Много проблем в судебной практике всегда возникало в связи с необходимостью осуществления судебного контроля за исполнением анализируемой принудительной воспитательной меры. Возможности суда здесь ограниченны. Например, подростку, неоднократно без разрешения администрации покидающему СУВУЗТ, суд не вправе заменить данную меру уголовным наказанием. На практике это приводит к негативным последствиям, формируя у таких несовершеннолетних асоциальные установки и чувство безнаказанности. Наличие подобных проблем позволило поставить в отдельных исследованиях вопрос о возможности разрешения судом в порядке исполнения приговора вопросов, как улучшающих положение несовершеннолетнего осужденного (замена нахождения в СУВУЗТ более мягкой принудительной мерой воспитательного воздействия), так и ухудшающих его (замена принудительной меры воспитательного воздействия уголовным наказанием) [23, с. 349].
Предусмотренная ч. 4 ст. 432 УПК РФ возможность досрочного прекращения пребывания несовершеннолетнего в СУВУЗТ по медицинским основаниям не переходит в плоскость практической реализации, так как законодатель предусмотрел значительные временные интервалы для обращения с соответствующим ходатайством, на нормативном уровне не разрешил вопрос с повторным медицинским освидетельствованием несовершеннолетнего, самовольно прекратившим свое пребывание в учреждении. несовершеннолетний осужденный воспитательный
Помещение несовершеннолетнего осужденного в СУВУЗТ не является самоцелью, а должно обеспечивать решение целого комплекса задач, связанных с его ресоциализацией, обучением, вторичной и третичной профилактикой правонарушений. Эти цели закономерно коррелируют с целями ювенального уголовного судопроизводства, итогом которого и может быть разрешение уголовно-правового конфликта без назначения виновному несовершеннолетнему уголовного наказания.
Безусловно, осуществление судом полноценного контроля за применением особой принудительной воспитательной меры, которой является направление в СУВУЗТ в порядке исполнения приговора, представляется фактически невыполнимым. Решению данной проблемы могло бы способствовать создание служб пробации. Во многих современных государствах накоплен достаточный опыт функционирования таких служб, в том числе и специализирующихся на несовершеннолетних правонарушителях. Сотрудники данных служб решают целый спектр задач, связанных не только с контролем за выполнением несовершеннолетним назначенной ему воспитательной программы, но и с оказанием ему содействия в реинтеграции в общество [24]. Применительно к России создание служб пробации пока только остается концептуальной задачей, поскольку разработанный Федеральной службой исполнения наказания проект соответствующего федерального закона не получил поддержки отечественного законодателя.
В таких условиях разумной представляется инициатива Верховного Суда РФ по исключению вопросов, связанных с пребыванием несовершеннолетнего в СУВУЗТ, из уголовно-процессуального производства с последующим их перемещением в плоскость административного судопроизводства. Подготовленные Верховным Судом РФ законопроекты предполагают внесение соответствующих изменений как в Уголовно-процессуальный кодекс РФ, так и в иные федеральные законы. Позитивными последствиями таких изменений станет освобождение российского уголовного процесса от необходимости разрешать вопросы, по сути своей не являющиеся уголовно-процессуальными, а также создание единого административного порядка разрешения таких вопросов применительно как к несовершеннолетним осужденным, так и к несовершеннолетним, помещенным в СУВУЗТ в связи с совершением уголовно наказуемого деяния до наступления возраста уголовной ответственности.
В то же время реализация указанной инициативы потребует очень точной работы законодателя по снятию рисков трансформации административной процедуры рассмотрения вопросов, связанных с пребыванием несовершеннолетнего в СУВУЗТ, в разновидность уголовного преследования, например при необходимости вернуть сбежавшего подростка. К сожалению, в отношении Российской Федерации в 2016 г. уже было вынесено решение Европейским Судом по правам человека по делу «Блохин против России» Дело «Блохин (Blokhin) против Российской Фе-дерации» (жалоба № 47152/06) : постановление ЕСПЧ от 23 марта 2016 г. // Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2016. № 12., в котором ЕСПЧ признал, что помещение несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних содержало в себе все признаки уголовного преследования. Необходимость качественной законодательной работы в этой связи очевидна, поскольку по каждому рассматриваемому делу ЕСПЧ анализирует нормы примененного национального законодательства [25].
Перевод вопросов, связанных с пребыванием в СУВУЗТ, в административное судопроизводство, логично вписывается и в общую тенденцию к снижению карательной составляющей в деятельности подобных учреждений и переходу к более конструктивным формам работы с несовершеннолетними правонарушителями. Еще в 2012 г. в докладе, подготовленном ЮНИСЕФ по результатам обобщения практики деятельности воспитательных учреждений для несовершеннолетних правонарушителей в Казахстане, Киргизии, Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане, было признано, что спецшколы могут предоставить ценные услуги детям с поведенческими проблемами, но усилия государств должны быть направлены на создание условий для получения несовершеннолетними таких услуг по месту жительства Правосудие в отношении несовершеннолетних в странах Центральной Азии. Достижения и проблемы в ходе реформ в Казахстане, Кыргызстане, Таджикиста-не, Туркменистане и Узбекистане. URL: https://www. refworld.org.ru/docid/5638c8354.html..
