Польская секция радио «Свободная Европа» в восточноевропейской политике США в 1950-е гг.
А.Д. Карин
Рассматривается политика США в отношении польской секции радио «Свободная Европа». На различных этапах «холодной войны» радиостанция сыграла заметную роль в переменах, происходивших во внутриполитической жизни Польши, а также неоднократно становилась предметом двусторонних польско-американских переговоров. В качестве источников в работе были использованы документы американских и польских спецслужб, а также воспоминания главы польской секции Яна Новока Езёраньского.
Ключевые слова: Восточная Европа; пропаганда «холодной войны»; польско-американские отношения; радио «Свободная Европа».
радио свободная внутриполитический
Anton D. Karin. Tomsk State University (Tomsk, Russia).
THE POLISH RADIO FREE EUROPE SECTION IN POLISH AND US POLITICS IN THE 1950s Key words: Eastern Europe, Cold War propaganda, Polish-American relations, Radio Free Europe.
In the article, the author set a goal to consider US policy regarding the Polish section of Radio Free Europe. As sources in the work were used documents of American and Polish special services, as well as memoirs of the director of the Polish section - Jan Nowak- Jezioranski. The main task of the radio station was to convey to the population of the countries of the socialist camp an alternative, nonSoviet point of view on events taking place in the world. Over time, this should contribute to the formation of the Eastern Europeans' opposition to the communist regimes and in the future lead to the dismantling of these regimes. The history of each of the five national sections of Radio Free Europe is unique in its own way. However, perhaps the most interesting case is the history of the Polish section of the radio station, which had a rather large influence on the political development of its country. To date, more and more researchers have recognized that Radio Free Europe at various stages of the Cold War had played a significant role in the changes that have taken place in Poland's domestic political life, and had also repeatedly been the subject of bilateral Polish-American negotiations. Having arisen later than other radio stations broadcasting in Polish, in a few years it managed to become the first western radio station to be the most popular among Polish radio listeners. Of course, this state of affairs could not but represent a threat to the ideological monopoly of the Polish United Workers' Party. The attempts made by the communist regime to create a system of jamming and counter-propaganda gave only a partial effect. Then, under the influence of the riots in Bydgoszcz and Szczecin, Warsaw decided to abandon the suppression of Western radio stations and to fight Western propaganda mainly through diplomatic methods. The United States in response to the events in Hungary and the protests of Polish politicians also decided to reconsider their policies. In particular, the State Department tried to soften the RFE propaganda by tightening control over the content of the programs. At a certain stage, under the pressure of the Polish side, even the possibility of dissolution, the Polish section of the radio, was considered. Separate US officials believed that this was a reasonable price for improving relations with official Warsaw. However, after several consultations, the responsible persons decided to save the section. Thus the author concludes that official Washington showed an increased interest in propaganda pressure on the communist countries. This was largely due to the lack of other serious leverage by the United States on the situation behind the Iron Curtain.
Во время «холодной войны» противоборствующие стороны использовали обширный инструментарий средств массовой информации и пропаганды, направленный как на свое собственное население, так и на население стран враждебного лагеря. Во втором случае не последнею роль сыграли созданные США совместно с представителями антикоммунистических эмиграций радиостанции «Голос Америки» и «Свободная Европа» (RFE), основной целью которых было донесение до населения стран социалистического лагеря альтернативной, не советской точки зрения на события, происходившие в мире. Со временем это должно было способствовать формированию у восточноевропейцев оппозиционных настроений по отношению к коммунистическим режимам и в перспективе привести к демонтажу этих режимов.
Расположенное в Мюнхене радио «Свободная Европа» поддерживало вещание на пять государств Восточной Европы (Чехословакию, Польшу, Болгарию, Румынию и Венгрию) и являлось одним из примеров успешного сотрудничества между Соединенными Штатами и восточноевропейскими антикоммунистическими эмиграциями. История каждой из пяти национальных секций радио «Свободная Европа» по-своему уникальна. Однако, возможно, наиболее интересным случаем является история польской секции радиостанции, оказавшей большое влияние на политическое развитие своей страны. Современные исследователи довольно высоко оценивают степень этого влияния на внутриполитические процессы, происходившие в ПНР. В частности, Владислав Бартошевский пришел к выводу, что феномен RFE в польской истории сопоставим по своей значимости с существовавшим в годы Второй мировой войны Польским подпольным государством [1. S. 16].
До появления RFE наибольшей полярностью среди иностранных радиостанций в Польше пользовались ВВС и радио «Мадрид». ВВС заработало большой авторитет в глазах населения еще в период Второй мировой войны, когда оно служило альтернативным источником информации для миллионов жителей оккупированных стран. Радио «Мадрид» начавшее свое вещание на польском в январе 1949 г., при поддержке франкистского режима и Лондонского правительства в изгна- нии1 быстро сумело завоевать популярность в стране. Во многом это было достигнуто благодаря твердой антикоммунистической позиции радиостанции и невмешательству испанского правительства в её внутренние дела [2]. Несколько меньший интерес у радиослушателей вызывало Парижское радио.
