Статья: Оптимизация лечения хронического простатита и вторичной преждевременной эякуляции

Рис. 2. Распределение больных ВПЭ на фоне ХП по возрасту (n = 299)

Результаты анкетирования по МИЭФ пациентов с ВПЭ до лечения

Таблица 1

Результаты и их обсуждение

Через 1 и 7 месяцев результативность лечения определялась по показателям удлинения интравагиналь- ного латентного интервала (ИВЛИ), удовлетворения половым контактом по МИЭФ, количеством пациентов, довольных результатами лечения и отсутствием жалоб.

Суммарная эффективность терапии 62 пациентов первой группы ВПЭ при контрольных обследованиях через 1 и 7 месяцев составила 21,7% и 56,4% соответственно. Указанное в течение периода наблюдения увеличение количества пациентов с удовлетворительной продолжительностью полового акта можно обусловить постепенным восстановлением эякуляторной и улучшением эректильной функции после ликвидации ХП, как причинного патологического процесса.

Таким образом, после проведенного лечения в 1-й группе длительность ИВЛИ увеличилась в 1,76 раза, эрадикация заболевания достигла 68,2%, отмечены высокие результаты при отсутствии жалоб у 83,8% пациентов, однако в отношении ВПЭ эффективность была невысокой -- всего 56,4%.

При лечении ВПЭ и ХП у 145 пациентов 2-й группы в обязательном порядке проводилась бактериологическая диагностика секрета простаты перед лечением. Наиболее часто мы находили полимикробные ассоциации, а также трихомонаду (68,2%) и микоплазму (55,2%). Традиционно назначаемые при ХП фторхино- лоны (левофлоксацин) будут эффективны лишь при бактериальной и микоплазменной этиологии простатита, при наличии трихомонады они лишь угнетают ее активность, но не приводят к эрадикации трихомонады, что объясняет невысокие показатели в 1-й группе. Для лечения бак- териально-трихомонадного простатита мы использовали препараты с наибольшей чувствительностью по результатам культуральных рассевов. Наиболее часто трихомонада была чувствительна к орнидазолу и нифурателю (Макми- pop). Бактериальные ассоциации высоко чувствительны к левофлоксацину и нифурателю. При такой чувствительности мы наиболее часто назначали первые 7 дней комбинацию левофлоксацина 0,5 г 1 раз в день и орнидазола 0,5 г 3 раза в день, с последующим назначением Мак- мирора 2 таблетки 3 раза в день на протяжении 10 дней для мужчин весом 70--100 кг. Нифура- тель хорошо проникает в ткань предстательной железы и обладает низкой токсичностью, что очень важно при длительном приеме.

Таблица 2 Балл депрессии в группах пациентов до лечения

Таким образом, после проведения всех этапов лечения ХП и ВПЭ, во 2-й группе отмечена высокая эрадикационная излеченность -- 86,9%, почти полное отсутствие простатических жалоб и высокая эффективность в отношении ВПЭ -- 89,6%, увеличение ИВЛИ -- в 2,54 раза.

Третью группу исследования составили мужчины с наличием хронического простатита и варикоцеле 2--3-й степеней, часто двустороннего. При варикоцеле, особенно с диагностикой как рено-, так и илеотестикулярного венозного рефлюкса, единственным постоянно функционирующим путем оттока венозной крови от яичка является вена семенного протока (рис. 3), по которой кровь попадает в парапростатическое венозное сплетение [13]. В результате возникает венозная гиперемия простаты, что является одним из факторов развития хронического воспаления в предстательной железе. Расположение предстательной железы в области малого таза, связь ее венозных сплетений (plexus vesicoprostaticus), а также лимфатических сосудов с венозными сплетениями (plexus haemorrhoidalis) и лимфатическими сосудами прямой кишки приводят к тому, что в простате под влиянием различных причин легко возникают нарушения кровообращения и явления застоя; в результате в ней, как «в сетях», легко как застревает циркулирующая в крови бактериальная инфекция, так и активизируются инфекции, попавшие половым путем. При исследовании данной группы пациентов нами проанализирована коморбидность хронического простатита и варикоцеле, а также эффективность операции Мармара (рис. 4) для снижения венозной гиперемии простаты и повышения эффективности лечения простатита и вторичной преждевременной эякуляции. эякуляция простатит бактериологический венозный

Операция Мармара у пациентов с варикоцеле и простатитом приводила к снижению застоя венозной крови и нормализации венозного оттока у 86,9% пациентов, нормализации эхогенности простаты у 73,9% и вместе с антибактериальной терапией перехода простатита в стадию стойкой ремиссии у 86,9%.