Преимущества воспитательных мер, назначенных несовершеннолетнему правонарушителю и не предусматривающих его изоляции, подтверждаются и зарубежными исследователями, справедливо указывающими на необходимость решения важнейшей задачи -- интеграции таких несовершеннолетних в общество [26]. В отдельных работах с отсылками на значительный эмпирический материал наглядно демонстрируется роль отделения несовершеннолетнего от близкого ему социального окружения в последующей его криминализации [27]. Однако необходимо учитывать тот факт, что суды чаще всего направляют в СУВУЗТ тех несовершеннолетних осужденных, которые до этого воспитывались в крайне неблагополучной, маргинальной среде, оставление в которой будет иметь для несовершеннолетнего не менее негативные последствия.
В заключение отметим следующее. Российское уголовное судопроизводство в отношении несовершеннолетних имеет воспитательную направленность и допускает разрешение уголовно-правого конфликта с участием такого субъекта без применения мер уголовной репрессии.
Направление несовершеннолетнего в СУВУЗТ является специфичной принудительной мерой воспитательного воздействия, ориентированной, с одной стороны, на изоляцию и установление ограничений для лиц, совершивших преступление средней тяжести или тяжкое, с другой -- на их ресоциализацию, обучение, профессиональную подготовку.
Процессуальный механизм направления несовершеннолетнего в СУВУЗТ требует своего совершенствования. Здесь перспективными видятся два направления. Во-первых, это «освобождение» уголовного процесса оттех вопросов, которые могут быть разрешены без применения тяжеловесного и дорогостоящего уголовного судопроизводства. В частности, это перенос вопросов, связанных с пребыванием несовершеннолетнего в СУВУЗТ, в сферу административного судопроизводства с установлением дополнительных гарантий прав несовершеннолетних в таком производстве. Во-вторых, это детализация в рамках собственно уголовного процесса процедуры постановления обвинительного приговора в отношении несовершеннолетнего с освобождением его от наказания и направлением в СУВУЗТ. Такая детализация предполагает внесение изменений в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство и подразумевает закрепление в нормах материального права принципа исключительности направления несовершеннолетнего в СУВУЗТ при невозможности освобождения его от уголовного наказания с применением более щадящей принудительной меры воспитательного воздействия; назначение судебно-психологической экспертизы, целью которой является получение заключения эксперта, содержащего рекомендацию по выбору вида учреждения для несовершеннолетнего, и, соответственно, закрепление за судом права определять в приговоре вид учреждения; закрепление права и обязанности суда установить в приговоре те ограничения, которым должен подвергаться несовершеннолетний в период пребывания в СУВУЗТ, что позволит в лучшей степени обеспечить защиту прав воспитанников и индивидуализацию педагогической деятельности.
В целом проблемы, связанные с направлением несовершеннолетнего в специальное учебно-воспитательное учреждение, требуют комплексного решения и предполагают не только реформирование законодательства, но и качественное реформирование самих учреждений, с тем чтобы они могли обеспечить интеграцию несовершеннолетнего правонарушителя в общество.
Список использованной литературы
Ишигеев В.С. Современная система наказаний в России и пути повышения их эффективности / В.С. Ишигеев // Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и права. -- 2011. -- № 4. -- С. 16-20.
Корягина С.А. Анализ динамики состояния и структуры региональной преступности несовершеннолетних / С.А. Корягина // Российский следователь. -- 2007. -- № 10. -- С. 15-18.
Юзиханова Э.Г. Статистические показатели и тенденции преступности несовершеннолетних в новейшей России /
Э.Г. Юзиханова // Юридическая наука и правоохранительная практика. -- 2014. -- № 4 (30). -- С. 82-88.
Шестакова Е.В. Роль центров временного содержания несовершеннолетних правонарушителей и специальных учебно-воспитательных учреждений закрытого типа в системе профилактики правонарушений / Е.В. Шестакова // Юридическая наука и правоохранительная практика. -- 2017. -- № 4 (42). -- С. 200-206.
Пудовочкин Ю.Е. Ответственность несовершеннолетних в уголовном праве: история и современность / Ю.Е. Пудо- вочкин. -- Ставрополь : Изд-во СГУ, 2002. -- 256 с.
