Канадский конфликт был самой серьезной конфронтацией между Англией и США со времен англо-американской войны и мог вылиться в опасное для обеих стран военное столкновение, если бы какая-либо из них была к нему готова или действительно его желала. Однако у враждующих сторон на тот момент были иные заботы. К тому же Англия испытывала значительную зависимость от американского сырья: 50% хлопка, производимого на плантациях американского Юга, обеспечивали работой всю текстильную промышленность бывшей метрополии, тогда как, в свою очередь, Соединенные Штаты являлись рынком для 15% всего объема английского экспорта.
По этой же причине не переросла в полномасштабное военное столкновение и оказавшаяся бескровной «Арустукская война» (Aroostook War). Этот пограничный конфликт возник в феврале 1839 г. между соседствующими американским штатом Мэн и канадской провинцией Нью-Брансуик из-за спорных территорий, расположенных вдоль русла р. Арустук. Выводы созданной комиссии по его урегулированию вошли составной частью в заключенный в 1842 г.
Не менее сложные проблемы возникли у администрации Ван Бюрена и на южных границах Соединенных Штатов. Республика Техас, образованная в октябре 1836 г., уже в августе 1837 г. обратилась к правительству США с просьбой о ее аннексии. Однако эта просьба была отклонена президентом из опасения, что прием в Союз нового штата, расположенного на границе с запретившей рабство Мексикой, расширит ареал рабовладения, вызовет конфликт с мексиканским правительством и приведет к обострению и без того взрывоопасного вопроса о рабстве в США.
В декабре 1838 г. президент информировал законодателей о сложностях, возникших между США и Россией в связи с отказом российского правительства продлить действие статьи 4 заключенной в апреле 1824 г. Конвенции о торговле, мореплавании и рыбной ловле, разрешавшей американцам торговать с индейцами на территории Русской Америки Болховитинов Н. Н. Российско - американские отношения, 1815-1830 годы. М.: Наука, 1975, С.187. Президент настаивал на праве США торговать с местным населением на всем протяжении северо-западного побережья Северной Америки. Но этот конфликт не вызвал серьезных осложнений в российско-американских отношениях, которые охарактеризовались президентом США как «гармоничные и дружественные».
Генерал Гаррисон не был новичком в политике, но национальной известности он добился на полях сражений, а не в мирной жизни. Было известно, что, хотя он дважды избирался в конгресс и служил даже послом в Колумбии, Гаррисон нуждался в средствах для поддержания своей семьи и был готов занять любую должность, гарантирующую приличный доход. 25 тыС. долл. в год президентского жалованья были пределом его мечтаний. В избирательной кампании 1840 г. соперником ведущего скромный образ жизни кандидата вигов стал «привыкший есть с золотых блюд и кружевных скатертей, пьющий французские вина, обливающийся духами и носящий корсет» аристократ Мартин Ван Бюрен.
Полярно противоположным продолжительности инаугурационной речи оказалось президентство У. Гаррисона. Оно стало самым коротким в истории страны -- через месяц президент Соединенных Штатов Уильям Генри Гаррисон скончался от пневмонии, которую он получил в ходе напряженной предвыборной кампании. 6 апреля 1841 г. торжественную присягу на пост президента США принес вице-президент Джон Тайлер, бывший демократ.
Над Тайлером, оказавшимся в Белом доме по воле судьбы, все четыре года президентства довлела стигма случайности, приведшей его на высший пост. Это осложняло возможность проведения его администрацией активной и самостоятельной внешней и внутренней политики. К тому же, используя известное американское выражение, он попросту не был сделан из «президентской древесины» (not made of Presidential timber). Формально числясь вигом, Тайлер оставался выразителем и убежденным защитником интересов плантаторского Юга, всегда опасавшегося, что «национальное правительство превратится всего лишь в механический аппарат большинства».
Во внешнеполитической сфере итоги администрации Тайлера оказались еще скромнее -- в 1842 г. был подписан Договор Уэбстера--Ашбертона, формально завершивший конфликт с Англией по поводу американо-канадской границы. Заветной мечтой президента было завершение аннексии Техаса, но заключенный госсекретарем Джоном Кэлхуном договор был отвергнут сенатом. Техас был в конечном счете аннексирован согласно принятой обеими палатами конгресса резолюции после выборов 1844 г., за три дня до окончания срока президентства Тайлера.
