Отрицательная оценка характеризуется большой
тенденцией к отрыву от денотативных свойств, расширению сферы своей
приложимости, т.е. к расширению экстенсионала слова. Например, так
называемые"four-letter
words"-
вульгаризмы(ругательства), табуированные в отношении своего употребления, не
имеют предметно-логического (денотативного) значения. Их функция - выражение
негативного отношения говорящего к референту [Иванова 2011: 28].
1.4 Окказиональное значение слова
По мнению Г.Пауля, выдвинувшего понятия узуального (языкового) и окказионального (речевого) значения, под окказиональным значением следует понимать "те представления, который говорящий связывает с этим словом в момент его произнесения и которые, как он полагает, свяжет в свою очередь и слушатель с данным словом" [Пауль 1960: 94].
Р.А. Будагов, отмечает, что существует четкая грань между контекстуальным и общеязыковым значением. Если языковое (узуальное) значение есть значение словарное, то есть взятое в отвлечении от всего множества мыслимых ситуаций его употребления, то контекстуальное (окказиональное) значение определяется контекстом и зависит от него. В то же время контекстуальные значения не являются вполне произвольными, они в значительной мере обусловлены общеязыковыми факторами, они опираются на ресурсы и резервы общелитературного языка [Будагов 1967: 148].
А.И. Варшавская также говорит о том, что окказиональный смысл - это смысл, возникающий в определенной ситуации (так, например, ситуации беседы, интервью и т.д.) [Варшавская 1984: 17]
Окказиональная оценка в значении слова появляется в процессе индивидуальной речевой деятельности, при "конкретно-индивидуальной норме, опирающейся на саму норму и языкотворческую оригинальность индивида" [Стернин 1990: 43] . По мнению И.А. Стернина, именно на этом уровне семная структура лексико-семантических вариантов (результат варьирования системного значения слова в речевой практике на уровне коллективной реализации языка) подвергается различным изменениям, вследствие чего слова выступают не только в своих закрепленных (системных) значениях, но и с приращением новых коммуникативных смыслов. Эти смыслы очень важны с точки зрения успеха коммуникации: непонимание коммуникативных смыслов отдельных единиц высказывания ведет к непониманию всего высказывания [Стернин 1990: 123].
Э.И. Ханпира отмечает, что окказиональные значения возникают и существуют на базе узуальных традиционных значений слов. Добавочное осмысление, способное выражать образное представление, "возникает не на голом месте, а контактуется или наслаивается на узуальное значение слова, которое обычно приглушается или контекстно смещается в целях создания художественного образа. Слово становится двуплановым - носителем узуальных значений и выразителем иных осмыслений, обусловленных характером художественного текста" [Ханпира 1972: 38].
А.Н. Кожин подчеркивает, что окказиональные значения слов имеют объективно-субъективный характер; это факты речи, а не факты языка. Необходимым условием их существования является соответствующий контекст или речевая ситуация. При этом контекст не формирует значение, но позволяет выявить смыслы, потенциально заложенные в языковой семантике слова, понять окказиональное значение слова. Слова, имеющие окказиональное значение, всегда экспрессивны, потому что "всякая деформация языковой нормы, всякая актуализация неизбежно экспрессивны" [Кожин 1986: 291].
В контекстах актуализируются такие семы, которые, во-первых, способствуют эмоционально-образному воздействию на читателя, а во-вторых, выражают авторское "я", мировоззрение и мироощущение автора.
Основная задача семантических окказионализмов - обслужить определенную художественно-речевую ситуацию. Окказиональное употребление слова позволяет автору всесторонне характеризовать людей, события, обнаруживая при этом отношение самого автора к изображаемому.
Новое значение слова, неожиданно возникающее в контексте, не является произвольным - оно потенциально заложено в семантической структуре данного слова, опирается на предшествующее значение, которое частично удерживается в новом. Следовательно, окказиональное значение слова зависит от языковых традиционных значений, что является одним из необходимых условий адекватного понимания семантического окказионализма. Даже в тех случаях, когда узуальное значение слова четко не выражено, оно не исчезает полностью, а имплицитно присутствует в слове как некий ассоциативный фон.
Окказиональный смысл чаще всего "богаче" узуального по содержанию и "уже по объему", так как окказиональный смысл выражает некие конкретные признаки, характерные для определенной ситуации или референта ситуации, или понятия, существующие в определенных временных и пространственных условиях, а узуальный смысл - некие общие признаки или понятия свободные от пространственно-временных отношений [Пауль 1960: 93].
Как всякая оценочная деятельность сознания, окказиональная оценочность имеет прагматическую направленность.
1.5 Эмотивный и экспрессивный
компонент семантики слова
Эмоции играют огромную роль в жизни человека. Эмоции представляют собой ответную реакцию на познаваемые человеком характеристики предметов, людей, явлений и событий. Эмоции оказывают влияние на мировосприятие человека, на то, как он группирует в своем сознании познаваемые им объекты. Мышление человека является единством рационального и эмоционального.
