Овладение иностранным языком. Уточнение понятия
Т.К. Цветкова
кандидат психологических наук, доцент; заведующая кафедрой переводческого и педагогического мастерства Института непрерывного образования Московского государственного лингвистического университета
Усвоение иностранного языка и овладение иностранным языком - разные по природе процессы, которые в совокупности приводят человека к состоянию владения иностранным языком. Под усвоением языка понимается процесс приобретения средств, которые используются для общения. Овладение иностранным языком представляет собой превращение иностранного языка в то, что субъект воспринимает как собственное орудие общения и самовыражения. Овладение иностранным языком нельзя свести к простой коррекции имеющегося у человека речевого механизма, «перенастройке» его на другой язык, это сложный процесс формирования второго механизма владения языком.
Ключевые слова: владение языком; усвоение иностранного языка; овладение иностранным языком; средства общения; механизм речи.
Т.К. Tsvetkova
PhD (Psychology), Associate Professor, Head of Department of Translational and Pedagogical Competence, Moscow State Linguistic University
MASTERING A FOREIGN LANGUAGE. DEFINING THE NOTION
Learning a foreign language and mastering a foreign language are different processes. Together they bring a person to the level of foreign language proficiency. Learning a foreign language is understood as acquisition of means of communication. Mastering a foreign language is a process of transformation, when a person begins to perceive the second language as their own means of communication and selfexpression. Mastering a foreign language cannot be reduced to a simple correction or `retuning' of the native language mechanism; it requires formation of a second mechanism designed to produce speech in the foreign language.
Key words: language command; learning a foreign language; mastering a foreign language; means of communication; speech mechanism.
Введение
иностранный язык усвоение овладение
В лингводидактической литературе используются два понятия: усвоение иностранного языка и овладение иностранным языком, причем довольно часто авторы используют их как синонимы. Однако это два разных по содержанию процесса, которые в совокупности приводят человека к состоянию владения иностранным языком.
Владение иностранным языком, вслед за Б. В. Беляевым, принято определять как умение понимать чужие и выражать собственные мысли на иностранном языке [Беляев 1965].
Согласно Б. В. Беляеву, возможны два типа владения иностранным языком: дискурсивно-логический и непосредственно-интуитивный, которые являются одновременно закономерными этапами овладения языком. Весь период овладения иностранным языком распадается на два основных этапа: переводный и беспереводный. На этапе дискурсивно-логического владения субъект понимает иноязычную речь в результате ее аналитического разбора и порождает иноязычные высказывания путем сознательного конструирования на изучаемом языке своих мыслей, выраженных предварительно средствами родного языка. Полноценное владение языком достигается тогда, когда оно становится непосредственно-интуитивным, т. е. человек начинает пользоваться иностранным языком, не прибегая к переводу с или на родной язык [Беляев 1965]. Б. В. Беляев говорит об овладении иностранным языком и не пользуется термином «усвоение».
Другие авторы рассматривают владение иностранным языком как результат двух взаимосвязанных процессов: усвоения языка и овладения языком.
Под усвоением языка подразумеваются все формы активности субъекта, направленные на приобретение средств, которые используются для общения. В результате усвоения происходит превращение языка из предметной формы в форму деятельности [Имедадзе 1979].
Овладение иностранным языком - это переход на уровень смыслов, на уровень когнитивного сознания. Смыслы иной культуры интегрируются в концептуальные системы субъекта, что приводит к трансформации его картины мира, она становится бикультурной. Иными словами, овладение языком можно представить в виде постепенного «перехода объективных языковых закономерностей (отношений) в субъект» [Имедадзе 1979, с. 201].
Таким образом, усвоение языка и овладение им - это два уровня освоения иноязычной реальности. В основе овладения иностранным языком лежит процесс усвоения.
Процесс овладения иностранным языком
В отечественной методике обучения иностранным языкам овладение иностранным языком рассматривается как комплексный процесс, складывающийся из усвоения иноязычных средств общения и деятельности общения и приводящий к постепенному накоплению навыков пользования отдельными элементами языка и развитию на этой основе необходимых умений. Поэтому этапу употребления в речи предшествует этап упражнений, основанный на предварительной отработке (до степени автоматизма) вычлененного из акта речи изолированного языкового материала [Взаимосвязанное обучение видам речевой деятельности 1985].
