48) Chantang-ssagon кубический, 1 шт., от 12» [Messerschmidt, 1977. S. 40-41].
В продолжение списка № 21 UR-LAP (от 12 февраля) с указанием цены числятся следующие предметы:
«От 21 самоед. Malitza, белая 1,50;
От 21 самоед. бобровая свитка, 1 шт., - ,20;
От 21 самоед. сапоги из оленьего меха, 1 пара, - ,30» [Messerschmidt, 1977. S. 105]. Поступление предметов из экспедиции Д. Г. Мессершмидта можно считать этапным событием для Кунсткамеры, поскольку они собирались как часть системного описания явлений традиционной культуры непосредственным очевидцем их бытования в культурной среде. В комплексе с записями из путевого дневника коллекции составляли наглядное, достоверное свидетельство изложенных фактов о бытовании таких предметов.
Существенным источником пополнения собраний Кунсткамеры были дары и целенаправленные покупки у частных коллекционеров.
Так, 30 мая 1735 г. президент Академии наук И. А. Корф направил в Кабинет императрицы Анны Иоанновны доклад с просьбой передать в Кунсткамеру коллекции покойного сподвижника Петра I генерал-фельдмаршала Я. В. Брюса: «... многие куриозные вещи, яко книги, инструменты, до древности принадлежащие вещи, редкие монеты и каменья», купленные Брюсом в Германии во время путешествий с Петром I, «а отчасти здесь великим трудом и иждивением собрал» [Материалы..., 1886. Т. 2. С. 728]. В январе 1736 г. Академия наук получила коллекцию Я. В. Брюса, в том числе китайские и азиатские вещи - в основном статуэтки из камня, фарфора, меди [Материалы., 1895. Т. 7. С. 406-408].
Предметы культуры, преимущественно Китая, покупались у частных продавцов. Например, зимой 1738 г. у кухмейстера Иоганна Рейслера были приобретены китайские изделия из меди: курильницы, зеркала, статуэтки, изображающие животных, людей, божеств, мифических существ, и пр. [Материалы., 1886. Т. 3. С. 629].
Весной 1742 г. у обер-комиссара Леви Липмана были куплены китайские картины, статуэтки, чаши из резного камня [Материалы., 1889. Т. 5. С. 99-100].
Китайские изделия из фарфора, камня, металлов, лака, предметы одежды поступали также из Канцелярии конфискации [Материалы., 1887. Т. 4. С. 747-750].
Очевидно, что пополнение собраний по традиционным культурам за счет даров и покупок находилось под существенным влиянием личных предпочтений частных собирателей. Предметы представляли скорее не какой-либо народ, а область художественного ремесла либо популярное направление коллекционирования.
Переломным событием в становлении собрания предметов традиционных культур различных народов как инструмента науки, служащего для классификации и систематизации таких явлений, стала деятельность Академического отряда Второй Камчатской экспедиции.
История организации, исследований и результаты работы Академического отряда Второй Камчатской экспедиции (1733-1743) в области «истории народов» продолжают и в XXI в. давать интересный материал для осмысления и представления этого научного предприятия.
Сбор коллекций для Кунсткамеры был одной из существенных составляющих работы экспедиции. Эта сторона деятельности ученых в разной степени освещалась в исторической литературе. Архивные и печатные материалы, включающие указания по сбору сведений и коллекций для Кунсткамеры, были введены в научный оборот А. И. Андреевым [1965. С. 73286]. Обзор результатов этой экспедиции с точки зрения вклада в этнографию был выполнен М. О. Косвеном [1961. С. 166-212]. Этнографическое и историческое наследие участников Второй Камчатской экспедиции в целом, и особенно заметки Г. Ф. Миллера, изучаются, анализируются и публикуются А. Х. Элертом. Им были введены в научный оборот ценнейшие архивные сведения, в том числе и по собиранию этнографических коллекций [Элерт, 2018]. Опубликован перевод с немецкого на русский язык документа исключительного значения для истории российской науки, истории этнографии и физической антропологии - систематизированного плана изыскательской, этнографической и антропологической полевой работы, составленного историком Г. Ф. Миллером, - «Показание, каким образом при описании народов, а паче сибирских, поступать должно» [Элерт, 1999. С. 181-226].
Списки предметов, поступавших в Кунсткамеру, в том числе служащих для описания народов, опубликованы в «Летописи Кунсткамеры. 1714-1836» [2014. С. 557-561, 567-569, 577 и др.].
