Договорно-правовой департамент МВД России
Управление организации судебно-исковой работы
Отдел организации защиты интересов МВД России в высших судебных органах
Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации (на примере органов внутренних дел)
Всеволодович М.Г., к.ю.н., доцент
Курсаев А.В., к.ю.н., эксперт-специалист
Москва
Аннотация
Статья посвящена реализации правовых позиций Конституционного Суда РФ, касающихся деятельности органов внутренних дел. Рассматриваются статистические показатели обращений Конституционного Суда РФ, поступивших в МВД России в 2017 - первом полугодии 2018 года. Анализируются наиболее важные постановления Конституционного Суда РФ, затрагивающие интересы МВД России, принятые за указанный период. Обосновываются предложения по повышению эффективности законотворческой деятельности по реализации постановлений Конституционного Суда РФ.
Ключевые слова: Конституционный Суд Российской Федерации, МВД России, правовая позиция, законодательный процесс.
Annotation
Legal position of the Constitutional court of the Russian Federation (on the example of internal affairs bodies)
G.V. Maryan, Al.V. Kursaev, сandidate of sciences (law), associate professor; Department of the organization of judicial work, department of the organization of protection of interests, department of the Ministry of internal affairs of Russia Moscow, Russian Federation
The article is devoted to the implementation of the legal positions of the constitutional Court of the Russian Federation concerning the activities of the internal Affairs bodies. Statistical indicators of the appeals of the constitutional Court of the Russian Federation received by the Ministry of internal Affairs of Russia in 2017 - the first half of 2018 are considered. The most important Decisions of the constitutional Court of the Russian Federation concerning activity of the Ministry of internal Affairs of Russia accepted for the specified period are analyzed. The author substantiates the proposal to improve the efficiency of legislative activity on the implementation of the decisions of the constitutional Court of the Russian Federation.
Keywords: Constitutional Court of the Russian Federation, Ministry of internal affairs of Russia, legal position, legislative process.
Положения Конституции РФ в интерпретации Конституционного Суда РФ существенным образом повлияли на становление и развитие законодательства о деятельности органов внутренних дел и практики его применения.
Вопросы, относящиеся к сфере деятельности МВД России, были неоднократным предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ, по итогам которого им были сформулированы соответствующие правовые позиции.
Правовая позиция Конституционного Суда РФ, как отмечает заместитель председателя Высокого Суда С.П. Маврин, представляет собой «содержащиеся в мотивировочной части решений Конституционного Суда его аргументированные точки зрения, мнения, суждения, умозаключения или выводы, содержащие формулировки конституционно-правовых принципов, правовых идей и иных фундаментальных правовых конструкций, которыми руководствовался Конституционный Суд, принимая решения по конкретным делам» [1, с. 23].
С учетом того, что решения Конституционного Суда РФ занимают особое место в российской правовой системе и, по мнению судьи Конституционного Суда РФ в отставке Н.В. Витрука, «по своей юридической силе равны Конституции» [2], в МВД России важное внимание уделяется рассматриваемым Конституционным Судом РФ делам и реализации выработанных им правовых позиций.
Важность реализации правовых позиций Конституционного Суда РФ подчеркивается и последовательным увеличением количества дел, рассмотренных им по вопросам, относящимся к компетенции МВД России.
Так, если в 2017 году МВД России приняло участие в рассмотрении или давало заключение по 13 делам, находящимся в производстве Конституционного Суда РФ, из них по 6 делам - в первом полугодии и по 7 делам - во втором полугодии, то только в первом полугодии 2018 года Министерством принято непосредственное участие в рассмотрении 13 обращений в Конституционный Суд РФ, то есть столько же, сколько и за весь предыдущий 2017 год. При этом Судом всего за 2017 год вынесено 40 постановлений.
Данные статистические показатели свидетельствуют не только о более активной реализации гражданами своего права на обжалование примененного при рассмотрении судебного спора законодательного акта, но и о том внимании, которое уделяется Конституционным Судом РФ мнению МВД России для всестороннего рассмотрения дела при формулировании правовой позиции.
Юридический диапазон опубликованных решений Конституционного Суда РФ, касающихся деятельности органов внутренних дел, необычайно широк, поскольку он предопределен как многочисленностью сфер деятельности, относящихся к компетенции МВД России, так и разнообразием поступающих в суд обращений и поставленных в них вопросов.
