О месте взрывотехнической и иных экспертиз в системе судебных экспертиз (спорные вопросы их классификации)
Н.А. Соловьева, М.В. Бобовкин, В.А. Ручкин
Авторы
В.А. Ручкин,
профессор кафедры основ экспертно-криминалистической деятельности учебно-научного комплекса экспертно-криминалистической деятельности Волгоградской академии МВД России, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации;
М.В. Бобовкин,
профессор кафедры уголовного права, уголовного процесса и криминалистики Российского университета транспорта (РУТ (МИИТ)), профессор кафедры исследования документов учебно-научного комплекса судебной экспертизы
Московского университета МВД России имени В.Я. Кикотя, профессор кафедры юриспруденции, интеллектуальной собственности и судебной экспертизы Московского государственного технического университета имени Н. Э. Баумана, доктор юридических наук, профессор;
Н.А. Соловьева,
заведующий кафедрой уголовного процесса и криминалистики Волгоградского государственного университета, кандидат юридических наук, доцент
Аннотация
В статье отмечается, что, несмотря на серьезные исследования вопросов классификации судебных экспертиз, до сих пор нет единообразного подхода к их системе. Подобное, по мнению авторов, недопустимо, особенно если предлагаются различные ведомственные классификаторы судебных экспертиз, что крайне негативно сказывается на практике их назначения. Исходя из генезиса взрывотехнической экспертизы и ее основных объектов - взрывных устройств - в статье предпринята попытка проследить эволюцию ее природы, предмета, решаемых задач в целях обоснования ее места в системе других судебных экспертиз.
Авторы отмечают, что сегодня ряд судебных экспертиз имеют комплексную природу. К их числу можно отнести взрывотехническую, пожаротехническую, компьютерно-техническую, автотехническую, транспортно-трасологическую, технико-криминалистическую экспертизу документов и др. При этом подчеркивается, что руководствоваться общепризнанным комплексным критерием оценки экспертиз и однозначно решать вопрос, к какому классу относить ту или иную судебную экспертизу, допустимо лишь применительно к моноэкспертизам.
Классификации судебных экспертиз, по мнению авторов, должно предшествовать деление всего их многообразия на две большие группы: моноэкспертизы и экспертизы, имеющие комплексную природу. Последние предлагается делить на составляющие их разновидности либо виды исследований и лишь потом определять место разновидностей (видов исследований) в классификационном ряду судебных экспертиз. Помимо чисто научного, затронутая авторами проблема имеет и сугубо практический характер. В связи с этим в статье формулируются конкретные рекомендации по тактике назначения и организации судебных экспертиз комплексной природы.
Ключевые слова: судебные экспертизы, классификация судебных экспертиз, взрывотехническая экспертиза, взрывные устройства, взрывчатые вещества, экспертиза взрывчатых веществ и их остатков после взрыва, комплексная природа взрывотехнической экспертизы, судебно-экспертная практика, система судебных экспертиз.
V.A. Ruchkin,
Professor of the Chair of Expert-Criminalistic Activity Fundamentals of the Training and Scientific Complex of Expert-Criminalistic Activities of the Volgograd Academy of the Ministry of the Interior of Russia, Doctor of Science (Law), Professor, Honored Scientist of the Russian Federation;
M.V. Bobovkin,
Professor of the Department of criminal law, criminal procedure and forensic science of the Russian University of Transport (RUT (MIIT)), Professor of the Department of document examination of forensic examination educational and scientific complex of Moscow University of the Ministry of the Interior of Russia n. a. V.Ya. Kikot, Professor of the Department of jurisprudence, intellectual property and forensic examination of the Moscow State Technical University n. a. N.E. Bauman, Doctor of Science (Law), Professor;
N.A. Solovieva,
Head of Department criminal process and forensics of the Volgograd State University, Candidate of Science (Law), Associate Professor
About the place of explosive and other expertise in the system of forensic science (disputed questions of their classification)
The article notes that, despite serious research in the literature on the classification of forensic examinations, there is still no uniform approach to their system. According to the authors, no additional official classifications of forensic examinations are allowed. This negatively affects the practice of appointing forensic examinations. Based on the genesis of the explosive technical expertise and its main objects - explosive devices, the article attempts to trace the evolution of its nature, subject, and tasks to be reasonably go to determine the place of the named expertise in the system of other forensic examinations.
The authors note that today a number of forensic examinations are complex in nature. These include explosive, fire-fighting, computer-technical, automotive, transport and trasological examinations, technical and forensic examination of documents, and others. At the same time, they emphasize that to be guided by the universally recognized comprehensive criterion for assessing examinations and to unequivocally solve the question of which class a forensic examination belongs to, is permissible only in relation to monoexperts.
