В этих системах коммуникативная тональность рассматривается как вариативность речевого поведения, призванная выразить с помощью выбора коммуникативных действий личные мотивы коммуникантов.
В проводимом нами исследовании система коммуникативных действий, характерная для отдельного типа дискурса и транслирующая информацию об эмоционально-оценочных признаках коммуникации, рассматривается как «стиль общения» - модусная категория, представляющая один из возможных типов общения, который отличается специфической манерой речевого поведения, намеренно избираемой говорящим для реализации стратегической задачи, основной и дополнительных интенций, соотносимых с избранными тактиками и способами их речевого воплощения.
Посредством речевых действий, построенных по типовым синтаксическим моделям национального языка в сопровождении определенной коммуникативной тональности, говорящие пытаются управлять коммуникативным поведением, воплощать личные интенции. В ходе динамичной и ситуативно изменчивой коммуникации они вынуждены постоянно корректировать ход и стиль общения.
При этом возможности выбора языковых средств из устойчивых систем коммуникативных действий, реализуемых в типовых условиях взаимодействия, несколько ограничены сценарными нормами поведения на отдельном национальном языке.
Именно это наблюдение позволило нам сформулировать гипотезу о прагматическом характере коммуникативной тональности, обусловленном механизмом модуляции манеры общения.
Для обоснования научной значимости данной категории и выявления приемов ее реализации в границах отдельной разновидности дискурса - англоязычного воспитывающего диалога родителя с ребенком - были проанализированы скрипты 29 эпизодов образовательной программы для обучения родителей адекватным формам общения с детьми (общей продолжительностью 230 мин.) и скрипты 2 художественных фильмов (общей продолжительностью 220 мин.) (см. Источники).
Воспитательный дискурс представляет собой особую форму педагогического воздействия, нацеленного на социализацию ребенка, его характеризует статусная асимметрия участников (взрослый - ребенок), жанровое и стилевое своеобразие общения, которое инициируется и направляется воспитателем.
Для уточнения специфики лингвистической прагматики в речи взрослого было проведено параметрическое моделирование англоязычного воспитательного дискурса с учетом общих норм индивидуалистической культуры: privacy, individualism, autonomy, freedom from imposition, а также объектных (compliance, awareness, responsibility) и субъектных (selfawareness, self-esteem, self-responsibility) мотивов воздействий взрослого на ребенка [Ларина, 2013; Леонтович, 2002; Hunter, 1994; Pearson et al., 2012 и др.]. Речевое поведение взрослого отличается этнокультурно маркированной совокупностью коммуникативных действий, с помощью которых реализуются макро- и микроинтенции воспитывающего воздействия при соблюдении принципов коммуникативной неимпозитивности и неприкосновенности личности, доминирующих в англосаксонской культуре межличностного общения [Цин- керман, 2015].
Стиль общения в своем исследовании мы соотносим с представлением о типичной манере коммуникативной деятельности, маркированной системой коммуникативных единиц, реализующих интенции, стратегии, тактики общающихся, субъективность их межличностных отношений и эмоций с поправкой на меняющиеся условия коммуникации.
В реальном общении коммуникативные стили не носят строго ограничивающий поведение коммуниканта характер. Из потенциально возможных стилей общения, составляющих основу дискурсивной компетенции личности, представляется возможным избирать разные варианты коммуникативных действий и воплощать с их помощью индивидуально-личностные интенции, в том числе в ситуациях воспитывающего воздействия.
Для проведения лингвопрагматического анализа тональности общения в качестве основной единицы наблюдения было избрано высказывание, реализующее вариативность коммуникативного поведения в границах избранной формы дискурса - воспитывающего диалога, предполагающего владение взрослыми некоторым набором коммуникативных действий, объединенных общей стратегической задачей воспитывающего общения - социализацией ребенка (формированием нормативных моделей поведения и развитием личности), но обладающих потенциалом лингвопрагматической модуляции приемов речевого воздействия, связанным с динамикой ситуации и психологическими особенностями личности взрослого, вступающей в общение с ребенком.
В основу лингвопрагматического анализа была положена процедура интерпретации иллокутивной силы высказываний, представленных в типовых синтаксических моделях английского предложения (утверждение, вопрос, императив, экскламатив), с последующей систематизацией коммуникативных действий, позволяющих реализовать основную цель воспитательного дискурса посредством четырех стратегий: кооперативной, покровительственной , директивной, разъяснительной, которые определяют наличие демократического, патерналистского, авторитарного , интерпретативного стилей воспитывающего дискурса [Ильинова, Цинкерман, 2015].
