятий по выпуску целлюлозы и древесной массы в северных и восточных районах страны, т. е. вблизи источников сырья. Предполагалось, что к концу первого пятилетнего плана Советский Союз сможет перестать импортировать бумагу и полуфабрикаты для её изготовления.
По лесопромышленному комплексу СССР (по государственной промышленности) стоимость валовой продукции возрастала с 987 млн руб. в 1927/1928 г. до 1306 млн руб. в 1928/1929 г. и до 3203 млн руб. в 1932/1933 г. по оптимальному варианту. Удельный вес «крупной» лесной промышленности ВСНХ в стоимости валовой продукции отрасли увеличивался с 58,9 % в 1927/1928 г. до 71 % в 1932/1933 г. по оптимальному варианту. Доля лесной промышленности ВСНХ в стоимости валовой продукции всей промышленности ведомства, составлявшая в 1927/1928 г. 5,8 %, возрастала по отношению к 1932/1933 г. до 7,8 % по отправному и оптимальному вариантам. То есть за годы реализации первого пятилетнего плана намечалось повышение значимости лесопромышленного комплекса в экономике Советского Союза и по инвестициям и стоимости фондов, и по стоимости валовой продукции [34, с. 54, 55, 96; 35, с. 88, 202-204, 208-211, 252-253, 366-367, 442-443, 480-481].
В лесопромышленном комплексе в 1928/1929-1932/1933 гг. планировалось возведение 239 объектов (ещё 27 сооружались до начала пятилетки) на сумму 757 млн руб. (плюс 65,8 млн, освоенных до начала периода) (в ценах 1926/1927 г.). Наибольшее количество новых строек, в т. ч. крупных комбинатов, предполагалось в Центрально-промышленном районе, в Белоруссии, в Нижневолжском крае, в Вятском районе, в Закавказской союзной республике, в Уральской и Ленинградской областях, в Северном, Сибирском и Дальневосточном краях. Строительство наиболее мощных целлюлозно-бумажных предприятий намечалось в Центрально-промышленном районе (в пос. Балахна), в Вятском районе (в пос. Чепца и Вотском автономном округе), в Закавказье и на Северном Кавказе, в Уральской (на р. Кама и Вишера, в п. Тавда) и Ленинградской (в пос. Сясь, другой объект имел два варианта размещения) областях, в Карелии (пос. Кондопога), в Северном крае (в Архангельске, Котласе, пос. Усть-Сысольск); наиболее крупных лесопильных заводов -- в районе Сталинграда, Архангельска, пос. Мезень [29, с. 5, 11-13, 15, 17-20, 22, 23, 28-30, 32-40, 42-44, 47-49, 52-54, 56, 57, 59-63, 65-72].
Согласно первому пятилетнему плану, удельный вес сферы механической обработки древесины РСФСР в производстве продукции в Советском Союзе должен был вырасти с 88 % в 1927/1928 г. до 93,7 % в 1932/1933 г. Предполагалось повышение долей Северо-Восточного, Уральского, Вятско-Ветлужского, Нижневолжского, Дальневосточного районов в лесопилении РСФСР. В ряде регионов, ставших лидерами в лесопильной отрасли по данным на 1927/1928 г., несмотря на рост фактических показателей, удельные веса снижались: Ленинградский район, Карелия, Среднее Поволжье, Центрально-промышленный и Западный районы. В бумажной промышленности перечень регионов-лидеров был более стабильным из-за наличия средних и крупных предприятий, сильного влияния сбытового, транспортного и сырьевого факторов на размещение производств. Удельный вес за 5 лет увеличивался в Карелии, на Урале, в Центрально-промышленном районе, снижался -- в Ленинградском, Северо-Восточном районах, Среднем Поволжье и ряде других территорий с малыми объёмами производства. Бумажная отрасль возникала в Карелии, на Кавказе, в Сибири и Средней Азии. На Украине и в Белоруссии доля в бумажной промышленности СССР за 1928/1929-1932/1933 гг. снижалась, в РСФСР -- повышалась (с 92,5 до 94,3 %) [35, с. 200-202, 207].
Большой объём капитальных вложений в новое строительство в лесопромышленном комплексе потребовал уточнения принципов размещения предприятий партийно-государственными и плановыми органами Советского Союза. Новые стройки в отрасли намечались исходя из двух предпосылок: обеспеченности сырьём (притом там, где освоение лесных баз и транспортировка ресурсов и продукции не требовали существенных вложений, т. е. преимущественно на Европейском Севере, Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке) и комбинирования производства для комплексной переработки ресурсов. Комбинирование предприятий по заготовке, механической обработке и глубокой переработке лесных ресурсов получило распространение в странах Скандинавии и Северной Америки, однако в Советском Союзе в 1920-х гг. оно представляло собой «общность заводского двора лесопильных и целлюлозно-бумажных заводов и единство управления (каждая группа этих заводов состоит в ведении одного треста)». В период реализации первого пятилетнего плана комбинирование предприятий в лесопромышленном комплексе страны было связано с необходимостью использования древесных отходов целлюлозно-бумажными производствами и для выработки энергии. Планировалось строить предприятия (сочетавшие механическую обработку и глубокую переработку древесины) в Северо-Восточном и Северо-Западном районах, на Урале и в Дальневосточном крае [35, с. 39, 40, 199, 210, 211].
