Рассмотрение осуществляется последовательно: сначала приводятся области, обусловленные представлениями субъекта о себе и своем поведении; вслед за ними - представления о своем месте в окружающем мире и присутствии значимых лиц.
Самоопределение: представление о себе. Социальное присутствие играет важную роль в построении «образа Я». Под влиянием социального окружения, а также вовлечения в социальные группы формируется представление субъекта о себе. Его «ядром» является определение себя - обобщенное описание себя субъектом, выраженное в терминах, понятных социальному окружению. Для самоопределения зачастую используются обозначения: а) ролей («сын», «учащийся», «инженер», «гражданин»); б) качеств («общительный», «смелый», «сильный»); в) категорий («русский», «верующий») и пр. Самоопределение позволяет представить себя окружающим, но при этом оно также обобщает знание субъекта о себе как исходная точка для познания себя в социальном и индивидуальном контекстах.
Изучение самоопределения людей разных культур выявило два отличающихся типа описаний: индивидуалистическое и коллективистское [49]. Первое характерно для западной цивилизации - странах Европы и Америки, второе распространено в цивилизациях Востока, к примеру - странах Юго-Восточной Азии. В западной культуре субъект всегда определяет себя уникальным, самобытным и отличающимся от окружающих; в восточной - подчеркивает свою похожесть, слитность с другими людьми, обозначает связь с окружением. При этом, изучение индивидуалистичности представителей западной цивилизации показывает, что оно свойственно не только одному человеку, но мотивирует самоопределение социальных групп. Так, действия участников одной группы обусловлены стремлением отличаться от других групп, несмотря на то, что это желание может приводить к потерям для группы.
Следуя R.F. Baumeister [45], мотивами самоопределения служат: а) стремление субъекта уточнить знание о себе, б) подтвердить его в реальности, в) дополнить имеющееся знание новой и положительной частью. Результаты самоопределения рассматриваются в терминах конструирования [35]; самоописания [22]; саморазличения [29]; определенности образа Я [15]. Сходство между ними можно увидеть в том, что самоопределение всегда связанно с социальным окружением и рассчитано на понимание окружающими. Таким образом, несмотря на закрытый, индивидуализированный характер самоопределения, оно может быть понято другим человеком. При этом, определение себя может быть нечетким и несистематизированным, описывать отдельные качества («добрый», «общительный», «веселый»). В целом самоопределение выражает уникальность субъекта. Так, представление себя как неповторимого и непохожего на других связывается с интернальностью, высокой самооценкой и самоуважением, проявляется в независимом поведении, способности отстаивать собственные интересы во взаимодействии с другими людьми. Как показывают клинические исследования, определение уникальности и индивидуальности повышает уровень субъективного благополучия, способность совладать со стрессом. В противном случае, неспособность определить свою независимость и неповторимость, осознать свое отличие от окружающих приводит к риску подвергнутся их когнитивному либо эмоциональному воздействию [40].
В процессе самоопределения используется два вида представлений: во-первых, уже сформированное представление о себе, во-вторых, представление о других людях и группах. Они необходимы для сравнения образа себя с окружающими, обеспечивающего самоверификацию и самоизмерение [42]. Интересно, что субъект воспринимает социальное сравнение критично, лишь связывая результаты сравнения с собой. Информация, не затрагивающая его лично и предназначенная, например, для всей группы тестируемых, не вызывает таких реакций.
Но представление о других становится ресурсом не только для критического анализа, как об этом писал Л. Фестингер, но и для формирования перспективы развития «образа Я»: определения качеств, которыми субъект уже обладает, а также которые мотивирован приобрести в будущем [63]. Это подчеркивает избирательность принятия информации при формировании «образа Я». По сути используется лишь та, которая согласуется с уже имеющимся самоопределением.
Важная характеристика самоопределения - это его ясность. Экспериментальные исследования показывают, что субъекты с четким представлением о себе обладают меньшей социальной тревожностью и большим удовлетворением самим собой [61]. При этом, по мнению P.W. Linville, самоопределения должны быть сложными а не простыми. Ею обнаружено, что субъекты, определяющие себя большим количеством качеств, черт или терминов социальных ролей, менее подвержены депрессиям, переживаниям стрессовых событий [47]. Изменчивость, нестабильность самоопределения связывается с несамостоятельностью, подверженностью влиянию окружающих. Неясное и несогласованное самопредставление ассоциируется с плохим физическим самочувствием, сопровождается ощущением потери контроля над событиями своей жизни [50].