5 апреля 1733 г. на заседании Конференции Академии наук утверждена инструкция Г. Ф. Миллера «О истории народов» по описанию народов Сибири и Камчатки [Андреев, 1937. С. 60]. Отдельные ее пункты касались сбора предметов по древней истории и традиционной культуре народов, проживавших в местах работы экспедиции, зарисовке их внешнего облика:
«9. Все всякого рода останки, древние монументы, сосуды древние и новые, идолы и знатнейших городов проспекты отчасти в точность списываемы, отчасти в Санкт-Петербург привозимы быть должны.
10. Каждого народа и племени несколько человек обоего пола, которых свойства сего народа на глазах и на стане тела видны, вместе с употребительнейшею их одеждою тщательно списаны, также и несколько образцов одежды всякого рода в Санкт-Петербург привезены быть должны» [Миллер, 1937. С. 460-461].
Таким образом, задача по сбору этнографических предметов для Академии наук была впервые четко сформулирована в программе общих экспедиционных исследований.
Сбор этнографических предметов и материалов был подкреплен правительственными указами. Г. Ф. Миллер и И. Г. Гмелин рассылали в воеводские канцелярии промемории, касающиеся сбора сведений по истории и географии края, присылке останков мамонтов и неизвестных животных, а также покупке у местных жителей мужской и женской одежды. Такие запросы были разосланы в Якутскую, Нарымскую, Сургутскую, Березовскую воеводские канцелярии и Енисейскую провинциальную канцелярию [Летопись Кунсткамеры..., 2014. С. 122].
Большой вклад в формирование этнографического фонда Кунсткамеры Академии наук внес тогдашний студент Академии, а в будущем профессор натуральной истории и ботаники С. П. Крашенинников. В 1733 г. он выехал в экспедицию совместно с Г. Ф. Миллером и И. Г. Гмелиным. В июле 1737 г. из Якутска по заданию этих профессоров С. П. Крашенинников был отправлен на Камчатку. И. Г. Гмелин и Г. Ф. Миллер дали ему комплексную инструкцию для проведения изысканий в области естественных наук и описания народов. Отдельные пункты инструкции были посвящены собиранию этнографических предметов и книг для Кунсткамеры:
«Ежели на Камчатке находятся какие японские идолы или иные какие примечания достойные вещи, а наипаче книги, то оные со всяким прилежанием сыскивать и для императорской Кунсткамеры покупать (п. 58) <...>.
В Охоцке и на Камчатке стараться тебе всячески о получении для отсылки в императорскую Кунсткамеру лучшаго платья всяких иноземческих народов как мускаго, так и жен- скаго, также и ребячьего, ежели, кроме величины, есть в чем какая отмена (п. 79)» [Косвен, 1961. С. 196-197].
О направлениях и структуре сбора материалов свидетельствует перечень вопросов, составленных в 1738 г. Г. Ф. Миллером для переводчика Ильи Яхонтова. Г. Ф. Миллер отправлял Яхонтова в Селенгинск, в улусы скончавшегося тайши Лапсана, где находился монгольский лама Дзорджи. Ламу следовало расспросить о следующем: об истории монголов до времен Чингисхана, о том, где он жил и где был погребен, о тангутской земле, о Далай- ламе, о жизни монахов, о клятвах, об обрядах при рождении ребенка и при заключении брака, при погребении или кремации. И. Яхонтову было велено самому побывать на церемонии богослужения и все подробно описать. Кроме того, привезти предметы, использующиеся при богослужении (прилож. 1).
Ключевым документом в отражении построения исследовательской и собирательской работы является «Показание, каким образом при описании народов, а паче сибирских, поступать должно», составленное Г. Ф. Миллером для адъюнкта И. Э. Фишера [Элерт, 1999. С. 181-226]. Описание народов по этой программе строилось в комплексе лингвистических, археологических, исторических, антропологических и этнографических данных, размещенных по иерархической структуре.
Частью программы являются наставления «О собирании различных предметов для императорской Кунсткамеры» и «О рисунках» - примеры первых системных подходов к сбору коллекций по культуре народов с целью их дальнейшего включения в систему научного изучения. Приведем полностью первый из документов.
«О собирании разных вещей в Императорскую Кунсткамеру, а именно СПФ АРАН. Ф. 934. Оп. 1. Д. 74. Л. 258.
