Витебский государственный университет имени П.М. Машерова
О своеобразии проявления эстетической функции в современном драматургическом дискурсе
Зайцева Ирина Павловна, доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой мировых языков; научные интересы: исследование художественных дискурсов разных жанров; коммуникативная лингвистика и коммуникативная стилистика художественного текста; лингвокультурные проблемы перевода
Московский пр., 33, Витебск, Республика Беларусь, 210038
В публикации акцентировано внимание на одном -- ключевом, по мнению автора, -- аспекте анализа современного драматургического произведения, позволяющего наглядно продемонстрировать особенности реализации эстетической функции в произведениях, принадлежащих к данному литературному роду: рассмотрении принципов организации драматургом композиционно-речевой зоны персонажей. Именно эта, ведущая в содержательно-концептуальном плане и преобладающая в пространственном отношении, часть драматургического дискурса видится наиболее значимой для интерпретации пьесы как факта словесного искусства при безусловном учете синкретичного характера драматургической формы.
Актуальность данной темы обусловлена тем, что, несмотря на значительные успехи современной филологии в изучении специфики художественной речи, речь драматургическая все еще остается наименее исследованной ее сферой.
Цель работы -- анализ диалогового пространства одной из современных пьес в сопоставлении с нехудожественным диалогом и художественным диалогом в прозе, что позволяет установить ряд черт, формирующих своеобразие современной драматургической речи.
Материалом для проведения наблюдений послужила пьеса современного автора Е. Черлака «Ипотека и Вера, мать ее» (2011 год). При интерпретации исследуемого материалы использовались методы: наблюдения, композиционного, контекстологического и семантико-стилистического анализа.
Помимо этого полученные результаты позволяют утверждать, что анализ проявлений эстетический функции в произведениях драматургии необходимо проводить с учетом текстового характера этой композиционно-речевой сферы, а также уделяя особое внимание авторским принципам ее системной организации, поскольку именно такой подход способствует выявлению не только отличительных характеристик драматургической речи, но и особенностей индивидуально-авторского почерка драматурга.
Ключевые слова: эстетическая функция, художественный диалог, драматургический дискурс, персонаж, композиционно-речевая зона, речевая системность
Abstract
About the Originality of the Manifestation of the Aesthetic Function in Modern Dramatic Discourse
Irina P. Zaitseva, Doctor of Philology, Professor, Head of the Department of World Languages of Vitebsk State University named after P.M. Masherov; Research Interests: originality of the artistic discourses of different genres, communicative linguistics and communicative stylistics of a literary text; linguistic and cultural problems of translation
Moskovskiy Avenue, 33, Vitebsk, Republic of Belarus, 210038
The article focuses on one -- the key, in the author's opinion -- aspect of the analysis of the modern dramatic work, which allows to demonstrate the peculiarities of the aesthetic function in the works belonging to this literary genus: the consideration of the principles of the organization of the playwright of the compositional and speech zone of the characters. It is this part of the dramaturgic discourse, leading in the content-conceptual plan and prevailing in the spatial relation, that is seen as the most significant for the interpretation of the play as a fact of verbal art with the unconditional consideration of the syncretic character of dramaturgic form.
The relevance of this topic is due to the fact that, despite the significant success of modern philology in the study of the specifics of artistic speech, dramatic speech is still the least studied of its sphere.
The purpose of research -- analysis of dialogical spheres of contemporary plays versus not artistic dialogue and partly as a dialogue in prose, allowing you to set the number of features forming the identity of contemporary dramatic dialogue speech.
The material for the observations was the play of the modern author E. Cherlak «Mortgage and Vera, her mother» (2011). In the interpretation of the materials used methods: observation, compositional, contextual and semantic-stylistic analysis.
In addition, the conducted observations suggest that the analysis of the manifestations of aesthetic function in the works of drama should be carried out taking into account the textual nature of this compositional and speech sphere, as well as paying special attention to the author's principles of its system organization, since this approach helps to identify not only the distinctive characteristics of dramatic speech, but also the features of the individual author's handwriting of the playwright.