Обобщая, отметим, что самоопределение - это разновидность представлений субъекта о себе, выраженное в социально-понятной форме и обозначающее его индивидуальность, отличие от окружающих. Роль социального присутствия в представлении субъекта о себе можно проследить, во- первых, в его ясности и стабильности; во-вторых, в стремлении определить свою уникальность, непохожесть субъекта на окружающих; и, в-третьих, в использовании терминов и понятий, используемых социальным окружением.
Самовоплощение: способность достигать цели, влияя на окружающих. Исследования «образа Я» подтверждают связь между социальной активностью и самооценкой. Она анализируется с точки зрения разных теоретических позиций, но согласуется в том, что социальная активность необходима для самосознания субъекта. Ясно, что, действуя и получая некие результаты, субъект оценивает свою состоятельность. Таким образом, представление субъекта о своей эффективности, способности воплощать свои планы в жизнь включается в «образ Я».
Вместе с тем, в социальной психологии нет единого представления о самовоплощении. На уровне теоретических описаний идея самовоплощения сходна с идеями саморазвития и самоактуализации в гуманистическом направлении психологической науки [4]. Но ее концептуализация проводится в исследованиях, предпринятых в социально-когнитивном направлении. В нём посредством эксперимента изучается социальная активность субъекта, благодаря чему выявляется сущность представлений о самовоплощении, объясняются механизмы его формирования. Помимо этого, социальнокогнитивные исследования объясняют закономерности отношений между самовоплощением и «образом Я», демонстрируя, как самовоплощение влияет на самоопределение и самооценку. Эти соображения, в конечном итоге, и объясняют наше внимание к социально-когнитивному подходу.
Исследования самовоплощения представлены в концепциях «самоэффективности» [13], «социального влияния» [33; 34], «социальной направленности поведения субъекта» [20], «самопроектиро- вания во взаимодействии с окружающими» [56]. Все эти концепции объясняют, как возникает представление о самовоплощении, каким образом оно проявляется во взаимодействии с окружающими и как связано с «образом Я». Обобщая исследования, можно говорить о том, что самовоплощение - это представление человека о своей способности оказывать социальное влияние, воздействовать на других людей, быть компетентным и эффективным в социальном взаимодействии.
Одной из первых концепций самовоплощения выступает представление о самоэффективности, разрабатываемое A. Bandura с позиций социально-поведенческого подхода. Самоэффективность - это «убежденность человека в своей способности организовать и осуществить необходимые действия» [13]. Высокая убежденность в том, что результат будет достигнут, приводит к участию в разных видах деятельности. Неудачи в делах не приводят к отказу от действий, а меняют стратегию поведения. От самостоятельных действий субъект переходит к поддержке окружающих. Таким образом, представление о самоэффективности не вытекает из опыта деятельности, а основывается на восприятии субъектом себя таковым. В трактовке V.Gecas представление о возможности влиять на окружающих исключительно прагматично и рационально [33]. Оно формируется на опыте предыдущих действий, знании о том, как следует действовать, воодушевляющих или обескураживающих высказываниях других людей, переживаниях чувства азарта или страха. По мнению V.Gecas, вовлеченность в социальные отношения позволяет подростку оценивать меру своего влияния на социальную среду, а также измерять собственную компетентность, сравнивая себя со сверстниками [34].
Эмпирические исследования подтверждают отношения между представлением о самовоплоще- нии, самооценкой и социальным сравнением. Так, люди, считающие, что обладают богатым и положительным опытом действий, в определенной ситуации вели себя в ней активнее, нежели люди, чье мнение о собственной продуктивности было низким. Представление о самовоплощении также связано с операциями социального сравнения [38]. Объяснение этому видится в стремлении соответствовать требованиям социального окружения и оценивать свое положение в социальной структуре.
В работе J. Stets представление о самовоплощении и социальная полезность действий определяются как аспекты (стороны) самооценки [60]. Отношения между ними сопряжены: высокая социальная полезность повышает оценку собственной эффективности. При этом сопоставление данных параметров с представлением о себе повышает его стабильность. Понимание общественной важности выполняемого дела и своей способности достичь результата дет субъекту защиту от обесценивания. Самооценка не изменяется ни под влиянием негативного мнения, ни собственной переоценкой. Таким образом, признание полезности социальных действий человека повышает у него ощущение собственной компетентности и вместе с тем способствует развитию и укреплению представлений о себе самом.