На рубеже 40-50-х гг. одной из ключевых концепций, используемых Вашингтоном для формирования внешней политики США в отношении стран социалистического блока, была так называемая концепция психологической войны, под которой понималось в первую очередь формирование благоприятного для американских национальных интересов общественного мнения. По оценке Совета по национальной безопасности при президенте США, психологическая война должна была использоваться для ослабления влияния СССР в Центральной и Восточной Европе посредством формирования у населения антисоветских настроений [3]. При этом рекомендовалось действовать через частные американские организации с целью скрыть роль правительства в провидении этой политики [4. S. 5].
В 1949 г. при поддержке Госдепартамента и Центрального разведывательного управления был создан «Комитет за свободную Европу», на базе которого и была в 1950 г. организована радиостанция. Хотя комитет формально являлся частной организацией, нацеленной на сотрудничество с восточноевропейскими эмигрантами и осуществлявшей свою деятельность на частные пожертвования, он с самого начала своего существования находился под плотным контролем американских спецслужб [5. S. 19].
«Свободная Европа» впервые вышла в эфир в июле 1950 г. На начальном этапе, в 1950-1952 гг., польско- язычные передачи записывались в Нью-Йорке на Манхэттене, откуда записи самолетом доставлялись во Франкфурт-на-Майне и транслировались в Польшу. Первым главой польской секции стал бывший дипломат Леслав Боденский. Через год его сменил журналист Станислав Стшетельский. В 1952 г. после переноса радиовещания из Нью-Йорка в Мюнхен директором секции на долгие годы стал журналист, писатель, бывший участник сопротивления Ян Новак Езёраньский. Он занимал эту должность вплоть до второй половины 70-х гг., после чего работал в качестве советника по безопасности при президентах США Рональде Рейгане и Джимми Картере.
Первый эфир польской секции в Мюнхене состоялся 3 мая 1952 г., в годовщину принятия Конституции Речи Посполитой (1791 г.), что должно было продемонстрировать приверженность сотрудников секции демократическим идеалам. В первый день, помимо журналистов, выступили также видные политические и военные деятели эмиграции: генерал Владислав Андерс, глава лондонского кабинета Томаш Арцишев- ский, видные политики Эдвард Рачинский и Станислав Миколайчик [6. S. 82]. В дальнейшем, по мере роста популярности RFE, на ее волнах неоднократно выступали также многие другие известные эмигранты.
Степень американского вмешательства в политику вещания радиостанции с самого начала являлась довольно неоднозначной. С одной стороны, американские сотрудники не занимались осуществлением цензуры выпускаемых в эфир программ, содержание которых не обязательно должно было отражать позицию США. С другой стороны, эти программы не должны были наносить вред американским интересам, за чем следили политические советники во главе с Уильямом Гриффитом, оставлявшие за собой право на вмешательство. Помимо этого, были введены и прямые запреты. В частности, по требованию Германии было запрещено упоминать границу по Одеру-Нейсе как окончательную, что непосредственно затрагивало польские интересы [5. S. 125].
Размещение радиостанции на территории Германии, да еще и в Мюнхене, городе, где в 1938 г. случился «Мюнхенский сговор», было настоящим подарком для пропаганды ПНР. В годы холодной войны пропагандистская машина коммунистического режима на все лады обыгрывала эти факты, изображая сотрудников польской секции как немецких наемников, не забывая особо подчеркнуть их двусмысленную позицию по вопросу послевоенных границ. Впрочем, первоначально «Свободную Европу» не воспринимали в Варшаве как сколько-нибудь существенную угрозу для режима. В конце концов, это была одна из нескольких западных радиостанций, поддерживавших вещание на польском языке.
Реакция эмигрантских кругов на создание польской секции во главе с Яном Новоком была неоднородной. Эмигрантская среда была расколота на множество группировок, конкурирующих между собой, что делало реализацию любых совместных проектов весьма затруднительной. Поэтому не удивительно, что с самого начала многие эмигрантские издания выступали с жесткой критикой Мюнхенской радиостанции. В первую очередь это были: выходивший во Франции журнал «Narodowiec», издававшиеся в Лондоне журналы «Orzel Bialy» и «Gazeta Niedzielna», а также некоторые другие издания [7. S. 64]. В вину Езёраньскому и его коллегам ставилось то, что они якобы отреклись от границ по Одеру-Нейсе и служат немецким интересам. Другая большая по численности часть эмигрантской прессы придерживалась более умеренной линии, дистанцируясь от «Свободной Европы» как от американского радио, не имеющего права претендовать на то, чтобы быть голосом всей эмиграции.
В то же время с самого начала количество сторонников Мюнхенской радиостанции в эмигрантских кругах было сопоставимо с количеством ее противников и постепенно росло. Сказывалось хорошее финансирование и большое количество эфирного времени - 18 ч. Последнее обстоятельство позволяло сделать содержание передач более разнообразным и интересным и вместе с тем рассмотреть более широкий спектр вопросов, нежели могли позволить себе другие радиостанции. В этой связи следует также отметить достаточно грамотную кадровую политику, проводимую директором польской секции, стремившимся к тому, чтобы члены всех ведущих эмигрантских партий и движений были представлены среди ее сотрудников.
Ответом на активизацию западной пропаганды стала политика глушения «голосов», систематически проводившегося Варшавой как минимум с 1950 г. По всей стране были введены в строй многочисленные передатчики для создания помех. Однако проблема заключалась в том, что ПНР испытывала острый дефицит оборудования для создания помех на коротких волнах, на которых вещало большинство направленных на Восточную Европу западных радиостанций. Это обстоятельство делало любые меры по борьбе с американской пропагандой малоэффективными. Пытаясь найти выход из положения, представители Польши, Чехословакии и Венгрии в ноябре 1950 г. обсудили совместные меры по борьбе с западной пропагандой на коротких волнах. В итоге выяснилось, что без подключения СССР решение этой проблемы оказывалось невозможным.
15 сентября 1951 г. начальник главного управления радиосвязи А.И. Жаров подал министру связи СССР Н. Д. Псурцеву рапорт, в котором суммировал меры, принятие которых было необходимо для защиты Польши и других стран социалистического блока от враждебной пропаганды западных стран [8]. В документе предлагалось: создать совместную систему защиты от западного радиовещания, используя советское оборудование для создания помех на коротких волнах, а польское на средних волнах [Ibid. S. 5]. Более чем через месяц, 24 октября 1951 г., вышел Указ Совета Министров СССР, в котором министру связи было предписано приступить к оказанию помощи польскому правительству в противодействии враждебной пропаганде [9. S. 2]. Очень скоро, как и предлагал Жаров, к созданию совместной системы присоединились другие государства социалистического блока.
Развитие системы глушения западных радиостанций продолжалось в последующие годы. Однако, как следует из документов спецслужб ПНР, по состоянию на март 1953 г. удавалось заблокировать лишь 30% враждебных режиму передач [10. S. 2]. Дальнейшее введение в строй нового оборудования в целом привело к повышению эффективности защиты от западной пропаганды. Однако, как следует из документов ЦРУ, даже летом 1955 г., когда развитие системы глушения достигло максимума, количество перехваченных передач никогда не было стопроцентным, что давало радиослушателям возможность прослушивать передачи в те часы, когда система оказывалась неэффективной [11. S. 1].
Одним из наиболее значимых событий пятидесятых годов в сфере информационной войны стало бегство на Запад высокопоставленного офицера Министерства общественной безопасности Йозефа Святло (Исаак Флейшфарб). Святло был коммунистом с довоенным стажем. В годы войны служил в 1-й польской дивизии им. Тадеуша Костюшко. В дальнейшем он сделал блестящую карьеру в органах безопасности ПНР, что открыло ему доступ к большому количеству секретной информации. Именно Святло было поручено арестовать В. Гомулку в 1951 г., кардинала С. Вышинского в 1953 г. и многих других известных общественных деятелей [12. S. 140]. 5 декабря 1953 г. Йозеф Святло сбежал в Западный Берлин, где смог установить контакты с американцами и предложить им сотрудничество. В результате ЦРУ получило множество ценной информации о политической жизни коммунистической Польши. Часть показаний перебежчика была записана на пленку и с его согласия транслировалась по радио «Свободная Европа» c сентября 1954 г. по январь 1955 г., в цикле передач «За кулисами партии и спецслужб».
Цикл программ «За кулисами партии и спецслужб» вызвал необычный интерес у аудитории. В своих выступлениях Святло подвергал жесткой критике генерального секретаря рабочей партии Б. Берута и главу Министерства общественной безопасности Я. Бермана за политику, не отвечающую национальным интересам. Вся политическая система коммунистической Польши была показана в передачах как порочная и лживая, основанная на всевластии спецслужб, при фактическом бессилии партии, бесправии основной массы населения и привилегиях правящей группы [13. S. 4].
Ни политика глушения, ни попытки очернить перебежчика не помогали. Под давлением общественного мнения, подогретого выступлениями Святло, власти так или иначе вынуждены были наказать наиболее одиозных ответственных за репрессии сотрудников спецслужб. В декабре 1954 г. было ликвидировано Министерство общественной безопасности. В 1954 г. его разделили на Комитет общественной безопасности и