Объективные и субъективные факторы вариативности интерпретаций текста закона в специальной юридической литературе и в обыденном сознании носителей язика
Лидия Густовна Ким
Аннотация
Обсуждается проблема соотношения профессионального и обыденного толкования текста. Выявляются корреляция этих понятий, различие субъектов, целей, особенностей процесса и результата интерпретации юридического документа. Материалом для исследования является статья 272 «Неправомерный доступ к компьютерной информации» Уголовного кодекса РФ, которая является предметом толкований профессиональным сообществом и рядовыми гражданами. Установлено, что и юристы-специалисты, и рядовые граждане неоднозначно интерпретируют статью закона, что обусловлено как объективными, так и субъективными факторами. С одной стороны, вариативность толкований юридического текста определяется особенностями языковых формулировок и используемой терминологии. С другой стороны, это связано с качественным разнообразием типов языковой личности - представителей профессионального сообщества и носителей обыденного сознания.
Ключевые слова
юридический текст, интерпретация текста, профессиональное толкование, обыденное толкование, вариативность интерпретаций, объективные факторы, субъективные факторы
Objective and subjective factors for variability in interpreting the law text in specialized legal literature and in everyday consciousness of language speakers
Lidia G. Kim
Kemerovo State University Kemerovo, Russian Federation
Abstract
The paper discusses the problem of the professional and common interpretation of the legal text, determining the relation of these notions, the difference between their subjects, goals, features, and results. Article 272 of the Criminal Code of the Russian Federation was chosen as a material for the study, with its content being the subject of interpretations by the professional community and ordinary citizens. Comparing the comments on this article in the works of lawyers and polemics in the professional community has allowed establishing the variability of interpretations and identifying the factors of variability. It has been found that, in the professional community, a legal text is inevitably characterized by a variety of interpretations, resulting from various factors. The common interpretation results were obtained by means of a linguistic interpretation experiment. The analysis of the experimental results has revealed that ordinary native speakers perceive the content of the original legal text ambiguously. Everyday interpretation proves to produce interpretative texts reflecting semantic-pragmatic versions as a realization of semantic-pragmatic meanings of the text of the law. Both legal professionals and ordinary citizens have been found to have ambiguous interpretations, which is due to objective and subjective factors. On the one hand, the variability of legal text interpretations is determined by the peculiarities of language wordings and the terminology used. On the other hand, there is also the qualitative diversity of types of language personality or the speakers of ordinary consciousness.
Keywords
legal text, text interpretation, professional interpretation, ordinary interpretation, interpretation variability
Введение
Задачей настоящей статьи является описание особенностей интерпретации текстов закона в специальной юридической литературе и в обыденном сознании, а также установление причин вариативности этих видов толкования.
Проблематика исследования обусловлена противоречием между единственностью смысла юридического текста как воплощения замысла законодателя и множественностью его толкований профессиональным сообществом и рядовым носителем языка, т. е. противоречием между иллокуцией и перлокуцией. Известно, что юридический язык используется в юриспруденции для толкования текста закона. Как справедливо отмечает Н. Д. Голев, чтобы описать, проанализировать и представить полную картину этого феномена, недостаточно ограничиться только юридическим аспектом. Необходимо выйти за его рамки и рассмотреть толкование статей закона, в том числе как лингвистический феномен [Голев, 2006]. В своем исследовании феномена интерпретации мы опираемся на основные лингвистические принципы, представленные в работе В. З. Демьянкова [1999].
Юриспруденция стремится толковать законы с однозначностью уяснения и направлена на достижение нулевой вариативности интерпретаций. С другой стороны, в процессе функционирования закона в профессиональной и непрофессиональной среде выявляются его смысловая неоднозначность и множественность толкований. Именно на этом этапе, как подчеркивает Н. Д. Голев, возникает феномен противоречия между иллокутивной силой текста и его перлокутивным эффектом [Голев, 1999]. Рассмотрению этого противоречия и факторов, обусловливающих вариативность толкований закона, посвящена данная статья.
В теоретической литературе нет однозначного понимания термина «толкование права», «толкование норм права», их объема, содержания. Несмотря на различие определений термина «толкование права», смысл его можно свести к тому, что это познавательный процесс придания определенного значения языковым выражениям законов и других нормативных актов [Пиголкин, 1998]. Процесс толкования протекает на всех стадиях правового регулирования: в ходе правотворчества, систематизации права, при разных формах его реализации. В правоприменительных процессах толкование играет важнейшую роль.
