Названия продуктов из зерновых растений и наименования деятелей: историко-словообразовательный аспект
С.Г. Шейдаева
В статье на материале памятников деловой письменности XVI - начала XVIII вв. рассматриваются парадигматические и синтагматические отношения слов, входящих в лексико-семантическое поле «Зерновые растения и продукты из них». Описан ряд производных слов, соотносящихся со словом хлеб, проанализированы словообразовательные цепочки с исходными наименованиями хлебных злаков (рожь, пшеница, овес, ячмень, гречиха, просо) и пищевых продуктов из них (мука, крупа, каша, толокно, кисель и др.). В составе каждой словообразовательной парадигмы анализируются также наименования лиц (хлебник, овсяник и др.) и производные от них имена собственные (Хлебник, Хлебников, Овсяник, Овсяников и др.). В синтагматическом аспекте рассмотрены контекстуальные связи существительных (названий видов зерна и продуктов из него) с прилагательными и глаголами. Выявлены словообразовательные ряды с исходными глаголами молотить и молоть, компоненты которых отражают разные этапы переработки зерна (обмолотить, умолотить, перемолотить, вымолотить, смолотить; смолоть, перемолоть, намолоть). В связи с тем, что зерновые культуры использовались также и в производстве напитков, проанализированы номинативные единицы, связанные с технологиями пивоварения и винокурения. Это наименования исходных материалов (солод, сусло и др.), названия производственных процессов (варить, курить, сидеть, гнать), профессиональных деятелей (солодовник, пивовар, винокур и др.) и имена собственные, образованные на их основе (Солодовник, Солодовников, Пивовар, Пивоваров и др.). В процессе лингвистического анализа производных лексических единиц в памятниках русской письменности были выявлены устойчивые смысловые переходы от сферы «Природа» (растения) через сферу «Общество» (профессия) в сферу «Человек» (личное имя).
Ключевые слова: историческое словообразование; названия видов зерна; термины винокурения и пивоварения; «профессиональные» фамилии.
S.G. Sheidayeva
THE NAMES OF PRODUCTS MADE OF GRAIN CROPS AND THE WORK-RELATED NAMES OF DOERS: HISTORICAL WORD-FORMATION ASPECT
This article considers paradigmatic and syntagmatic relations of words included in the lexico-semantic field `Grain Crops and Products Made of Them" as exemplified in the business- and work-related written records which date back to the 16th- the early 18th centuries. It describes a number of derivative words that are associated with the word khleb [bread] and examines word-formative chains with the initial names of bread grains (rozh ' [rye], pshenitsa [wheat], oves [oats], yachmen ' [barley], grechikha [buckwheat], proso [millet]) and food products made of them (muka [flour], krupa [cereal], kasha [porridge], tolokno [oat flour], kisel' [kisel], etc.). This article analyzes the work-related names of doers (khlebnik [a baker/ a grain merchant], ovsyanik [an oat seller], etc.) and the proper names derived from them (Khlebnik, Khlebnikov, Ovsyanik, Ovsyanikov, etc.) within the structure of each word-formation paradigm. Relations between nouns (names of grain types and products made of them) and adjectives or verbs in the context have been reviewed in respect of the syntagmatic aspect. We have revealed the word-formation rows with the initial verbs molotit' [to thresh] and molot' [to grind] which components reflect different stages of grain processing (obmolotit' [to shell], umolotit ' [to thresh/to beat], peremolotit' [to thresh all], vymolotit' [to thresh out], smolotit' [to thresh/to flail]; smolot' [to mill], peremolot' [to grind again], namolot' [to grind a quantity of]). Due to the fact that grain crops were also used in the beverage industry, we have examined the nominative units connected with brewing and distillation technologies, too. They are the names of the raw materials (solod [malt], suslo [wort], etc.), the names of the production processes (varit' [to brew], kurit' [to distill over], sidet' [obsolete: to distil], gnat' [to distil]), the work-related names of doers (solodovnik [a maltster], pivovar [a brewer], vinokur [a distiller], etc.) and the proper names formed on their basis (Solodovnik, Solodovnikov, Pivovar, Pivovarov, etc.). Having applied the linguistic analysis to the derived lexical units found in the Russian written records, we have discovered stable semantic transitions from the sphere of `Priroda' (rasteniya) [nature (plants)] to the sphere of `Chelovek' (lichnoye imya) [a man (a personal name) through the sphere of `Obshchestvo' (professiya) [a society (a profession)].
