Любопытный пассаж, оформленный как высказывание Максима Грека, находим в рукописи из музея-заповедника «Кижи», где мучение за бороду претерпевает животное -- козел, не стерпевший позора и покончивший с собой:
«Обрезавши браду у козла, он бессловесен сый обаче нестерпев досады, уби себе до смерти, бия о землю главою и ум[р]е. Зрите, братие, како и скот зная свое безчестие» Кижи КП-11538, 1860-1880-х гг. Подробнее см.: [Бабалык, 2021]..
Самоубийство во имя веры -- известный мотив в старообрядческой литературе. В выписках из Жития Исидора Юрьевского приводится фрагмент добровольной смерти трехлетнего младенца. Выговский писатель Петр Прокопьев в послании Даниилу Викулину привел выписки о древних мучениках, покончивших с собой ради сохранения целомудрия [Пи- гин, 2017: 548]. Примечательно, что в кижской рукописи бессловесное животное очеловечено и ведет себя разумнее христиан последних дней.
В рукописи 1907 г. находим еще одно сочинение «о латинской ереси», но уже с отсылкой к Кириловой книге. Содержание этой выписки связано с апокрифическим сочинением «Прение Панагиота с Азимитом»:
«Рече философ ко Азимиту: чесо ради папы ваши и вси церковницы стригут брады? <...> Азимит же рече: прииде ангел господень нощию к папе и рече ему: аще хощеши быти, яко ангел, остризи браду, понеже ангели без брад предстоят престолу божию. Панагиот рече: несть тако, но солгал еси» ИРЛИ, Латгальское собр., № 70..
Еще одна выписка в рукописи последней четверти XIX в. сделана из Стоглава. Здесь брадобрийца приравнен к неверным, и после смерти его ждет анафема:
«Выписано из книги Стоглава. Глава 40. Сице запрещает о брадобритии. Аще кто бреет и преставится, то недостоит над ним погребения Пети, ни сорокоустия над ним служити, свещи и просфиры и всякаго приношения в церковь божию по нем не приносити, с неверными да причтется» БАН, Казачье собр., № 36..
Порицалось не только срезание бороды, но и ношение длинных волос мужчинами. В выписке из Кормчей из рукописи рубежа XVIII-XIX вв. о растящих волосы сказано следующее:
«Власы главы твоея <.. .> паче жеустригай их и отчищай, да не почасту счесащути я соблюдающу же и украшающуся ими, всегда вонями мажущася, наведеши на ся таковыми уловляующия жены, не сотвориши неправды, верную бо ти сущу и человеку божию и неподобляет ти красит влас главных, ни творити человеки, рекши постригати, на неделе не извивати влас, понеже и Моисей отрицает, глаголя во второй закони: не сотворите себе человеки и ни извитати влас» ГИМ, Музейское собр., № 276..
Особое внимание старообрядческие проповедники уделяли женскому образу. В христианской традиции прочно укоренились два противоположных представления о женщине: искусительница и спасительница, Ева и Богородица, злая и добрая жена, блудница и праведница. Христианка должна соответствовать положительному полюсу. На женщине лежит большая ответственность за весь человеческий род, ведь ее предназначение прежде всего стать матерью, именно ее пример важен для молодого поколения, от нее зависит атмосфера в семье, быт, отношения с домочадцами. Влияние Просвещения не обошло стороной женщину.
В уже процитированной выше рукописи из коллекции Каликина выписан текст «О красоте девиц», где светским модницам противопоставлен положительный образ благочестивой девушки-христианки:
«Красота девицы сия суть -- целомудрие несмущенное, красота девицы -- девство некрадомо, чистота девицы -- ума здравие, красота девицы -- чювствам хранение, чистота девицы -- долу имети зрение, красота девицы -- ушима не слышати суетных, красота девицы -- устнама молчание, красота девицы -- языку удержание, красота девицы -- лица бледостою, красота девицы -- чистотных рук на молитву к Богу, красота девицы -- смирение глубокое, красота девицы -- любовь нелицемерная, красота девицы -- послушание скорое с тихостию, красота девицы -- всякое слово благое солию растворено, сия сущая красота» ИРЛИ, коллекция Каликина, № 62, лл. 1-1 об..
