Представляется, что если порядок и срок уплаты страхового возмещения является одним из существенных условий договора имущественного страхования (п. 1 ст. 954 ГК РФ), то размер платы за страховую услугу (страховой премии) не относится к существенным условиям договора, если стороны не пришли к выводу о признании размера страховой премии существенным условием договора (п. 1 ст. 432 ГК РФ). В том случае, если стороны не согласовывали в договоре размер страховой премии и не настаивали на признании этого условии существенным, размер этой премии определяется с учетом положений п. 3 ст. 424 ГК РФ, согласно которому исполнение договора должно быть оплачено по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные услуги. Большую помощь в этом могут оказать страховые тарифы на аналогичного рода услуги, определяемые страховщиками, однако обобщение судебной практики показывает, что случаи отсутствия в договоре размера страховой премии весьма редки, так как заключение договоров имущественного страхования происходит зачастую в форме договоров присоединения (ст. 428 ГК РФ) и на публично-правовой основе (ст. 426 ГК РФ). Нельзя забывать и о том, что многие договоры имущественного страхования заключаются в обязательном порядке в силу ст. 935 ГК РФ.
Более сложным вопросом является отнесение договоров имущественного страхования к числу реальных договоров. В юридической литературе этот вопрос продолжает оставаться в какой-то степени дискуссионным, причем свои точки зрения ученые выдвигают, основываясь на действовавшем или действующем страховом законодательстве.
Так, еще ст. 389 ГК РСФСР 1922 г. обязывала страхователя уплачивать страховщику страховую премию в условленные сроки и в условленном месте. До уплаты премии или первого взноса договор страхования не вступал в силу, если иное не было предусмотрено в договоре. В ст. 388 ГК РСФСР 1964 г. отмечалось, что страхователь обязуется вносить установленные договором страхования платежи.
В связи с изложенным О.С. Иоффе отмечает, что хотя норма ст. 389 ГК РСФСР 1922 г. являлась диспозитивной, действовавшие по отдельным видам страхования правила не допускали отступлений от нее, и заключение договора страхования происходило фактически в форме реального договора. В 1975 г. ученый, опираясь на Гражданский кодекс РСФСР 1964 г., писал, что согласно всем правилам договорного страхования отдельных видов страхования, включая обязательное страхование, требующее заключения договора, страховой договор вступает в силу после уплаты первого взноса страхователем, т.е. является реальным договором.
М.И. Брагинский и В.В. Витрянский отмечают, что «сама по себе указанная норма (ст. 388) вряд ли давала основания истолковать ее как признание того, что «договор страхования является реальным. Он считается заключенным с момента уплаты первого взноса. Указанная статья не могла служить основанием для суда признать незаключенным договор страхования, по которому не была уплачена страховая премия».
А.А. Иванов утверждает, что если опираться на приведенные в законе определения договора страхования (ст. ст. 929, 934 ГК РФ), то его следует признать консенсуальным. Однако согласно ст. 957 ГК договор страхования, если в нем не предусмотрено иное, вступает в силу в момент уплаты страховой премии или первого ее взноса, т.е. налицо черты реального договора. Поэтому договор, по общему правилу, должен считаться реальным. Однако в нем может быть предусмотрено, что он вступает в силу с момента достижения соглашения по всем существенным условиям. Тогда уплата страховой суммы будет производиться во исполнение ранее заключенного сторонами консенсуального договора страхования. При этом реальный характер договора страхования вовсе не исключает возможности достичь соглашения по всем существенным условиям еще до уплаты страховой премии. Однако такое соглашение вступает в силу в момент уплаты страховой премии, т.е. по наступлении отлагательного условия.
Различие реальных и консенсуальных договоров ведет свое начало еще от времен частного римского права, различавшего реальные и консенсуальные, письменные и вербальные (устные) контракты, квази-контракты, безымянные контракты, пакты. К реальным контрактам римское право относило заем, ссуду и договор хранения (поклажи), а к консенсуальным - куплю-продажу, договоры найма, договор товарищества, договор поручения. Известный исследователь римского права, ученый-цивилист И.А. Покровский писал: «Если стипуляция и литтеральный контракты суть договоры формальные, то все остальные контракты не связаны с какой-либо определенной формой, все они - договоры неформальные. Но между ними есть то различие, что одни из них для своей деятельности не требуют ничего. Для консенсуальных договоров (контрактов) характерно достижение простого соглашения (nudus consensus) между сторонами (контракты консенсуальные), в то время как реальные контракты получают юридическую силу только с того момента, когда на основании соглашения одна сторона передала другой ту вещь, которая была предметом договора».