Keywords: historical word-formation; names of grain types; distillation and brewing terms; `profession-related' surnames.
Среди зерновых растений особое место в истории человечества занимают хлебные зерновые культуры, возделываемые ради зерна, которое употребляется в пищу. Слово хлЪбъ в древнерусском языке использовалось в семантически связанных между собой значениях «хлебные злаки», «зерно» и «продукт из зерна». В этимологическом словаре под редакцией О. Н. Трубачева указаны следующие значения этого слова в древнерусском языке: «хлебное растение, хлеб на корню» (1403 г.), «хлеб зерновой» (1123), «хлеб печеный» (1073), «кушанье, угощенье» (1437), «пропитание, продовольствие» (1365) [50. В. 8. С. 28].
В деловых памятниках русской письменности XVII в. слово хлеб нередко используется как родовое наименование в сочетании с уточняющими его видовыми, например: «яровому хлебу овсу», «хлебу овсу и пшенице», «хлебу ржи», «мнстрскому хлебу овсу пшенице гороху», «мнстрьскому хлебу овсу и ячмени и гороху» [23. С. 37-68] (орфография примеров здесь и далее упрощена). Словом хлеб называли не только пищевой продукт, но также «зерно» или «хлебные злаки» [19].
В то же время название лица по его отношению к хлебу - хлебник соотносилось исключительно с понятием печёного изделия. Это человек, который выпекал и продавал хлеб, а также владелец хлебных и калачных заведений, например: «Артем Павлов сын хлебник» (1645) [1. С. 120], «хлебника Якова Иванова» (1704) [24. С. 108]. Уже в древнерусский период это слово оказалось вовлеченным в сферу имен собственных: сначала появляется прозвище по профессии - Хлебник (1607, Тупиков) [50. В. 8. С. 29], затем патроним (именование по прозвищу отца), от которого впоследствии формируется фамилия Хлебников. Показательный контекст находим в работе К.Н. Сербиной: «Прокопий и Михаил Исаковы дети Хлебниковы торговали кожей и мехом, отец же их был Иван-хлебник» [38. С. 293]. Хлебниковыми были, например, купцы из Торжка в XVII-XVIII вв. [11]. С.И. Котков отмечал, что необыкновенно продуктивным был «в XVI-XVIII вв. процесс формирования прозвищных наименований людей по ремеслу, производственным занятиям» [16. С. 213].
Слово хлТбникь изначально представляло собой производное с суффиксом -ик от прилагательного *хлїбьнь [50. В. 8], но в XV-XVII вв. «в результате морфологического переразложения основ выделяется суффикс -ник, и существительные на -ник устанавливают словообразовательные отношения в теми именами, которые были производящими для прилагательных на -ный» [33], появляется «соотнесенность непосредственно с названиями предметов от которых зависит их семантика, то есть, с теми существительными, которые являются производящими по отношению к образованиям на -ьн» [20. С. 172]. В связи с этим соотношения между единицами словообразовательной цепочки, восходящей к слову хлеб, для старорусского периода можно представить следующим образом: хлеб > хлебник > Хлебник > хлебников (сын) >Хлебников (здесь и далее даем графически укороченную схему, в которой последний компонент не подразделяется на исторически следующие друг за другом омонимы - патроним и фамилию). Это один из вариантов универсальной схемы производства имен собственных от нарицательных: «название объекта труда > наименование лица по данному объекту > профессиональное прозвище > притяжательное прилагательное > имя собственное».
В лексико-семантическом поле «Зерновые растения и продукты из них» эта схема представлена разными словообразовательными цепочками, в основе которых лежит название того или иного вида зерна - рожь, пшеница, овес, ячмень, гречиха, просо и др. Далее рассмотрим их на материале памятников русской деловой письменности XVI-XVII вв. [1; 2; 23; 24; 26; 27; 47], в некоторых случаях привлекаются факты из памятников XV и XVIII вв. [2; 24; 25; 37; 46]. Использовались также данные лингвистических исторических словарей [39, 40, 42, 43].
Рожь с основания Руси составляла важнейшее средство продовольствия населения; летописец Нестор упоминал о ржаном хлебе как повседневной пище печерских монахов [34]; пример из делового текста XVII в.: «ужину и умолоту и посеву ржаному хлебу» [23. С. 32]. Существовала поговорка «Хлебец ржаной - отец наш родной» [48]. Словообразовательная цепочка здесь следующая: рожь > ржаник «торговец рожью» [4. С. 112] >Ржаник >... > Ржаников. Примеры из текстов конца XVI- XVII в.: «полосаржы» [1. С. 50], «ржи умолотил тысечу» [25. С. 89], «место лавочное пусто Иванка ржаника», «Поспелу Семенову сыну,ржанику», «Степанко Григорьев сынъ Ржаниковъ» [42. В. 22].