Эмоции представляют собой очень сложное явление психики. В современной науке нет однозначного определения этого явления. Существуют различные концепции эмоций (философская, психологическая, когнитивная), различные подходы к классификации эмоций. Эмоции традиционно делят на положительные и отрицательные. Среди них выделяют базовые эмоции - наиболее важные и распространенные. К ним относя интерес, радость, удивление, печаль, гнев, отвращение, презрение и страх. Иногда в эту группу включают также стыд, смущение, чувство вины. Остальные эмоции рассматривают как производные от базовых.
В лингвистике предлагается разграничивать понятия, соответственно, и термины: "эмоциональность", "эмоциональный", "эмотивность", "эмотивный". Эмоциональность характеризует эмоции как психический феномен. В языке эмоциональность отражается и превращается в эмотивность, языковой феномен. Поэтому, следует говорить об эмотивности слова, эмотивном компоненте значения слова, а не об эмоциональности слова или эмоциональном компоненте [Иванова 2011: 29].
В своем пособии Е.В. Иванова отвечает на вопрос: какие же слова имеют отношения к эмоциям?
Во-первых, эти слова, называющие различные эмоции: love, hatred, anger, disgust, surprise, fear и др. Они являются рациональными наименованиями эмоций.
Во- вторых, эти слова, описывающие эмоции. К этой группе относятся:
) наречия: angrily, furiously, icily;
2) глаголы: to wail, to shriek, to adore;
) прилагательные: cheerful, sad, scornful;
) существительные с предлогами: with malice, with scorn;
5) существительные, называющие различные физиологические проявления эмоций: tears,laughter,smile.
В- третьих, к ним относятся слова, выражающие эмоции. Выражают, но не называют эмоции междометия. Например, "Oh!" может передавать самые разнообразные эмоции - удивление, страх, презрение, радость. Кроме междометий, словами, выражающими, но не называющими эмоции, являются слова с эмотивным компонентом в составе коннотативного значения.
К таким словам относятся, например: gorgeous (very beautiful and attractive), fabulous (extremely good), deadly (very boring), green (of a person; young and lacking experience), rookie (a person who has just started a job or an activity and has very little experience), to pinch (to steal something, especially something small and not valuable) и многие другие. Данный слова не просто называют определенные объекты, но и выражают субъективное отношение к ним. Это отношение передается за счет эмотивного компонента в семантике. Эмотивный компонент является социально закрепленным, т.е. все носители языка воспринимают данное слово как эмоционально окрашенное. Эмотивный компонент, как правило, сочетается с оценочным [Иванова 2011: 30].
Е.В. Иванова отмечает, что конкретная эмоция, выражаемая словом с эмотивным компонентом, может варьироваться. Например, в предложении "The neighbours have been pinching our apples again!" глагол to pinch передает возмущение, негодование, а в иной ситуации, при обращении человека к близкому другу "Have you pinched my pen again?", он может выражать шутливо-ироничное, снисходительное отношение к слабостям другого человека, который не носит с собой ручку и без зазрения совести присваивает чужие [Иванова 2011: 30].
По мнению В.Н. Телии, экспрессивность принадлежит к одному из наиболее неопределенных и нечетких понятий лингвистики[Телия 1996].
Экспрессивный компонент семантики слова рассматривают как информацию о выделенности слова в системе языка, как усиление признаков, входящих в денотативное значение слова, как отображение эмотивного отношения в семантике слова. Т.Г. Винокур в своих работах говорит о широком понятии экспрессивности как обобщающего понятия относительно эмотивности и стилистической окрашенности [Винокур 1980]. Если понимать экспрессивность как выразительность языкового знака, то следует рассматривать ее как явление вторичное по отношению к оценочности, эмотивности, стилистической окрашенности и образности знака, как явление, обусловленное данными характеристиками знака [Иванова 2011: 31]
.6 Сопоставительная стилистика
Основоположником сопоставительной стилистики считается французский лингвист Ш. Балли. Именно он выдвинул и обосновал идею сопоставительного изучения родного и иностранного языков. Вслед за Ш. Балли многие зарубежные лингвисты, такие как Ж-П. Вине, Ж. Дарбельне, A. Malblanc, H. Brini, перешли к детальному описанию стилистических ресурсов конкретных языков с их дальнейшим сопоставительным анализом.
М.Н. Лапшина отмечает, что сопоставительная стилистика занимается сопоставлением стилевых систем нескольких языков, устанавливая их различия и сходство [Лапшина 2013:14]. Т.Б. Трошева под сопоставительной стилистикой понимает изучение в сравнительном плане стилистических систем двух и более языков [Трошева 2001]. Н.К. Гарбовский уточняет, что сопоставительная стилистика должна изучать "сходства и различия языковых форм сравниваемых языков, основываясь на адекватности их значений и функций" [Гарбовский 2009: 17]. М.А. Пильгун отмечает, что концепция сопоставительной стилистики "позволяет выявлять в двух языках общие категории плана выражения и плана содержания, дифференциальные и интегральные компоненты функциональных стилей, сравнить языковую норму на различных уровнях языковой системы, структуры текстов" [Пильгун 2006: 109].
