Южно-Российский государственный политехнический университет (Новочеркасский политехнический институт) имени М. И. Платова
Образы русской литературы как ценностная основа гендерного воспитания
к. филос. н. Шевченко Ирина Юрьевна
Аннотация
Статья раскрывает ценностный потенциал образов отечественной литературы, востребованный в условиях кризиса института семьи, разрушения традиционной гендерной морали и заимствования Россией гендерных стереотипов западной культуры. Основное внимание автор акцентирует на анализе национальной специфики мужских и женских образов русской литературы, имеющих прочные связи со всей русской культурной традицией, на глубине духовно-нравственных характеристик мужественности и женственности, которые могут рассматриваться как фактор поддержания гендерных норм и гендерного порядка в условиях развивающегося общества.
Ключевые слова и фразы: гендерное воспитание; семейные ценности; традиционная гендерная мораль; национальная идентичность; литература как вид искусства и предмет преподавания; национальные образы мужественности и женственности; народный духовный идеал.
Annotation
The article reveals the value potential of the images of the Russian literature required under the crisis of family institution, destruction of traditional gender morality and adopting by the Russians the gender stereotypes of Western culture. The author pays special attention to the analysis of national specifics of male and female images of the Russian literature closely related to the whole Russian cultural tradition. The paper focuses on the essence of spiritual and moral characteristics of masculinity and feminity which may be considered as a factor for securing gender norms and gender order under conditions of developing society.
Key words and phrases: gender education; family values; traditional gender morals; national identity; literature as a kind of art and a subject of teaching; national images of masculinity and feminity; national spiritual ideal.
В современной России процессы социальной трансформации не только затронули все сферы материальной и духовной жизни, но и изменили систему ценностей и основанных на ней моделей индивидуального и коллективного поведения. Популяризация новых духовно-нравственных ориентиров внедряет в сознание россиян стремление к обогащению и праздному образу жизни, усиливает эгоизм, рационализм, прагматизм, индивидуализм, безразличие к другим членам общества. Эти изменения, представляющие собой импорт чужих культурных наработок, несут с собой не только приобщение к чему-то цивилизованному и передовому (достижения материально-технического прогресса), но и дегуманизацию общественных отношений, активизацию архаических социокультурных форм.
Известный российский культуролог Д. Дондурей указывает на некоторые характеристики культуры современного российского общества, которые вызывают у него серьезную обеспокоенность. В числе «мировоззренческих сбоев», укорененных в сознании подавляющего большинства наших соотечественников, он называет отказ от любых запретов во внутрисемейных отношениях, вплоть до инцеста [28]. В современной России нет «здоровой семьи» как социальной ценности: в 2009 г. в нашей стране было совершено 65 тысяч преступлений против детей, 2 тысячи из них были убийствами [Там же]. Как показывает подобная статистика последних лет, преступления против детей становятся все более жестокими, а их последствия - все более тяжкими [5]. Рост количества насильственных преступлений сексуального характера, совершенных в отношении детей, носит устойчивый характер: за 2009-2013 гг. эти показатели выросли в пять раз [Там же]. На начало 2014 г. в России насчитывалось более 100 тысяч сирот, более 40 тысяч россиян в 2013 г. были лишены родительских прав [8].
Наряду с принятием нормативных документов, ужесточением санкций за преступления, разработкой социальных программ, решение проблемы видится в изменении внутренних убеждений людей и господствующих в обществе нравов. «Никакую конституцию не обеспечишь, если нравы населения этому сопротивляются» (А. де Токвиль). Если у каждого россиянина будет ответственность перед своей семьей, то будет изжито мировое лидерство нашей страны по числу детей, брошенных родителями, по числу разводов, абортов и рожденных вне брака детей, по статистике бытового насилия, педофилии, убийств и самоубийств детей, наркомании, алкоголизма [2]. Это ставит проблему пропаганды семейных ценностей и здорового образа жизни, публичного акцентирования идеи социального блага, лежащей в основе построения социально ответственного общества. В современной же России семья пропагандируется, прежде всего, как предмет выбора, совокупность практик потребления, инструмент реализации и защиты прав и свобод, а не духовного единения людей, направленного на социальное служение другим - членам своей семьи [6].