Корягина С.А. Роль ювенальной политики в предупреждении преступности / С.А. Корягина // Ювенальная юстиция и проблемы защиты прав несовершеннолетних : материалы междунар. науч.-практ. конф., 23-25 сент. 2009 г. -- Улан-Удэ, 2010. -- С. 55-57.
Николюк В.В. Решение судом вопросов, связанных с направлением несовершеннолетнего в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа: уголовно-процессуальные и организационно-правовые проблемы /
В. Николюк, Е.В. Марковичева. -- DOI: 10.17223/15617793/428/31 // Вестник Томского государственного университета. -- 2018. -- № 428. -- С. 230-235.
Juvenile Justice: A Guide to Theory, Policy and Practice / S.M. Cox, J.M. Allen, R.D. Hanser, J.J. Conrad. -- Los Angeles : SAGE Publicatons, 2010. -- 467 p.
Скрипченко Н.Ю. История становления и развития законодательства, регулирующего помещение несовершеннолетнего в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа / Н.Ю. Скрипченко // Право и образование. -- 2014. -- № 10. -- С. 150-159.
Синова И.В. Воспитательно-исправительные заведения для несовершеннолетних на рубеже XIX-XX веков / И.В. Синова // Общество. Среда. Развитие. -- 2012. -- № 1. -- С. 55-59.
Смирнова Т.М. Детские дома и трудколонии: Жизнь «государственных детей» в советской России в 19201930-е гг. / Т.М. Смирнова // Вестник РУДН. Сер.: История России. -- 2012. -- № 3. -- С. 16-38.
Турэ де Куси Ф. Воспитательное воздействие в системе правосудия по делам несовершеннолетних во Франции / Ф. Турэ де Куси // Вопросы ювенальной юстиции. -- 2008. -- № 3. -- С. 13-15.
13.Shoemaker D.J. International Handbook on Juvenile Justice / D.J. Shoemaker. -- Westport : Greenwood Publishing Group, 1996. -- 327 p.
Young S. Juvenile Delinquency, Welfare, Justice and Therapeutic Interventions: A Global Perspective / S. Young, B. Greer, R. Church. -- DOI: 10.1192/pb.bp.115.052274 // BJPsych Bulletin. -- 2017. -- Vol. 41, iss. 1. -- P. 21-29.
Корягина С.А. Практика применения принудительных мер воспитательного воздействия / С.А. Корягина // Академический юридический журнал. -- 2007. -- № 1 (27). -- С. 35-42.
Кара С.В. Некоторые аспекты правовой природы помещения несовершеннолетнего в специальные учебно-воспитательные учреждения закрытого типа / С.В. Кара // Вестник Брянского государственного университета. -- 2013. -- № 2. --
142-145.
Звечаровский И.Э. Постановление обвинительного приговора без назначения наказания (ст. 92 УК РФ) / И.Э. Зве- чаровский // Уголовное право. -- 2016. -- № 2. -- С. 35-39.
Горобцов В.И. О совершенствовании правового регулирования принудительных мер воспитательного воздействия / В.И. Горобцов // Актуальные проблемы теории уголовного права и правоприменительной практики : сб. науч. тр. -- Красноярск, 2003. -- С. 57-65.
Стяжкина С.А. Уголовная ответственность несовершеннолетних: понятие, содержание и форма реализации / С.А. Стяжкина, Л.В. Ложкина // Вестник Удмуртского государственного университета. Сер.: Экономика и право. -- 2005. -- № 2. -- С. 19-26.
Корягина С.А. Актуальные проблемы назначения принудительных мер воспитательного воздействия / С.А. Корягина // Сибирские уголовно-процессуальные и криминалистические чтения. -- 2017. -- № 1 (15). -- С. 82-88.
Новиков Р.В. Институт применения принудительных мер воспитательного воздействия к несовершеннолетним нуждается в совершенствовании / В.В. Новиков // Вопросы ювенальной юстиции. -- 2007. -- № 5. -- С. 26-29.
Коблева М.М. Помещение несовершеннолетнего в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа в контексте международно-правовых стандартов обращения с несовершеннолетними правонарушителями / М.М. Коблева // Российское правосудие. -- 2014. -- № 9. -- С. 81-92.
Качалов В.И. Производство по исполнению итоговых судебных решений в российском уголовном процессе : дис. ... д-ра юрид. наук : 12.00.09 / В.И. Качалов. -- Москва, 2017. -- 492 с.
Umamaheswar J. Bringing Hope and Change: A Study of Youth Probation Officers in Toronto / J. Umamaheswar. -- DOI: 10.1177/0306624X12445986 // International Journal of Offender Therapy and Comparative Criminology. -- 2012. -- Vol. 57, № 9. -- P. 1158-1182.
Качалова О.В. Правовые позиции Европейского суда по правам человека: уголовно-процессуальный аспект / О.В. Качалова // Российское правосудие. -- 2015. -- № 4 (108). -- С. 98-103.