Онтологическая конституция вещи как simul totum и учение о дистинкциях в «Метафизике» Николая Бонета
Иванов В.Л.
Аннотация
В статье исследуется учение о вещи в созданной в начале 1330-х гг. «Метафизике» оригинального францисканского теолога и философа Николая Бонета. В статье указывается на историко-философское значение этого сочинения, состоящее в том, что «Метафизика» Бонета один из первых больших самостоятельных, т.е. не связанных с традицией комментирования Аристотеля, трактатов о метафизике в схоластической традиции и первый трактат в истории философии под заголовком «Метафизика», названный так самим автором. Во-первых, мы представляем биографию автора трактата и кратко характеризуем структуру его четырехчастного «сочинения о философии», а также подчеркиваем важность разделения на метафизику и натуральную теологию, впервые в истории схоластической традиции не только заявленного как проект, но и осуществленного именно Бонетом. Во-вторых, мы исследуем место III кн. «Метафизики» в целом метафизического трактата Бонета и выявляем две главные содержательные темы этой книги: учение о вещи и учение о дистинкциях и тождествах. В-третьих, на материале I и III кн. «Метафизики» демонстрируется связь, оппозиция и частичное совпадение двух фундаментальных понятий метафизики Бонета: понятия сущего как сущего и понятия вещи, а также выявляется ведущее значение понятия вещи как «simul totum», т.е. единичного «конституированного целого» из метафизических элементов (формальностей, чтойностных и индивидуальных дифференций, внутренних модусов, свойств). Наконец, мы анализируем взаимосвязь учения о вещи и учения о дистинкциях у Бонета и эксплицируем то, как учение о реальной и формальной дистинкции и тождестве подчинено цели аналитики метафизической «конституции вещи» и встроено в трактат о вещи. Это, в свою очередь, позволяет сделать вывод о том, что основным отличием «формалистского трактата» о дистинкциях и тождествах, в качестве которого воспринималось содержание III кн. «Метафизики» Бонета последующей скотистской традицией, в сравнении с соответствующими трактатами Франциска Мероннского и Петра Фомы является именно определяющая для понимания «формальностей» роль онтологического понятия вещи как «метафизического целого» или индивидуума у Бонета.
Ключевые слова: Высокая схоластика, Николай Бонет, первая самостоятельная скотистская метафизика, учение о вещи, трактат о дистинкциях
Annotation
V.L. Ivanov. The ontological constitution of res as simul totum and the doctrine of distinctions in Metaphysica of Nicholas Bonetus
The article examines the doctrine of thing in the “Metaphysics" created in the early 1330s by an original Franciscan theologian and philosopher Nicholas Bonetus. The article points to the historical-philosophical significance of this work. In the scholastic tradition, Bonetus's “Metaphysics' is argued to be one of the first large and independent treatises on metaphysics, i.e. it is not related to the tradition of commenting on Aristotle. It is also the first treatise in the history of philosophy under the title “Metaphysics", named so by the author himself.
First, we present the biography of the author of the treatise and briefly characterize the structure of his four-part “Opus philosophicum”, as well as emphasize the importance of the division between metaphysics and natural theology, for the first time in the history of the scholastic tradition not only declared as a project, but also implemented by Bonetus.
Secondly, we examine the place that book III of the “Metaphysics” occupies in Bonetus's entire metaphysical treatise, and determine the two main themes of this book: the doctrine of res and the doctrine on distinctions and identities.
Thirdly, through the analysis of the 1st and IIIrd books of “Metaphysics” we demonstrate the connection, opposition and partial coincidence of two fundamental concepts of Bone- tus's metaphysics: the concept of being as being and the concept of thing. Additionally, the leading meaning of the concept of a thing as a simul totum, that is, a single “constituted whole” from metaphysical elements (formalities, quidditative and individual differences, intrinsic modes, properties), is clarified.