Изменение социокультурных оснований институтов семьи и брака в России, происходящее под влиянием модернизации, сопровождается болезненными процессами: падение уровня демографического воспроизводства населения, высокий уровень разводов, проблема усыновления оставленных родителями детей, проблема одиночества и альтернативы традиционной семьи («гражданские браки», нетрадиционные пары), поиски россиянками спутника жизни за рубежом. Разрушение традиционной гендерной морали происходит на фоне утраты патриархальных представлений об особенностях, отличительностях мужчин и женщин, национальных маскулинных и фемининных характеристик, представляющих собой глубинные культурные установки «коллективного бессознательного», воплощающих национальные идеалы социальной и духовной упорядоченности общественной и личной жизни. Вместо них насаждаются и множатся образы «женственных мужчин» и «мужеподобных женщин» (например, телевизионные сюжеты об усыновлении на Западе детей однополыми родителями, образ «женщины с бородой», созданный победителем конкурса песни Евровидение в 2014 г.), которые дезориентируют молодежь, не имеющую прочных нравственных идеалов, истинных эталонов нормативного мужского и женского бытия. Эти образы, не обремененные высокими культурными смыслами, аппелируют к эмоциям - «нижнему этажу» человеческого сознания, формируют личность пассивную, упрощенную, с искаженными стереотипами и примитивными интересами. ценностный образ русский литература
Не случайно, преподаватели, работающие со студенческой молодежью, отмечают, как мало среди ребят «пассионариев», активных и ответственных в учебе и жизни, способных проявлять смелость, ориентированных на высокое положение в обществе и упорный труд, как средство его достижения [3]. Образ молодого мужчины формируется в современном российском обществе не на основе мифотворческой традиции русской культуры и не находит отклика у женщин. По мнению исследователей, современный мужчина находится в поиске самого себя, утерянных культурно-символических критериев мужественности [12]. Проявлением кризиса гендерной самоидентификации становятся заполненные мужчинами тюрьмы, употребление ими наркотиков, домашнее насилие над женщинами, ставшее нормой.
Основным «хранителем культуры» в трансформирующемся российском обществе является женщина. Именно ее облагораживающее влияние оберегает мужскую часть населения, по крайней мере, в средних социальных стратах, от «рыночного одичания» [1]. В то же время усилиями массовой культуры женственность становится в определенном смысле симулякром, пустой формой, репрезентующей исключительно красоту сексуальную, соблазнительность, что в традиционном символическом ряду гендерных характеристик приписывалось «злой жене», а в общественном сознании современной эпохи представляется идеалом, который оформляет жизнь реальных женщин. Репрезентация женского в современной культуре обнаруживает себя и в том, что женщины все более стремятся реализовывать мужские социальные сценарии, культивируя в себе маскулинные качества (самостоятельность суждений, умение за себя постоять, финансовая независимость и др.) [16, с. 29, 35]. Борьба женщин за равный статус с мужчинами означает принятие мужественности в качестве всеобщего социального эквивалента. Гендерная асимметрия способствует девальвации деторождения, подрывает фундаментальную основу семьи. Патриарх Московский и всея Руси Кирилл определенную опасность для традиционно правильной системы приоритетов видит в феминистической идеологии, насаждаемой в России из-за рубежа. По его словам, в центре феминистической идеологии - не семья, не воспитание детей, «а иная функция женщин, которая нередко противопоставляется семейным ценностям» [37].
В связи со сказанным выше, проблема гендера (социального пола), гендерной идентичности, гендерного воспитания выходит за рамки одного научного направления, становясь частью современного социокультурного и философско-образовательного дискурса. Гендер, как продукт культуры, отражает представления народа о женственности и мужественности, зафиксированные в мифологии, фольклоре, традициях, языке, национальной литературе [10]. Вместе с тем, гендерные стереотипы, ценностная шкала гендерных характеристик, регламентированные социальные роли мужчин и женщин неодинаковы в разных культурах [Там же].
Сегодня проблема идентификации человека по гендерному признаку приобретает обостренный характер, поскольку, во-первых, процесс идентификации по любому признаку в целом является механизмом социализации индивида; во-вторых, национальные гендерные образы являются важным источником формирования коллективной идентичности нации; в-третьих, они играют роль идентификатора «своих» и «чужих», конструирующего символические границы между национальными сообществами [41, с. 19].
