Однако, если мы сегодня только еще находимся в состоянии ожидания возникновения проблемы наслаивания социально-экономических рисков друг на друга, в других странах эта проблема уже осознана и общественностью, и представителями государственной власти. Так, Президент Италии С. Маттарелла подписал закон о проведении пенсионной реформы 2019 г., который направлен на снижение фактического возраста выхода на пенсию, что говорит о желании руководителя страны продолжать развивать политику в рамках концепции «государства всеобщего благоденствия». По нашему мнению, интересным является взгляд проректора Академии труда и социальных отношений А. Сафонова, который указывает на новые тенденции в современном обществе, побуждающие представителей западного общества изменить свое отношение к проблеме пенсионного обеспечения [9]. По его мнению, сокращение рабочих мест и повышение требований к компетенции работников - это две основные причины снижения возраста выхода на пенсию в Италии, несмотря на то, что продолжительность жизни населения, независимо от пола, намного дольше, чем в России. Следует заметить, что по такому же пути реформирования системы пенсионного обеспечения пошли и другие страны - Венгрия, Польша, Франция, которые обеспокоены в том числе и такой социально-экономической болезнью, как безработица в молодежной среде.
Следовательно, западное общество осознает проблему наслаивания рисков в сфере социально-трудовых отношений. Ее нельзя замалчивать, необходимо предпринимать попытки устранения социально-экономических рисков, нависших над молодым поколением, на законодательном и исполнительном уровнях. Мы, похоже, не умеем учиться на чужих ошибках и, наоборот, способствуем трансформации молодежи в группу риска, оставляя лиц старше 55-60 лет на более долгий срок на рынке труда, при этом не расширяя базу вакантных рабочих мест. Если обратить свое внимание на лиц старше 55-60 лет, можно предположить, что данная возрастная группа тоже имеет возможность попасть в аналогичную ситуацию, связанную с процессом наслаивания рисков, который будет вызван пенсионной реформой 2018 г. в Российской Федерации.
Какие же риски могут накладываться друг на друга и в дальнейшем мультиплицироваться в ходе осуществления жизнедеятельности лиц старшей возрастной группы после проведения пенсионной реформы? С нашей точки зрения, следует обратить внимание на несколько аспектов.
Во-первых, усугубится негативное восприятие лиц пожилого возраста в обществе, в большей степени молодежью. Как показывают исследования, сохраняется достаточно большая доля молодых людей, настроенных негативно по отношению к лицам третьего возраста, склонных к эйджизму. В 2018 г. в ходе опроса 307 представителей молодого поколения, проживающих в Нижегородской области, 36 % респондентов признались, что испытывают негативные чувства при встрече с людьми третьего поколения, воспринимая их как старых, больных, неопрятных членов общества. Другое же исследование, осуществленное в Нижегородской и Ивановской областях в 2014-2018 гг. на тему «Региональная специфика добровольчества», выявило отсутствие желания у большей части молодежи, получающих образование в учреждениях разного просветительского уровня, участвовать в таком направлении волонтерства, как помощь пожилым людям. Выявленные аспекты в большей степени обнаруживаются у лиц мужского пола, которые наиболее часто стигматизируют старшую возрастную группу (42,8 %). Актуализация проблемы молодежной безработицы в связи с увеличением стажа пребывания на рынке труда лиц старше 55-60 лет может усилить проявление эйджизма.
Во-вторых, для продления стажа трудовой деятельности в связи реформированием системы пенсионного обеспечения и модернизацией производств потребуется обновление профессионального уровня компетенций, что подразумевает прохождение лицами старшей возрастной категории курсов переподготовки либо повышения квалификации. Естественно, у многих просто не возникнет желания заново наращивать свой трудовой потенциал с помощью различных курсов переподготовки либо не будет такой возможности в связи с неудовлетворительным состоянием здоровья. Физиологические и психологические силы лиц старше 55-60 лет не безграничны, а значит рано или поздно произойдет наслоение и мультипликация рисков (рис. 1).
Рис. 1 Специфика наслоения и мультипликации рисков после пенсионной реформы в РФ в 2018 г.