Finally, we analyze the relationship between the doctrine of res and the doctrine on distinctions in Bonetus and explain how the doctrine of real and formal distinction and identity is subordinated to the goal of analytics of the metaphysical “constitution of res” and is built into the treatise on the thing. This, in turn, allows us to conclude that the main difference between the “formalist treatise” on distinctions and identities (and this is exactly how the content of the IIIrd book of Bonetus's “Metaphysics” was perceived in the subsequent Scotist tradition), in comparison with the corresponding treatises of Francis of Meyronnes and Peter Thomae, is precisely the role of the ontological concept of a thing as a “metaphysical whole” or individual in Bonetus that determines his understanding of “formalities”.
Keywords: High Scholasticism, Nicholas Bonetus, the first independent Scotistic metaphysics, doctrine of thing, treatise on distinctions
1. Первая систематическая метафизика в истории?
Примерно с тем же рвениемСледует отметить, что это рвение было особенно мотивировано публикацией в 1957 г. доклада М. Хайдеггера об «онто-теологической конституции метафизики»., с которым историки философии во второй половине XX в. пытались найти исторические истоки традиционно связываемого с именем Хр. Вольфа и известного современности главным образом из работ Канта разделения метафизики на общую и специальную, еще раньше они начали поиск первой исторической формы систематической (или методически изложенной) метафизики. Исторический интерес к возникновению «систематической метафизики» можно объяснить, с одной стороны, доминированием неокантианских эпистемологических представлений в истории философии конца XIX первой трети XX в., а с другой стороны, общим осознанием особенно после работ В. Йегера проблематического характера единства сочинения Аристотеля о «первой философии». Само понятие «системы» философии, как и критерии ее «систематичности», разумеется, исторически обусловлено (главным образом философскими «открытиями» в разных вариантах немецкой идеалистической философии), но, поскольку нас интересует здесь только историко-философская сторона вопроса, мы не будем пытаться анализировать сложную взаимосвязь исторического и систематического в новой и новейшей философии, а упростим критерии поиска, истолковав вопрос более традиционно: кто написал первый систематический трактат или самостоятельное изложениеПод систематичностью или самостоятельностью здесь и далее понимается не-ориентированность в самой форме изложения на сочинения иных авторов. метафизики как науки? Сам автор идеи некоторой первой теоретической науки, т.е. Аристотель, едва ли может быть признан философом, изложившим метафизическую науку в отдельном сочинении, по многим и разнородным основаниям, главным из которых, как представляется, является отсутствие у него развернутого обсуждения научного характера «первой науки», а также единства разных описаний ее «подлежащего». Если мы ограничим поиск автора «первой систематической метафизики» рамками схоластической традиции Запада, то таковым был, как мы теперь знаемХотя сам этот факт был известен в современности по крайней мере с 1962 г. (см.: Riesco Terrero J. Nicolas Bonet escribe una metafisica sistematica dos siglos y medio antes que Suarez // Salamanticensis. 1962. No. 9. P. 3-21), однако его значимость для истории схоластической метафизики была эксплицитно осознана сравнительно недавно, ср. следующие работы: Aertsen J. Medieval Philosophy as Transcendental Thought. From Philip the Chancellor (ca. 1225) to Francisco Suarez. Leiden; Boston, 2012. P. 481; Duba W.O. Three Franciscan Metaphysicians after Scotus: Antonius Andreae, Francis of Marchia, and Nicholas Bonet // The Latin Medieval Commentaries on Aristotle's Metaphysics. Leiden; Boston, 2014. P. 466; Goris W. Transzendentale Einheit. Leiden; Boston, 2015. S. 102-104., францисканец Николай Бонет (ум. 1343 г.). «Метафизика» Бонета, созданная в начале 1330-х гг. (вероятно, в Париже), это полностью независимый от композиции аристотелевских книг о первой философии большой трактат, который впервые в истории философии получил название «Метафизика» от самого автора. Целью данного исследования является анализ учения о вещи в III кн. «Метафизики» Бонета. Однако для лучшего понимания контекста учения о вещи мы сначала представим биографию и сочинения Бонета, а далее кратко охарактеризуем структуру его метафизики и место III кн. в целом трактате.