Толкование - это процесс как объективный (объект познания независим от познающего субъекта, процесс познания протекает в соответствии с объективно действующими законами формальной и диалектической логики), так и субъективный, поскольку толкование выполняется субъектом. Результат толкования выражается в понятиях, суждениях и других субъективных формах мышления.
В зависимости от правового положения субъекта, толкующего норму права, различают официальное и неофициальное толкование. Официальное толкование дают уполномоченные на то субъекты - должностные лица, государственные органы. Результаты такого толкования оформляются специальным актом, который имеет обязательное значение для правоприменителей 1. Неофициальное толкование предусматривает «такое разъяснение смысла права, которое осуществлено не уполномоченными специально на это органами и лицами и не имеет обязательного характера, т. е. не обладает юридической силой» Закон: создание и толкование / Под ред. А. С. Пиголкина. М.: Спарк, 1 998. 1 66 с. Там же, с. 58.. Видами неофициального толкования являются обыденное толкование, профессиональное толкование и доктринальное (научное) толкование.
Обыденное толкование может осуществляться любым рядовым носителем языка. В нем прослеживается уровень правосознания рядовых субъектов в виде правовых чувств, эмоций, представлений, переживаний в правовой сфере жизни общества [Воробьева, 20 1 4; Голев, 20 14]. Профессиональное толкование исходит от профессионалов, т. е. субъектов, сведущих в правовых вопросах, специалистов в области права. При этом их разъяснение не является юридически обязательным. Среди неофициального толкования важное место занимает доктринальное (научное) толкование. Оно так же, как и вышеуказанные виды неофициального толкования, не имеет юридической силы, однако более чем другие оказывает влияние на правоприменение. Доктринальное толкование дается отдельными учеными в статьях, монографиях, комментариях, специальными научно-исследовательскими учреждениями.
Как подчеркивает Н. Д. Голев, особенно важным является умение комбинировать способы толкования и применять их с учетом меняющихся внешних обстоятельств [Голев, 2006]. В том числе важно рассматривать в совокупности все факторы, которые помогут в конечном счете истолковать смысл законодательного акта.
Традиционным для юридической науки является отрицание значимости обыденного толкования права. Исключением предстает позиция Л. В. Соцуро, который обыденное толкование понимает как «правовое явление, выражающее правовые чувства, эмоции, представления, переживания, оценочные и иные суждения, происходящие в сфере психики граждан в связи с исполнением прав и обязанностей, отношения к праву в целом и к конкретному закону или иному нормативному правовому акту в частности» [Соцуро, 2000, с. 1 1 2].
Необходимо подчеркнуть, что при обыденном толковании текста закона рядовыми носителями языка в первую очередь проявляется неоднозначность понимания, субъективность восприятия. Законодатель изначально стремится к максимальной однозначности текста, а рядовой носитель языка может выявить несколько вариантов толкования, в этом и проявляется конфликт интерпретаций законодателя и рядового носителя языка [Голев, 20 ].
В нашей правовой системе продолжают существовать как обыденное, так и юридическое толкование. На основе исследованных материалов можно сделать вывод, что оба способа дополняют и совершенствуют друг друга.
Множественность вариантов толкования текстов закона - это неизбежный, специфичный процесс. На этот процесс влияют как объективные факторы - универсальные свойства языка (динамичность, значение языковых единиц, вариативность, асимметрия формы и содержания), так и индивидуальные особенности языковой личности, а также активный характер рецептивной деятельности субъекта.
Материал исследования и методика его анализа
Исследование выполнено на материале двух типов текстов:
текст закона - пункт 1 статьи 272 «Неправомерный доступ к компьютерной информации» Уголовного кодекса РФ;
интерпретирующие тексты, полученные в результате лингвистического интерпретационного эксперимента.
Цель эксперимента - выявление обыденных толкований текста закона. Общее количество интерпретирующих текстов, полученных в результате эксперимента, составило 80 единиц.
Результаты исследования
В целях совершенствования законодательства в области защиты компьютерной информации в закон была введена статья 272, которая устанавливает уголовную ответственность за самое распространенное компьютерное преступление - неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации. Под компьютерной информацией понимаются «сведения (сообщения, данные), представленные в форме электрических сигналов, независимо от средств их хранения, обработки и передачи» Уголовный кодекс Российской Федерации от 1 3.06.1 996 № 63-ФЗ (ред. от 05.04.202 1 , с изм. от 08.04.202 1 )..