Культ идеальной внешности в среде светских модниц достиг своего расцвета в XVIII в. Чтобы придать лицу нежность и румяность, производители косметики предлагали девушкам различные воды, уксусы, бальзамы, мази, румяны и т. д. Автор сочинения «О красоте девиц» считает, что истинная красота заключается в целомудрии, чистоте, смирении, немногословии, бледном (ненакрашенном) лице.
В статье «О натирании ланит» осуждается искусственное украшение -- косметика и завивка волос:
«Разумевая разумевай течение пути своего и разсужая раз- сужай дела вещем живота твоего, и ведая ведай красоту издание естества своего. Яко добра суть видех же убо некия преесте- ственными добротами красящихся, имиже неудобно и нелепот- но есть, паче же и множайши соделовах жены, яже смышляемую и приправную к вапом красоте себе претворяют, естественную же и Богом дателную погубляют, или человеческою приправою хотящее превзыти дело руку творца своего, не воспоминающим сего, иже самого человека и всякое украшение и благолепие мира сего созда <...> О прелестная красота и суетная претваряемая лепота, что убо сего во благочестии безчестнейши есть, яко еже власы разчесывати и кудри крутити, и чело вытягати, и брови подносити, и лице велити (!), яко печь мазати, и уста лепити, и очи чернити, и прочими сицевыми прелестными суетами прельщатися, или не весте сего, якоже господь пророком глаголет, всякая плоть есть яко трава, и всякая слава человеча яко цвет травный.» БАН, 21.11.6..
Модницы не только создавали различные прически, красили лица и использовали благовония для привлечения внимания. Популярной в светском обществе стала мода на мушки -- небольшие наклейки на лицо, имитирующие родимые пятна. В сочинении Тимофея Андреева, например, говорится, что моду на мушки ввела сенаторша Карамша, закрывшая таким образом синяк, полученный от любовника ИРЛИ, Латгальское собр., № 16, лл. 384 об. -- 385..
Значение мушек действительно было велико: в XVIII в. сложился своего рода «язык мушек», по которому мужчины угадывали настроение своей дамы. Для сравнения приведем рукопись второй половины XVIII в. РНБ, НСРК Q. 187. светского содержания, которая представляет собой сборник гадательных книг и включает статьи: «Практика домостроительная, или Планетник», «Гадательная, по коей бросют одну кость», «Гадательная ж, по коей гадают тремя костями», «Гадательная, называемая оракул Геомантикум, или пунктирное искусство», «Гадательная, по коей гадают двумя костями по кругам», «Гадательная, по коей гадают картами первым», «Истолкование снов по астрономии, происходящих по течению луны», «Примечательная о нале- плении, как на лице, так и на всех частях тела, мушках», «Гадательная, по коей бросают зерном на цифирной лист».
Среди различных гаданий здесь находится таблица с расшифровкой значений наклеек «Книга VIII, по которой нале- пление мушек как на всех частях лица, так на шее грудях и на руках примечать должно, и какой каждая мушка признак себе имеет, где она прилеплена бывает значит ниже сего». Прежде всего, здесь выделяются части лица: виски, лоб, брови, нос, глаза, щеки, уши, шея, губы, а также открытые части рук. Значение также имеет, на какой стороне -- левой или правой -- прикреплена мушка. Всего дано 54 варианта расклейки. Например, если мушка прикреплена между правым виском и правым глазом, это означает, что сердце дамы тоскует: «Не знаю, о ком вздыхаю», если же под левой бровью, то дама не в настроении: «Не хочу видеть». Мушка на переносице означает, что женщина знает о проступке своего возлюбленного: «Помню -- отомщу!». Мушка под левым ухом является признанием: «Тебя люблю». Но если же мушка приклеена в любом месте на руках, кавалер старается зря: «Не старайся напрасно!»
