Он также пытается продемонстрировать, что социальная динамика досуга обусловлена возможностями научно-технического прогресса и регрессией институций социального контроля. Динамика досуга порождает новые стремления человека, чьё досуговое поведение "нарушает прежнее равновесие" [3, р. 59] и в определённой мере становится "вектором" формирования новой морали, нового ценностного поля культуры.
Вводя понятие "культурное планирование" Ж. Дюмазедье предвосхищает идею социально-культурного проектирования, которое имеет "цель рационализации развития в соответствии с потребностями" [3, р. 224], и предлагает создать "истинную науку о развитии на основе футурологии" [3, р. 228] с широким использованием фундаментальных идей экономической теории.
В концепции Ж. Дюмазедье досуг соответствует времени, направленному на наиболее полную реализацию личности [3, р. 93], и постулирует творчество и подлинность общения между индивидами и группами. Здесь досуг - это социальное явление только потому, что он отвечает "социальной" потребности, которую каждый испытывает, утверждая свою индивидуальность, свою субъективность.
Критики этого подхода указывают на то, что автор стремится таким образом объяснить социальное психологическим [5, р. 613], но если с точки зрения социологии это недопустимо, то в аспекте педагогического исследования досуга создаёт основу для целенаправленного воспитания. Последнее, например, составляет суть российской педагогики социально-культурной деятельности.
Говоря о цивилизации досуга, Ж. Дюмазедье сам задаётся вопросом о целесообразности использования понятия "цивилизация досуга". Представленный им ответ неоднозначен, поскольку он в некоторых местах заменяет "цивилизацию досуга" на понятие "цивилизация культурного развития" (например, глава V [3, р. 252]) и переименовывает "социологию образования и досуга", которая всегда была одной из основных тем его исследований, в "социологию культурного планирования". Другими словами, сам автор понятия допускал возможность его уточнения и конкретизации.
Итак, несмотря на очевидный объяснительный потенциал данного понятия, оно в 1960-1980-е годы было подвергнуто серьёзной критике но, несмотря на это, продолжало применяться в досуговедческих исследованиях в первую очередь как метафорическое обобщение. Поэтому прямое использование понятия "цивилизация досуга" в работах по культурологии, социологии и педагогике досуга не оправданно, так как это понятие нуждается в уточнении и конкретизации.
К сожалению, с 1980-х годов по настоящее время зарубежные исследования феномена досуга в значительной степени отошли от обобщённого понимания досуга, представленного у Ж. Дюмазедье, то есть досуга в целом, его социальной миссии и функций. Зарубежные авторы, как правило, сосредотачиваются на изучении отдельных проявлений досуговой активности. При этом выделяются исследования "частных видов досуга" - развлечения, спорт, туризм и т.д.; исследования "серьёзного досуга" (Р.А. Стеббинс [1; 9]), то есть связанного с любительской деятельностью, аматерным искусством и другими "серьёзными" досуговыми практиками; альтернативные исследования, сосредоточенные на изучении особенностей досуга различных социально-демографических групп (мужчин, женщин, сексуальных меньшинств, мигрантов, безработных, пожилых граждан и других).
Между тем современные зарубежные исследователи досуга указывают на принципиальную невозможность в полной мере реализовать идеи "цивилизации досуга" в современном постиндустриальном обществе и на наличие серьёзных проблем в понимании социальной миссии досуга, которые сдерживают развитие зарубежных досуговедческих исследований [8].
Обобщающие исследования досуга ("досуг в общем понимании") являются достаточно редкими и сегодня представлены в англоязычной литературе прежде всего работами известного британского социолога Криса Ройека (Chris Rojek), которые, к сожалению, мало знакомы отечественным исследователям. Крис Ройек опубликовал несколько фундаментальных работ, представляющих обобщающий анализ досуга как института современного постиндустриального общества [8 и др.]. Современники высоко оценивают вклад К. Ройека в "концептуализацию досуга", которая строится как "обобщающее исследование этого многогранного и сложного вопроса" [6, р. 247].
К. Ройек является одним из наиболее авторитетных и последовательных критиков идеи "цивилизации досуга". В одной из своих последних работ он критические рассмотрел и даже осудил теорию общества досуга [см.: 8].
