Калмыцкий государственный университет
Кафедра гражданского права и процесса
О влиянии нравственных ценностей на принципы и нормы семейного права
Рыженков А.Я., д.ю.н., профессор
г. Элиста, Россия
Аннотация
Нравственные принципы и нормы оказывают влияние на содержание основных принципов и норм семейного законодательства, закладывая базу для его дальнейшего развития и совершенствования. Происходит правовое закрепление основных семейных (традиционных) ценностей, формулировка их правовым языком, а также последующая реализация посредством норм семейного права. Автор доказывает, что применительно к большинству нравственных правил, опосредованных в нормах семейного права, собственно право выполняет охранительную роль, защищая членов семьи от опасных для их жизни или здоровья воздействий со стороны других членов семьи или третьих лиц, в то время как нормы морали выполняют регулирующую функцию, определяя повседневную жизнь семьи. Именно нравственные ценности, отображенные в нормах семейного права, позволяют реализовать воспитательную функцию семейного права, направленную на сохранение семьи, обеспечение права ребенка жить и воспитываться в семье, гарантируют материальную основу жизни семьи.
Ключевые слова: мораль, семейное право, брак, алименты, принципы, права ребенка.
Abstract
On the influence of moral values on the principles and norms of family law
Anatoly J. Ryzhenkov, Kalmyk State University
The article substantiates the conclusion that moral principles and norms are quite widely in demand in family legislation and actually influence the content of its basic principles and norms, thereby laying the basis for its further development and improvement. Due to this influence, the basic family (traditional) values are legally fixed, formulated in legal language, and then implemented through the norms of family law. The author proves that in relation to the majority of moral rules mediated in the norms of family law, the law itself performs a protective role, protecting family members from dangerous influences on their life or health from other family members or third parties. In turn, the norms of morality perform a regulating function, determining the daily life of the family. It is the moral values reflected in the norms of family law that make it possible to implement the educational function of family law, aimed at preserving the family, ensuring the right of the child to live and be raised in a family, and guarantee the material basis of family life.
Keyword: morality, family law, marriage, alimony, principles, rights of the child.
Введение
Вопрос о соотношении норм морали и права может быть отнесен к категории вечных. Его дискуссионность и окончательная неразрешимость тем более очевидны, что нравственные установки отдельных социальных групп даже в одном государстве в различные исторические эпохи не совпадают. В этих условиях перед законодателем стоит непростая задача сформулировать нормы права таким образом, чтобы отобразить в них моральные ценности, разделяемые большинством членов общества. Безусловно, перед правом не стоит задача поглотить моральные нормы и ценности, отразить все существующие в обществе нравственные представления. Традиционно эта задача формулируется иначе - построить систему права, отражающую базовые моральные нормы и ценности конкретного общества; урегулировать нормами права не все существующие виды общественных отношений, а только наиболее важные и значимые. Последняя тенденция наиболее ярко видна на примере принципов семейного права, в рамках которых была предпринята попытка установить определенный баланс между моральными ценностями и необходимостью их отображения в нормах семейного права.
Попробуем рассмотреть этот вопрос на примере принципа «необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, разрешения внутрисемейных вопросов по взаимному согласию», сформулированного в ст. 1 СК РФ.
Результаты и их анализ
Исследуемый принцип был включен в СК РФ под сильным влиянием норм международного права. В частности, в преамбуле Конвенции о правах ребенка 1989 г. указывается, что «ребенку для полного и гармоничного развития его личности необходимо расти в атмосфере счастья, любви и понимания». Схожим является и принцип 6 Декларации ООН о правах ребенка от 20 ноября 1959 г. Нравственные начала в семейном праве мы можем встретить и в большинстве конституций и законов зарубежных стран. Так, согласно ст. 212 Гражданского кодекса Наполеона, «супруги обязаны уважать друг друга, хранить верность, оказывать помощь и поддержку» Гражданский кодекс Франции (Кодекс Наполеона) / Пер. с фр. В.Н. Захватаева. 2012. Москва: Инфотропик Медиа. С. 81. Семейный кодекс Молдовы (п.3 ст.2) упоминает в числе принципов семейного права «оказание взаимной моральной и материальной поддержки», «хранение супружеской верности», «разрешение внутрисемейных проблем по взаимному согласию». В числе задач семейного законодательства Туркменистана (ст.3 СК Туркменистана) упоминается построение семейных отношений на «чувствах взаимной любви и уважения, взаимопонимания, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, укрепление семьи на принципах общечеловеческой морали» [Саенко, 2015, с. 42-43].