Выделяются три основных этапа овладения языковым материалом: 1) этап подготовки связного высказывания, 2) этап порождения подготовленного высказывания и 3) этап самостоятельного неподготовленного высказывания [Бородулина 1982]. Предполагается, что каждый предыдущий этап подготавливает появление последующего.
Однако эта схема не отражает реальных закономерностей овладения иностранным языком. С психологической точки зрения умение правильно конструировать фразу и умение речевого общения на втором языке - разные умения. В результате три этапа традиционной схемы - это не стадии овладения языком, а три разных по своей природе умения, которые не могут быть выведены одно из другого [Имедадзе 1979]. Как отмечает в этой связи Б. А. Бенедиктов, речь - не просто сумма элементов языка, речь как целое является качественно новым образованием, развивающимся не в аспектном, мозаично склеивающемся, а в уровневом плане [Бенедиктов 1981].
Согласно другой точке зрения, суть процесса овладения иностранным языком состоит в осознании и коррекции уже сформированного механизма порождения и восприятия речи на родном языке, при котором учащиеся усваивают возможность иного формального выражения значений в грамматических, лексико-грамматических и лексических структурах [Бейдер 1970].
В такой постановке вопроса усматриваются сразу два допущения. Первое - что разные языки выражают одни и те же значения, но разными средствами. Это не так. Корни языковых различий, как отмечают многие авторы (Р. И. Павиленис, И. И. Халеева, П. Я. Гальперин и др.), лежат в различиях общих картин мира. Второе допущение состоит в том, что человек изучает иностранный язык, чтобы пользоваться им вместо родного. В условиях, когда иностранный язык осваивается в отрыве от естественной для него среды общения, его изучают для того, чтобы в своей деятельности пользоваться двумя языками - и родным, и иностранным. Поэтому вряд ли оправданно «корректировать» имеющийся механизм пользования родным языком: он нужен человеку для общения в родной культуре. Кроме того, сложившийся механизм владения родным языком полностью автоматизирован и действует по принципу условного рефлекса. А рефлекс скорректировать невозможно, его можно только разрушить и сформировать новый.
Б. В. Беляев считает, что процесс овладения иностранным языком складывается из овладения разными видами речевой деятельности, которое происходит в определенной последовательности, в частности, чтение и письмо базируются на говорении. Условием становления чтения является слушание, а письмо формируется после чтения. По мнению Б. В. Беляева, говорение и слушание по времени становления опережают чтение и письмо [Беляев 1965]. Однако, если понимать говорение как выражение собственных мыслей на иностранном языке, а не как воспроизведение и комбинирование заученного, есть основания полагать, что говорение является последним по времени появления видом речевой деятельности, поскольку предполагает сформированность иноязычной внутренней речи [Бенедиктов 1981].
Согласно Г. И. Богину, овладение иностранным языком разделяется на следующие этапы: сначала иноязычная речь приобретает функцию общения, затем появляется внутренняя речь на втором языке и, наконец, иноязычная речь приобретает сигнификативную функцию. Автор считает, что овладение иностранным языком проходит те же этапы, что и становление речевой способности на родном языке, то есть этап овладения правильной речью, этап скорости, этап насыщенности и этап адекватного выбора. По мнению автора, правильность речи формируется раньше, чем речь приобретает естественный темп. Второй этап связан с процессом интериоризации речевых механизмов, то есть с формированием внутренней речи на втором языке. Интериоризация речи на втором языке наступает скачкообразно при достижении какой-то критической точки в процессе накопления материальных знаний. Г. И. Богин также отмечает, что, чем сильнее развито произвольное поведение, тем сильнее стимулируется процесс интериоризации [Богин 1978].
На третьем этапе овладения языком человек резко расширяет свой словарь, а на четвертом овладевает способностью выбирать способ выражения, адекватный ситуации общения и программе сообщения. По наблюдениям Г. И. Богина, в формирующейся второй речевой способности эффект интерферирующего влияния родного языка тем сильнее, чем ниже достигнутый уровень владения вторым языком [Богин 1978]. В целом ряде моментов выводы Г. И. Богина совпадают с нашими собственными наблюдениями.