2. Биография и сочинения Николая Бонета, ОМБ
Как и о подавляющем большинстве философов и теологов Высокой схоластики, о биографии Николая Бонета известно крайне мало достоверных фактовСм.: Duba W.O. Three Franciscan Metaphysicians after Scotus. P. 466-469.. Основываясь на том, что мы знаем о стандартной карьере ученого францисканца и о среднем возрасте получения миноритами степени магистра теологии (около 45 лет), а также на документально зафиксированной дате первого появления Бонета в качестве магистра теологии (конец 1333 г.), можно предположить, что он родился в 1280-е гг. Документально известно, что он был французом из Турени и стал братом францисканского ордена, вступив в конвент миноритов в Туре. Согласно выглядящей достаточно обоснованной гипотезе ДьюбыIbid. P. 469., Бонет получил высшую и наиболее почетную в схоластическом университете степень магистра теологии Парижского университета весной 1333 г., был «актуально правящим магистром», т.е. профессором теологии, на францисканской кафедре в Париже в 1333-1334 гг. и участвовал в работе комиссии ведущих парижских теологов, созванной в конце 1333 г. французским королем Филиппом VI для консультаций по вопросу о так называемом «видении блаженных». Известно также, что в 1338 г. по поручению папы Бенедикта XII Бонет участвовал (в качестве «профессора теологии») в подготовке дипломатического посольства курии к монгольскому великому хану, а в 1342 г. Бонет был назначен папой Климентом VI епископом Мальты. Он умер не позднее октября 1343 г., поскольку этим временем датируется папская булла, называющая его преемника на епископскую кафедру и упоминающая смерть Бонета. Не существует никаких достоверных исторических свидетельств относительно того, учился ли когда-либо Бонет лично у Дунса СкотаЕсли он все же учился у Скота, то только в качестве студента францисканской программы «лектората», поскольку по возрасту он относится, скорее всего, к следующему поколению после Скота и потому никак не мог в середине 1300-х гг. участвовать в программе теологического бакалавриата в Париже., хотя позднейшая скотистская историография традиционно относит его к личным ученикам Тонкого учителя.
Ситуация с сочинениями Николая Бонета довольно необычна и сильно отличается от стандартной для первой трети XIV в. в том плане, что несмотря на то, что Бонет был магистром и профессором теологии, до нас не дошло (или пока не обнаружено) ни одного его теологического сочинения ни по схоластической, ни по экзегетической теологии. На настоящий момент у нас нет ни в виде отредактированного сочинения, ни просто студенческой записи даже его теологического курса по «Сентенциям», т.е. работы в обязательном, наиболее популярном и важнейшем для мендикантскихПредставители мендикантских или нищенствующих орденов (двух главных доминиканцев и францисканцев, а также августинцев и кармелитов) были основной и ведущей силой в формировании и развитии схоластической теологии и философии в век Высокой схоластики (1250-1350). См. актуальное состояние исследований о мендикантской теологии и философии в большом сборнике: Philosophy and Theology in the «Stadia» of the Religious Orders and at Papal and Royal Courts. Turnhout, 2012. теологов жанре схоластической теологии. В отличие от подавляющего большинства францисканских теологовДаже от Антония Андреа и Петра Фомы, большую часть наследия которых составляют философские сочинения, дошли также и теологические работы. времени расцвета философской теологии (первая треть XIV в.) мы знаем сегодня Бонета исключительно как автора философских сочинений, если говорить точнее: одного философского сочинения, состоящего из четырех самостоятельных трактатов. Несмотря на то, что лишь несколько известных нам сегодня манускриптов XIV и XV вв.См.: BNF, Ms. lat. 16132; BAV, Vat. lat. 11504. содержат все четыре трактата вместе и в одном порядке, перекрестные ссылки в каждом из четырех трактатов, а главное то обстоятельство, что сам Бонет несколько раз эксплицитно обсуждаетСм.: Nicolaus Bonetus, OFM. Nicolai Boneti Ouattuor volumina: Metaphysica, Physica, Liber predicamentorum, Theologia naturalis. Venetiis, 1505. F. 45ra-b, 91ra. порядок между четырьмя науками, которые содержатся в них, достаточно ясно доказывает то, что все четыре трактата либо были задуманы как части одного большого сочинения, либо являются серией работ, написанных по единому замыслу. Кроме того, наиболее распространенное и влиятельное старопечатное Венецианское издание 1505 г. содержит все четыре трактата как своеобразное «собрание сочинений» Бонета в «четырех томах», так что благодаря ему факт связности и упорядоченности этих трактатов был зафиксирован и воспринят в последующей схоластической (особенно скотистской) традиции. Поскольку в тексте Бонета не содержится единого названия для всей серии, мы условно можем называть это четырехчастное целое «Философским сочинением», так как оно, по всей вероятности, содержательно исчерпывает совокупность теоретических философских наук согласно Бонету.