В дальнейшем проводился поиск лексико-стилистических знаков, указывавших на тональности общения в воспитывающих диалогах (напр., присутствие хвалебной, критичной, сниженной, инвективной лексики), устанавливались прагмасинтаксические признаки коммуникативной тональности высказывания как специфические проявления стилистики англоязычного воспитывающего общения.
В следующем разделе статьи обосновывается положение о том, что в сознании взрослого человека складывается особая когнитивно-дискурсивная модель речевого поведения, с помощью которой представляется возможным не только передавать основную информацию, но и выражать отношение к содержанию речи, а также воздействовать на личность ребенка.
Результаты и обсуждение
Коммуникативная тональность представляется значимой характеристикой каждого из выделенных нами стилей воспитывающего общения. В процессе воспитательного взаимодействия взрослый решает разные задачи социализации и, меняя типы коммуникативных действий в сопровождении модуляции коммуникативных тональностей, склоняет ребенка к согласию, послушанию, логичным действиям, эмпатии.
Лингвопрагматическая интерпретация иллокутивной силы речевых актов с интенцией воспитывающего воздействия на ребенка позволила выявить набор повторяющихся приемов передачи коммуникативной тональности, характерный для каждого стиля воспитывающего общения, при этом был отмечен гибридный характер их использования в реальном общении.
Гибридность предполагает чередование и сочетание признаков разных стилей и коммуникативных тональностей в границах речевых партий взрослых. В таблице представлены закономерные соответствия между разновидностями коммуникативной тональности, иллокутивной силой высказываний, синтаксическими и лексическими предпочтениями при их реализации.
Сопоставление признаков коммуникативной тональности для стилей воспитывающего диалога
|
Коммуникативный стиль общения |
Разновидность коммуникативной тональности |
Иллокутивная цель |
Дискурсивные признаки тональности |
Синтаксические средства передачи тональности |
Лексические средства передачи тональности |
|
|
Демократический / интерпретативный |
доброжелательная, дружелюбная, доверительная, серьезная |
демонстрация уважения, готовности к сотрудничеству; разделение ответственности; предоставление права выбора |
вежливость, неимпозитивность, сдержанная эмоциональность, четкая мена ролей, условная симметричность речевых ролей, коммуникативная толерантность, тематические повторы |
неимперативные формы утверждений и обращений; условные и гипотетические модальные предикаты; условные предложения; вежливые побудительные предложения переспросы-уточнения |
стилистически нейтральная лексика, перфомативные глаголы речемыслительной деятельности в сочетании с ты- обращением к ребенку; модальные глаголы can / could / would |
|
|
Патерналистский / интерпретативный |
Снисходительное дружелюбие; покровительственная, снисходительная, морализаторская |
Демонстрация волитивности и доминирования взрослого |
импозитивность / неимпозитивность; асимметрия объема высказываний взрослого; мотивированные запреты |
сослагательное наклонение, директивы, модальные фразы предсказания в сочетании с местоимением you, советы |
стилистически нейтральная лексика, оценочные наречия too / enough в сочетании с прилагательными young / old; доминирование личного местоимения I или притяжательного местоимения my в речи взрослого; единицы волитивной модальности |
|
|
Авторитарный |
самоуверенно- снисходительная, менторская, пренебрежительная, презрительная, насмешливая, иронично-саркастическая |
демонстрация власти взрослого; перенос ответственности на ребенка; подчеркивание подчинительного положения ребенка |
импозитивность (негатив, критика); значительная по объему речевая партия взрослого; немотивированные запреты; вербальная агрессия |
императивы, условные предложения, угрозы, отсутствие этикетных форм общения |
модальные формы предсказания будущего с наречем never, сниженная / грубая / вульгарная лексика, оскорбления, метафорически-обидные именования |
Выявленные дискурсивные и языковые признаки свидетельствуют о совмещении в трех англоязычных стилях воспитывающего воздействия таких тональностей, как дружелюбная, доброжелательная, доверительная, морализаторская, однако при совпадении иллокутивных целей высказываний было отмечено своеобразие их прагматики и реализаций в языковых знаках. В частности, модуляции проявляются при смене коммуникативной тональности в рамках одного стиля общения, гибридность наблюдается в модуляциях между демократическим, интепретативным и патерналистским стилями, нацеленными на усиление эффекта воспитывающего воздействия, авторитарный стиль характеризуется доминированием языковых средств давления и унижения ребенка. Для подтверждения приведем примеры, демонстрирующие чередование тактик и стилей в речи взрослого, когда он пытается с помощью тонально-стилевой модуляции своих высказываний регулировать поведение ребенка в пространстве англоязычного воспитательного дискурса.
