«Политический миф»: историко-философский анализ политологического понятия
Г.Н. Кузьменко, д-р филос. наук, доцент, профессор кафедры философии, Российский государственный социальный университет
Аннотация
Необходимость сравнения философского содержания понятия «политический миф» в разных парадигмах определила основной метод статьи - историко-философскую компаративистику. Автором были показаны ретро- и перспективы понятия «политический миф» на примере анализа его философского содержания в рамках существующих парадигм: традиции, модерна и постмодерна. Материалом, на котором были продемонстрированы результаты исследования, стали труды античных (Аристотель), Нового времени (Ф. Бекон, К. Маркс, др.) и Новейшего времени (Э. Гуссерль, А. Щюц, др.) ученых. Полученные в ходе анализа выводы относительно философского содержания понятия «политический миф», логики изменения этого содержания в разных парадигмах, а также современных тенденций в мировой философии политики - всё это в целом позволит специалисту повысить уровень качества и новизны политологического исследования.
Ключевые слова: политическая философия, политический миф, политическое сознание, политическая реальность, парадигма, традиция, модерн, постмодерн.
Annotation
“Political Myth": Historical and Philosophical Analysis of the Political Science Concept
G.N. Kuzmenko, doctor of philosophical sciences, associate professor, professor of the department of philosophy, Russian State Social University
The need to compare the philosophical content of the concept of “political myth" in different paradigms determined the main method of the article - historical and philosophical comparative studies. The author shows the retro and perspectives of the concept of “political myth" by analyzing its philosophical content within the existing paradigms: tradition, modern and postmodern. The material on which the results of the research were demonstrated were the works of ancient (Aristotle), Modern (F. Bacon, K. Marx, etc.) and Modern (E. Husserl, A. Schutz, etc.) scientists. Obtained in the course of analysis conclusions regarding philosophical content of the concept of “political myth", the logic of the change of the content in different paradigms, and current trends in the global philosophy of politics - all these will enable professionals to enhance quality and novelty of political science research.
Key words: political philosophy, political myth, political consciousness, political reality, paradigm, tradition, modern, postmodern.
Введение
В мейнстриме отечественной политической науки в рамках категориальной дихотомии «политическое сознание - политическая реальность», сознание понимается вторичным, определяется как «отражение и осмысление людьми политического бытия» [17, с. 282]. Вторичен и политический миф как элемент этого сознания. Кроме того, понятие «политический миф» здесь имеет явный или скрытый негативный коннотат.
Для большинства отечественных политологов миф есть упрощенное, одностороннее восприятие человеком сложной и неоднозначной политической действительности, ее искажение, превратное истолкование («мифы политические... устойчивые ложные, некритические, эмоционально окрашенные образы и представления о политических событиях, явлениях и процессах») [16, с. 150-151]. Примитивная логика мифа противопоставляется рациональному пониманию, она служит удобной альтернативой, если ситуация сложна для такого рода понимания («миф позволяет. объяснить не понятные для человека или социальной группы политические явления и процессы») [16, с. 150-151]. Миф предстает как редукция политического сознания к своим архаичным слоям, особенно очевидная в кризисные моменты развития общества («политическое мифотворчество усиливается, как правило, в периоды социально-политической нестабильности, кризисов») [16, с. 150]. Избыток мифов зачастую выступает маркером отсталости в политическом развитии общества («наличие в политической культуре общества большого массива мифов свидетельствует о недемократическом характере политического режима») [16, с. 151].
Он служит, по мнению ученых, основанием политической идеологии, которая, продуцируя идеи в пользу политических субъектов, активно задействует механизмы мифотворчества на бесконечные вариации апробированных тем: «золотой век», «внешний заговор», «внутренний враг», «мудрый правитель», «герой-спаситель» и т.д. («политические мифы являются мощным средством для манипулирования политическим сознанием») [16, с. 150]. На этом фундаменте могут реализовываться нравственно неоднозначные политические стратегии [9].
Приведенные выше определения понятия «политический миф» выступают справочной медианой в отечественной политической науке. Однако есть и исключения. Часть авторов, профессионально ориентируясь на эту медиану, тем не менее предлагают рассматривать политический миф (шире - политическое сознание) как нечто равное или даже первичное по отношению к политической реальности. Причина такого рода предложений заключается в попытках использовать подходы, маргинальные для отечественной науки, но имеющие свою серьезную нишу в современной западной теории. Как результат, эти авторы неизбежно попадают в логические противоречия (иногда даже в рамках одного абзаца).