В новом личностно-ориентированном образовательном стандарте сформулированы цели и задачи духовно-нравственного развития и воспитания на всех уровнях образования (дошкольном, общем, среднем профессиональном и высшем). Вместе с тем, в настоящее время ощущается острый дефицит теоретических и практических оснований воспитательной работы в образовательных учреждениях, в том числе способов развертывания его в обучении. Наравне с такими средствами гендерного воспитания молодежи, как кино, телевидение, личный пример и высказывания известных членов общества, в частности деятелей культуры, большой воспитательный потенциал имеет литература как вид искусства и предмет преподавания. Мнение о том, что Великую Отечественную войну выиграл советский учитель, небезосновательно. Советский учитель не только нес знания, но и воспитывал в каждом молодом человеке тот мужской образ, который прошел через эпохи русской истории, оставаясь практически неизменным [3]. Это воин, защитник семейного очага и Отечества; его отличает патриотизм, честь, мужественность, доброта, искренность, широта души, устремленность к высокой цели. По мнению уполномоченного при президенте РФ по правам человека П. Астахова, сегодня лучшее гендерное воспитание - это русская литература [4]. «Больше надо читать детям: там все есть - и про любовь, и про отношения полов. И воспитывать должна школа детей целомудренными, в духе понимания семейных ценностей» [Там же], - считает П. Астахов.
Результатом гендерного воспитания можно считать гендерную воспитанность как «интегративное качество личности, в обобщенной форме отражающее систему личностных, социальных представлений и опыта в выполнении гендерных ролей на основе самоуважения и взаимоуважения» [17, с. 8]. Гендерное воспитание, которое своей задачей ставит гармоничное развитие личности, должно быть ориентировано на лучшие духовно-нравственные образцы традиционной культуры, на национальные идеалы мужественности и женственности, материнства и отцовства, которые должны содержать учебники литературы старших классов. При этом следует избегать намеренно однобокого представления патриархальных гендерных стереотипов, подачи на литературном материале материнства с самой невыгодной стороны, и напротив, следует акцентировать значимость таких черт характера, как уступчивость, жертвенность, кротость, необходимых для создания крепкой семьи.
Литература занимает особое положение среди других видов искусств. В литературе вечные образы (константы) воплощают концепты (идеи) национальной ментальности [42]. При этом эти идеи определенным образом сочетаются в книжном коде конкретного автора, поскольку писатель не просто использует концепты, но и подвергает их интерпретации, придавая своему тексту характер тематического описания культуры. Более того, литература обладает способностью формировать идеи и утверждать их в сознании носителя культуры [Там же]. Эта функция литературы проявляется наиболее сильно в русской культуре, которой, согласно устоявшемуся утверждению, присуща литературоцентричность. Роль русской литературы в создании моделей поведения и в воздействии на социальную и культурную реальность анализировал известный отечественный теоретик культуры Ю. М. Лотман. Он отмечал, что данная функция литературы проявляется и в других культурах, но в русской культуре XVIII-XIX вв. «литература есть нечто истинное, чем бытовая эмпирия жизни» [26, с. 110].
В нынешней культурной ситуации литература теряет привычно высокий статус, тогда как «литературность» распространяется вширь, создавая угрозу традиционному литературоведению [39]. Современные школьники и студенты стали мало читать, книгу им заменил Интернет, развивающий клиповое мышление и ориентирующий на восприятие небольших объемов текста [1; 34]. Сегодня «познакомиться с произведением» для молодого человека все чаще означает просто узнать «о чем там говорится». Для этого произведение не нужно читать: получило распространение создание литературных дайджестов, в которых можно найти сокращенное изложение любых классических произведений вплоть до «Войны и мира» и «Братьев Карамазовых». Такая операция обесценивает то, «как говорится», уничтожая важную часть художественного содержания, связанную с нюансами человеческих переживаний, с их «полутонами», неоднозначностью мотивов различных поступков и их последствий, композиционной незавершенностью. Однако это не свидетельствует об утрате литературой способности «творить реальность», показывать идеал человеческого совершенства и указывать путь к этому идеалу. Ведь идеал, как указывал И. Кант, должен быть впереди, вести за собой, идеал всегда выше и больше воплощенных возможностей человека. К тому же умение воспринимать чужой нарратив, мировоззренческий кругозор, способность создавать грамотно выстроенный и аналитически корректный текст, широкая эрудиция - едва ли не самые ценные умения, навыки, знания, которые школа и университет могут дать учащемуся.