Его администрация распространила действие «доктрины Монро» на Гавайские острова и направила первую торговую делегацию в Китай. Удалось договориться с китайским правительством об открытии для американской торговли пяти портов, об экстерриториальности проживающих в Китае американских граждан и о распространении на США принципа наиболее благоприятствуемой нации в торговле.
Таким образом, за указанный период были присоединены следующие штаты: Индиана (19- й, 1816 г.), Миссисипи (20-й, 1817 г.), Иллинойс (21-й, 1818 г.), Алабама (22-й, 1819г.), Мэн (23-й, 1820 г.), Миссури (24-й, 1821), Арканзас (25-й, 1836 г.), Мичиган (26-й, 1837 г.). территория США все больше и больше увеличивалась, предоставляя американцам повышать свой социальный уровень жизни. Распространялось и внешнеполитическое влияние Америки на континенте благодаря концепции «Монро», гласившей о невмешательстве в дела других государств.
2.2 Отношения США и Великобритании на современном этапе
Первым иностранным лидером, посетившим Вашингтон после инаугурации Д. Трампа, стала Т. Мэй. В ходе ее визита было много сказано о том, насколько ценными являются «особые отношения» между двумя странами. В то же время указ о внесении изменений в миграционное законодательство США вызвал волну протестных настроений по всему миру, включая Великобританию. В подобных обстоятельствах британскому правительству приходится искать дополнительные аргументы, чтобы убедить собственный электорат в правильности своего подхода к США. Между тем, накануне переговоров по выходу из ЕС Лондон особенно заинтересован в сближении с Вашингтоном и его поддержке на международной арене.
Победа Д. Трампа на выборах в США стала шоком практически для всей правящей элиты стран ЕС. Великобритания не стала исключением. Недвусмысленно высказываясь в поддержку Х. Клинтон, глава британского МИД Б. Джонсон позволял себе делать в адрес кандидата от Республиканской партии такие реплики, как: «он, по всей видимости, не в себе», «не подходит для такой должности». Б. Джонсон даже заявлял, то «не поедет в Нью-Йорк, потому что там можно встретить Трампа».
Сегодня британская дипломатия предпринимает активные шаги, чтобы навести мосты с новым руководством Белого дома. В условиях запланированного выхода из ЕС Лондону особенно важно опираться на поддержку своих традиционных союзников вне Европы для сохранения авторитета и влияния. Некогда нерушимый лозунг о значимости «особых отношений» с США вышел на первый план британской внешнеполитической деятельности.
Первая поездка Б. Джонсона в Вашингтон для знакомства с будущей командой 45-го президента США состоялась 8 января 2017 г. Глава британской дипломатии встретился с советниками Д. Трампа - Дж. Кушнером и С. Бенноном, а также со спикером Палаты представителей США - П. Райаном. По итогам совещания глава МИД предрек британоамериканским отношениям «многообещающую повестку, нацеленную на преобразования».
Он также отметил, что единственная вещь, которая останется неизменной - это тесное сотрудничество британского правительства и американской администрации. Один из ключевых аргументов Великобритании в поддержку «особых отношений» состоит в том, что именно благодаря ее совместным усилиям с США удается обеспечить обороноспособность НАТО.
Оба государства выступают за свободную торговлю. Во время визита в Вашингтон Б. Джонсон выразил убежденность, что его страна первая в списке на торговое соглашение с США. Эта реплика была сказана в пику словам Б. Обамы перед референдумом о членстве Великобритании в ЕС. Тогда президент США заявлял, что Великобритания окажется последней в очереди на соглашение о свободной торговле с США, если покинет Евросоюз. Вообще, попытки прямого давления на британский электорат со стороны Б. Обамы накануне референдума вызвали в Великобритании раздражение.
Обама даже лично приезжал в Лондон и пытался повлиять на ход агитационной кампании, стараясь переманить сторонников выхода из ЕС в лагерь премьер-министра Д. Кэмерона, возглавлявшего про-европейски настроенное крыло (Britain Stronger in Europe). Д. Трамп, напротив, последовательно выражал поддержку выходу Великобритании из ЕС. В день оглашения результатов референдума он находился в Шотландии на открытии гольф-центра и приветствовал решение британского народа «вернуть себе свою страну».
После президентских выборов в США Т. Мэй несколько раз говорила по телефону с избранным президентом Д. Трампом.