Key words: aesthetic function, artistic dialogue, dramatic discourse, character, compositional-speech zone, speech systematic
Вводные замечания
Одним из конструктивных параметров художественной речи, воплощаемой в литературно-художественных произведениях, по общему признанию исследователей, является приоритетность реализации в ней языка в эстетической функции: «...несмотря на многообразие направлений, методов и жанров художественной литературы, последняя, однако, имеет общий для всех их принцип использования языка, обусловленный назначением искусства в обществе, образным мышлением художника в процессе творчества, эстетической функцией. ... Реализация эстетической функции языка в художественной сфере общения составляет специфику художественной речи -- всех ее индивидуально-авторских стилей и жанров, при всем их своеобразии и отличиях» (выделено мною. -- И.З.) [1. С. 594].
Являющаяся ключевой для любого словесно-художественного произведения, эстетическая функция, безусловно, присуща и художественной драматургической речи, хотя, учитывая довольно существенные отличия между тремя основными родами литературы (и, соответственно, между конкретными жанровыми формами, в которых они воплощаются), справедливо предположить, что в драматургии данная функция будет реализована с определенными особенностями.
Сложность выявления эстетической функции в драматургических произведениях обусловлена несколькими факторами, к которым в первую очередь следует, на наш взгляд, отнести значительную близость словесной ткани драматургических дискурсов к обычной, преимущественно разговорной, речи, которая в той или иной степени всегда свойственна пьесам. Иначе говоря, данное явление характерно для пьес, созданных практически во все временные периоды существования драматургии как части художественной литературы, включая и те, когда живая разговорная речь существенно отличалась от воплощенной в литературно-художественных произведениях в принципе, поскольку литературный язык в своей письменной форме был противопоставлен устной форме своего бытования по значительно большему числу параметров, нежели в настоящее время.
В драматургии же современного периода (примерно последних двух десятилетий), словесная ткань которой -- прежде всего в результате интенсивно протекающих в последние десятилетия процессов демократизации языка -- внешне практически неотличима от речи, повсеместно используемой в обиходном практическом общении, выявление эстетической функции в целом и/или отдельных ее составляющих видится еще более затрудненным.
Тем не менее подобного рода интерпретация, на наш взгляд, все же возможна, хотя должна осуществляться исследователями с чрезвычайной осторожностью и с максимально возможным учетом как лингвостилистических характеристик пьесы, так и комплекса экстралингвистических факторов, которые в той или иной степени обусловливают создание практически любого драматургического дискурса, а нередко и имеют существенное значение для адекватного понимания вложенного в пьесу содержания. Последнее замечание сделано прежде всего в связи с необходимостью принимать при интерпретации драматургических дискурсов во внимание один из конструктивных параметров литературного рода, к которому они принадлежат; в соответствии с этим параметром в большинстве драматургических произведений все должно быть «как в жизни». В результате такого подхода к изображению действительности события в пьесе, в особенности совпадающие по времени с периодом создания произведения, a priori подаются автором как ориентированные на формирование у адресата (читателя/зрителя) иллюзии реальности всего воплощенного в пьесе, вплоть до ощущения им себя непосредственным участником происходящего, что, конечно же, отражается и в языковом оформлении драматургического произведения, и прежде всего -- композиционно-речевой зоны персонажей.
Феномен художественного драматургического диалога
Первоочередного внимания в связи с заявленными в настоящей публикации аспектами рассмотрения драматургического произведения, безусловно, заслуживает драматургический диалог. Это обусловлено тем, что именно на диалоговую форму как на ключевой конструктивный параметр произведений, принадлежащих к этому роду литературы, указывает большинство исследователей -- ср., в частности: «В драме решающее значение имеют высказывания персонажей, которые знаменуют их волевые действия и активное самораскрытие...; произнесенные действующими лицами слова составляют в тексте сплошную, непрерывную линию» [2. С. 100].