Итак, четыре трактата, составляющие это целое в том порядке, который артикулирован самим автором, таковы:
1) «Метафизика»;
2) «Натуральная философия»;
3) «Категории, или 10 книг о 10 первых родах»;
4) «Натуральная теология».
Нужно подчеркнуть, во-первых, что определяющим строение и порядок целого является эпистемологическая концепция Бонета: все четыре дисциплины понимаются именно как науки с собственным подлежащим, т. е. в наших терминах «предметом» (в случае «Категорий» на самом деле с десятью разными подлежащими), принципом и свойствами, демонстрируемыми или знаемыми о подлежащем, причем теория подлежащего науки, основывающаяся на отчасти преобразованной Скотом аристотелевской эпистемологии «Второй аналитики», содержится в начале первой науки, т.е. метафизики, а частично дополнительно обсуждается Бонетом в начале каждого из следующих трех трактатов. Именно соотношение между подлежащими определяет порядок познания и изложения наукIbid. F. 17rb.. Что касается самих этих подлежащих, то первым подлежащим метафизики является, согласно Бонету, «сущее, поскольку оно сущее», первым подлежащим натуральной философии «ограниченное сущее» (ens limitatum), первыми подлежащими учения о категориях 10 высших или первых родов, а натуральной теологии «первый ум» или «первый двигатель» (т.е. Бог). Во-вторых, все четыре трактата, как уже было специально отмечено в отношении первого из них, являются не комментариями к аристотелевским текстам, но совершенно оригинальными и написанными по собственному плану исследованиями предметов и трудностей четырех теоретических наук. В-третьих, Бонет впервые в схоластической традиции написал не только самостоятельную метафизику, но и отдельную от нее специальную натуральную теологию: хотя сама идея разделения классического содержания метафизики на две части собственно «метафизику о сущем» и специальную метафизическую науку «о божественном» обсуждалась СкотомДунс Скот «Вопросы о книгах Метафизики Аристотеля». Кн. I, вопр. 1, п. 154-155, 156161 (Duns Scotus. Ouaestiones super libros Metaphysicorum Aristotelis. Libri I-V // B. Ioannis Duns Scoti OFM Opera Philosophica. Vol. III. St. Bonaventure; N.Y., 1997. P. 68-72). и была аффирмативно обоснована Франциском из МаркиФранциск из Марки «Вопросы о метафизике», Пролог, п. 40-43; кн. I, вопр. 1, п. 28-49 (Franciscus de Marchia, OFM. Ouaestiones super Metaphysicam. Grottaferrata; Roma, 2012. P. 55-57, 69-75)., Николай Бонет был первым философом, кто действительно осуществил это разделение и изложил две разные науки, так что его авторству принадлежит также первый в истории оригинальный трактат под названием «Натуральная теология»О концепции и важнейших темах натуральной теологии Бонета см. только что вышедшую статью Г. Смита: Smith G.R. The Natural Theology of Nicholas Bonetus // Rivista di Storia della Filosofia. 2021. No. 4. P. 642-667..