Как отмечалось выше, воспитывающий стиль коммуникации в рамках англосаксонской культуры непременно опирается на такие ценности, как privacy, autonomy, individualism, freedom from imposition, что объясняет стремление взрослых придерживаться сдержанных манер и форм тональности, внушающих правила и нормы жизни с помощью обращения к разуму ребенка, демонстрации интереса и позитивного настроя взрослого, к формам, смягчающим критику поведения ребенка, и для этого прежде всего избираются стратегии и тактики демократического и интерпретативного стилей общения.
Для демократического стиля характерно использование стилистически нейтральных, неимперативных утверждений, уважительные обращения к ребенку, доминирование приемов преувеличения в хвалебных отзывах. Прагматика укора и критики выражается с помощью условных и гипотетических модальных предикативных конструкций, позволяющих смягчить негативное и оказать неимпозитивное воздействие на ребенка, напр.:
(1) If you don't show good manners at other people's houses, they are less likely to invite you back (VI, p. 67).
(2) When you yell during your brother's study time, you tell me you've decided to play in your room (III, p. 30).
Наблюдается активное использование языковых средств для реализации интенции желательности совершения ребенком действия, основанного на осознании значимости просьбы взрослого:
(3) Mother: Dear, would you please turn the TV off? Son: Ok, Mom (IV, min. 12).
Побуждая ребенка к действию, условные предложения позволяют избегать прямого давления, служат сигналом, что взрослый ведет диалог в серьезной тональности, но готов к компромиссам, давая ребенку право на принятие решения, напр.:
(4) If you clean the table, I'll let you watch the film late tonight (IV, min. 56).
Для реализации интенции кооперативного взаимодействия и сотрудничества, характерной для демократического стиля общения, взрослый обычно избирает доброжелательную, дружелюбную, доверительную, серьезную коммуникативную тональности, позволяющие добиваться социализирующей цели путем апелляции к разуму ребенка:
(5) Can I watch television? - If you can do it so it doesn't disturb others. You decide (IV, p. 9).
(6) Would you rather stay at home or go with us? (IV, min. 116).
В реальной речевой практике наблюдается гибридное использование форм коммуникативной тональности, характерных для демократического стиля общения.
Здесь проявляется стремление взрослого склонить ребенка к послушанию с помощью чередования высказываний, маркированных иллокутивными силами информирования, убеждения, косвенной критики. В следующем примере взрослый эксплицитно демонстрирует свою непреклонность:
(7) Child: What's for breakfast? - Adult: French toast. - Child: But I hate French toast. - Adult: I thought you liked it. - Child: Well, I don't. I hate it. - Adult: When did you start hating French toast? - Child: I don't know. I've always hated it. You just don't pay attention (VI, p. 89).
С помощью подчеркнуто-вежливой тональности взрослый может поставить условие, предлагая ребенку самостоятельно принять решение:
(8) Well, that's what's for breakfast. If you want something else, you have two perfectly good hands and know where the food is (VI, p. 89).
(9) Well, that's what's for breakfast. If you don't like it you don't have to eat it (VI, p. 89).
Воспитывающая роль взрослого предполагает, в первую очередь, оценивание действий ребенка с целью моделирования общественно и социально одобряемого поведения. При этом неизбежно возникает потребность вмешательства в его личное пространство. В случае демократического стиля общения последнее осуществляется с помощью высказываний с кооперативно-дружелюбными тональностями, реализуемыми посредством лексических и стилистических средств смягчения критики и выражения нежесткого по форме волеизъявления взрослого. Например, выбор синтаксически сложных конструкций предложений с описанием чувств, эмоций, а также вопросов и переспросов, побудительных предложений отражает интенцию приглашения ребенка к совместным действиям и самостоятельным выводам:
(10) I feel frustrated when I find empty milk cartons in the fridge and I wish you'd put them in the trash next time (III, p. 258).
(11) That sounds depressing. You are choosing to go out of turn (IV, min. 78).
(12) Please, make a decision to follow the rule or to choose a different activity (III, p. 30).
В приводимом далее диалоге отмечается доверительная тональность при общении матери с сыном, о чем свидетельствуют междометия (Oh), лексические и синтаксические повторы (I don't know), а многократное использование глагола to miss указывает на эмоциональную вовлеченность и эмпатию взрослого, стремление показать, что мать понимает сына и сопереживает: