О проблеме возникновения Твери в середине XII в.
On the question of the origins of Tver in mid 12th century
Пётр Малыгин, Сергей Богданов
Petr Malygin
(Institute of Archeology, Russian Academy of Sciences, Moscow)
Sergey Bogdanov (Tver State University, Russia)
Обратиться к проблеме возникновения Твери как города заставляет ряд обстоятельств. Во-первых, постоянная критика вышедшей в 2009 г. монографии В.А. Лапшина1 археологами и историками вылилась в курьёзную ситуацию. В энциклопедии «Древняя Русь в Средневековом мире» помещена небольшая статья «Тверь». Это -- своего рода «гимн» домонгольской Твери, имеющий небольшой список литературы, куда попала и монография Лапшина Лапшин В.А. Тверь в XIII--XV вв. (по материалам раскопок 1993--1997 гг.). СПб., 2009. Древняя Русь в средневековом мире. Энциклопедия. М., 2014. С. 811--812., убедительно доказавшего, что в центральной части Тверского кремля нет слоёв древнее 1270-х гг. Во-вторых, появились тезисы доклада А.Н. Хохлова, а вслед за этим увидела свет подробная публикация А.Н. Хохлова и А.Б. Ивановой о результатах археологических работ на раскопе 23, в которой авторы делают основной вывод об обнаружении культурного слоя, отложившегося с рубежа XI--XII вв. до 1170--1180-х гг. Хохлов А.Н. Новые материалы по древнейшей истории города Твери // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2015. № 3(61). С. 130--131; Хохлов А.Н., Иванова А.Б. Исследования мысовой части Тверского кремля в 2013 г. Раскоп № 23: застройка, стратиграфия, хронология // Тверь, Тверская земля и сопредельные территории в эпоху средневековья. Вып. 9. Тверь, 2016. С. 71. Хохлов отметил, что «уже в 1149--1150-х годах Тверь была укреплённым поселением. Причём это был не маленький населённый пункт, а небольшой город, вокруг которого развивалась сельская округа» Фрагменты истории // Тверская жизнь. 2017. 17 января..
В 2015 г. В.А. Кучкин опубликовал статью, отметив: «Возможное время основания Твери, Шоши и Дубны -- не ранее 1139 г. ... скорее всего, между 1140 и 1148 гг.» Кучкин В.А. Город Дубна на реке Дубне // Города и веси средневековой Руси. Археология, история, культура: К 60-летию Николая Андреевича Макарова. М.; Вологда, 2015. С. 317.. В статье приводится обоснование точки зрения, высказанной Кучкиным в 1984 г. в его монографии и статье о том, что Тверь была разрушена в 1149 г. Ростиславом Смоленским Кучкин В.А. Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в X--XIV вв. М., 1984. С. 81--82; Кучкин В.А. Возникновение Твери и проблема тверского гостя в «Рукописании» Всеволода // Древнейшие государства на территории СССР. 1983. М., 1984. С. 230.. Одновременно это и критика статьи П.Д. Малыгина Малыгин П.Д. Тверь и новоторжско-волоцкие земли в XII--XIII вв. // Становление средневекового европейского города. М., 1989. С. 149--158., в которой, опираясь на Ипатьевскую (Ипат.), Новгородскую первую летопись (НПЛ) и Тверской сборник и вслед за мнениями Н.В. Шлякова, А.Н. Насонова и А.В. КузыНасонов А.Н. «Русская земля» и образование территории Древнерусского государства. 1951. С. 82, 162, 168; Куза А.В. Новгородская земля // Древнерусские княжества X--XIII вв. 1975. С. 187, 198., было высказано несогласие с мнением Кучкина, что в число упомянутых в НПЛ «6 городков», взятых в 1149 г. антисуздальской коалидией, входила и Тверь.