В процессе наслоения одного риска на другой может возникнуть иная проблема, а именно латентность рисков. В какой-то степени заслоняя друг друга, риски становятся трудно различимыми, неясными, в результате чего наступает стадия их мультипликации, врастания друг в друга. Нужно помнить, что управлять и бороться с рисками гораздо легче, если они автономны, а не мультиплицированы. Соответственно, перед обществом стоит вполне осуществимая задача - не допустить мультипликацию рисков разной направленности, иначе может произойти эрозия межпоколенных отношений. К тому же стадия латентных угроз риска имеет тенденцию заканчиваться, в результате чего невидимые опасности, на которые мы пытаемся не обращать внимание, становятся видимыми и ощутимыми для всех нас. Доказательством этого может служить, например, Красная книга, являющаяся основным государственном документом, в котором отражен процесс осознания обществом нависших над ним опасностей. Красная книга является своеобразным доказательством мультипликации рисков в биосоциальной реальности.
= Сопряженность современных рисков с местом человека в стратификационной структуре современного общества.
В современном обществе различным рискам подвергаются все, независимо от места в стратификационной структуре социума. Например, факторы риска, вызывающие заболевания, инвалидность, смерть, характерны для всех нас, независимо от того, являемся ли мы представителем высшей страты или представителями маргинальной группы. Однако, по нашему мнению, например, лица третьего возраста чаще всего воспринимаются общественностью как типичная группа риска [10], как объект социальной работы [11, 12]. Такое восприятие пожилых людей именно в нашей стране чаще всего связывают с выходом на пенсию, в результате чего резко снижается уровень жизни данной возрастной категории из-за низкого уровня пенсионного обеспечения пожилых людей [13]. Следовательно, для большинства лиц, выходящих на пенсию, характерен процесс нисходящей социальной мобильности, итогом которого становится массовое падение данной возрастной группы в нижний слой стратификационной структуры общества, что в свою очередь подчеркивает значимость теории стратификация для анализа проблемы риска.
= Современное поколение как общность страха и риска.
Интерпретация современного общества риска (в понимании У. Бека) как общности страха, на наш взгляд, связана в первую очередь с идеологической сменой взаимодействия государства и социума. В данном случае речь идет об этапе развития нашей страны, для которого была характерна патерналистская идеология выстраивания отношений по траектории субъект (государство) - объект (население)». На смену ей пришли либеральные принципы, в соответствии с которыми мы, с одной стороны, получили больше свобод, возможность владеть частной собственностью, вести конкурентную борьбу, а с другой - увеличилась значимость монополий и усугубилась проблема расслоения общества, что, на самом деле, противоречит идеям либерализма. Идея равенства, которая лежит в основе патерналистского восприятия социальной реальности, позволяла советским людям чувствовать себя в безопасности, так как они были уверены, что государство предоставит им жилье, рабочее место, что является наиболее важными аспектами жизнедеятельности каждого, независимо от временного критерия. В эпоху преобладания либеральной идеологии многие достижения советского этапа развития общества были утрачены. В результате обнажились такие проблемы, как отсутствие гарантии права на труд, механизмов, способных затормозить процесс расслоения общества. С опорой на социологическое исследование, в ходе которого приняли участие 180 молодых людей, проживающих в Нижнем Новгороде, в качестве общности страха, не уверенной в своем будущем, мы можем рассмотреть молодежь, для которой характерна тенденция более позднего создания собственной семьи и деторождения, наблюдающейся во всем мире [14]. Такая ситуация в РФ сложилась в связи с тем, что молодежь достаточно долго адаптируется в системе социально-трудовых отношений в связи с их дискриминацией на рынке труда, связанной как и с отсутствием у них необходимого опыта и невысоким уровнем профессиональной компетентности, что обусловлено возрастом, так и с недостаточным количеством рабочих мест из-за более продолжительного пребывания лиц старше 55-60 лет в сфере занятости населения (после проведения пенсионной реформы уровень рисков экономической направленности повысился). Свою нерешительность, снятие с себя ответственности за жизнь другого человека, молодое поколение оправдывает и невысокими возможностями приобретения собственного жилья, в результате чего молодежь переориентируется на построение трудовой карьеры, растягивающейся на неопределенное время из-за выше указанных обстоятельств. Соответственно, молодые люди как представители современного либерального общества предстают перед нами и как общность страха, неуверенная в завтрашнем дне. В результате молодежь на границе возраста 30 лет все чаще и чаще начинает сталкиваться с проблемой бесплодия. По мнению специалистов, работающих в сфере оказания медицинских услуг, за последние десять лет количество диагнозов «бесплодие» выросло в два раза. В течение 2018 г. диагностировано более 280 тыс. новых случаев, львиная доля которых приходится на женщин 25-45 лет [15]. Следовательно, усиление активизации молодежи в карьерной направленности может отрицательно сказываться в целом на институте семьи и брака. Рассмотренные аспекты жизнедеятельности такой части российского общества, как молодежь, еще раз подчеркивают опасность проблемы наслоения рисков и их мультипликации.