Итак, представление о самовоплощении говорит о способности субъекта эффективно достигать собственных целей во взаимодействии с окружающими. Самовоплощение демонстрируется посредством социальной активности, и подтверждается признанием со стороны окружающих. Способность к самовоплощению повышает самооценку субъекта. Социальное присутствие - необходимое условие для самовоплощения, поскольку предоставляет информацию о компетентности, эффективности субъекта.
Отождествление: принятие социальной роли и самовосприятие. Для объяснения различных видов социальной активности человека используется понятие «ролевое поведение». В терминах ролей описываются внутригрупповые отношения, конфликты и лидерство, активность в профессиональной деятельности, а также отношение субъекта к разным социальным группам. Во всех случаях, ролевое поведение определяется как способ либо модель социального поведения, предписанная группой участнику соответственно его позиции в структуре группы [6]. Понятие ролевого поведения применяется исключительно к повторяющимся и стабильным видам социальной активности и не затрагивает экстремальных событий. Ролевое поведение субъекта ограничено рамками социальной ситуации, подкрепляется нормами группы, которые предусматривают поощрения и наказания за соответствие роли. Таковы традиционные и, более социологические, нежели психологические взгляды на ролевое поведение.
Содержание концепта «ролевое поведение» изменилось после того, как исследованию стали подвергать не только поведение, но и представление о роли, существующее у субъекта социальных отношений. При этом история применения представлений не была последовательной. В традиции взглядов У. Джемса принято различать представление о себе и представление о себе в социальных отношениях. С этой позиции, Я-концепция включала независимые друг от друга области «подлинного Я» и социального Я. Источником информации для формирования подлинного Я выступали глубинные самоощущения, а социальное Я формировалось как интрапсихологическое последствие выполнения роли.
Альтернативный взгляд на ролевое поведение фокусируется на когнитивной составляющей представлений о поведении. Речь здесь идет о представлении субъекта о себе в контексте социальных отношении, восприятии себя в образе участника социальных отношений. Когнитивный подход сформировал новый взгляд на отношения между двумя видами представлений субъекта: о себе в целом («образе Я») и себе как исполнителе ролевого поведения («социальном Я»).
В частности, получило эмпирическое подтверждение представление о множественности «социальных Я», возникающих из-за присутствия субъекта в различных социальных общностях. Проблема приоритета разных «социальных Я» была решена путем введения представления о «центральности Я», некой интеграции «социальных Я» в единое представление субъекта о себе [56].
Следствием «центральности» стало отсутствие внутриличностных конфликтов, которые могли были быть вызваны ролью [53]. Субъект сохранял целостность самопредставления вне зависимости от противоречий, которые возникали в разных моделях поведения. Также были объяснены противоречия между ролевым и неролевым поведением [51]. Противоречия возникали из-за сопряжения нескольких ролей одним субъектом. Например, оказавшись на рабочем месте с собственным ребенком человек вынужден «переключаться» между профессиональной и родительской моделями поведения. При этом выполнение обеих моделей поведения вызывает их взаимонарушение, и, как следствие, затруднения в их исполнении. В работах, оценивающих неролевое поведение, показано, что оно разнообразит поведенческий репертуар социальной роли, влияет на эффективность ее выполнения.
Изучение представлений о роли позволило переосмыслить содержание «образа Я». Оно выявило последствия понимания субъектом ее содержания. Как подчеркивает М. Hogg, восприятие себя как исполнителя социальной роли влияет на «образ Я» [37]. Социальные роли в самосознании становятся самопредставлениями, самореференциями, позволяющими субъекту лучше понять свое место и функцию в социальной структуре. В итоге «образ Я» дополняется информацией о модели поведения в этой роли. Кроме того, оценки поведения субъекта окружающими изменяют его самооценку. В частности, N. Ellemers установила, что социальная оценка группы, в структуру которой вовлечен субъект, влияет на его поведение и затрагивает самооценку [32]. Ею экспериментально доказано, что негативная оценка группы со стороны других групп вызывает у ее участников реакции защитной агрессии. Объясняется это тем, что угроза группе рассматривается как угроза субъекту. Угроза представляется как личный вызов, ответ на который необходимо дать под угрозой потери самоидентичности. Важно также то, что вслед за негативной оценкой группы, снижается уровень самоуважения ее участников. Следовательно, угроза группе, участники которой отождествляют себя с ней как ее представители, затрагивает их самопредставление и самооценку.