Classifications of forensic examinations, according to the authors, should be preceded by a division of all their diversity into two large groups: monoexpertises and examinations of a complex nature. The latter are proposed to be divided into the constituent varieties or types of studies, and only then it should be determined with the place of the identified varieties (types of studies) in the classification series of forensic examinations. In addition to the problem purely scientifically touched upon by the authors, there is a purely practical aspect. Moreover, the article formulates specific recommendations on the tactics of appointment and organization of forensic examinations of a complex nature.
Key words: forensic examinations, classification of forensic examinations, explosion technical expertise, explosive devices, explosives, examination of explosives and their residues after the explosion, the integrated nature of explosive examination, forensic practice, forensic examination system.
Анализ научной литературы, посвященной теории судебной экспертизы, показывает, что проблеме классификации судебных экспертиз уделялось значительное внимание [1, с. 299-319; 2; 3, с. 461-467; 4, с. 35-246; 5, с. 34; 6, с. 11; 7]. Казалось бы, при таком обилии работ, в которых серьезному исследованию подвергались важнейшие теоретические аспекты названной проблемы, у авторов должен быть достаточно единообразный подход к предлагаемой ими системе классификации судебных экспертиз. Однако современная судебноэкспертная теория и практика свидетельствуют об обратном. По сути каждый второй автор пытается предложить свою, отличную от других систему классификации судебных экспертиз. Такой разнобой в мнениях частных ученых еще можно как-то объяснить. Но совсем непонятно и более того недопустимо, на наш взгляд, когда различные ведомства, в структуре которых существуют государственные судебно-экспертные учреждения, предлагают свой классификатор судебных экспертиз [8; 9]. Подобное уже выходит за рамки чисто теоретических споров и крайне негативно сказывается на судебно-экспертной практике и прежде всего на практике назначения судебных экспертиз.
Попытаемся разобраться в этом исходя из генезиса взрывотехнической экспертизы и ее основных объектов - взрывных устройств, в ходе которого менялись мнения на ее природу, предмет, решаемые задачи и, соответственно, место в системе судебных экспертиз.
Объективно действовавшая тенденция усиления поражающей способности оружия вынуждала изыскивать для его создания новые, более эффективные источники энергии [10, с. 60], вследствие чего появились взрывные устройства. Термин «взрывные устройства» сегодня стал общепринятым, однако обозначаемые им объекты исторически возникли, на наш взгляд, как один из видов оружия - минно-взрывного. В связи с этим В. М. Плескачевский справедливо заметил: «Следует подчеркнуть, что термин „взрывное устройство" в настоящее время получил большое наполнение с включением в него объектов, оружием не являющихся. Поэтому необходимо выделить из него оружие взрывного поражающего действия» [11, с. 303]. Аналогичной позиции придерживаются и авторы соответствующих разделов Большой советской энциклопедии и Советской военной энциклопедии, где взрывные устройства также именуются оружием (минно-взрывным) [12, с. 539; 13, с. 126].
Взрывные устройства со временем стали использоваться также в преступных целях. Анализ практики их применения свидетельствует, что особенно часто они применялись и продолжают применяться при совершении террористических актов. В конце ХХ в. наметилась устойчивая тенденция роста преступлений, связанных с использованием взрывных устройств, и пик этого роста пришелся на вторую половину 1990-х гг. [14, с. 153]. В последние десятилетия взрывные устройства все чаще стали подвергаться экспертному исследованию, причем исторически первыми объектами такого исследования стали следы их применения в виде продуктов взрыва, а несколько позднее - компоненты снаряжения.
По мнению исследователей, занимавшихся изучением начального периода становления криминалистической экспертизы, в России первые исследования взрывчатых веществ (далее - ВВ) и продуктов взрыва приходятся на середину XIX в. [15, с. 16]. Тогда еще не существовали научно обоснованные методики судебно-экспертного исследования взрывных устройств, следов их применения и компонентов снаряжения, и обычно для подобных исследований привлекались военные специалисты.
Со временем накапливался эмпирический и теоретический материал по изучению взрывных устройств и следов их применения, решался вопрос о признании их объектами криминалистического исследования.
Взрывотехническая экспертиза начала формироваться в рамках судебнобаллистической. По мере ее становления в научной литературе возникала дискуссия о природе взрывотехнических исследований. Ряд авторов отрицал их криминалистическую природу, несмотря на то что новое направление исследований формировалось в рамках одного из традиционных видов криминалистических экспертиз [16; 17, с. 75-81; 18, с. 62-65]. Количество сторонников криминалистического характера взрывотехнических исследований не уменьшалось, хотя со временем новое направление судебно-экспертного исследования все отчетливее выходило за рамки судебно-баллистического [19, с. 8-9; 20].
В конце ХХ в. большинство авторов по сути признавали криминалистический характер таких исследований [21, с. 415; 22, с. 281; 23, с. 161, 174-177; 24, с. 11]. Однако, наряду с указанной точкой зрения, высказывалось мнение и об инженерно-техническом характере взрывотехнической экспертизы [25, с. 26-27; 26, с. 206; 6, с. 162-167].