Пшеница также занимала в России одно из самых важных мест среди хлебных растений, «но не по внутреннему ее потреблению, а как продукт вывозной, так как большая часть народонаселения России питалась хлебом ржаным, а не пшеничным» [32]. Пример из памятника письменности XVII в.: «вымолотили пшеницы» [23. С. 35]. Прилагательное пшеничный, на основе которого в древнерусском языке было образовано существительное со значением лица пшеничник, входило в состав словосочетания, обозначавшего род занятий, - торговлю пшеницей: купьци пьшеничьнии (XIV в.) [42. В. 21]. Слово пшеничник восстанавливается по многочисленным фиксациям антропонима Пшеничников в XVII в., хотя в рассмотренных нами текстах и словарях оно не отражено (здесь и далее восстановленные производные единицы обозначаем «звездочкой» - *). Словообразовательная цепочка следующая: пшеница > *пшеничник > *Пшеничник >... > Пшеничников. В памятниках письменности XVII в. Пшеничниковым (Пшенишниковым) именовался, например, посадский староста [1], а также усоль- ский житель [47], в XVIII в. - купец в Царево-Кокшайске [8. С. 219] и др.
Овёс был также «самым обыкновенным культурным злаком», хотя в пищу зерно овса употреблялось меньше и шло на корм «рогатому скоту и лошадям» [22. С. 659], например: «кормятца, займу- чись, овсяным хлебомъ» (1676) [42. В. 5. С. 204], В памятниках русской письменности отражена следующая цепочка: овес > овсяник («делал из овса муку, крупу») >Овсяник >... > Овсяников. Примеры из текстов: «а ужали гсдне того овса полтретя ста копен» (XVI в.) [25. С. 89], «а овес, гсдрь, добръ» (1626) [42. В. 12], «Матюшка Загоска овсяник» (1671) [21. С. 163], «Ивану Федорову сыну Овсянику» (1589) [42. В. 10. С. 66], «Фетки Овсяникова пашни паханые наездом» (1612) [23. С. 8]. Овсяниковыми были купцы из Твери и Торжка в XVII-XVIII вв. [11] и др.
Ячмень - это тоже одно из главных хлебных растений; он использовался и как пищевой продукт, и как материал для пивоварения, и на корм скоту [51], хотя в целом «ячмень в России мало разводился» [36. С. 464]. Последний факт отразился на укороченной цепочке производных слов в части имен собственных. В то же время от существительного ячмень было образовано целых три прилагательных - ячменный, ячный, ячневый, сочетаемость которых несколько отличалась, например: «ячменная мука», но «ячневая крупа»; ячневый - значит сделанный из раздробленных зерен ячменя [48]. В памятниках письменности встречаем следующие факты: «ячменю десят копен» (1593) [26. С. 28], «и тот ячмень перемолочен» (1697) [19. С. 64], «в клети десять бочек солоду ячного»(1577) [2. С. 101], «солоду яшного самого доброго» (1722) [24. С. 55].
Просо гораздо реже перемалывалось в муку для приготовления хлеба или шло на винокурение [31]. Зерно проса в «обрушенном виде» называется пшено; приспособлением для обдирания пленок с зерна («рушения») служила просорушка. Примеры из памятников письменности: «да три четверти просу» (1593) [26. С. 25], «в гумне ...проса стожекъ» (1641) [42. В. 21], «по чашке крупъ просяныхъ» (1691) [42. В. 22], «да в той же барке сыпано пшено» (1634), «вели у Максима у ключника пшенки по- прошати» (XIV в.), «каша пшенная» (XVI в.), «со пшенои и мучнои продажи» (1646) [42. В. 21].