Подобные сборники привлекали внимание исследователей с точки зрения изучения светской культуры. Так, Ю. М. Лотман называет «языком кокетства» сочетание положения мушек и веера. Он отмечает искусственность моды тех лет и ее подражательный характер. Модницы порой вели себя нелепо, например, красили зубы в черный цвет или сбривали свои волосы для ношения парика [Лотман: 212-213]. Наклеивание мушек на этом фоне выглядит куда более цивилизованным. Гадания, переписанные в сборник, были чрезвычайно популярным занятием у модниц XVIII в. Возможно, книга некогда принадлежала одной из них.
Если рядом поставить девушку-христианку из сочинения «О красоте девиц» и светскую модницу, занятую наклеиванием мушек, очевидной окажется внутренняя пустота последней. Тайный язык -- дьявольская уловка для кавалеров, ведущая в преисподнюю. Именно к этому стремился нечистый дух из сочинения «О ризном украшении», когда снял с себя одежду и отдал ее модницам.
Сочинения о внешнем облике занимали важное место в старообрядческой книжности и культуре. Они помогали поддерживать авторитет старших в среде молодежи, передавать опыт и традиции. С помощью этих текстов формировался положительные образы христианина и христианки, которым должны были соответствовать каждый юноша и мужчина, каждая девушка и женщина, чтобы сохранить свои семьи от разрушающего влияния внешнего мира.
Список рукописных источников
1. Институт русской литературы (Пушкинский Дом) РАН
2. ИРЛИ, коллекция Заволоко, № 23.
3. ИРЛИ, коллекция Каликина, № 62.
4. ИРЛИ, коллекция Маслова, № 28.
5. ИРЛИ, Латгальское собрание, № 16.
6. ИРЛИ, Латгальское собрание, № 57.
7. ИРЛИ, Латгальское собрание, № 70.
8. ИРЛИ, собрание отдельных поступлений, № 24, № 154. ИРЛИ, коллекция Заволоко, № 26.
9. Библиотека Российской академии наук БАН, Каргопольское собрание, № 292.
10. БАН, Казачье собрание, № 36.
11. БАН, 19.2.26.
12. БАН, 21.11.6.
13. Российская национальная библиотека РНБ, НСРК Q. 139.
14. РНБ, НСРК Q. 187.
15. Российская государственная библиотека РГБ, собрание Барсова, № 1197.16.
16. Государственный исторический музей ГИМ, Музейское собрание, № 276.
17. Музей-заповедник «Кижи»
18. Кижи КП-11538.
Список литературы
1. Бабалык М. Г. Западные «новизны» в русском христианском сознании: от XVIII века до наших дней // LiteraruS -- Литературное слово. 2014. № 3 (44). С. 48-51.
2. Бабалык М. Г. Сочинения о «новомодном облике» в старообрядческой рукописной книжности XVIII-XX вв. // Роль науки в решении проблем региона и страны: фундаментальные и прикладные исследования: мат- лы Всерос. науч. конф. с междунар. участием, посвященной 70-летию КарНЦ РАН (24-27 мая 2016 г.). Петрозаводск, 2016. С. 201-202.
3. Бабалык М. Г. Выговский старообрядческий книжник Тимофей Андреев и его сочинения о немецком платье и новомодном облике // Федосовские чтения: мат-лы науч.-практ. краеведческой конф., посвященной 190-летию со дня рождения И. А. Федосовой. Петрозаводск, 2017. С. 73-79.
4. Бабалык М. Г. Сочинения о «ризном украшении» в севернорусских рукописях XVII-XX вв. // Каргополь и Русский Север в истории и культуре России. X-XXI вв.: мат-лы XIV Каргопольской науч. конф. (15-18 августа 2016 г.). Каргополь, 2018. С. 263-266.
5. Бабалык М. Г. Старообрядческие сочинения о бытовых предписаниях из рукописи музея-заповедника «Кижи» КП-11538 // Кижский вестник. Петрозаводск, 2021. Вып. 19. С. 300-308.