Воплощаемый в пьесе диалог, с одной стороны, противопоставлен диалогу, протекающему в естественных условиях (нехудожественному диалогу), с другой -- диалогу в словесно-художественных структурах иной родо-литературной принадлежности, прежде всего в художественной прозе, а также диалогу в лирических произведениях (стихотворному). Для нехудожественного диалога, восходящего к естественной форме вербального общения, характерен быстрый обмен высказываниями-репликами -- как правило, без предварительного обдумывания (качество, которое обычно определяется как спонтанность), -- который чаще всего сопровождается зрительным и слуховым контактами между собеседниками, в результате чего существенную значимость для подобного общения приобретает ситуативный контекст его протекания.
Художественный же диалог, являющийся компонентом словесно-художественной структуры, несомненно связанным и с другими компонентами последней, может функционировать не только в драматургических, но также в прозаических и лирических произведениях, отличаясь в каждой из этих сфер несомненным своеобразием. При этом в большей степени драматургический диалог соположен с диалогом в прозе, поэтому мы сосредоточим внимание на сопоставлении именно этих разновидностей художественного диалога, не затрагивая особенностей диалога в лирике.
Диалог в художественной прозе и в драматургии, представляющий собой одну из композиционно-речевых зон художественного текста, безусловно, не может быть отождествлен с диалогом в практическом общении, в частности с диалогом в разговорно-обиходной коммуникативной сфере. «Художественный диалог -- органическая часть художественного произведения, написанная автором этого произведения. Это часть художественного текста. Текстовой характер художественного диалога проявляется в определенной организации как содержания, так и формы, что резко отличает художественный диалог от разговорной речи» (выделено мною. -- И.З.) [3. С. 190].
Таким образом, все элементы диалога художественного оказываются структурно и в смысловом отношении зависимыми (в большей либо меньшей степени) от других составляющих словесно-художественного произведения и подчиненными единому замыслу словесно-художественной текстовой структуры, что принципиально отличает диалог подобного характера от речи нетекстовой (к примеру, разговорной). Это в свою очередь приводит к большей связности элементов художественного диалога, обеспечивающей и более явную и многогранную (в первую очередь обусловленную именно выполнением эстетической функции) осложненность каждого слова, фразы и любого другого языкового элемента, включенного в диалогическую структуру такого характера, а также формирование разнообразных имплицитных смыслов (в частности -- подтекстовых значений семантического, ассоциативного и иного свойства), которые в нехудожественном диалоге либо отсутствуют в принципе, либо выражены довольно слабо и несистемно.
Отличия же между диалогом в разных видах художественной речи -- прозаической и драматургической -- формируются преимущественно под влиянием комплекса функций, которые «закреплены» за этими сферами жанрово-родовыми требованиями. Так, если в художественной прозе диалог представляет собой одну из составных частей текста наряду с речью авторской, могущей иметь различные модификации, и, как правило, уступает ей в пространственном отношении, то в произведениях, принадлежащих к драматургии, художественный диалог -- основная, превалирующая во всех отношениях часть текстовой структуры. При этом речь персонажей пьесы, или драматургический диалог, в отличие от диалога в художественной прозе, -- не только материальная основа драмы как рода литературы, на что уже указывалось выше, но и композиционно-речевая зона, где так или иначе воплощается в том числе и авторская концепция, поскольку «драматургу важно показать ... использование некоторой истины определенным героем для защиты своей позиции или опровержения чужой. Собеседники в драме устанавливаются автором не просто для совместного раскрытия известной мысли, а соотносятся один с другим как противники или сообщники» [4. С. 57]. Наделение диалога в пьесе означенными и рядом других функций, не свойственных диалогу в прозе, обусловлено теми ограничениями, которые драматургия как особая разновидность словесного искусства накладывает на сферу проявления автора: по сравнению с автором-прозаиком возможности для презентации собственной позиции у автора-драматурга чрезвычайно сужены (по большей части это ремароч- ный пласт и некоторые другие «рамочные» элементы драматургического дискурса, которые в большинстве случаев занимают весьма незначительную часть текста пьесы).