Рис. 3. Схема оттока венозной крови от яичка и возникновения венозной гиперемии простаты при варикоцеле

Рис. 4. Операция Мармара в субингвинальном доступе. Диссектором указана вена с патологическим сбросом венозной крови к яичку

Результаты комплексного лечения пациентов 3-й группы позволили добиться следующих результатов: эрадикационная излеченность достигла 89,1%, отмечены практически полное отсутствие жалоб и высокая эффективность в отношении ВПЭ -- 89,1%, ИВЛИ увеличился в 2,72 раза.

Если до начала лечения у пациентов четвертой группы отмечали баллы, которые отвечали средней степени депрессивного расстройства по шкале Гамильтона, то на фоне проводимого лечения произошло улучшение практически до нормальных показателей. То есть положительная динамика ИВЛИ и общее удовольствие от коитуса имеют существенное влияние на изменение психологических расстройств в пациентов с ВПЭ (табл. 3).

Таким образом, в 4-й группе пациентов, курсово принимающих сертралин среднее увеличение ИВЛИ составило 2,36 раза, эффективность в отношении ВПЭ -- 64,9%.

Как видно из таблицы 4 различия между начальными и конечными показателями достоверны во всех группах лечения, группы изначально однородны по времени до эякуляции (разница начального ИВЛИ несущественна), однако через 6 месяцев наблюдения есть достоверная разница между первой и остальными группами. То есть лечение ХП и ВПЭ стандартными схемами фторхинолонами существенно менее эффективно по сравнению с другими группами, а четкое выделение инфекционного агента с его эрадикацией, дает наилучший эффект как в плане исчезновения симптомов простатита, так и позитивной динамики ИВЛИ и удовлетворенности лечением (табл. 5).

Динамика результатов анкетирования по шкале HDRS во время лечения

Таблица 3

Таблица 4 Динамика показателя ИВЛИ у обследуемых мужчин с ВПЭ в групах лечения

Показатели эрадикации инфекции, отсутствия симптомов простатита и удовлетворенность лечения ВПЭ в группах инфекционного простатита

Таблица 5

Таким образом, в 1-й группе длительность ИВЛИ увеличилась в 1,76 раза, эрадикация заболевания достигла 68,2%, отмечены высокие результаты при отсутствии жалоб у 83,8% пациентов, однако в отношении ВПЭ эффективность была невысокой -- всего 56,4%. Во 2-й группе отмечен высокий процент эрадикации возбудителя -- 86,9%, почти полное отсутствие жалоб 96,7% и высокая эффективность в отношении ВПЭ -- 89,6%, увеличение ИВЛИ -- в 2,54 раза. В 3-й группе эрадикационная изле- ченность достигла 89,1%, отмечены практически полное отсутствие жалоб и высокая эффективность в отношении ВПЭ -- 89,1%, ИВЛИ увеличился в 2,72 раза. В 4-й группе пациентов курсово принимающих сертралин, среднее увеличение ИВЛИ00 составило 2,36 раза, эффективность в отношении ВПЭ -- 64,9%.

Выводы

1. Причиной ВПЭ наиболее часто бывает хронический простатит и простатовезикулит (76,6%).

2. Назначение ИОЗС (сертралина) при ВПЭ рационально только при наличии неврологической симптоматики (HRDS >14) и отсутствии ХП.

3. Варикоцеле (особенно двустороннее) является коморбидным фактором ХП, вызывая венозную гиперемию простаты, и может быть одной из причин ВПЭ.

4. Операция Мармара уменьшает венозную гиперемию простаты, снижает балл IPSS, улучшает ИВЛИ у пациентов с коморбидной патологией (варикоцеле + ХП)

5. «Стандартная» антибактериальная терапия ХП позволяет вылечить ВПЭ у 56,4%, что оставляет неудовлетворенными почти половину пациентов.

6. При бактериологическом исследовании секрета простаты наиболее часто выявляется трихомонада (68,3%), микоплазма (55,2%) и бактериальные ассоциации (87,4) в различных комбинациях.

7. Оптимизация этиологической терапии ВПЭ и хронического простатита трихомонад- ной и смешанной (бактериально-трихомонад- ной, трихомонадно-микоплазменной) этиологии достигается путем назначения комбинированных препаратов с высокой антипрото- зойной активностью (поэтапно орнидазол левофлоксацин, затем нифуратель (Макмирор), что повышает эффективность лечения ВПЭ до 89,1%.

