НЕОБХОДИМАЯ ОБОРОНА КАК ЕСТЕСТВЕННОЕ ПРАВО ЧЕЛОВЕКА
А.С. Данилина
Аннотация
необходимый оборона преступность право
Возможность исключения преступности деяния в связи с применением необходимой обороны является проявлением естественно-правового характера фундаментальных прав и свобод человека и гражданина. Несмотря на достаточно длительное существование такого правового явления как необходимая оборона, правоприменительная практика сталкивается с большим количеством сложностей в связи с наличием в законодательстве оценочных критериев правомерности применения необходимой обороны. В данной статье установлены особенности формирования и развития института необходимой обороны в российском законодательстве, определены условиия правомерности ее применения. В рамках исследования выявлены не только теоретические, но и практические проблемы реализации рассматриваемого института. По результатам проведенного исследования сделан вывод, что для корректного применения норм о необходимой обороне необходимо совершенствование как законодательства с учетом зарубежного опыта, так и правоприменительной практики.
Ключевые слова: конституционное право, необходимая оборона, расширение пределов необходимой обороны, естественное право, правоприменение, совершенствование законодательства.
Annotation
A.S. Danilina NECESSARY SELF-DEFENSE AS NATURAL HUMAN RIGHT
The possibility of excluding the criminal character of an act committed in selfdefense is the manifestation of the natural law essence of fundamental rights and freedoms of man and citizen. In spite of a rather long history of the legal phenomenon of self-defense, the practice of law enforcement faces a large number of difficulties due to the existence of assessment criteria of the legality of using self-defense in legislation. The author of the article describes the specific features of the formation and development of the institute of necessary self-defense in Russian legislation, and describes the conditions for the legality of its use. The research identified not only theoretical, but also practical problems in the implementation of the institute under consideration. The research also allowed the author to conclude that the correct application of the norms on self-defense requires both an improvement of legislation with the use of best foreign practices, and an improvement of the practice of law enforcement.
Keywords: constitutional law, self-defense, extension of the limits of necessary defense, natural law, law enforcement, improvement of legislation.
Основная часть
Одним из первейших уголовно-правовых институтов, который был известен еще древнеиндийским «Законам Ману» считается институт необходимой обороны. Согласно законам Ману, каждый имел не только право, но и обязанность защитить в случае посягательства себя, а также браминов и женщин. Тем не менее такая оборона была допустима только в отношении жизни человека, а не имущества. Следует подчеркнуть, что и законодательство Древнего Египта также не допускало применение необходимой обороны по отношению к имуществу, но при этом воспринимало данный институт в качестве обязанности. Неисполнение такой обязанности каралось смертью.
Однако, для защиты имущества разрешало применять оборону законодательство евреев, в котором были некоторые нюансы. Например, разрешалось убить вора, только если он посягал на имущество в ночное время, в дневное это считалось противоправным, так как утром появлялась возможность позвать на помощь соседей. Зато законы Древнего Рима не ограничивались временем для реализации права, поэтому допускали убийство вора, посягающего на имущество не только ночью, но и днем, особенно, если при поимке он оказывал сопротивление. Древнеримское законодательство уже в то время относило необходимую оборону к естественному праву.
В российском законодательстве институт необходимой обороны тоже имеет интересное историческое развитие, которое можно представить в виде двух периодов - дореволюционного и послереволюционного. Эти периоды, в свою очередь подразделяются на этапы.
Дореволюционный период начинается таким этапом, как «зарождение правового института необходимой обороны», датируемый X-XVII веками. Первое упоминание о необходимой обороне было отмечено в договоре князя Олега с Византией 911 года, но положения, фиксирующие необходимую оборону связывались с обычаем кровной мести и в качестве самостоятельного института ее не выделяли, хотя такие категории как «месть» и «необходимая оборона» абсолютно антагонистичны. Подобная тенденция прослеживалась и в последующих нормативно-правовых актах вплоть до середины XVII века.