В современном понимании, несмотря на различие мнений относительно предмета гражданско-правовых договоров, предметом договора имущественного страхования являются действия страховщика (а не вещь, денежные средства) по оказанию страховых услуг страхователю. Как уже отмечалось, по договору имущественного страхования страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) возместить другой стороне (страхователю) или выгодоприобретателю страховое возмещение (п. 1 ст. 929 ГК РФ). По верному определению Ю.В. Романец, исходя из страховой направленности страхового договора, одна из сторон такого договора (страхователь) обязуется вносить другой стороне (страховщику) установленные платежи (страховую премию, страховые взносы), а страховщик обязуется при наступлении обусловленного договором страхового случая выплатить страховое возмещение. Предметом реальных договоров являются, на наш взгляд, индивидуально-определенные вещи (имущество), переданные в заем, для определенных целей хранения, по договору ссуды и т.д.
Отнесение договора имущественного страхования к числу реальных или консенсуальных не имеет в конечном итоге, на наш взгляд, большого практического значения, так как положения гражданско-правовых норм о реальных и консенсуальных договорах блокируются положениями страхового законодательства (федеральными законами, Правилами о различных видах страхования), которые, опираясь на нормы ст. 957 ГК РФ о вступлении в силу договора страхования с момента уплаты страховой премии (ее части), закрепляют такое же правило в своих статьях, что имеет для сторон решающее значение.
В зависимости от того, являются ли договоры имущественного страхования реальными или консенсуальными, решается и вопрос об отнесении договора страхования к разряду односторонних или двусторонних. Если считать договор имущественного страхования консенсуальным, то получается, что одна сторона договора (страхователь) обязывается к уплате известного вознаграждения (страховой премии) и вправе затем требовать от страховщика при наступлении обусловленного договором страхового случая страхового возмещения, а другая сторона (страховщик) принимает на себя обязанность выплатить такое возмещение в предусмотренном законом и договором порядке, но в то же время наделено правом истребовать от страхователя своевременной уплаты страховой премии. Получается, что налицо присутствие встречного исполнения обязательств с определенным набором дополнительных прав, предусмотренных ст. 328 ГК РФ, причем в страховом обязательстве стороны поочередно уступают друг другу место кредитора в зависимости от стадии исполнения договора. До наступления страхового случая, как уже отмечалось, страховщик выступает в роли кредитора и вправе требовать от страхователя своевременного исполнения своих обязательств, а после наступления страхового случая уже страхователь вправе требовать выплаты страховой суммы.
По своему правовому содержанию (характеру) договоры имущественного страхования с участием граждан-страхователей (выгодоприобретателей) являются публичными договорами. Это обусловлено социально-экономической направленностью страхования, участием со стороны страховщика, оказывающего страховую услугу, коммерческой организации, призванной в силу своего правового статуса (специальной правосубъектности) и соответствующей лицензии оказывать именно такого рода услуги гражданам-потребителям и юридическим лицам.
Так, к примеру, Федеральный закон «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» указывает на то, что договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств является публичным договором, а Правила обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 7 мая 2003 г. № 263, устанавливают, в частности, единый для всех страхователей - владельцев транспортных средств порядок исчисления страховых платежей, объект страхования, характер события, на случай наступления которого осуществляется страхование, минимальные размеры страховых сумм. Для договорного урегулирования страховых отношений характерно наличие стандартных Правил страхования, стандартных форм договоров (страховых полисов), определяющих условия договора страхования, условия самого страхования.
Являясь в сущности договором частноправового характера, договор имущественного страхования тяготеет и к источникам публичного права, что дает ученым некоторую надежду считать страховое право институтом публичного права. Так, еще в XIX веке О.А. Ноткин предлагал отнести страховой договор к предмету регулирования полицейского (административного) права.
Однако договорные формы, обслуживающие имущественные интересы граждан и юридических лиц на основе равенства участников договорных отношений, свободы договора, беспрепятственного осуществления гражданских прав, неприкосновенности собственности, недопустимости произвольного вмешательства в частную деятельность, не могут не быть элементами гражданского (частного) права. Безусловно, являясь классическим представителем частного права, гражданское право, как отрасль системы российского права, одновременно содержит и публично-правовые нормы, ибо нет в мире "чистых" частноправовых отраслей и публично-правовых отраслей. Отдельные исследователи насчитывают очень большое количество публично-правовых норм в Гражданском кодексе РФ, а императивные нормы в отдельных разделах ГК РФ даже превалируют над диспозитивными нормами.
Публично-правовой характер договоров имущественного страхования, особый интерес государства к страховым отношениям выражается не только в создании правительственных Правил, стандартов страхования, но и отражается на специфике источников страхового законодательства, устанавливает государственный контроль в лице соответствующих государственных органов за страховой деятельностью, включая соблюдение порядка заключения и исполнения договора страхования.
Вопросы имущественного страхования различных видов содержат в себе такие, в частности, Федеральные законы, как Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации от 30 апреля 1999 г., упоминавшийся Закон об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, Закон "О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации" от 23 декабря 2003 г., Воздушный кодекс РФ, Закон от 21 июля 1997 г. «О промышленной безопасности опасных производственных объектов».