В МВД России поступают обращения Конституционного Суда РФ по разным направлениям - начиная от таких традиционных для Министерства вопросов, как охрана общественного порядка, проведение публичных мероприятий, вопросы уголовного права и уголовного процесса, прохождение службы в органах внутренних дел и предоставление социальных гарантий сотрудникам органов внутренних дел и членам их семей, и заканчивая жалобами, в которых компетенция МВД России, на первый взгляд, неочевидна, например, жалобы, связанные с определением порядка наследования выморочного недвижимого имущества.
В связи с возложением на МВД России дополнительных полномочий продолжает расширяться сфера поступающих жалоб. Так, в связи с произошедшим в 2016 году упразднением ФМС России и передачей ее функций МВД России Конституционным Судом РФ было вынесено с учетом заключений Министерства 3 постановления по вопросам миграционного и регистрационного учета граждан (постановления от 23 мая 2017 г. №14-П по жалобе Н.Г. Мсхиладзе о проверке конституционности положений статей 31.7 и 31.9 КоАП РФ; от 19 июля 2017 г. №22-П по жалобе граждан США Н.Д. Вордена и П.Д. Олдхэма о проверке конституционности положений части 1 и пункта 2 части 2 статьи 20 Федерального закона «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации»; от 29 мая 2018 г. №21-П по жалобе гражданина Социалистической Республики Вьетнам Нгуена Чонг Хай на нарушение его конституционных прав пунктами 1 и 3 статьи 8 Федерального закона от 25 июля 2002 г. №115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации»).
При рассмотрении поступающих обращений, касающихся деятельности органов внутренних дел, Конституционный Суд Российской Федерации в соответствии со своим статусом и задачами дает прежде всего конституционно-правовую оценку полученным материалам, опираясь на соответствующие статьи Конституции РФ.
Однако при обосновании своих конечных суждений и формулировании правовых позиций Конституционный Суд РФ ссылается на нормы специальных законов (УПК РФ, федеральных законов «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» и «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации») и правоприменительную практику, что предопределяет направление соответствующих запросов в МВД России и иные государственные органы.
Для анализа и оценки правовых позиций Конституционного Суда РФ их можно разделить:
1) на правовые позиции общего характера, имеющие значение для службы МВД России в целом;
2) правовые позиции, сформулированные применительно к конкретной деятельности, затрагивающей компетенцию органов внутренних дел.
Так, например, в постановлении от 6 июня 1995 года №7-П «По делу о проверке конституционности абзаца 2 части седьмой статьи 19 Закона РСФСР от 18 апреля 1991 года «О милиции» в связи с жалобой гражданина В.М. Минакова» Конституционный Суд РФ сформулировал правовую позицию, которая является актуальной и в настоящее время и заключается в признании специального статуса сотрудника органов внутренних дел.
В данном постановлении указано, что специфическая деятельность, которую осуществляют органы внутренних дел, предопределяет специальный правовой статус сотрудников милиции. Исходя из положения Конституции РФ о равном доступе к государственной службе (ч.4 ст.32), государство, регулируя отношения службы в органах внутренних дел, может устанавливать в этой сфере особые правила. Это находится в полном соответствии со статьей 55 (ч.3) Конституции РФ, допускающей в установленных ею целях ограничения прав граждан федеральным законом, и не противоречит пункту 2 статьи 1 Конвенции МОТ 1958 года №111 относительно дискриминации в области труда и занятий, согласно которому различия, исключения или предпочтения в области труда и занятий, основанные на специфических (квалификационных) требованиях, связанных с определенной работой, не считаются дискриминацией.
Данная правовая позиция была развита Конституционным Судом РФ в последующих постановлениях: от 18 марта 2004 года №6-П «По делу о проверке конституционности части второй статьи 6 Закона Российской Федерации «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей» в связи с запросами Верховного Суда Российской Федерации и Мещанского районного суда города Москвы» и от 21 марта 2014 года №7-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 7 части 3 статьи 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с жалобами граждан А.М. Асельдерова, К.Г. Рабаданова, Г.К. Сулейманова и Е.В. Тарышкина».
Правовые позиции Конституционного Суда РФ непосредственно по специальным вопросам деятельности органов внутренних дел сформулированы во многих его решениях.
В частности, в 2017 - первом полугодии 2018 года Конституционным Судом РФ с учетом позиции МВД России рассмотрено дел по вопросам, касающимся:
- защиты прав граждан и организаций в уголовном процессе - 7;
- предоставления социальных гарантий сотрудникам органов внутренних дел и членам их семей - 4;
- прохождения службы в органах внутренних дел - 4;
- привлечения к ответственности за совершение административных правонарушений - 3;
- миграции - 3;
- привлечения к уголовной ответственности - 2;
- проведения публичных мероприятий - 2;
- гражданско-правового регулирования (наследования) - 1.