Работы К. Ройека, как это подчёркивает сам автор, отличаются применением социокультурного подхода в теоретическом анализе досуговых форм и практик. В первой главе "Позиционирование досуга" К. Ройек отмечает, что стремится "понять более глубоко формы и практику досуга, особенно в контексте понятий свободы выбора и самодетерминации, для того чтобы разъяснить некоторые особенности социальной и культурной теории, которые не вполне очевидны. В этом отношении изучение досуговых форм и практик особенно актуально" [8, р. 1]. Наряду с понятиями "свобода выбора" и "самодетерминация", исследователь использует термины "эмоциональный интеллект" и "эмоциональный труд" [8, р. 3].
К. Ройек отмечает, что "оживление исследований досуга никогда не произойдёт, если мы будем полагаться на второе пришествие тезиса об "обществе досуга". Этот тезис был принципиально ущербным в том, что он не смог устранить разрыв между развивающим, деятельностным содержанием досуга и его слиянием с потребительством" [8, р. 188]. Для К. Ройека принципиальным является преодоление "старой ассоциативной цепочки", которая предполагает, что "меньше работы означает больше досуга; а больше досуга означает больше свободы" [8, р. 181]. Вместо этого он указывает на то, что уменьшение работы влечёт за собой снижение доходов и социальных притязаний. Досуг же, наоборот, требует от современного человека всё больших материальных вложений и имеет тенденцию заканчиваться большей стандартизацией, обеднением воображения и в целом остаётся безальтернативным [8,р. 181].
Исходя из этого, можно констатировать, что высвобождение свободного времени само по себе не приводит человека к полноценной самореализации, поскольку, с одной стороны, он не всегда обеспечен финансовыми ресурсами для выбора интересующих его досуговых занятий. При этом, с другой стороны, навязанные обществом потребления стандартизированные формы досуга не могут обеспечить достижение состояния "свободы", то есть самодетерминации человека в сфере досуга. Таким образом, "цивилизация досуга" если и возможна, то только через расширение деятельностного проявления досуговой активности личности и социальных групп, а это, в свою очередь не достигается только расширением объёма свободного времени.
В 2010 году вышло в свет исследование Т. Блэкшоу (Т. БкскзИа--) [2], которое, так же как и работы К. Ройека, сосредоточено на решении общих вопросов досуга - его сущности, миссии, функций и т.д. Обращаясь к феномену досуга в истории культуры, авто даёт обзор основных идей досуга, известных в классической философии, этимологических определений и ключевых концепций исследований досуга. На этой основе он делает вывод о том, что досуг и его социальная миссия обладают амбивалентностью, которая вряд ли когда-либо будет разрешена. После анализа взлётов и падений современных моделей досуга автор смещает акцент с исторического на социологический, выявляет и критически обсуждает ключевые модернистские и постмодернистские перспективы. Опираясь на идею о том, что изучение досуга - это "языковая игра", Тони Блэкшоу впоследствии предлагает собственную оригинальную теорию "ликвидного досуга", в которой задаются некоторые ключевые вопросы о настоящем и будущем досуга в жизни людей, а также о том, какое значение он имеет для способностей индивидов принять возможность подлинного существования.
Обратим особое внимание на то, что в данной книге Тони Блэкшоу фактически заново сформулировал и воскресил первоначальный тезис об "обществе досуга" ("цивилизации досуга").
"Я утверждаю, - пишет Т. Блэкшоу, - что в изменчивом современном мире, в котором мы живём и который основан, прежде всего, на свободе, досуг неуклонно занимает своё место в качестве главной движущей силы в стремлении к удовлетворению нашей жажды в поиске смысла жизни и цели нашего существования" [2, р. 120].
Основной аргумент, получивший всестороннее обоснование в данной книге Т. Блэкшоу, состоит в том, что расширение объёма и формирование нового функционала досуга обусловлено переходом европейского общества в стадию изменчивой современности, оставив в прошлом поиск вечного и неизменного удовольствия, счастья и свободы.
В этих условиях идея окончательного становления "общества досуга" оказалась неубедительной, большинство зарубежных исследователей досуга остаются критиками этой идеи или, по крайней мере, скептически относятся к ней.