Отдельно следует обсудить еще два связанных между собой вопроса: когда примерно были созданы эти философские трактаты? И насколько обоснованно считать Бонета «последователем Скота», или «ранним скотистом»? Что касается первого вопроса, поскольку Бонет не называет эксплицитно ни одного имени среди современных ему или чуть более ранних философов или теологов, да и вообще не упоминает в своем тексте никого, кроме Аристотеля и Аверроэса, то все современные идентификации цитат из других авторов, могущие быть основанием для датировки его работ, яв ляются лишь гипотетическими и предварительными. С другой стороны, ранняя рецепция теорий Бонета в XIV в. вообще никак не изучена, известный нам период его популярности среди францисканцев приходится скорее на середину XV в. и позже, поэтому в датировке «ante quem» нам вообще не на что опереться. Бонет, несомненно, обсуждает позиции Дунса Скота, Петра Ауреола, знает теории Франциска Мероннского и Петра Фомы, а также, согласно ряду современных исследователейСм.: Duba W.O. Three Franciscan Metaphysicians after Scotus. P. 466; Grellard Ch. Les presupposes methodologiques de l'atomisme: la theorie du continu de Nicolas d'Autrecourt et Nicolas Bonet // Methodes et statut des sciences a la fin du Moyen-Age. Paris, 2004. P. 182; Hubener W. «Objektivitat» und «Realisierung». Zwei Beispiele fur die Weiterarbeit der Aristotelischen Scholastik am metaphysischen Grundvokabular // Archiv fur Begriffsgeschichte. 2007. Bd. 49. S. 60, 64., Герарда Одонского и Ричарда ФитцРальфа. Если судить по известной нам примерной датировке теологических комментариев к «Сентенциям» (версия Conflatus) Франциска Мероннского (около 1325 г.) и Герарда Одонского (1327-1328), а также философских трактатов Петра Фомы (после 1325 г.), Бонет совершенно точно написал собственные философские трактаты в самом конце 1320-х начале 1330-х гг., причем большинство исследователей сейчас склоняются скорее к более поздней дате. Что касается вопроса о «скотизме» Бонета, если судить по отсутствию любых эксплицитных цитат и упоминаний имени Скота (не говоря уже о таких популярных среди ранних последователей Скота именований, как «наш Учитель» или просто «Учитель»), то по этим внешним признакам можно заключить, что, вероятно, Бонет, по крайней мере не желал, чтобы его рассматривали как «последователя Скота» в точном смысле слова. С другой стороны, если мы обращаем внимание на его содержательное обсуждение прежде всего метафизических тем, а также на философскую понятийность и терминологию, то можно отметить несомненную близость его теорий таким отличительным и обязательным для любого следующего Скоту философа позициям, как унивокация чтойностного понятия сущего и формальная дистинкция (в смысле дистинкции из природы вещи, но не в полном смысле реальной). Бонет постоянно ссылается на некий предполагаемый им, а на самом деле скорее специально им конструируемый консенсус «древних и современных философов» вплоть до знаменитого утвержденияСр.: Nicolaus Bonetus, OFM. Nicolai Boneti OFM Metaphysica // Nicolai Boneti Ouattuor volumina: Metaphysica, Physica, Liber predicamentorum, Theologia naturalis. Venetiis, 1505. F. 22rb. о том, что родоначальниками «формальной дистинкции» и «полагания формальностей» были не философы в Шотландии или Париже (намек на происхождение Иоанна Дунса из Шотландии, учившего в Париже), но де сам Аристотель в своей школе в греческих Афинах, однако содержательно эта «общая» позиция скорее соответствует именно (пусть и не менее воображаемому) консенсусу «школы Скота». Иначе говоря, сам Бонет стилизует себя под выразителя общего мнения «всех философов», а на деле является весьма независимым последователем Скота в том смысле, что его общая понятийность и некоторые фундаментальные метафизические позиции определены общетеоретическим наследием Тонкого учителя. Мы считаем, что дополнительной гипотетической причиной того, почему Бонет не упоминает, по крайней мере в метафизике, Скота как автора «авторитетных утверждений», заключается то, что в XIV в. вообще, да и большинством первых последователей, Скот рассматривался как крайне значимый и авторитетный автор именно в схоластической теологии, а вовсе не в метафизике, поскольку как раз большого и законченного сочинения по метафизике Скот после себя вообще не оставил, иначе говоря, Бонету просто не на что было предметно сослаться в ходе его собственного метафизического изложения.