Сторонники криминалистической природы взрывотехнической экспертизы, соответственно, предлагали рассматривать ее в качестве одного из видов криминалистических экспертиз. Так, Ю. Г. Корухов относил ее к новым видам криминалистических экспертиз, которые сформировались в последние десятилетия [23, с. 161, 174-177]. Представители этой точки зрения указывали на то, что взрывотехническая экспертиза изначально формировалась как один из видов экспертно-криминалистического исследования, базирующихся, в первую очередь, на положениях криминалистической техники и традиционном представлении о криминалистическом характере объектов и задач формирующейся экспертизы [10, с. 238]. Однако по мере формирования рассматриваемой экспертизы становилось все очевиднее, что многие методы, используемые при ее проведении, заимствованы преимущественно из естественно-технических отраслей знания. Этот факт давал основания большему числу авторов относить ее к классу инженерно-технических экспертиз, хотя объекты и задачи у нее оставались прежними.
Анализ приведенных мнений наглядно свидетельствует о неоднозначности решения вопроса о природе взрывотехнической экспертизы и ее месте в классификационном ряду судебных экспертиз.
В настоящее время общепризнанным основанием классификации судебных экспертиз принято считать предмет, объект, методы исследования и характер используемых специальных знаний. Перечисленные отличительные признаки судебных экспертиз в совокупности и образуют комплексный критерий их оценки. Однако даже с помощью такого комплексного критерия оценки экспертиз отдельные из них нельзя безупречно классифицировать. Дело в том, что на сегодня ряд судебных экспертиз носят комплексный характер, т. е. имеют комплексную природу. К их числу можно отнести взрывотехническую, пожаротехническую, компьютерно-техническую, автотехническую, транспортно-трасологическую экспертизы, технико-криминалистическую экспертизу документов и др. На наш взгляд, без учета этого обстоятельства спор о том, относить ли взрывотехническую экспертизу к числу криминалистических или инженерно-технических, становится бессмысленным. Руководствоваться указанным выше комплексным критерием оценки экспертиз и однозначно решать вопрос, к какому классу относить ту или иную судебную экспертизу, допустимо лишь применительно к моноэкспертизам.
Следовательно, классификации судебных экспертиз должно предшествовать деление всего их многообразия на две большие группы:
1) моноэкспертизы;
2) экспертизы, имеющие комплексную природу.
Отнесение моноэкспертиз к тому или иному виду, роду, классу не составляет большого труда. Гораздо сложнее обстоит дело с экспертизами комплексной природы. Здесь без деления на составляющие их разновидности либо виды исследований не обойтись (при этом в первую очередь нужно учитывать характер используемых экспертом специальных знаний), и лишь потом следует определяться с местом выделенных разновидностей (видов исследований) в классификационном ряду судебных экспертиз.
Обратимся к взрывотехнической экспертизе, имеющей, как мы ранее отметили, комплексную природу, что отмечалось рядом авторов [26, с. 202-203; 24, с. 123; 27, с. 8; и др.]. Так, Ю. М. Дильдин рассматривал ее как сложное комплексное исследование, которое требует специальных знаний в области химии и технологии ВВ, конструкции и действия взрывных устройств и, соответственно, выделения двух относительно самостоятельных направлений исследований: анализа ВВ и их остатков после взрыва; изучение конструкций взрывных устройств и их фрагментов после взрыва [27, с. 8].
С. М. Колотушкин подчеркивал, что «взрывотехническая экспертиза представляет собой комплексное криминалистическое исследование, включающее методы естественных наук, специально разработанных методик в области взрывного дела, судебной медицины, криминалистической экспертизы материалов, веществ и изделий (КЭМВИ), физико-химических исследований и т. д.» [26, с. 202]. Обращая внимание на ее комплексный характер, ученый, на наш взгляд, все же допустил определенную путаницу при определении места этой экспертизы в системе судебных экспертиз. В частности, он считает, что взрывотехническая экспертиза представляет собой комплексное криминалистическое исследование, и ее базисом служат теоретические положения криминалистики, но при этом она входит в класс судебных инженерно-технических экспертиз [26, с. 206]. При всей противоречивости изложенного автору к тому же не удалось избежать и «соблазна» однозначно определить место взрывотехнической экспертизы в системе судебных экспертиз. Вместе с тем, несмотря на эту оплошность, С. М. Колотушкину удалось сформулировать вполне аргументированный вывод о целесообразности выделения в рамках взрывотехнической экспертизы следующих ее разновидностей:
- экспертизы ВВ, взрывных устройств, боеприпасов и пиротехнических средств промышленного изготовления (при этом он допускает возможность ее проведения экспертом-баллистом после соответствующего обучения и прохождения стажировки);