События 1149 г. известны по летописям: в январе 1149 г. киевский князь Изяслав Мстиславич начал войну против суздальского князя Юрия Владимировича Долгорукого. Согласно Ипат., Изяслав прибыл из Киева в Смоленск, заручился поддержкой родного брата Ростислава, оставил под его командованием основные силы -- киевские и переяславские полки, а сам ушёл в Новгород, где собрал новгороддев, псковичей и карел. Согласно договору с Ростиславом, Изяслав пришёл на устье р. Медведиды, через четыре дня подоспел Ростислав. Начался завершившийся весной того же года поход на Кснятин, Углич и Ярославль ПСРЛ. Т. II. М., 1998. Стб. 369--371.. В НПЛ отмечено, что «Изяслав... мъного воеваша людье Гюргево, и по Волзі възяша 6 городъкъ, оли до Ярославля попустиша, а головы възяшя 7 000, и воротишася распутия деля» Там же. Т. III. М., 2000. С. 28. Там же. Т. XV. М., 2000. Стб. 212.. Для нас совершенно ясно, что Ипат. подразумевает начало военных действий союзников против Юрия Долгорукого лишь после соединения войск на устье Медведиды. Добавим, что редактор протографа, общего для Ермолинской летописи и Тверского сборника (или составитель Ермолинской, отразившейся в Тверском сборнике), объединил эти известия и привязал разорённые городки к течению Волги ниже Медведиды: «Сьвъкупишася на Волзі, на усть Медведиды... И оттолі поидоша къ Снятину, и къ Углечу, и къ Молозе... и до Ярославля, по Волзе; и взяша 6 городовъ, и воюючи и жгучи»11. Следовательно, «6 городков» находились на Волге ниже устья Медведиды, и Тверь в их число входить не могла.
С этим выводом не согласен В.А. Кучкин, отметивший, во-первых, что мы за «чёткость» Тверской летописи приняли «редакторскую работу книжника XVI в.», никак не связанную с реальными событиями XII в. Во-вторых, учёный подчеркнул, что текст в Тверской летописи поздний, так как список памятника, составленного в 1534 г. в Ростове, датируется 1620--1630-ми гг. Кучкин В.А. Город Дубна. С. 316.
Относительно Ипат. Кучкин подчёркивает, что эта летопись -- памятник киевский, и задача летописда -- положительно описывать действия прежде всего киевского князя, поэтому о продвижении смоленского князя Ростислава к устью Медведиды летописед ничего не говорит Там же.. На это можно возразить: как известно, в Ипат. с 1119 по 1200 г. отражён «Киевский свод 1200 г.», который, согласно А.А. Шахматову и М.Д. Присёлкову, был составлен игуменом Выдубидкого монастыря Моисеем (под 1200 г. помещена речь игумена Моисея с благодарностью князю Рюрику Ростиславичу и с похвалой ему). В этом своде содержатся регулярные известия о князе Рюрике Ростиславиче и его семье, начиная с 1173 г. Не случайно поэтому Присёлков предлагал считать «Киевский свод 1200 г.» великокняжеским сводом Рюрика Ростиславича -- сына Ростислава МстиславичаСловарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 1 (XI 1987. С. 236--237.. Можно было ожидать, что, если в сферу интересов киевского летописца середины XII в. и не входили действия родоначальника смоленской династии (хотя при этом действия черниговских князей были им отмечены), сводчик 1200 г., работавший с явным акцентом на историю Ростиславичей, должен был на них обратить внимание. Однако ничего такого в тексте нет, поэтому нет и серьёзных оснований для реконструкции действий Ростислава при продвижении к устью Медведицы.