Список литературы

1. Горпинченко И.И., Сытенко А.М., Нуриманов К.Р., Зайцев В.И., Махер Гафси. Обоснование анкеты «Профиль преждевременной эякуляции» в качестве инструмента для оценки симптомов преждевременной эякуляции. Здоровье мужчины. 2009. № 1. С. 110--114.

2. Сексопатология: справочник / под ред. Г.С. Васильченко. М.:Медицина, 1990. С. 520--539.

3. Андрология. Мужское здоровье и дисфункция репродуктивной системы: пер. с англ. / под ред. Э. Нишлага, Г.М. Бере. М.: ООО «МИА», 2005. 228 с.

4. Горпинченко І.І., Воробець Д.З. Ефективність інгібіторів зворотного захоплення серотоніну в лікуванні чоловіків з передчасною еякуляцією. Здоровье мужчины. 2009. № 4. С. 90--95.

5. Sadeghi Nejaad H., Watson R. Premature ejaculation: Current medical treatment and new directions. Journal of Sexual Medicine. 2008. No. 5. P. 1037--1050.

6. Waldiger M.C. et al. A multinational population survey on intravaginal ejaculation latency time. Journ. Sex. Med. 2005. No. 2. P. 492-497.

7. Seftel A.D. Rasch Analysis of the Premature Ejaculation Diagnostic Tool (PEDT) and the International Index of Erectile Function (IIEF) in an Iranian Sample of Prostate Cancer Patients. J Urol. 2017. Vol. 197, No. 6. P. 1534-1535.

8. Abu El-Hamd M., Abdelhamed A. Comparison of the clinical efficacy and safety of the on demand use of paroxetine, dapoxetine, sildenafil and combined dapoxetine with sildenafil in treatment of patients with premature ejaculation: A randomized placebo-controlled clinical trial. Andrologia. 2018. Vol. 50, No. 1.

9. Zhu D., Dou X., Tang L., Tang D., Liao G., Fang W., Zhang X. Prevalence of Prostatitis-Like Symptoms and Outcomes of NIH-CPSI in Outpatients with Lifelong and Acquired PE: Based on a Large Cross-Sectional Study in China. Biomed Res Int. 2017.

10. McMahon C.G., Jannini E.A., Serefoglu E.C., Hellstrom W.J. The pathophysiology of acquired premature ejaculation. TranslAndrol Urol. 2016. Vol. 5, No. 4. P. 434--449.

11. Chen C.Q., Yi Q.T., Chen C.H., Gong M. Effect of Interventions for Premature Ejaculation in the Treatment of Chronic Prostatitis with Secondary Premature Ejaculation. Zhongguo Yi Xue Ke Xue Yuan Xue Bao. 2016. Vol. 38, No. 4. P. 393-398.

12. Лесовой B.H., Книгавко A.B., Аркатов A.B., Савенков В.И., Картавцев А.В. Малоинвазивные методы лечения эякуляторных расстройств. Здоровье мужчины. 2015. № 2. С. 87-91.

13. Капто А.А. Клинические аспекты сосудистой анатомии у пациентов с варикоцеле (лекция). Экспериментальная и клиническая урология. 2016. № 2. С. 70-79.

References

1. Gorpinchenko, I.I., Sytenko, A.M., Nurimanov, K.R., Zaitsev, V.I., & Maher Gafsi. (2009). Obosnovanie ankety «Profil prezhdevremennoj eyakulyaczii» v kachestve instrumenta dlya oczenki simptomov prezhdevremennoj eyakulyaczii [Substantiation of the questionnaire “Profile of premature ejaculation” as a tool for evaluation of symptoms of premature ejaculation]. Zdorove muzhchiny -- Men's health, 1, 110-114 [in Ukraine].

2. Gorpinchenko, I.I., & Vorobecz, D.Z. (2009). Efektivnist ingibitoriv zvorotnogo zakhoplennya serotoninu v likuvanni cholovikiv z peredchasnoyu eyakolyacziyeyu [Efficacy of serotonin reuptake inhibitors in the treatment of men with premature ejaculation]. Zdorove muzhchiny -- Men's health, 4, 90--95.

3. Sadeghi Nejaad, H., & Watson, R. (2008). Premature ejaculation: Current medical treatment and new directions. Journal of Sexual Medicine, 5, 1037--1050.

4. Waldiger, M.C. et al. (2005). A multinational population survey on intravaginal ejaculation latency time. Journ. Sex. Med., 2, 492--497.

5. Seftel, A.D. (2017). Rasch Analysis of the Premature Ejaculation Diagnostic Tool (PEDT) and the International Index of Erectile Function (IIEF) in an Iranian Sample of Prostate Cancer Patients. J Urol, Vol. 197, 6, 1534-1535.