В частности, в Конституционном Суде РФ рассмотрено дело о проверке конституционности положений статьи 2121 Уголовного кодекса РФ в связи с жалобой гражданина И.И. Дадина в части правомерности применения уголовной ответственности за неоднократное нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования.
При этом нарушением установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, совершенным лицом неоднократно, признается, согласно примечанию к данной статье, нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, если это лицо ранее привлекалось к административной ответственности за совершение административных правонарушений, предусмотренных статьей 20.2 КоАП РФ, более двух раз в течение ста восьмидесяти дней.
Таким образом, в деле по жалобе И.И. Дадина Конституционный Суд РФ рассмотрел два важных вопроса:
1) о возможности привлечения к уголовной ответственности за нарушение установленного порядка проведения публичных мероприятий и
2) о возможности введения в уголовный закон норм с административной преюдицией, в которых неоднократное совершение виновным лицом в течение определенного времени административных правонарушений после наложения на первое (первые) из них административной ответственности признается юридическим актом, порождающим уголовно-правовые последствия [3, с. 49].
Оба этих вопроса вызвали оживленную дискуссию среди правоприменителей и научной общественности [4-8].
Конституционный Суд РФ при рассмотрении данного дела пришел к выводу, что статья 2121 УК РФ позволяет подвергать уголовному преследованию за нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования лицо, ранее не менее трех раз в течение ста восьмидесяти дней привлекавшееся к административной ответственности за административные правонарушения, предусмотренные статьей 20.2 КоАП РФ, если это лицо в пределах срока, в течение которого оно считается подвергнутым административному наказанию за указанные административные правонарушения, вновь нарушило установленный порядок организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования.
Оспариваемая норма статьи 2121 УК РФ признана соответствующей Конституции РФ (постановление от 10 февраля 2017 г. №2-П).
В постановлении от 12 января 2018 года №2-П Конституционный Суд РФ рассмотрел дело о проверке конституционности статей 36 и 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» по жалобе гражданки Н.В. Кургаевой в части, не относящей увольнение сотрудника органов внутренних дел в соответствии с пунктом 3 части 3 статьи 82 (в связи с невозможностью перевода или отказом сотрудника от перевода на иную должность в органах внутренних дел) данного Федерального закона к произведенным по инициативе работодателя, и тем самым препятствующей распространению на проходящих службу в органах внутренних дел одиноких матерей, воспитывающих ребенка в возрасте до четырнадцати лет, гарантий от увольнения, закрепленных в части четвертой статьи 261 ТК РФ, а также не обязывающей работодателя предлагать все имеющиеся вакантные должности, соответствующие квалификации сотрудника, чем допускают произвольное увольнение сотрудника.
Конституционный Суд РФ при оценке юридической и фактической стороны данного дела исходил из необходимости обеспечения разумного баланса между специальным статусом сотрудника органов внутренних дел и интересами женщины, состоящей на службе в органах внутренних дел, и ее ребенка. правовой конституционный суд орган внутренний дело
Конституционный Суд РФ указал, что основанные на положениях Конституции РФ о социальном характере российского государства и необходимости защиты семьи, материнства и детства государственные гарантии, предоставляемые женщинам в связи с материнством и воспитанием ребенка, имеют целью не только обеспечение им возможности сочетать семейные обязанности с профессиональной деятельностью, достижение фактического равенства в сфере труда, но и прежде всего - защиту интересов ребенка, создание условий, необходимых для его полноценного развития. Правовая природа этих гарантий, направленных наряду с другими мерами государственной поддержки на защиту материнства и детства, предопределяет широкую сферу их применения. В силу этого лишение таких гарантий недопустимо.
Конституционный Суд РФ, проверив содержание пункта 3 части 3 статьи 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», установил, что данная правовая норма не предполагает возможность применения предусмотренного им основания расторжения контракта по инициативе (по выбору) начальника органа внутренних дел в отношении сотрудника органов внутренних дел - одинокой матери, воспитывающей ребенка в возрасте до 14 лет, в случае когда при сокращении замещаемой ею должности в процессе осуществления организационно-штатных мероприятий она отказывается от перевода на иную вакантную должность.