В научной литературе данный принцип часто воспринимается скептично. Так, Г.Ф. Шершеневич отмечал, что «к семейным правам не должны быть причислены устанавливаемые законом права на взаимную любовь, уважение, почтение, потому что это мнимые права - право имеет дело только с внешним миром, но не с душевным» [Шершеневич, 1995, с. 407]. В том же ключе высказываются и современные авторы. Так, Б.М. Гонгало считает, что включение подобных норм в СК РФ нельзя рассматривать отрицательно, но при этом очевидно, что перевести на юридический язык такие понятия, «как любовь и уважение (в семье), еще никогда не удавалось и вряд ли когда-нибудь удастся. Невозможно принудить к исполнению в натуре "обязательства" любить и уважать других членов семьи, как невозможно обеспечить данное обязательство санкциями или создать (придумать) обязанности (и соответствующие права), исполнение которых (реализация которых) приведет к цели - взаимной любви и уважению. Практически в данном случае мы имеем дело с призывом, лишенным правового содержания» [Гонгало, 2016, с. 13-14].
Сходную позицию по данному вопросу занимают А.Н. Левушкин и Е.В. Ершова. Указанные авторы полагают, что, с одной стороны, включение в СК РФ рассматриваемых положений вполне логично и оправдано. С другой стороны, они обращают внимание на то, что в нормативном акте невозможно закрепить четкое определение таких оценочных категорий, как любовь, уважение, забота или взаимопонимание. Невозможно заставить кого-то любить другого, равно как и воспользоваться гражданско-правовыми средствами защиты при нарушении такой нормы. Невозможно также реализовать принцип «ответственности перед семьей ее членов», поскольку закон не считает семью участником правовых отношений [Левушкин, Ершова, 2016, с. 81-82].
Совершенно другую позицию высказывает Е.В. Косенко, отмечающий, что основным вектором познания в семейном праве «могут служить только нормы морали и нравственности, духовные начала, которыми без преувеличения "дышит" семейное отношение. Это критерии лишь относительно достижимые, но единственно правильные» [Косенко, 2014, с. 12]. Компромиссную позицию по этому вопросу занимал дореволюционный юрист В.А. Умнов, указывая, что право устанавливает лишь внешние границы семейно-правовых состояний: брака, родства, усыновления и т.д., но не регулирует их внутренней природы, лежащей во внеправовой сфере. Поэтому правом устанавливаются лишь условия, при которых личные семейные отношения возникают и прекращаются, существа же этих отношений оно не касается [Умнов, 1873, с. 6].
По данному вопросу существует и официальная точка зрения Российского государства. В частности, как отмечалось в Распоряжении Правительства РФ от 25.08.2014 №1618-р «Об утверждении Концепции государственной семейной политики в Российской Федерации на период до 2025 года», приоритетами государственной семейной политики на современном этапе «являются утверждение традиционных семейных ценностей и семей - ного образа жизни, возрождение и сохранение духовно-нравственных традиций в семейных отношениях и семейном воспитании, создание условий для обеспечения семейного благополучия, ответственного родительства, повышения авторитета родителей в семье и обществе и поддержания социальной устойчивости каждой семьи». Таким образом, государство (в том числе посредством правовых норм) должно регулировать семейные отношения, основываясь на своем собственном понимании моральных (традиционных) норм и ценностей, создавать необходимые условия для их реализации в Российской Федерации.
О важности закрепления в СК РФ нравственных начал семейного права, которые, на наш взгляд, не являются декларативными, часто упоминают и высшие судебные инстанции. Так, в одном из постановлений Пленума Верховного Суда РФ отмечалось, что судам «необходимо иметь в виду, что семейные отношения характеризуются, в частности, взаимным уважением и взаимной заботой членов семьи, их личными неимущественными и имущественными правами и обязанностями, общими интересами, ответственностью друг перед другом, ведением общего хозяйства» (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 №14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации»).
Есть и более конкретные примеры применения данного принципа. Так, Сбербанк обратился 21.02.2019 в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о привлечении Елкиной Е.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам умершего супруга-должника (далее Должника). Рассмотрев дело, суд указал, что утверждение Сбербанка о том, что контроль Елкиной Е.Н. над Должником вытекает из положений семейного законодательства, необоснованно, поскольку в силу ст.2 СК РФ семейное законодательство, в частности, устанавливает порядок осуществления и защиты семейных прав и регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между супругами, при этом брачно-семейные отношения, как указано в ст.1 СК РФ, строятся на чувствах взаимной любви и уважения, принципах взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, равенства прав супругов в семье, разрешения внутрисемейных вопросов по взаимному согласию и т.п.