Строительство Вишерского ЦБК являлось ярким примером государственной политики по приближению производств к источникам сырья. Комбинат был расположен в Северном Предуралье, возле Уральских гор, где отсутствовала транспортная инфраструктура, поэтому средством коммуникации и одновременно сплава лесных ресурсов стала р. Вишера (железная дорога так и не была проложена). Сооружение комбината в отдалённом районе оправдывалось чистой водой р. Вишера, которая должна была использоваться для изготовления бумаги высоких сортов, и значительными запасами еловых насаждений [7, с. 662]. Выбор строительной площадки Камского ЦБК (Уральская область, ниже по течению реки от Перми) обусловливался возможностями сплава древесины по р. Кама, прокладки подъездных путей к железнодорожной магистрали до Перми. Предприятие должно было производить печатную бумагу. Основным фактором в пользу размещения Сосьвинского ДОКа, поставщика изделий из дерева будущему вагоностроительному заводу в Нижний Тагил, в Северном Зауралье стало наличие там значительных запасов лесных ресурсов. По железной дороге продукция предприятия сначала транспортировалась на север до Надеждинска, затем в южном направлении в Нижний Тагил, преодолевая расстояние около 350 км.
В других регионах страны ресурсный и транспортный факторы являлись также определяющими при строительстве новых предприятий. В частности, в Чувашии развитие деревообрабатывающей отрасли связывалось с наличием существенных запасов лесных ресурсов, особенно дуба. Концентрация мощных лесопильных предприятий в районе Архангельска обусловливалась широкими возможностями сплава древесины по Северной Двине и наличием порта для последующего экспорта лесных ресурсов и материалов [36, с. 472, 474, 475, 522-530].
Реализация первого пятилетнего плана в лесопромышленном комплексе отличалась по ряду моментов от задумок советских органов власти, сформулированных в конце 1920-х гг. Во-первых, произошло изменение отношение государства к лесным ресурсам. Концепции и положения ведущих теоретиков лесного дела М.М. Орлова, Г.Ф. Морозова, В.Н. Сукачева и их учеников (принцип постоянства пользования лесом, изучение прироста для нужд установления размера рубки, установление оборотов рубки) были отвергнуты. При этом ответы на многие «острые» вопросы (как осуществлять лесное хозяйство и рубку древесины) не были даны. В результате, новой теоретической основой лесопользования стали приоритет плана в регулировании заготовки лесных ресурсов и концентрированный метод рубки [33, с. 8, 9]. Во-вторых, были осуществлены масштабные реформы в сферах управления и организации лесного хозяйства и лесной промышленности. Лесные массивы в основных районах деятельности органов ВСНХ и Народного комиссариата путей сообщения передавались из органов Народного комиссариата земледелия им в долгосрочное пользование (60 лет) [41, с. 154]. Отпуск древесины государственным учреждениям и организациям, в соответствии с постановлением ЦИК и СНК СССР от 2 сентября 1930 г., стал производиться бесплатно. В январе 1932 г. из состава ВСНХ СССР был выделен в качестве самостоятельного ведомства Народный комиссариат лесной промышленности СССР.
Эти изменения, осуществлённые в короткий промежуток времени, сильно повлияли на развитие отрасли, перед которой были поставлены серьёзные задачи. Общими итогами первой пятилетки в лесопромышленном комплексе стали изменение приоритетов в финансировании отдельных отраслей, невыполнение большинства плановых заданий [8, с. XXXII; 34, с. 33, 52, 202; 35, с. 353]. Тем не менее, по таким показателям, как стоимость производственных основных фондов и валовой продукции, удельный вес отрасли в промышленности страны повысился.
В 1928/1929-1933 гг. доля расходов на лесопромышленный комплекс в государственном бюджете СССР возросла от 2,4 до 2,7 %, за исключением 1932 г., когда этот показатель составил 3,4 % [43, с. 653], что можно связать с активным строительством и в основном завершающейся реконструкцией предприятий отрасли, оснащением их оборудованием. Согласно данным ежегодника «Социалистическое строительство СССР», капитальные вложения в лесную промышленность, подведомственную ВСНХ, затем Наркомлесу СССР, увеличились с 96 млн. руб. в 1929 г. до 444 млн. руб. в 1932 г. (в ценах соответствующих лет). Наибольшая часть средств направлялась в сферу механической обработки древесины (53,8 % в 1931 г., 26,9 % в 1932 г., 26,1 % в 1933 г.), что было связано с активным возведением и реконструкцией предприятий. В 1931-1933 гг. произошло увеличение удельного веса и фактических показателей капитальных вложений в бумажную отрасль (12,4 % в 1931 г., 14,7 % в 1932 г., 16,1 % в 1933 г.) -- ввиду строительства крупных производств. Однако основной прирост инвестиций пришёлся на сферу заготовки лесных ресурсов, где начались активное освоение лесных массивов и строительство предприятий [43, с. 466].
Доли сфер механической обработки и глубокой переработки древесины в стоимости фондов и продукции «крупной» промышленности Советского Союза возросли с 5 до 5,2 % за 1926-1932 гг. Это свидетельствует в целом об их устойчивой роли в экономике. Стоимость основных производственных фондов лесопромышленного комплекса по состоянию на 1 января 1933 г. составила 1095 млн. руб. (5 % от показателя по стране, с учётом лесозаготовительной отрасли). На первом месте находилась деревообрабатывающая отрасль (47,4 %). Стоимость валовой продукции (в ценах 1926/1927 г.) составила по лесопромышленному комплексу почти 3 млрд. руб. (7,5 % от показателя по стране, с учётом лесозаготовительной отрасли). Здесь 45,1 % и 42,6 % стоимости давали соответственно сферы заготовки и механической обработки древесины. В структуре лесопромышленного комплекса более высокие темпы прироста стоимости валовой продукции в лесохимии и деревообработке были обусловлены обновлением производственных фондов. Однако они в технологическом плане были проще, быстрее осваивались, обходились дешевле и обеспечивали более высокую отдачу по сравнению с бумажным производством [42, с. 26, 28, 29, 124; 43, с. 222, 231; 44, с. 5, 6, 12].