Вот некоторые примеры таких противоречий у отечественных авторов. Г.В. Пушкарева в работе «Homo politicos: политическая реальность и политический дискурс» пишет: «...понимание позволяет человеку ориентироваться в объективном (здесь и далее выделено курсивом мной. - Г.К.) социальном и политическом мире, улавливать происходящие в нем изменения. мы говорим о политической реальности как об особом феномене коллективного сознания» [19, с. 95]. Очевидно, что перед нами противоречие. Если политическая реальность существует объективно, то она не может быть феноменом коллективного сознания. В коллективном сознании политическая реальность существует интерсубъективно - именно такой термин использует западная политологическая мысль (что, кстати, и отмечается автором ранее - «Шюц назвал данное свойство социальной реальности интерсубъективностью» [19, с. 93]).
Пример из другой работы (Пробейголова Н. Технологии мифотворчества в процессе конструирования современной политической реальности.): «.в самом общем виде можно представить политическое сознание как специфическое отражение политики. политический миф используется как инструмент для конструирования политической реальности» [18, с. 5]. Теперь вопрос возникает относительно функции политического сознания (и, соответственно, политического мифа) по отношению к политической реальности: какова она - «отражательная» или все-таки «конструкторская», «творческая»? В последнем случае очевиден первичный характер политического сознания по отношению к политической реальности.
Такого рода примеры можно продолжить далее.
политический миф модерн философия
Методология
Проблема, показанная на приведенных выше примерах, для своего решения требует нетипичных для политического и социологического анализа методов, так как тут речь идет о философском содержании понятий конкретных наук и его изменениях в ходе мировоззренческой эволюции. Необходимость сравнения философского содержания понятия «политический миф» в разных парадигмах определила основной метод статьи - историко-философскую компаративистику.
Результаты
Цель настоящего исследования преследовала получение следующих результатов. Опираясь на историко-философский компаративизм, с одной стороны, показать продуктивность существования разных точек зрения на политический миф (в том числе, маргинальных с точки зрения отечественной политологии). Раскрыть их связь с закономерной сменой научных картин мира. С другой стороны, показать, что неправомерное, эклектическое соединение этих парадигмально разных точек зрения дает основания для появления указанных выше диссонансных, противоречивых умозаключений.
Актуальность поставленной задачи усиливается современной ситуацией в политологической мысли. Уточним в связи с этим важное обстоятельство: эффективность любого научного исследования требует строгой ревизии качества понятийного аппарата. В структуре понятия кроме содержания, относящегося к конкретной науке (в нашем случае, политологии), есть еще и философское содержание, связанное с научной картиной мира. Когда научная картина мира общепринята, философское содержание используемых понятий принимается учеными автоматически. Однако в случае революционного по своей сути периода смены картин к этому содержанию должны возникать серьезные вопросы. Современная эпоха является именно таким периодом в развитии науки (более того, культуры в целом), маркером этого периода стало понятие «постмодерн». Как результат, весь понятийный аппарат политологии на своем философском уровне в настоящее время находится в зоне риска. Анализ философского содержания понятия «политический миф» в настоящей статье проявляет указанные риски на конкретном примере.
Чтобы ситуация с понятием «политический миф» стала более ясной, необходим учет его родового понятия, а именно понятия «миф». В настоящий момент предложено несколько теорий мифа (функциональная, структурная, символическая, семиотическая и др.) и, соответственно, несколько понятий мифа [15, с. 582]. В качестве существенного признака, объединяющего эти понятия и, тем самым, дающего основание для более глубокой классификации, выделяется признак антропоморфизма. Для мифа типичен механизм перенесения на явления «окружающей среды» человеческих образов, качеств и черт [15, с. 582]. Специфика познавательной функции мифа выражается в том, что для познания отношений между вещами используют аналогию отношений между людьми. Этот родовой признак преломляется и в понятии политического мифа: стереотипы отношений между людьми (группами) структурируют сложную, противоречивую для человека политическую реальность в простую и ясную картину.