= Хабитуализация риска в современном обществе.
На многие социальные риски представители современного общества практически перестали реагировать, даже можно сказать, что социум в какой-то степени к ним уже привык. Так, например, люди достаточно спокойно относятся к бедственному положению пенсионеров, лиц с ограниченными возможностями здоровья, многодетных и неполных семей, лиц без определенного места жительства и занятий, детей-сирот. Им даже присвоили такое название, как типичные представители группы риска. Следовательно, мы сталкиваемся с ситуацией опривычивания социальных рисков, которая не так уж и безопасна для социума, так как любой социальный риск может достигнуть своего критического уровня. Система государственной власти пытается управлять социальными рисками, в частности, с помощью реализации социальной политики разной направленности. Тем не менее их не становится меньше, они самовозобнавляются и хабитуализируются в обществе, в результате чего, как отмечает У. Бек, «... общая токсическая угроза населению только растет...» [4, с. 81].
= Гендерный аспект распределения рисков в современной семье.
Множество проблем, связанных с обострением социального неравенства в российском обществе, возникло в результате перехода от патерналистской к либеральной модели государственного устройства, как было указано выше. Либеральная идеология в итоге способствовала утрате коллективных ценностей и закреплению индивидуализма как основной формы мировоззрения современных людей. Бумерангом проблема индивидуализма затронула отношения между мужчинами и женщинами, последствия которой мы можем сегодня наблюдать в современной семье. По этому поводу У. Бек дает следующую трактовку семейного взаимодействия: «Семья превращается в затяжное жонглирование многочисленными устремлениями в разные стороны, амбициями, касающимися профессии, образования, воспитания детей и одинакового участия в ведении домашнего хозяйства. Рождается тип «договорной семьи на время», когда уже сложившиеся индивидуальности вступают во временный противоречивый союз с целью регуляции эмоционального обмена» [4, с. 108]. Современная женщина стала равнозначным, а порой и доминирующим, участником социально-трудовых отношений, доказательством чего служат типичные женские сферы трудовой деятельности, увеличение численности женщин на руководящих должностях (за 2010-2015 гг. численность женщин, имеющих дипломатические ранги, выросла, а доля поднялась с 19 до 23,5 %) [16], что может провоцировать возникновение новых социальных проблем, связанных с отказом от рождения детей (чайлдфри), трансформацией возрастного профиля родящих и, как следствие, повышение уровня бесплодия у обоих полов и уровень рождения детей с аномальным развитием. Такая ситуация может еще в большей степени способствовать росту численности расторгнутых браков, превращая неполную семью в малую группу, подверженную такому социальному риску, как бедность. В связи с этим считаем уместным проиллюстрировать данные социологического исследования, проведенного в Ивановском регионе, в ходе которого методом анкетирования были опрошены дети школьного возраста, пережившие развод (N = 200 человек). Во-первых, снизилось число респондентов, которые оценивают материальное положение семьи в настоящее время как высокое (с 12 до 6 %) и как среднее (с 44 до 36 %). Во-вторых, возросло количество семей, уровень материального положения в которых после развода понизился, а именно: удовлетворенность ниже среднего с 8 % возросла до 18 %; низкий уровень удовлетворенности с 10 % вырос до 14 %. Следует также обратить внимание, что до развода 14 % женщин не занимались трудовой деятельностью, однако после развода женщин-иждивенцев не осталось ни одной. Приходится констатировать, что, несмотря даже на улучшение жилищных условий, в целом уровень материальной обеспеченности семьи после развода снижается, особенно в материнских семьях. Это может быть связано с вынужденными расходами на жилье, с нарушением регулярности выплаты алиментов, а также с тем, что большая часть затрат ложится на одного родителя [17, с. 117]. Достаточно часто именно неполная семья становится объектом социальной работы в результате наслоения различных типов рисков и их мультипликации.