Подводя итоги сказанному, следует указать на то, что первые предсказания грядущего общества досуга ("цивилизация досуга" Ж. Дюмазедье) не оказались полностью ошибочными. Свободное время в развитых странах вплоть до настоящего времени продолжает расти, хотя и не совсем так быстро, как ожидалось шестьдесят лет назад.
Результаты отечественных и зарубежных исследований, выполненных с 1960-х годов по настоящее время, дают возможность уже на аксиоматическом уровне говорить, во-первых, о принципиальной гибкости границ свободного времени и усложнении его взаимосвязи с рабочим временем, а во-вторых, о формировании разнообразия структуры, форм и содержания досуга и их субъектной обусловленности (способности субъекта обладать стремлениями и намерениями, а также осуществлять их или отказываться от них).
В контексте понимания современной миссии социально-культурной деятельности, её реального вклада в реализацию государственной культурной политики уместно напомнить, что в работах Ж. Дюмазедье не только представлена концепция досуга, независимая от социальной логики труда, но и всесторонне обоснован вывод о том, что досуг является реальной политической силой, влияние которой в современных обществах постоянно возрастает.
Ж. Дюмазедье одним из первых обратил внимание на значимые экзистенциальные параметры досуга, которые проявляются в его большой привлекательности для личности и группы, высоком индивидуально-личностным значении, что говорит о доминировании ценностного отношения к свободному (по сравнению с рабочим) времени. Изменения жизненных и культурно-смысловых ориентаций современного человека в сфере свободного времени ведут к автономизации досуга как самостоятельной, самодостаточной формы культуры.
Современный досуг уже не является "необходимым приложением к труду", он перестал быть "отдыхом от труда и подготовкой к нему" - этот вывод, получивший признание в зарубежной социологии досуга, ещё не в полной мере вошёл в отечественный гуманитарный дискурс. Здесь до сих пор встречается утилитарное понимание досуга в его прямой обусловленности трудовой (или учебной) деятельностью, ради которой он существует. На этом основывалась советская (марксистско-ленинская) модель объяснения сущности и функций досуга, что нашло отражение не только в многочисленных исследованиях советских социологов досуга, но и в отдельных работах современных социологов.
Между тем в рамках педагогики досуга, идеи которой конкретизируются в современной научной специальности "13.00.05 - Теория, методика и организация социально-культурной деятельности", сегодня преобладает подход к пониманию свободного времени и досуга как пространства для развития личности в её наилучших способностях и дарованиях. Такая трактовка досуга, по своей сути, чисто педагогическая, является одним из уникальных научных результатов развития научных исследований советского клубоведения, теории культурно-просветительной работы, теории социально-культурной деятельности. При этом следует признать, что педагогическая трактовка сущности и развивающих функций досуга должна быть соотнесена со всем комплексом его исследований с позиций философской теории культуры, культурологии, социологии, социальной психологии и других гуманитарных наук. Это требует дальнейшего расширения сравнительных теоретических изысканий отечественных и зарубежных досуговедов, а также эмпирических исследований досуга и социально-культурных практик в различных обществах.
Литература
1. Стеббинс Р.А. Свободное время: к оптимальному стилю досуга (взгляд из Канады) // Социологические исследования. 2000. № 7. С. 64-72.
2. Blackshaw T. (2010) Leisure. Abingdon : Routledge. 174 p. (In English)
3. Dumazedier J. (1974) Sociologie empirique du loisir: Critique et contre-critique de la civilisation du loisir. Paris : Йditions du Seuil. 269 p. (In French)
4. Dumazedier J. (1962) Versune civilisation du loisir? Paris : Йditions du Seuil. 319 p. (In French)
5. Gresle F. (1974) Dumazedier Joffre, Sociologie empirique du loisir. Critique et contre-critique de la civilisation du loisir. Revue franзaise de sociologie, 15-4: 611-615. (In French)
6. Parrinello G. L. (2011) Reviews: Beyond the everyday. International Sociology, 26 (2): 247-256. (In English)
7. Roberts K. (2007) Work-life balance - The sources of the contemporary problem and the probable outcomes: A review and interpretation of the evidence. Employee Relations, no. 29 (4): 334-351. (In English)
8. Rojek C. (2010) The Labour of Leisure: the Culture of Free Time. London : Sage Publications, Thousand Oaks, CA, New Delhi and Singapore. 208 pp. (In English)