В качестве конкретных задач сопоставительной стилистики А.Д. Швейцер рассматривает установление общих и отличительных черт, "обнаруживаемых системами экспрессивно-эмоциональных и оценочных средств двух языков", а также системами их функциональных стилей. В число специфических задач сопоставительной стилистики входит сопоставительный анализ системных отношений между языковыми средствами, используемыми в тех или иных сферах общения, определение жанровых принципов их отбора, сочетаемости и организации в текстах [Швейцер 1993: 6]. Н.К. Гарбовский определяет второй этап сопоставительно-стилистических исследований как функционально-стилистический. Целью этого этапа является "обнаружение сходных и различных черт в организации средств выражения в речи на родном и иностранном языках на фоне конкретных функциональных задач речевой деятельности, т. е. с учетом целей и сфер общения" [Гарбовский 2009: 9].
Сопоставительная стилистика строится на сопоставлении оригинальных текстов двух языков или параллельных текстов. Согласно А.Д. Швейцеру: "параллельные тексты - образцы речевых произведений одного и того же жанра, между которыми отсутствует смысловая эквивалентность типа оригинал-перевод. В то же время для параллельных текстов характерна общность социально-коммуникативной ситуации их порождения, позволяющая выделить дифференциальные и интегральные признаки текстов данного жанра в различных языках" [Швейцер 1993: 11]. В настоящее время параллельными текстами принято называть переводные тексты. Оригинальные тексты на разных языках, относящиеся к одному функциональному стилю или жанру и обладающие тематической общностью, называются сопоставимыми, так как создавались "в аналогичных типовых ситуациях общения" [Гарбовский 2009: 19].
Таким образом, задачей сопоставительной стилистики на современном этапе является анализ "текста как высшей единицы коммуникации, обладающей смысловой целостностью и завершенностью, со сложной структурой, элементы которой связаны между собой различными видами семантических и логических отношений" [Гарбовский 2009: 12]. Соответственно, предметом сопоставительно-стилистического анализа станут тексты различных стилей и жанров.
За время своего существования сопоставительная лингвистика и стилистика выработали ряд общих принципов сопоставительного исследования языков.
. Сравнение языков, предварительно описанных в рамках одной и той же теории и в одних и тех же условных обозначениях.
. Базирование на категории сопоставления (контрастивной категории), которая может носить как формальный, так и функциональный или чисто семантический характер.
. Проведение исследования при наличии общего знаменателя, условно именуемого языком-эталоном, в роли которого может выступать один из сопоставляемых языков, а также язык, сконструированный индуктивно, или абстрактный язык-эталон.
. Системность исследования.
. Выполнение исследования, как в плане синхронии, так и в плане диахронии, так как тенденции, заложенные в прошлом языка, принадлежащего к той или иной генетической группировке, по-разному реализуются в результате специфических условий его развития.
. Выявление схождения и расхождения в использовании языковых средств различными языками [Ханина 2003].
Сопоставительный анализ - метод анализа структур двух языков с целью найти различия в их системах, независимо от того, к какой языковой семье они принадлежат или от уровня их развития. Теоретическая основа метода сопоставительного анализа описана в книге Р. Ладо "Linguistics Across Cultures" (1968). Задача сопоставительного анализа на современном этапе состоит в создании сопоставительных двузначных типологий. Если раньше сопоставительный анализ занимался в основном фактами языковой системы, то теперь он все больше обращается к тексту, к речевым актам, к реализации, следуя общему направлению развития современной лингвистики. По мнению К. Джеймса, проведение сопоставительного анализа всегда включает в себя два этапа: "во-первых, существует стадия описания, когда каждый из двух языков описывается на соответствующем уровне; во-вторых, стадия - это стадия сопоставления языков для осуществления их сравнения" [Джеймс 1989: 233]. Методика сопоставительного анализа широко используется разными лингвистическими дисциплинами, в том числе и стилистикой. Объектом сопоставительного анализа могут быть различия в употреблении языковых средств - например, архаизмов и варваризмов, грамматических форм и типов предложений или средств языка, используемых в одних и тех же функциональных стилях и жанрах.
А.Д. Швейцер считает, что сопоставительная стилистика должна использовать свой метод исследования, который он назвал контрастивно-стилистическим анализом. Важным аспектом контрастивно-стилистического анализа является анализ на уровне текста [Швейцер 1993]. По мнению Н.К. Гарбовского "именно на уровне текста, в способах и видах связи имен и высказываний в единое речевое целое, прежде всего, проявляются контрастные черты различных "жанров и стилей" сопоставляемых языков" [Гарбовский 2009: 9]. Таким образом, за единицу контрастивно-стилистического анализа принимается текст как высшая единица коммуникации. Другим параметром, который необходимо учитывать при контрастивно-стилистическом анализе, являются стилевые черты, сопоставление которых позволяет выявить общие и контрастные черты на уровне функциональных стилей.