Теперь исторический экскурс в понятие политического мифа. Для Древнего мира и Средних веков в рамках так называемой парадигмы традиции оценка мифа была позитивна, так как мыслители того времени исходят из его фундаментальной первичности по отношению к миру. Политический миф легитимизировал политическую реальность своим онтологическим статусом. Появление такой мировоззренческой установки связано с тем, что для парадигмы традиции объективно существует сверхъестественная (божественная) реальность, детерминирующая естественный (материальный) мир, и именно миф является ее символическим отражением.
Рационализм классической традиции не нарушал высокий статус архаичного мифа, наоборот, обосновал его с позиции мышления. Примером может послужить точка зрения Аристотеля (IV в. до н.э.). Античный мыслитель воспринимает миф как универсальное явление культуры, из которого вырастает подлинное знание (отсюда - мифогенная концепция возникновения философии) «...удивляющийся считает себя незнающим (поэтому и тот, кто любит мифы, есть в некотором смысле философ, ибо миф создается на основе удивительного)» [1, с. 67].. Знание, которое дает миф, по мнению античного мыслителя, правильно, но бездоказательно. Рациональное, логически выстроенное знание дает наука, прежде всего философская наука о потусторонних началах (метафизика). Но метафизика есть оригинальная интерпретация мифологического наследия. Это учение о мировом божественном уме, который целесообразно управляет Вселенной, организует гармоничный космос, где каждая вещь имеет смысл. Таким образом, Аристотель, несмотря на свой рационализм и элитаризм, остается в условных границах антропоморфизма, его философское творчество в каком-то смысле есть мифотворчество.
Иной подход к понятию мифа демонстрирует европейское Новое время (c XVII в.), так называемая парадигма модерна. В ее рамках миф перестает быть отражением сакрального знания, так как для модерна объективное знание о сверхъестественной реальности невозможно. Сознание человека вне мистических связей оказалось ограниченным своими субъективными границами, а так как человек несовершенен, эта субъективность стала восприниматься мыслителями как неполноценная, ущербная. Декларируемая Новым временем первичность материального мира по отношению к такому ограниченному типу сознания меняла схему познавательных процедур. Теперь, чтобы получить правильное знание о материальном мире, ученый должен исключить влияние субъективных факторов, в том числе таких, как фактор авторитета, фактор культурного стереотипа в целом. Цитируемые в начале статьи определения политического мифа из отечественной справочной литературы исходят именно из парадигмы модерна, доминирование которой в классической науке Нового времени долгое время было абсолютным.
Однако необходимо отметить важное обстоятельство - с самого начала эпохи модерна философская мысль столкнулась с фундаментальной гносеологической проблемой. О ней заявил уже Ф. Бэкон (XVII в.), который закладывал теоретико-методологические основы классической науки Нового времени. Ф. Бекон надеялся, что исключение из науки антропоморфизма автоматически приведет к появлению объективного знания о мире. Однако оказалось, что получить такое объективное знание невозможно в принципе. «Все восприятия (мира. - Г.К.), - признает в конечном итоге Ф. Бекон, - покоятся на аналогии человека, а не на аналогии мира» [3, с. 19]. Английский мыслитель, таким образом, приходит к выводу, что мифотворчество, то есть стремление объяснять действия природы по аналогии с действиями человека, фактически неискоренимо, так как оно органично природе сознания.
Эмпирическое направление науки Нового времени, родоначальником которого стал Ф. Бекон, всегда остро принимало невозможность непосредственного восприятия материального мира человеком. Именно отсюда проистекал интерес к человеческому сознанию во всех его проявлениях, прежде всего к его способности познания. Очевидно, что данную эстафету принял И. Кант (XVIII в.), радикально утвердив антропоморфный принцип познания: «мы можем познать только то, что создали сами» [8, с. 11]. По мнению немецкого мыслителя, не познавательные способности человека соответствуют миру, а, наоборот, мир соответствует им. Окружающие человека материальные вещи познаваемы, потому что находятся не в объективной реальности, а в реальности субъективной (то есть они находятся в человеческом сознании) Философский курьез учения И. Канта заключался в том, что именно материальность вещей свидетельствовала о несовершенстве сознания человека, их производящего. Совершенное существо, по мнению философа, производит исключительно духовные вещи..