Статья: Немцы Юга Украины в Первой мировой войне

НЕМЦЫ ЮГА УКРАИНЫ В ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЕ

ШИТЮК Н.Н.

Аннотация

В статье на основании широкого круга источников раскрываются разные формы антинемецкой кампании в годы Первой мировой войны.

Ключевые слова: антинемецкие настроения, немцы-колонисты, ликвидация немецкого землевладения.

Анотація

ШИТЮК М.М.

НІМЦІ ПІВДНЯ УКРАЇНИ У першій світовій війні

У статті на основі широкого кола джерел розкриваються різні форми антинімецької кампанії в роки Першої світової війни.

Ключові слова: антинімецькі настрої, німці-колоністи, ліквідація німецького землеволодіння.

Annotation

SHITYK M.

THE GERMANS IN THE SOUTH OF UKRAINE IN THE FIRST WORLD WAR

In article on the basis of a wide range of sources reveal different forms of anti-German campaign in the First world war.

Keywords: anti-German movements, the German colonists, elimination of the German landowning.

Постановка проблемы

После объявления военных действий между Россией и Германией 20 июля 1914 г. [1] и Россией и Австро-Венгрией 26 июля 1914 г. [2] положение немецкого населения на юге России резко изменилось. Антинемецкая кампания включала а себя политические репрессии, запрет экономический и культурно-просветительской деятельности, проведения богослужений на немецком языке, лишение имущества по национальному признаку. Законодательные акты, вступившие в силу с началом Первой мировий войны, направлялись против поданных стран, ведущих войну против России. 22 сентября 1914 г. введены временные ограничения на приобретение недвижимого имущества, а также заведование ими, для подданных воюющих против России государств [3].

Изложение основного материала

В октябре 1914 г. в газетах опубликован законопроект, нацеленный на ограничение землевладения и землепользования российских подданных, предки которых вышли из враждебных теперь стран. Газеты «Новое время», «Вечернее время» опубликовали статьи с резкими выпадами против немецких поселян-собственников. Немецкие колонисты, давно живущие или родившиеся в России, приравнивались к «подданным враждебных государств». Такую же позицию занимало подавляющее большинство членов ЦК «Союза 17 октября», не принявшего никакого постановления по поводу опубликованного законопроекта. Таким образом, единственная партия, защищавшая до этого в Государственной думе и вне ее легитимные гражданские права российских подданных-немцев, тоже заняла враждебную к ним позицию.

20 июля 1914 г., в числе других, южные губернии России, Херсонская и Таврическая, объявлены на военном положении. Командующий войсками Одесского военного округа генерал М. И. Эбелов вступил в должность генерал-губернатора по государственному управлению в губерниях Бессарабской, Херсонской, Таврической и в Верхнеднепровском и Екатеринославском уездах Екатеринославской губернии, также объявленных на военном положении, и в Новомосковском, Павлоградском и Александровском уездах Екатеринославской губернии, не объявленных на военном положении [4, с. 1].

В октябре 1914 г. в газетах появились сообщения о том, что Совет министров в ближайшее время обсудит представленный министром внутренних дел законопроект о ликвидации немецкого землевладения, который коснется не только иностранных подданных, но и потомков немцев, на протяжении нескольких поколений являвшихся российскими подданными [5, с. 5]. Это вызвало беспокойство не только у поселян-собственников. 25 октября в Симферополе состоялось совещание земских гласных Таврической губернии и предводителей дворянства. Было решено направить в Петроград особую «депутацию для представления правительству о тех вредных последствиях, которые могут произойти во всей экономической жизни края при форсированной ликвидации земель лиц немецкого происхождения» [6, с. 15].

Делегация в составе члена Государственной думы В. К. Винберга, члена Государственного совета С. С. Крыма, председателя Таврической губернской земской управы Я. Т. Харченко, А. А. Нестроева, Е. В. Рыбакова встречалась в Петрограде с председателем Совета министров И. Л. Горемыкиным, министрами А. В. Кривошеиным, Н. А. Маклаковым, И. Г. Щегловитым, министром финансов П. Л. Барком и государственным контролером П. А. Харитоновым. Н. Л. Горемыкин заверил, что законопроект «не касается частного владения, а будет иметь в виду лишь запрет расширения немецких колоний» [7, с. 15]. Делегацию успокоили обещанием, что Таврической губернии ликвидация почти не коснется. О результатах переговоров в Петрограде делегация доложила на совещании земских гласных в Симферополе 17 января 1915 г.