Официальное толкование статьи 272 УК РФ отсутствует, поскольку до настоящего времени Верховный суд РФ его не предоставил. Неофициальное же толкование представлено рядом авторов в виде комментариев к этой статье УК РФ и в научных исследованиях специалистов.
Неофициальное толкование текста закона, представленное профессиональным сообществом в комментариях к УК РФ
Комментарий УК РФ (под ред. А. И. Чучаева). В комментарии под предметом преступления понимается охраняемая законом компьютерная информация. Указанная информация должна находиться на машинном носителе, в ЭВМ, системе ЭВМ или их сети.
В данном комментарии эта статья закона толкуется следующим образом: предметом преступления являются любые сведения (вне зависимости от формы их представления), находящиеся на электронном носителе и / или хранящиеся в электронной базе данных Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. А. И. Чучаева. М.: Контракт, 20 1 3. 300 с..
Комментарий к УК РФ (под ред. А. В. Бриллиантова). Предметом преступления является компьютерная информация ограниченного доступа, т. е. сведения (сообщения, данные) независимо от формы их представления Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: В 2 т. (постатейный) / Под ред. А. В. Бриллиантова. М.: Проспект, 20 1 5. Т. 2. 792 с..
В данном комментарии эта статья закона толкуется более развернуто, и дается полное определение информации, которая охраняется законодательно. Согласно комментарию, охраняется документированная информация, зафиксированная на материальном носителе. Иначе говоря, в этом комментарии закона обозначается не только перечень документов, являющихся конфиденциальными, но также способ их хранения.
Комментарий УК РФ (под ред. Г. А. Есакова). Предметом преступления является охраняемая законом компьютерная информация, которая представляет собой сведения о лицах, предметах, фактах, событиях, явлениях и процессах, на внешнем носителе, в компьютерной памяти или компьютерной сети. Информация является охраняемой законом, так как лицо не обладает правами доступа к данной информации Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. Г. А. Есакова. М.: Проспект, 20 17. 670 с.
В этом комментарии автор делает акцент на правах доступа к любой информации любого характера на любом носителе. По мнению автора, незаконное получение данных без наличия к нему доступа может квалифицироваться как преступление.
Таким образом, комментарии к закону о компьютерной информации, представленные членами профессионального сообщества, содержат существенные расхождения. Это обусловлено следующими факторами:
в тексте закона используется достаточно широкое определение таких ключевых понятий, как компьютерная информация, носители компьютерной информации;
комментарии зачастую носят субъективный характер, на их содержание влияют идеология, правосознание, социальные и моральные нормы субъекта, дающего комментарий, т. е. личное мировоззрение, внешние факторы и глубинные познания комментирующего;
влияние опыта других стран при рассмотрении этого вопроса.
Соответственно, комментарии носят субъективный характер, основанный на личных знаниях, в том числе полученных из каких-либо предпочитаемых источников.
Формулировка закона позволяет произвольно обозначить объект неправомерного доступа (электронный носитель, базу данных, конкретную информацию и т. д.) и, уже исходя из этого, комментировать статью закона.
Доктринальное (научное) толкование основных понятий, используемых в тексте закона
Вариативность содержания рассмотренных комментариев к указанной статье УК отражает представленную в специальной литературе научную полемику относительно объекта и предмета преступления, а также используемых терминов и понятий.
Одни исследователи определяют непосредственный объект преступления через состояние защищенности [Зинина, 2007]. Другие объектом считают конкретные права и интересы по поводу ее использования [Евдокимов, 2006]. Третья группа специалистов объект неправомерного доступа к компьютерной информации определяет через посягательство на общественные отношения [Числин, 2004].
Дискуссионным в научной литературе является определение предмета преступления. Предметом преступления считают информационную среду, т. е. деятельность субъектов, связанную с созданием, преобразованием и потреблением информации [Панфилова, Попов, 1 998]. А. Е. Ратникова пишет: «...информация как предмет преступления - это сведения, сообщения о лицах, предметах, фактах, событиях, явлениях и процессах, зафиксированные или не зафиксированные на материальном носителе, воздействуя на которые виновный нарушает общественные отношения, охраняемые законом» [2006, с. 8 ].