Следующий этап дореволюционного развития относится к середине XVII - началу XVIII века. Прежде всего нужно взять во внимание Соборное Уложение 1649 года, которое конкретно не называло института необходимой обороны и не выделяло под него отдельные главы, но при анализе указанного источника можно сделать вывод, что его положения предусматривали такой институт. Так защита интересов некоторых лиц становилась обязанностью, и за ее неисполнение били кнутом, а защита имущества допускалась даже путем совершения убийства посягающего, такое убийство считалось совершенным, как необходимое.
С появлением Воинских Артикулов Петра Первого, закрепляется термин «необходимое оборонение», в качестве самостоятельной дефиниции в уголовном праве, а также впервые раскрываются условия правомерности необходимой обороны. В то время к ним относили своевременность обороны и соразмерность защиты и нападения. Однако был сужен круг объектов защиты до жизни и здоровья человека. Артикулы предусматривали ответственность за превышение пределов необходимой обороны в виде казни и каторжных работ.
Свод законов Российской Империи 1832 года подчеркивал значимость данного института, но попытавшись совместить положения Соборного Уложения и Воинских Артикулов, оставил этот институт ограниченным. Тем не менее, в XVIII веке институт необходимой обороны развивается уже в рамках естественного права человека, что, например, подтверждает высказывание знаменитого российского юриста Анатолия Федоровича Кони: «Необходимая оборона есть вынужденное защищение против несправедливого нападения» [1, с. 87]. Кони считал, что необходимая оборона присуща человеку от природы и ее составляющими являются инстинкт и осознанность права на существование. Таким образом, существование права на необходимую оборону обусловлено наличием инстинкта у человека, который должен обязательно регулироваться государством.
Третий этап дореволюционного периода относится к началу XX века. В 1903 году принимают Уголовное уложение, делающее акцент на естественноправовое происхождение необходимой обороны. В данном правовом акте, рассматриваемый институт включили в обстоятельства, исключающие преступность деяния.
Послереволюционный период развития института необходимой обороны подразделяется всего на два этапа советский и постсоветский [2, с. 116]. Так, после революции 1917 года в Руководящих началах по уголовному праву РСФСР был впервые употреблен термин «необходимая оборона» в таком виде как он существует сейчас. Применение данного права исключало наказуемость обороняющегося, но допускалось лишь в отношении насильственных посягательств, а главным условием реализации являлось необходимость такого поведения. В Первом Уголовном кодексе РСФСР 1922 года институт необходимой обороны тоже исключал наказуемость, но раскрывался более полно, так как под ним понималась правомерная защита против посягательств, направленных не только на личность, но также на права обороняющегося и других лиц. Превышением пределов стали считать причинение смерти посягающему или тяжких телесных повреждений. В следующем Уголовном кодексе РСФСР 1926 года изменения в нормы, регулирующие такой институт не вносили. Зато в Основах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик изменения были заметны. Данный нормативно-правовой акт исключал преступность деяния, которое было совершено посредством необходимой обороны. В качестве объектов защиты предполагали не только личность, права обороняющегося и других лиц, но и интересы государства и общества. Превышением пределов являлось несоответствие защиты характеру и опасности посягательства. В последний Уголовный кодекс РСФСР 1960 года изменений в правовое регулирование института необходимой обороны не вносили.
Постсоветский этап послереволюционного периода характеризует сегодняшнее положение и значение необходимой обороны в уголовном законодательстве России. Ошибочно утверждать, что до принятия Конституции РФ на уровне национального законодательства данный вопрос никак не регулировался. Ведь в 1992 году были изданы Указы Президента РФ «О специальных средствах самообороны, снаряженных веществами слезоточивого и раздражающего действий» и «О разрешении приобретения, хранения и использования гладкоствольного оружия гражданами, ведущими крестьянское (фермерское) хозяйство», которые допускали использование газовых пистолетов и аэрозольных баллончиков в качестве средств необходимой обороны. В настоящее время указы утратили силу.