К началу Первой мировой войны в одном из трудов немецкого исследователя К. Штумпа приводятся данные о существовании на юге Украины 855 колоний [8].

В 1917 году немецкие колонии, поселения, хутора, принадлежащие сельским гражданам, делились таким образом: в Екатеринославской 233, Таврической 329, Херсонской 182, Черноморской 1, Бессарабской 89. Всего 834 колонии [9].

У немцев Таврической губернии в это время формируется большое частное землевладение. Его влияние на экономическую жизнь региона очень значительное. За подсчетами дореволюционного историка С. Д. Бондаря только среди менонитов Таврической губернии в 1915 году насчитывалось 45 собственников, которые имели более 1000 десятин земли каждый, 29 владений имели размеры от 500 до 1000 десятин, а 129 - от 100 до 500 десятин [10, с. 66].

Общие тенденции развития немецкого землевладения благоприятствовали его укреплению и широкому распространению на новые территории губернии. За общими подсчетами на начало 1916 г., 166 немецких и менонитских товариществ, владели в Таврической губернии не менее 367939 десятинами земли в 7 уездах губерний [11].

Немцы стали расценивать политику империи по отношению к себе как предательскую. Невозможность защиты культуры усугубилась принятием 1915 г. закона «О прекращении землевладения и землепользования австрийских, венгерских или германских выходцев в приграничных полосах». Распространение его действия в марте 1917 г. на всю территорию империи грозило немцам полным разорением.

В ходе войны немцев-колонистов видели как врагов, поэтому они обратились к общественности: «Как нам, местным немцам, доказать неверующим и не желающим верить в нашу искреннюю лояльность к откликам официальных административных лиц православного духовенства. Вы относитесь с определенным упреждением: нашим жертвованием, нашему патриотическому подъему, нашему заветному желанию лечь костьми за родную землю, которая напоила и выкормила нас, Вы отказываете в искренности и правдивости. Скажите же, в таком случае, что нам делать. Как нам действовать, чтобы даже слепые прозрели, а глухие - услышали? Поверьте, что нет такого задания, которое не могло быть выполнено нами так, как того требует обязанность перед Престолом, Отчизной и родной землей».

Но россияне верить этим словам не хотели, призывая к этому и украинцев, и представителей других народов «не верьте, не слушайте этих патриотических речей в пользу России находящихся у нас немцев, все это фальшь, и позорно для них такое самоунижение и самоуничижение. Мы не нуждаемся в их поддержке теперь, когда они чего-то боятся и такими приемами хотят усыпить наш гнев. Мы и без того их пальцем не тронем, мы не немцы, мы культурны, а поэтому не прибегайте швабы к привычному и родному вам лицемерию» [12, с. 61-62].

По сообщению в газете «Южные ведомости» выходившей в г. Симферополе, к началу мая 1915 г. в списки включили 2.551 подлежащее ликвидации владение общей площадью около 389.000 десятин. В числе владельцев были, кроме отдельных лиц, также группы, товарищества, общества и др. юридические лица. Данные к этому времени еще не полные, тем не менее, они проливают свет на структуру немецкого землевладения и землепользования, а также на размеры предстоявшей ликвидации недвижимости [13], табл. 1.

В Декларации «К населению Крыма» вопросы напрямую касались немецкого населения Крыма, в ней говорилось: «Безусловному возврату подлежат все земли и все имущество граждан Крыма немецкой национальности, подвергшиеся ликвидации во время военных действий против Германии и Австро-Венгрии. С этой целью организуется при Министерстве юстиции Комиссия, действующая на основании особой инструкции...» [14].