1) Всякие древности, которые способно привозить можно, також находящиеся по разным местам мелочи. Да по моему мнению и то бы изрядно было, ежели бы и могильный камень при реке Вибат с незнаемой надписью також и находящиеся в Красноярске с подобной же подписью разные столбы в Санкт-Петербург в Императорскую Кунсткамеру прислать, а на привозе СПФ АРАН. Ф. 934. Оп. 1. Д. 74. Л. 259. Там же. Л. 260. таких вещей без повелительного указу я <неразб.> давать не посмел
2) Всякое платье муское и женское всех народов, а понеже моим старанием такого платья много прислано, то на конце приобщу в росписание собрания тому платью, дабы по тому лучше поступать можно было
3) Прислать татарскую или братскую юрту, которая войлоком покрыта вместе с деревянными подставками, и со всеми принадлежностями, каковые обыкновенно у них поставляются
4) Березовые корки, которыми покрываются тунугские юрты
5) Нюки из лосиной или оленей кожи, которые бывают на самоедских юртах
6) Деревянные подставки под юкагирскими юртами с лосиными и оленьими кожами, которыми оные покрываются, ежели оные от самоедских юрт зело разнятся
7) Всякой домашней скарб, которой от нашего какую нибудь имеют отмену
8) Разнаго дела кольчуги, стрелы и луки, також сандаки, в которые кладут луки Там же. Л. 261. и стрелы, и прочие охотничьи инструменты, також и пару курильских лопаток
9) Всякие обрасцы ловушков и силков, которыми ловят зверей и птиц, и оным модели приказать зделать искусным охотникам и промышленным
10) Коренья, которые едят, сушат и сушоные травы, переложенные оные бумагой. Також и те травы, которые вместо труда и моксы или вместо чая или на краску употребляются, сохраненные достойно, не менее же проведывать и о тех травах, которые настоящую или по суеверию приписанную оным силу имеют Там же. Л. 262.
11) Музыкальные инструменты и охотничьи рога
12) Всякие езыческие болваны, жертвенные сосуды разнаго дела волшебные бубены с лопатами, при том же и шаманское платье со всеми принадлежностями, из оных вещей собрано много довольное число, как ниже сего в росписи явствует
13) Болваны и всякие уборы и сосуды, которые употребляются при идольских службах в тангутском или далайламском законе
14) К получению у народов помянутых вещей надлежит запастись товарами Там же. Л. 263., которые везде приняты, и оные вещи на те товары выменивать, к тому ни что так способно быть не имеет, как китайской табак или зогар, которые пуда с два из казны в Якуцке требовать можно, а при том надобно за ту прошнурованную за печатью расходную книгу, и сколько за то табаку в расходной книге писать именно, и позже велеть росписываться, дабы потом отчот дать можно было Там же. Л. 264.
15) Ежели где что из вышепоказанных вещей из отдаленных мест в <неразб.> самому ехать неможно, выписать должно, так о промысле вещей иметь старание канцелярии, а при том требовать, чтоб за такие вещи народам платить цену исправно и сколько за ето заплачено будет показать именно
16) И таким образом, сколько чего собрано и привезено будет в разные времена присылать в Санкт-Петербург с показанием цены каждой вещи».
Таким образом, эти документы обеспечивали систематизацию предметов по темам:
• мужская и женская одежда;
• переносное жилище;
• домашняя утварь;
• военное и охотничье снаряжение;
• музыкальные инструменты и охотничьи рога;
• атрибуты религиозного культа;
• питание;
• народная медицина;
• окраска тканей.
Приложение «О рисунках» (прилож. 2) также включало пункты, касающиеся традиционной духовной и материальной культуры. Следовало рисовать как композиции, так и отдельные сюжеты: мужчин и женщин в повседневной и праздничной одежде, с украшениями, за каким-либо занятием; жилища, юрты, интерьеры; утварь; способы и средства передвижения; промысловиков и их снаряжение; воина с вооружением, сцену битвы; состязания в беге, стрельбе и борьбе; свадебную церемонию, родины, похороны; шаманские обряды; буддийских и ламаистских священников, атрибуты и церемонии буддийского культа.
Подобный подход позволял получить обширный подтверждаемый материал для описания, систематизации и сравнения культур различных народов.
Заключение
На основании анализа приведенных выше материалов в истории формирования этнографического собрания Кунсткамеры Императорской академии наук можно вычленить следующие направления развития:
• собирание коллекций редких предметов как части жанра путевых дневников или описания путешествия;
• сбор предметов традиционной культуры как части целостного, географо-экономического, исторического и культурного описания определенной территории Российской империи;