О том, что предпринял Ростислав, продвигаясь по Волге, по мнению Кучкина, можно догадаться. Оказывается, задержка на четыре дня прихода Ростислава на устье Медведицы «объясняется, видимо, тем, что ему пришлось задерживаться у Твери, Шоши и Дубны, которые были соразмерны и укреплены примерно так же, как Кснятин, Углече Поле и Молога», и все вместе они и составили шесть городков, упомянутых в НПЛ. При этом исследователь полагает, что войску Изяслава было «не под силу» разрушить суздальские городки, находившиеся выше устья Медведицы, поэтому оно двигалось не по Тверце и Волге, а «по не совсем обычному пути», т.е. по МедведицеКучкин В.А. Город Дубна... С. 316, 317.. Однако пути из Новгорода на Волгу по р. Медведице были известны в первой половине XII в. Один из них фиксируется по археологическим материалам, он осваивался в XI--XII вв. Исланова И.В. Водные пути в восточной части Новгородской земли в IX--XIII вв. // Российская археология. 1994. № 1. С. 30--31. Из самого раннего известия о княжеских столкновениях на Верхней Волге в 1096 г. известно, что после захвата Мурома, Суздаля и Ростова черниговский князь Олег Святославич «поча» здесь «дани брати», а после переговоров с Мстиславом Владимировичем помышлял и «Новъгород переяти». Он послал в «сторожи» брата Ярослава Святославича, который встал на р. Медведице. Данников Олега, действовавших по Медведице, «изымал» посланный Мстиславом Владимировичем «в сторожу» воевода Добрыня Рогуйлович, Ярослав же спешно вернулся в Ростов ПСРЛ. Т. I. М., 1926--1928. Стб. 238.. Таким образом, князь Изяслав Мстиславич в 1149 г. выбрал одну из известных дорог из Новгорода на Волгу.
Кроме того, маршрут Изяслава от Новгорода до устья Медведицы короче пути Ростислава от Смоленска до Медведицы как минимум на 60 км (расстояние от Смоленска до Медведицы, замеренное курвиметром, составляет 570 км, от Новгорода до Медведицы -- 510 км). Если оба князя договорились выступить одновременно, «опоздание» на четыре дня Ростислава можно считать естественным и вовсе не связанным с предполагаемым Кучкиным взятием трёх крепостей. В нашем распоряжении есть данные, позволяющие оценить время нахождения больших княжеских дружин в пути. По подсчетам Кучкина, оперирующего сведениями о походе Ивана III к Новгороду в конце 1476 г., в XIV--XV вв. путь из Новгорода до Торжка (около 400 км) занимал 16-- 17 дней, из Торжка до Москвы (около 285 км) -- 10 дней Кучкин В.А. Последний договор Михаила Ярославича Тверского // Великий князь Тверской и Владимирский Михаил Ярославич: личность, эпоха, наследие. Тверь, 1997. С. 60.. Таким образом, в день на пути от Москвы до Торжка (с остановками) войско Ивана III проходило в среднем 28 км, от Торжка до Великого Новгорода -- 24 км (и при этом никаких «городков» оно не разрушало). 1 марта 1216 г. князь Мстислав Мстиславич и новгородцы выступили из Новгорода к Торжку, прошли через северные пределы Торопецкого удела, освободили Ржеву и разрушили Зубцов, на устье р. Вазузы дождались смоленского князя, около 20 марта войско встало лагерем на устье р. Холохольни, 24 марта отрядами Мстислава была одержана победа над «сторожами» князя Ярослава Всеволодича. Путь от Новгорода до устья Холохольни -- 460 км -- войско Мстислава прошло за 20--22 дня, в среднем по 22 км в день. Затем, после 24 марта, войско двинулось по Волге, разорило Шошу и Дубну и 9 апреля было к югу от Ростова на городище «у святой Марины» в верховьях р. Сары. На эту дорогу -- около 435 км -- ушло 14-- 16 дней: в среднем в день войско проходило 29 км.
Выявленные усреднённые показатели позволяют оценить время, затраченное Изяславом и Ростиславом на дорогу до устья Медведицы. Если бы Ростислав двигался до устья Тверцы со скоростью 28 км в день, а от устья Тверцы до Медведицы в день он проходил 22 км, он пришёл бы на место встречи практически одновременно с Изяславом (если последний также проходил по 22 км). Примерно тот же результат был бы при скорости движения отрядов в 24 км в день. При других темпах (до устья Тверцы в любом случае Ростислав никаких «городков» не разрушал, и Изяслав до устья Медведицы не разрушал владимирские «города») смоленский князь опаздывал к назначенному месту встречи.