Таким образом, СК РФ не содержит в себе положений, допускающих построение брачно-семейных отношений на основе подконтрольности одних его участников другим, поскольку такое регулирование указанной сферы отношений не отвечало бы основным и руководящим началам, заложенным в ч.1 ст.38 Конституции Российской Федерации и явившимся основанием к принятию и введению в действие Семейного кодекса Российской Федерации. В удовлетворении заявления было отказано (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 10.12.2019 №Ф09-1951/17 по делу №А60-52847/2015).
Из приведенного примера следует, что для обеспечения гибкости правового регулирования законодатель часто прибегает к использованию такого приема юридической техники, как упоминание в семейно-правовых нормах оценочных категорий. Их использование позволяет правоприменителю реагировать на сложившиеся изменения семейных отношений в обществе и государстве, позволяет учитывать при применении правовых норм особенности конкретных ситуаций. При этом использование оценочных категорий представляет определенную сложность на практике, и потому в семейном праве эта проблема остается одной из центральных в ходе применения семейного законодательства. Следует заметить, что в исследуемом принципе используются оценочные категории, которые не имеют четкого правового толкования.
Попытки восполнить этот пробел уже неоднократно предпринимались в семейно-правовой науке. Так, А.В. Фиошин отмечает, что применительно к семейному законодательству понятие «любовь» целесообразно охарактеризовать как такое самоотверженное чувство члена семьи, которое направлено на достижение блага других членов семьи, имеющее непременное внешнее выражение. Что же касается взаимной любви, то ее следует понимать, как обоюдную, касающуюся обеих сторон. В свою очередь, уважение человеческого достоинства в семье можно определить как почтительное отношение к членам семьи, основанное на их внутренней самооценке. Наконец, с правовой точки зрения, говорить об ответственности перед семьей всех ее членов целесообразно в контексте позитивной юридической ответственности (в смысле ответственного отношения членов семьи к обязанностям, предусмотренным семейным законодательством). При этом ретроспективная ответственность членов семьи друг перед другом вряд ли возможна [Фиошин, 2016].
Между тем, при всей привлекательности данной позиции, следует все же отметить нецелесообразность отображения в законе таких понятий, как «любовь», «уважение» и т.д. Далеко не случайно СК РФ (в отличии, например, от Градостроительного кодекса РФ или Федерального закона «Об охране окружающей среды») не содержит статьи, раскрывающей термины семейного права. Такое решение законодателя, вероятно, было вызвано тем, что многие семейно-правовые категории слишком далеки от собственно юриспруденции, носят оценочный характер, и их четкая нормативная фиксация невозможна.
Вместе с тем данное обстоятельство не должно являться препятствием для выяснения механизма учета нравственных принципов и норм в семейном законодательстве, уточнения правовых последствий их нарушения. В связи с этим попробуем обнаружить в тексте СК РФ примеры таких последствий.
1) Безусловно, право (в том числе и семейное) не может регулировать «чувство взаимной любви и уважения», и в этом смысле формулировка рассматриваемого принципа семейного права (и конкретизирующего его п.3 ст.31 СК РФ в части «взаимоуважения и взаимопомощи») выглядит, на первый взгляд, чистой декларацией. Однако учитывая, что право регулирует лишь самую важную часть семейных отношений, защищает членов семьи от произвола со стороны как государства, так и самих членов семьи, их родственников и третьих лиц, можно выделить пять правовых гарантий, направленных на реализацию данного принципа ст.1 СК РФ в отношениях супругов: традиционный нравственный норма семейный право
а) если право не может регулировать отношения любви между супругами, то оно может защищать их права в случае, если чувство любви по тем или иным причинам исчезло. Если говорить о крайних формах домашнего насилия, то ответственность за такие правонарушения предусмотрена в ст.6.1.1 КоАП РФ и ст.115 УК РФ. Однако более мирной формой защиты прав супругов в ситуации, когда любви между ними больше нет, являются нормы СК РФ, посвященные вопросам развода. В частности, расторжение брака в судебном порядке производится, если судом установлено, что дальнейшая совместная жизнь супругов и сохранение семьи невозможны. При рассмотрении дела о расторжении брака при отсутствии согласия одного из супругов на расторжение брака суд вправе принять меры к примирению супругов и вправе отложить разбирательство дела, назначив супругам срок для примирения в пределах трех месяцев. Расторжение брака производится, если меры по примирению супругов оказались безрезультатными и супруги (один из них) настаивают на расторжении брака (ст.22 СК РФ). Как видно из этого примера, государство заинтересовано в сохранении семьи, основанной на чувстве взаимной любви и уважения, для чего предусматривается специальный 3-х месячный срок для супругов, позволяющий еще раз подумать и сохранить брак;