Действительно, при овладении иностранным языком первой должна формироваться правильность речи. Однако это не происходит само по себе. Если в процессе обучения не ставится задача формирования правильной речи на иностранном языке, она не формируется, и в результате получается речь беглая, но «грязная». Необходимым условием обучения на этапе усвоения являются замедленность и полная осознанность формулирования высказывания на иностранном языке. При сформировавшейся беглости речи исправить уже ничего нельзя. Можно только вернуть человека на предыдущий этап, т е. запретить ему говорить на иностранном языке и начать формировать правильность заново. Поэтому естественно, что беглость речи по времени формирования должна следовать за правильностью.
Мы также согласны с тем, что произвольность речевого поведения стимулирует интериоризацию. Усваиваться должны не только слова и правила, а целые программы речевой деятельности, т. е. порождения и восприятия речи. Произвольное и правильное построение таких программ во внешней речи оптимизирует их интериоризацию, потому что систематически получает положительное подкрепление извне.
Психологические исследования на материале обучения родному языку подтверждают, что уровень правильности - это базовый, системообразующий уровень вербально-смысловой структуры, над которым в процессе дальнейшего обучения надстраиваются другие уровни, обеспечивающие все более сложные виды вербально-смыслового анализа и синтеза. Именно этот уровень является основой для формирования чувства языка.
Чувство языка является интуитивным компонентом восприятия и порождения речи, основной функцией которого является контроль и оценка человеком правильности высказывания. В основе чувства языка лежит ориентировка носителя языка в системе типичных для той или иной формы значений и в системе форм, позволяющих передавать одни и те же значения с различными смысловыми, эмоциональными и другими оттенками. Условием формирования и индикатором сформированное™ чувства языка может выступать только правильность речи, которая измеряется степенью соответствия избираемых языковых средств речевой ситуации и вербальному контексту с точки зрения нормы и узуса изучаемого языка [Божович 1988].
У билингва чувство языка должно иметься относительно каждого из языков, которыми он владеет. Относительно родного языка языковое чутье формируется стихийно по мере накопления языкового опыта и повышения уровня образования. Относительно иностранного языка это чувство формируется по мере интериоризации речевых программ и, в зависимости от качества ориентировки в системе иностранного языка, может быть принципиально разным. Если субъект воспринимает иноязычные программы порождения речи аналогичными родному языку, чувство языка может сигнализировать ему только об отклонениях его иноязычной речи от норм родного языка.
Характеризуя этапы овладения языком, Г. И. Богин отмечает, что человек, достигший стадии интериоризации речи, способен очень быстро накапливать лексическую информацию, что совпадает и с нашими наблюдениями. Интериоризация правильных иноязычных речевых программ действительно способствует быстрому и очень легкому обогащению словаря обучающихся. Г. И. Богин объясняет это тем, что каждый человек обладает развитой сетью вербальных ассоциаций на родном языке, к которой просто подключаются иноязычные слова [Богин 1978]. Не отрицая такой возможности, хотелось бы отметить, что, согласно нашим наблюдениям, если в процессе обучения не происходит интериоризации правильных программ речевого поведения и обучающийся в своей речи на иностранном языке продолжает опираться на небольшой запас заученных, но не осознанных формул, это является серьезным препятствием к расширению его иноязычного словаря.
По наблюдениям Г. И. Богина, разные подсистемы речевой способности развиваются неравномерно и скачкообразно [Богин 1978]. Действительно, нельзя ожидать постепенного и линейного прироста в овладении иностранным языком. Кроме того, нет прямой связи между приростом знаний о языке и становлением умений и навыков в его практическом использовании, поскольку между этими двумя процессами лежат психологические процессы интериоризации иноязычных механизмов речевой деятельности и преобразования внутренней речи субъекта, а также механизмы реализации речи на иностранном языке, то есть произносительно-интонационные навыки.
Анализ разных точек зрения на процесс овладения иностранным языком показывает, что авторы опираются лишь на результаты наблюдений за внешним речевым поведением субъектов, Внутренние механизмы овладения иностранным языком остаются за скобками. Но без понимания внутренних психологических механизмов, обеспечивающих владение иностранным языком, невозможно построить научно обоснованную систему обучения.