Рассматривая известие НПЛ о взятии шести городков, Кучкин подчёркивает, что они были захвачены «союзниками», т.е. Изяславом и РостиславомКучкин В.А. Город Дубна. С. 314.. Однако НПЛ захват этих крепостей приписывает исключительно Изяславу: «Приде Изяслав Новугороду... иде на Гюргя Ростову съ новгородъци; и мъного воеваша людье Гюргево, и по Волзі възяша 6 городъкъ»ПСРЛ. Т. III. С. 28.. Но если Изяслав на соединение с Ростиславом шёл не через Торжок, по Тверце и Волге, а по Медведице, то, как следует из текста Ипат., разрушение городков началось с места встречи, т.е. с устья Медведицы: «А братоу Ростиславоу приказа полкы своа тоуда же поити по Волзі всимъ снатиса на оусть Медвідіци... (здесь и далее курсив наш. -- П.М., С.Б.) и тако поидоша Новгородци съ Изкславомъ всими силами своими, и Пльсковиці, и Коріла, и приде Изкславъ на Волгоу с Новъго- родци на оусть Медвідиці и тоу жда брата своего Ростислава (4) дни и приде емоу Ростисла(в) и съ всими Роускыми силами полкы и съ Смоленьскими и тоу съвкоупиша(с) и поидоста в низъ по Волзі, послала бо бкшета и(з) Смоленьска преже послы своа къ Гюргеви къ стрьеви своемоу, он же к нима ни посла и(х) опкть поусти ни своего поусти, и придоста къ Къснлтиноу и тоу имъ от ГюргА вісти не бы(с) и начаста городы его жечи и села и всю землю его воевати обаполгы»Там же. Т. II. Стб. 369--371.. В Ермолинской летописи и родственном ей Тверском сборнике, очевидно, в их общем протографе, при редактировании этого сообщения место начала военных действий было обозначено чётче: «Тоя же зимы Изяславъ поиде на дядю своего Юрьа за обиду Новогородскую, а с нимъ братъ его Ростиславъ со Смолняны, и с Новогородци, и Пьсковичи, и с Корільї. іздага бо изъ Смоленьска, а самъ Изяславъ к Новуграду, а с братомъ Ростиславомъ и съ всіми людми на усть МедвПицы и оттуду послаша къ Юрью. Он же ні ихъ посла отпусти, но своего посла; и оттолі пріидоша ко Снятину, и к Угьлечю, и к Молозі, даже и до Ярославля, воюющее и жгуще»ПСРЛ. Т. XXIII. СПб., 1910. С. 35--36. (Тверской сборник: «Сьвъкупишася на Волзі, на усть Медвідици... И оттолі поидоша къ Скнятину, и къ Углечу, и къ Молозі, и много воеваша людей Юршвыхъ, даже и до Ярославля, по Волзі; и взяша 6 городовъ, и воюючи, и жгучи»)Там же. Т. XV. Стб. 212.. Таким образом, захват трёх городков выше устья Медведицы становится совсем сомнительным: очевидно, что Ростислав до устья Медведицы никаких городов не брал.
Проблему «разорения Твери» в 1149 г. следует рассматривать в контексте прослеживаемых по летописным источникам явных закономерностей в освоении Верхней Волги на пространстве вверх от устья Медведицы суздальскими, а затем владимирскими князьями в середине XII -- начале XIII в. Полагаем, что северо-западные и западные границы Владимиро-Суздальского княжества вплоть до начала XIII в. менялись, но в каждом случае имели чёткие рубежи. Согласно Ипат., в 1180 г. киевский князь Святослав Всеволодич вместе с сыном Владимиром и новгородцами, воюя с Всеволодом Большое Гнездо, сначала «вониде в землю Соуждальскоую», а затем «идя и(з) землі Соуждальскои, пожьже городъ Дмитровъ, вышедшю же емоу и(з) Соуждаль(с)кои земьлі»Там же. Т. II. Стб. 618, 620..