Слово пшено было образовано от глагола пьхати в значении «толочь, пихать», например: «пшеница сушима, пхома и мелема» [42. В. 15. С. 39]. В памятниках письменности пшеном называется не только крупа проса, но также иногда крупа из пшеницы и риса. Как известно, рис в прошлом устойчиво именовался пшеном сорочинским [46. С. 393] или срачинским, срацинским, а также белым пшеном. В отличие от него крупа проса - это пшено желтое или русское [42. В. 21]. Показательно, что словообразовательная цепочка со словом просо в рассмотренных памятниках не представлена, но зато фиксируются цепочки со словами пшено и пшенка (зерно): пшено > *пшенник > *Пшенник >... > Пшенников; пшенка > Пшенка (личное имя) >Пшенка (патроним). Примеры из текстов: «двор Пшенки Кафтирова» (1541) [42. В. 21], «с Васки Пшонки взято дватцать восмь алтын» (1619) [42. В. 21], Пшенниковым был устюжский купец XVIII в. [46. С. 393].
Греча, гречиха, гречка (греческая пшеница, гречуха) - хлебное и медоносное растение, семена которого идут в пищу человека и отчасти животных; муку или крупу получают после обдирки [10]. Примеры из памятников письменности XV-XVII вв.: «высеяно ...манастырские гречи восмь четвертеи» [23. С. 34], «двесте четвертеи гречихи» [26. С. 89], «полкоробьи гречки» [42. В. 4], «осенью поспевающие горохи, ячмени и гречухи» [43. В. 5], «круп гречневых» [27. С. 32], «круп грешневых» [23. С. 85], «муки гречишныя», «а каша овсяная, или грешневая, или ячная, или иная какову хочешь» [42. В. 4]. Торговцев изделиями из гречневой муки называли по-разному - гречишник, гречневик, гречушник и др., например: «Бориска Федорова гречишника оброку 4 алтыны» (1587), «место тяглое Илейки да Фетка гречневни- ковъ» (1586), «и гречневиковъ, и гороховниковъ ... и всяких людей, которые торгуют мелкими товары, велели с Большой улицы и съ площади сослать» (1626), «Двор Ивашка гречушника» (1646) [42. В. 4].
Горох - растение зернобобовое, но в текстах XVII в. оно упоминается в одном ряду с другими хлебными растениями, часто с уточнением - «монастырский хлеб». Как и зерновые растения, горох засевался в полях, давал зерно для пищи и солому для скота, из него готовили каши и кисели, например: «тот горох вес обмолочен» (1697) [23. С. 61], «кормить скотину пареною рожью осыпая немного гороховой муки» [43. С. 180], «даны места гороховникомъ по лавочной сажени безъ четверти» (1626), «во дворе Микита Назарев гороховик» (1668) [42. В. 4]. Гороховник, гороховик - тот, кто торгует горохом.
Весь рассмотренный выше материал отразим в следующей таблице, где по горизонтали расположены словообразовательные цепочки, а по вертикали - словообразовательные ряды:
Хлеб
Рожь
Пшеница
Овёс
Ячмень
просо,
пшено
греча, гречиха Горох
хлебник
ржаник
*пшеничник
овсяник
*пшенник
гречишник
гороховик
Хлебник
Ржаник
*Пшеничник
Овсяник
*Пшенник
Хлебников
Ржаников
Пшеничников
Овсяников
Пшенников
В данном случае прозвища по профессии создаются на основе нарицательных названий лиц путем семантического способа словообразования, то есть без изменения фонетической оболочки производящего: хлебник > Хлебник, ржаник > Ржаник и т.д. В связи с этим возникают проблемы с идентификацией в памятниках письменности производящих и производных единиц. Последующее образование от прозвища фамилии происходило через притяжательное прилагательное (Хлебник > хлебников > Хлебников), и проблема идентификации в паре «прилагательное на -ов / имя собственное
(существительное) на -ов» также остается, поскольку сема принадлежности к семье сохраняется, а наличие в обоих случаях форманта -ов ничего не проясняет.
Словообразовательный ряд хлебник, ржаник, овсяник, гречишник, гороховик представляет собой совокупность производных разных словообразовательных цепочек на одной и той же ступени образования; идентифицирующим компонентом является общий суффикс лица -ник, а дифференцирующими - разные производящие основы, по которым и происходит противопоставление.
Парадигматической общности всех, отраженных в таблице единиц, соответствуют одинаковые или схожие связи и отношения на синтагматическом уровне. «Слово одновременно и прикреплено к контексту, и находится в деривационных отношениях с производящим для него словом» [12. С. 135]. Двумя основными линиями являются здесь сочетания с названиями продуктов мука и крупа и глаголами молотить и молоть, обозначающими способы их получения. Зерновые растения молотили, то есть выколачивали зерна из колосьев (глагол молотить этимологически возводят к существительному молот), затем их мололи (<*melti), то есть размельчая, зерна превращали в муку.