Большую роль в регулировании страховых отношений в нашей стране (помимо отдельных федеральных законов об отдельных видах имущественного страхования) играет такой публично-правовой источник страхования, как Закон РФ от 27 ноября 1992 г. «Об организации страхового дела в Российской Федерации», действующий в настоящее время с существенными изменениями, но регулирующий важные организационные и иные отношения в сфере страхования, включая обеспечение финансовой стабильности страховой деятельности страховщиков, государственного надзора за этой деятельностью, лицензирование страховой деятельности.
С целью более тщательного выявления правовой природы договора имущественного страхования следует остановиться на его отличиях от иных (смежных) договоров.
Будучи разновидностью алеаторной (рисковой) сделки, договор имущественного страхования все же отличается от алеаторных сделок в виде игр и пари (гл. 58 ГК РФ). Различие между ними состоит в том, что наступление страхового события обладает элементами риска в особенности для страхователя, но заключение договора страхования производится как в интересах страхователя, так и в интересах страховщика, т.е. их интересы - солидарны, взаимовыгодны и следуют в одном направлении. При проведении же игр, пари обязательно выигрывает один, а проигрывает другой участник этих мероприятий, т.е. их интересы, так же как и интересы организаторов этих игр (пари), - противоположны. Сама цель, мотивы, предмет, название договора игр (пари) свидетельствуют о намерении сторон участвовать в играх, пари развлекательного характера, возможных принести какую-либо прибыль, обогатиться за счет другого, в то время как страхователь заключает договор не с целью поиграть, удовлетворить свое любопытство, пристрастие, почувствовать азарт, испытать соответствующее удовольствие, получить определенный психологический комфорт и, возможно, денежный выигрыш, а создать с помощью страхового договора правовую возможность компенсации возможных в будущем имущественного вреда или имущественных лишений, способных возникнуть в результате объективного уничтожения (повреждения) имущества страхователя или привлечения его к договорной или деликтной ответственности.
К.П. Победоносцев очень проницательно в связи с этим писал: «Во втором случае (при пари, играх) стороны создают для себя в деле искусственный интерес, придумывая такие случаи, которые и не имели бы места, без особого согласия, или придавая случайным, иногда совсем незначительным или ничтожным событиям особое, по условию значение. Таковы договоры об игре и о закладе (пари)... игра становится азартною».
Заранее, до наступления страхового события при заключении договора страхования известно лицо (страхователь, выгодоприобретатель), получающее выгоду при наступлении этого события, в то время как при проведении игр (пари) конкретный выгодоприобретатель, участвовавший в игре (пари), неизвестен до самого последнего момента окончания игр (пари) и подведения итогов их проведения. По этому поводу К.П. Победоносцев писал: «...при заключении его (рискового договора. - Ю.А.) совершенно неизвестно, которая сторона в конечном результате выиграет, получит выгоду».
Требования, возникающие из последнего вида сделок не подлежат судебной защите, за исключением требований лиц, принявших участие в играх или пари под влиянием обмана, насилия, угрозы или злонамеренного соглашения их представителя с организатором игр (пари), а также требований, указанных в п. 5 ст. 1063 (ст. 1062 ГК РФ), в то время как права участников страхового правоотношения подлежат судебной защите в установленном законом порядке.
В какой-то мере договор имущественного страхования напоминает договор поручительства, при котором обязательство поручителя может возникнуть для последнего, а может и не возникнуть: все зависит от исполнения основного обязательства основным должником. Иными словами, неисполнение основным должником возложенного на него договором обладает признаками вероятности. Однако это неисполнение не обладает признаками случая, не зависимого от воли человека, вернее, неисполнение основным должником своего обязательства не является событием, аналогичным страховому событию (случаю): для последнего характерна случайность, не связанная с активной деятельностью человека, в то время как неисполнение договора основным должником зачастую связано с его активными целенаправленными и даже виновными действиями (бездействием). Более того, если набор самих страховых случаев (событий) весьма разнообразен, то фактически единственным основанием ответственности поручителя является неисполнение (ненадлежащее исполнение) своих обязанностей основным должником.
Если страховые договорные обязательства являются основными, то обязательства, вытекающие из договора поручительства, - дополнительные, акцессорные, вступающие в действие, как уже отмечалось, в связи с неисполнением (ненадлежащим исполнением) основного обязательства основным должником. В силу своей акцессорности отношения поручительства возникают в целях обеспечения исполнения основного обязательства поручителем, и недействительность основного обязательства влечет за собой недействительность соглашения об обеспечении исполнения обязательства в виде соглашения о поручительстве, и с прекращением основного обязательства прекращается и дополнительное обязательство, вытекающее из акцессорного договора поручительства. При переходе прав кредитора по основному обязательству другому лицу обеспечительное обязательство (поручительство) следует судьбе основного обязательства, недействительность обеспечительного обязательства не влечет за собой недействительность основного обязательства. Если права и обязанности участников страхового правоотношения возникают с момента вступления в действие страхового договора, то права и обязанности сторон договора поручительства возникают не с момента заключения данного договора, а с момента возникновения обеспечиваемого обязательства.