В 1993 году была принята Конституция РФ, в части второй статьи 45 которой написано: «Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом», что констатирует о том, что право на необходимую обороны является конституционным, правда Конституция России лишь поверхностно указывать на возможность применения необходимой обороны [3, с. 168]. Более конкретно такое право регулируется статьей 37 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее также - УК РФ): «Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия». Кроме национального законодательства данное право регламентируется и международными нормативно-правовыми актами. Так, право на необходимую оборону впервые было закреплено во Всеобщей декларации прав человека 1948 года, ратифицированной Россией в том же году. Далее данное право регламентировалось Европейской конвенцией о защите человека и основных свобод 1950 года, которую Российская Федерация подписала лишь в 1998 году.
Несмотря на давнейшее существование такого правового института как необходимая оборона и наличие законодательной базы, которая разъясняет его суть, все равно происходит неверное применение и понимание данного института не только человеком, защищающимся от посягательства, но и самими правоприменителями. В судебной практике достаточно случаев, когда в роли виновного оказывается лицо, неверно оценившее свои действия в результате защиты себя или третьих лиц от преступления, чаще всего такое лицо изначально расценивает свои действия как не превышающие пределы необходимой обороны. Правоприменитель же тоже нередко допускает ошибку, так как квалифицирует действия обороняющегося лица как самостоятельное преступление. Итак, для того чтобы правильно давать характеристику такого рода ситуациям, надлежит разобраться, что представляет собой необходимая оборона и каковы ее условия реализации?
Как правило, под необходимой обороной понимается правомерная защита от общественно опасного посягательства путем причинения вреда посягающему [4, с. 298].
Традиционно в юридической литературе выделяют две группы условий правомерности необходимой обороны:
1. Условия правомерности, характеризующие общественно опасное посягательство.
2. Условия правомерности, характеризующие защиту.
Критериями, характеризующими первую группу условий, являются общественная опасность посягательства, действительность посягательства и наличность посягательства [5, с. 327].
Для того чтобы посягательство считалось общественно опасным, необходимо причинение вреда отношениям, которые охраняются и защищаются законом. К таким отношениям прежде всего относятся права и свободы человека и гражданина, а также собственность, общественная безопасность, государственный строй Российской Федерации и, в принципе, безопасность всего человечества. Следует отметить, что необходимая оборона может применяться не только при совершении преступления, но и при осуществлении общественно опасного деяния, совершенного, к примеру, невменяемым [6, с. 46]. Поэтому нужно понимать, что в отношении правомерных действий представителей власти нельзя применять необходимую оборону, даже если затронуты интересы каких- либо лиц. Еще один важный момент - осуществление общественно опасного посягательства при необходимой обороне всегда осуществляется человеком и только человеком.
Исключение по вышерассмотренному критерию будут составлять малозначительные деяния. Для того, чтобы деяние признали малозначительным, оно должно соответствовать сразу двум признакам в совокупности. Первый признак -деяние лишь формально содержит признаки преступления. Второй признак - отсутствие в совершенном деянии общественной опасности [7, с. 125]. Если в отношении лица совершается малозначительное деяние, то применение необходимой обороны недопустимо.
Вторым критерием является действительность посягательства, то есть оно должно существовать в реальной обстановке, а не в сознании обороняющегося. Следовательно, данный критерий носит субъективный характер. Правда при изучении этого критерия нужно задаться вопросом: «Были ли у обороняющегося основания полагать, что в отношении него осуществляется реальное посягательство?». Может, на самом деле ему только кажется, что в отношении него хотят совершить преступление. Тогда имеет место быть мнимая оборона, которая характеризуется тем, что обороняющееся лицо причиняет вред и несет за это ответственность в силу фактической ошибки [8, с. 199]. Возможно предположить следующую ситуацию. Друзья решили пошутить над девушкой. Они надели маски и разыграли нападение на нее, выскочив неожиданно из-за угла, когда она возвращалась вечером домой. Один из компании ребят достал нож, чтобы нападение выглядело реалистично. Ирина не узнала ребят, так как их лица были скрыты, и посчитала, что в отношении нее совершается преступление. Она схватила камень и причинила одному из ребят тяжкий вред здоровью. Такая ситуация возможна, лицо представляет реальную угрозу для своей жизни и в связи с этим применяет необходимую оборону. Важно доказать, что она не могла предполагать о розыгрыше, поскольку применять необходимую оборону можно только если лицо уверено, что в отношении него совершается реальное противоправное посягательство.