На протяжении середины -- второй половины XII в. главными рубежами суздальских земель на Верхней Волге были устья её важнейших притоков -- Нерли, Медведицы, Тверцы и Вазузы. Впервые Медведица и, скорее всего, устье этой реки фигурируют в Лаврентьевской летописи и в Ипат. под 1096 г., когда Медведица стала местом действия сборщиков дани и передовых отрядов двух враждующих князей -- Олега Гориславича и Мстислава ВеликогоТам же. Т. I. Стб. 238; Т. II. Стб. 228.. Следующие интересующие нас события на Верхней Волге произошли в 1134 и 1135 гг.Там же. Т. III. С. 23, 208; Т. II. Стб. 302, 303. В первом случае новгородское войско князя Всеволода шло на Суздаль, но вернулось с р. Дубны из-за противоречий среди участников похода. В январе 1135 г. новгородцы вновь двинулись на Суздаль и дошли до Ждани горы на р. Кубре, левом притоке р. Нерли ВолжскойКучкин В.А. Город Дубна... С. 309, 313.. Для нас важно, что новгородцы в 1134--1135 гг. беспрепятственно действовали на Волге, Дубне и Нерли. Очевидно, что никаких суздальских крепостей здесь в то время не было.
Ситуация изменилась во второй половине 1130-х гг., когда вернувшийся с юга в Ростово-Суздальскую землю Юрий Долгорукий «заложи градъ на усть Нерли на Волзе и нарече (имя) ему Константинъ, и церковь въ немъ созда»ПСРЛ. Т. IX. М., 2000. С. 158; Кучкин В.А. Формирование государственной территории. С. 80.. Надо думать, Кснятин стал первой суздальской крепостью на Волге выше Углича, существовавшего уже в XI в.Томсинский С.В. Угличе Поле в IX--XIII веках. СПб., 2004. С. 173, 174. В это время устье Нерли стало рубежом Ростово-Суздальской земли. К 1149 г. этот рубеж переместился на запад выше по Волге к устью Медведицы. Отсюда Изяслав и Ростислав начали военные действия, вторгшись на территорию Юрия Долгорукого. Возможно, тогда же осваивалось нижнее течение Медведицы и возникло укрепление «Медведь» (правый берег Медведицы близ д. Посады)0 См.: Археологическая карта России. Тверская область. Ч. 1. М., 2003. С. 222--224. Описание городища даёт ясное представление о том, что для него характерна топография укреплений домонгольского времени, подчинённая заранее заданной геометрической форме (Воронин Н.Н. Зодчество Северо-Восточной Руси XII--XV веков. Т. 1. М., 1961. С. 55--56; Раппопорт П.А. Очерки по истории военного зодчества Северо-Восточной и Северо-Западной Руси X--XIV вв. // МИА СССР. М., 1961. № 105. С. 14--25). П.А. Раппопорт совершенно обоснованно отметил, что этот тип крепостей, возникший в Залесской земле в середине XII в., был тесно связан с определённым социальным типом поселения -- феодальным замком или княжеской крепостью. Отсутствие же таких округлых крепостей в Северо-Западной Руси свидетельствует о «своеобразии социального строя в Новгородской земле» (Раппопорт П.А. Очерки по истории... С. 216). Всё это позволяет считать городище на р. Медведице суздальской княжеской крепостью. В этой связи неслучайно, что аналогичными городищу «Медведь» являются укрепления Клещина, Перемышля на р. Моче, Городца, Кидекши и Гороховца -- все они были построены кн. Юрием Долгоруким (Раппопорт П.А. Очерки по истории... С. 16--17)., которое мы считаем суздальским Малыгин П.Д. Города Тверского княжества в XIV веке // Великий князь Тверской и Владимирский Михаил Ярославич: личность, эпоха, наследие. Тверь, 1996. С. 31., а не новгородским Хохлов А.Н. К вопросу о юго-восточной границе Новгородской земли в конце XI--XII веков // История и археология Новгородской земли (Тезисы научно-практической конференции). Новгород, 1987. С. 41--42..