В Херсонском губернском управлении публичная продажа частновладельческих немецких земель состоялась в октябре-ноябре 1916 г. К декабрю продали около 80-ти имений, большинство из которых достались Крестьянскому банку. 11 января 1917 г. с публичных торгов проданы земли 13-ти колоний Одесского уезда [15, с. 8]. Это - дочерние колонии, образованные на купленных землях 70-е гг. XIX в. В течение зимы 1916-1917 гг. в Херсонской губернии продано свыше 100 тыс. дес. земли немцев-поселян [16, с. 113]. По распоряжению военных властей в пользу казны взяты земли, принадлежавшие расположенной близ Одессы немецкой колонии Люстдорф, известной как прекрасное место отдыха на Черном море.

Российские военные власти с началом Первой мировой войны стремились играть ведущую роль в вопросе выселения немцев из приграничных районов. В мае 1915 г. одесский генерал-губернатор, ссылаясь на приказ Верховного главнокомандующего, требовал «немедленно приостановить все сделки по продаже земель немцев-колонистов в частные руки и отменить совершенные уже в отношении продажи земель евреям [17, с. 326]. Подобное распоряжение вступало в противоречие с самими «ликвидационными законами», ибо они давали право немцам в указанные сроки отчуждать свое недвижимое имущество по добровольным соглашениям. Несомненно то, что «ликвидационными законами» 1915 г. подрывались основы экономического благополучия бывших немецких колонистов.

война антинемецкий колонист кампания

Таблица 1

* Отсутствующие данные

До 1 февраля 1917 г. в Таврической губернии продано 156 имений русскоподданных колонистов (63081 дес. 988 саж.), 90 проц. проданных немцами земель перешло к Крестьянскому банку. Множество газетных объявлений в 1917 г сообщало о продаже немцами земли. Так, например, 21 февраля проданы владения сельского общества при Шибань Сакской волости (ныне с. Победное Сакского района Крымской автономной республики) - 810 дес. со строениями и инвентарем за 125 400 руб., имение И. С. Боша при БахчиЭли (ныне северная часть Симферополя), Аджи-Эли Симферопольского уезда (ныне не существует) - 51 дес. со строениями и инвентарем за 7700 руб., имение X. П. Вейса при дер. Тау-Чуюнча Симферопольского уезда (ныне с. Урожайное Симферопольского района) - 75 дес. за 4900 руб., имение А. И. Пфейфер при Аргин (ныне с. Балки Белогорского района) - 85 дес. за 8300 руб. Эти земли приобрел Крестьянский банк. Участок И. Ф. Эбиндера при Мамашай (ныне с. Орловка Севастопольского горсовета) - 600 кв. саж. со строениями за 7060 руб. куплен Сервуленко; участок Ф. М. Вейтмана при дер. Сарчи-Кият (ныне территория Симферополя) - 468 кв. саж. со строениями за 320 руб. приставом Рихтером; усадьба А. Ф. Динцера при дер. Бахчи-Эли (северная часть Симферополя) [18, с. 97].

В отдельных районах региона близко расположенные немецкие и менонитские колонии создавали целые административно-территориальные единицы-волости. Удельный вес колонистского населения в них составлял от 70 до 100 %. К 1917 году таких колонистских волостей было более 40, из них 6 являлись менонитские, в остальных преобладало немецкое католическое и лютеранское население. На территории южных губерний Украины размещались многочисленные хутора и имения, купленные или основанные крупными и средними землевладельцами из числа колонистов.

Херсонская губерния была наиболее населенной колонистами юго-западнее Одессы та территории бывшего Гросс-Либентальского колонистского округа находился целый комплекс колоний. На север и северозапад от города располагались так называемые Кучурганские колонии. Северо-западнее Николаева образованы Березанские колонистские поселения.

Немало немцев-колонистов и менонитов населяло Екатеринославскую губернию. Здесь также образовано ряд колонистских волостей: в Екатеринославском уезде - 4, в Верхнеднепровском - 1, в Александровском - 3, Мариупольском - 3.

В Таврической губернии, включая Крым было 7 волостей, где проживали немцы-колонисты и менониты [19].

Основной сферой деятельности немецкого и менонитского населения юга Украины, накануне Первой мировой войны оставалось сельское хозяйство, колонисты заняли лидирующие позиции в аграрном секторе экономики региона.