В своем твиттере последний отметил, что он с нетерпением ждет встречи с британским премьер-министром, назвал Великобританию ближайшим союзником США, а двусторонние отношения - «особыми». Визит британского премьер-министра первоначально должен был состояться весной 2017 г., однако позже лидеры условились встретиться 27 января, через неделю после вступления Д. Трампа в должность. Наблюдательные британские СМИ отметили, что «такая спешка» объясняется тем, что и Т. Мэй и Б. Джонсон спешат отговорить Д. Трампа от сближения с В. Путиным, особенно в условиях, когда Великобритания изыскивает для себя наиболее выгодные условия по выходу из ЕС. Предвыборные лозунги Трампа шли вразрез с привычным пониманием американской внешнеполитической доктрины. сша великобритания джонсон фултон
Он позволял себе высказывать критику в отношении НАТО, которая, по его словам, «устарела» и нуждается в реформировании, подвергал сомнениям идею единой Европы, намекал на желание развивать позитивную повестку с Россией и намерение сотрудничать с ней в борьбе с исламским экстремизмом и международным терроризмом. Подобная позиция, конечно, не могла не вызывать беспокойства на Даунинг-стрит 10, и Лондону было важно «сверить часы» с Трампом до того, как он начнет переговоры с другими лидерами. Безусловно, был также важен факт «первенства» встречи с новым лидером США, что придало бы Великобритании как международному игроку дополнительную значимость.
Накануне визита в Вашингтон Т. Мэй в интервью Би-би-си отметила, что хотела бы развивать «особые отношения» между Лондоном и Вашингтоном, которые имеют общие интересы в сфере безопасности, обороны и торговли. Британский лидер также выражала надежду, что новый президент США по-прежнему привержен принципам и целям НАТО. При этом она заявила, что не побоится открыто высказать свое несогласие, если сочтет позицию Трампа неприемлемой.
Исторически «особые отношения» между Вашингтоном и Лондоном строились на личном доверии и взаимопонимании между лидерами. В британских СМИ уже появились сведения, что Д. Трамп начал называть свою британскую коллегу - «Мэгги», в память о том, как Р. Рейган называл М. Тэтчер.
Очевидно, подобные исторические аналогии на сегодняшнем этапе преждевременны, хотя задача установить дружеские отношения с Трампом, несомненно, стояла перед британским премьер-министром. В основе «особых отношений» всегда было сотрудничество в сфере безопасности и обороны на базе набора ценностей и доктрин, которые разделяли оба партнера. В докладе британского парламента «Глобальная безопасность: отношения Соединенного Королевства и США» отмечается, что термин «особые отношения» не стоит относить ко всему комплексу британо-американских отношений, поскольку подобные допущения могут привести к ложным ожиданиям от них.
Кроме того, есть разница в трактовке «особых отношений» британской и американской общественностью. Тем не менее, не стоит сбрасывать со счетов, что обе страны связаны совместной историей, приверженностью общим принципам демократии и верховенства закона, отсюда и союзнический дух их взаимоотношений. Военное вторжение в Ирак в 2003 году пошатнуло веру в «прибыльность» от «особых отношений» с США. Военная кампания стоила премьер-министру Т. Блэру его кресла, а в самой Великобритании начались дискуссии о политической целесообразности поддержки внешней политики США. В итоговом докладе, подготовленном в рамках общественных слушаний по делу о войне в Ираке, прямо указано, что отношения Великобритании с США стали определяющим фактором для британского вторжения в Ирак.
Вероятно, на современном этапе британское руководство заинтересовано в реанимации как старых лозунгов об «особых отношениях», так и создании новых основ для их реализации. 26 января Т. Мэй выступила на конференции Республиканской партии в Филадельфии.
В своей речи она высказала идеи возродить «особые отношения» в новых условиях, что обеспечит США и Великобритании мировое лидерство. Премьер-министр пояснила, что поскольку Британия завершает свое членство в ЕС, открылась возможность возродить веру в суверенную и глобальную Британию, готовую выстраивать свои отношения со старыми и новыми друзьями и союзниками. Т. Мэй считает, что общие угрозы должны сблизить внешнеполитические подходы США и Великобритании, поэтому она предложила обеим странам объединиться против ИГИЛ (террористическая организация, запрещена в РФ) и в жестком подходе к России, с которой, по ее мнению, следует разговаривать с позиции силы.