6. Крижанич Ю. Политика / подг. к печ. В. В. Зеленин; пер. и комм. А. Л. Гольдберг. М.: Новый свет, 1997. 527 с.
7. Лотман Ю. М. Человек и общество XVIII -- начала XIX века // Из истории русской культуры. М.: Языки русской культуры, 2000. Т. 4: XVIII -- начало XIX века. С. 161-326.
8. Пигин А. В. «Слово от Старчества»: Беседа инока Захарии с учеником Евфимием об антихристе -- малоизвестное старообрядческое сочинение XIX века // Круги времен. В память Елены Константиновны Ромодановской. М.: Индрик, 2015. Т. 2: Исследования. Посвящения и воспоминания. С. 406-422.
9. Пигин А. В. Мучение св. Исидора Юрьевского в осмыслении русских старообрядцев // Труды Отдела древнерусской литературы. СПб., 2017. Т. 65. С. 543-549, 864-866.
10. Пигин А. В. Петр I и Петербург в сочинениях писателей-старообрядцев Выговской поморской пустыни // Ученые записки Петрозаводского государственного университета. 2019. № 6 (183). С. 77-84. DOI: 10.15393/ uchz. art.2019.375
11. Покровский Н. Н. Гусли, патефоны и телевизоры // Труды Отдела древнерусской литературы. СПб., 1993. Т. 48. С. 446-450.
12. Рибейро Э. Мода и мораль / пер. с англ. Г. Граевой. М.: НЛО, 2012. 264 с.
13. Руан К. Новое платье империи: история российской модной индустрии 1700-1917 / пер. с англ. Кс. Щербино. М.: НЛО, 2011. 416 с.
14. Юхименко Е. М. Андреев (Серебренников) Тимофей // Православная энциклопедия. М., 2001. Т. 2. С. 347-348.
References
1. Babalyk M. G. Western “Novelties” in Russian Christian Consciousness: from the 18th Century to the Present Day. In: LiteraruS -- Literaturnoe slovo, 2014, no. 3 (44), pp. 48-51. (In Russ.)
2. Babalyk M. G. Writings on the “Newfangled Appearance” in the Old Believers' Handwritten Books of the 18th-20th Centuries. In: Rol' nauki v reshenii problem regiona istrany: fundamental'nye iprikladnye issledovaniya. Materialy Vserossiyskoy nauchnoy konferentsii s mezhdunarodnym uchastiem, posvyashchennoy 70-letiyu Karel'skogo nauchnogo tsentra RAN (24-27 maya 2016 goda) [The Role of Science in Solution of Problems of the Region and Country: Basic and Applied Research. Proceedings of the All-Russian Scientific Conference with International Participation, Dedicated to the 70th Anniversary of the Karelian Scientific Center of the Russian Academy of Sciences (May 24-27, 2016)]. Petrozavodsk, 2016, pp. 201-202. (In Russ.)
3. Babalyk M. G. Vygovsky Old Believer Scribe Timofey Andreev and His Writings on German Dress and Newfangled Appearance. In: Fedosovskie chteniya. Materialy nauchno-prakticheskoy kraevedcheskoy konferentsii, posvyashchennoy 190-letiyu so dnya rozhdeniya I. A. Fedosovoy [Fedosov- sky Readings. Proceedings of the Scientific and Practical Local History Conference Dedicated to the 190th Anniversary of the Birth of I. A. Fedosova]. Petrozavodsk, 2017, pp. 73-79. (In Russ.)
4. Babalyk M. G. Writings About “Sacristy Decoration” in Northern Russian Manuscripts of the 17th-20th Centuries. In: Kargopol' i Russkiy Sever v istorii i kul'ture Rossii. X-XXI vv. Materialy XIVKargopol'skoy nauchnoy konferentsii (15-18 avgusta 2016g) [Kargopol and the Russian North in the History and Culture of Russia. The 10th-21st Centuries. Proceedings of the 14th Kargopol Scientific Conference (August 15-18,2016)]. Kargopol, 2018, pp. 263-266. (In Russ.)