В заключение обратим внимание, что проблема распределения рисков в современном обществе затрагивает каждого из нас. Именно осознание возможных опасностей на глобальном уровне, специфичное распределение рисков в стратификационной структуре современного социума и в различных социальных институтах, а также процессы наслоения и в итоге мультипликации рисков, даже несмотря на их хабитуализацию в социальной повседневности, характеризуют современный мир как общество риска, представители которого солидаризируются из-за страха перед ним. Следовательно, усиление роли государственной семейной политики во всех направлениях, уход от самостоятельного преодоления трудностей, может в определенной степени уберечь человека от страхов, связанных с грядущими опасностями в современном трансформирующемся обществе.
Библиографический список
1. 10 инноваций в медицине, которые будут доступны в 2018 году. URL: https:// innovationhouse.org.ua/ru/statti/10-ynnovatsyj-v-medytsyne-kotorye-budut-dostupny-v2018-godu/ (дата обращения: 02.02.2019).
2. Джагитян, Э. П. Макропруденциальное регулирование банковской системы как фактор экономической стабильности: монография / Э. П. Джагитян. Москва: Юрайт, 2019. 215 с.
3. Зенькович, Е. В. Правовые аспекты противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма на рынке ценных бумаг: учеб.-практ. пособие / Е. В. Зенькович ; под ред. Л. Л. Попова. Москва: Волтерс Клувер, 2011. 160 с.
4. Бек, У. Общество риска. На пути к другому модерну / У. Бек ; пер. с нем. В. Седельникова, Н. Федоровой ; послесл. А. Филиппова. Москва: Прогресс-Традиция, 2000. 384 с.
5. Гидденс, Э. Судьба, риск и безопасность / Э. Гидденс. URL: http://riskprom. ru/TemaKtlg/RiskSociety/eh_giddens_sudba_risk_bezop_1991.pdf (дата обращения: 02.02.2019).
6. Яницкий, О. Н. Турбулентные времена как проблема общества всеобщего риска (Времена турбулентности и задачи социологии) / О. Н. Яницкий // Общественные науки и современность. 2011. № 6. С. 155-164.
7. Рейтинг экономически развитых стран. URL: https://visasam.ru/emigration/vybor/ ekonomika-stran-mira-2.html (дата обращения: 12.02.2019).
8. Ожирение - глобальная проблема современного общества. URL: http://cgon. rospotrebnadzor.ru/content/62/2977/ (дата обращения: 02.02.2019).
9. Пенсионная реформа. Хроника событий. Эксперты объяснили снижение пенсионного возраста в Италии. URL: https://www.mk.ru/economics /2019/01/29/ekspertyobyasnili-snizheniepensionnogo-vozrasta-v-italii.html (дата обращения: 15.02.2019).
10. Риск: исследования и социальная практика / отв. ред. А. В. Мозговая. Москва: Институт социологии РАН, 2011. 256 с.
11. Ермилова, А. В. Трудовая деятельность пожилых людей как вид социальной активности: региональные практики «помоги себе сам»/«помогите выжить» / А. В. Ермилова // Материалы Всероссийской научно-практической конференции «Практики заботы в современном обществе» (г. Саратов, 21 дек. 2016 г.). Саратов: Саратовский источник, 2017. С. 93-100.