Дивизия в составе 4-й Гвардейской Армии 3-го Украинского фронта вела боевые действия по освобождению Венгрии от немецко-фаши- стских захватчиков, проявлявших завидное упорство и стремление любой ценой задержать наступление войск фронта. Представление комбата И.А. Рапопорта руководству полка было коротким. Иван Иванович Голод, выяснив, что Иосиф Абрамович участвовал во многих боях в составе 62-й гвардейской стрелковой дивизии и прошел школу офицера штаба, приказал немедленно вступить в командование 1-м батальоном. Мне, начальнику штаба полка, командир полка приказал собрать офицеров полка и представить им нового комбата. Для уяснения обстановки на фронте не требовалось много времени. Полк продолжал наступать. Боевые задачи ставились весьма конкретные. Взаимная связь с полком вынуждала знать все, что делается перед фронтом батальона.
Опервом значимом боевом эпизоде хочу рассказать подробнее.
Вначале декабря 1944 г. задача дивизии состояла в том, чтобы преследовать отходящего противника в направлении венгерского города Шиодок, с ходу форсировать канал Шио, захватить переправу и город Мезекомаром. Как известно, преследование противника осуществляется не фронтовым наступлением, а действиями передовых отрядов по отдельным направлениям. Такой отряд в 29-ом полку был создан в составе 1-го батальона, двух артиллерийских полковых батарей (45 и 76 мм)
иотделения саперного взвода. Отряд возглавил капитан И.А. Рапопорт. Для поддержания устойчивой связи с передовым отрядом по распоряжению начальника штаба дивизии полковника Н.Н. Гладкова была выделена радиостанция на автомашине, следовавшей в голове 29-го полка.
Передовой отряд приступил к выполнению боевой задачи на рассвете 3 декабря. Под прикрытием темноты, обойдя промежуточный оборонительный рубеж севернее Тамаши, отряд скрытно двигался в ротных колоннах. Отряд должен был избегать встреч с крупными арьергардными группами противника. Однако гвардейцам-десантникам пришлось четырежды вступать в бой с подразделениями прикрытия, которые тщетно пытались задержать продвижение отряда. Меткий огонь 45 и 76-мм орудий и стремительная атака головной походной застав, а когда требовалось
иглавных сил, вынуждали противника отходить.
В18 часов 3 декабря передовой отряд, возглавляемый И.А. Рапопортом, сосредоточился в роще, километрах в двух южнее населенного пункта Сабадхидвег. Командир отряда сразу же выслал вперед разведку с задачей уточнить, каковы силы врага в населенном пункте и уцелели ли переправы через канал Шио в районе г. Мезекомаром. Спустя два часа командир разведгруппы сержант Ульянов донес, что противника в Сабадхидвеге нет, железнодорожный мост через канал Шио сохранился, но мост охраняется силами до роты противника. Не теряя ни минуты, командир отряда с командирами рот и батарей произвел рекогносцировку в районе северо-восточной окраины Сабадхидвега, после которой принял решение - ночью внезапно атаковать противника, захватив мост, и, развивая наступление, овладеть городом Мезекомаром. Задачи рот были предельно четко поставлены комбатом: 3-я рота под командованием старшего лейтенанта И. Юткина наступала первой и должна
39
была стремительным броском захватить мост целым и невредимым, затем, пропустив другие подразделения отряда, наступать на северо-вос- точную окраину г. Мезекомарома. 1-я рота старшего лейтенанта С. Суханова имела задачу закрепить успех, 2-й роте старшего лейтенанта Н. Мухина после переправы через мост предназначалось наступать на юго-восточную окраину города.
Стремительность действий обеспечила первый успех - мост без потерь с нашей стороны был захвачен десантниками. Тем не менее фашистские саперы все уже успели поджечь бикфордов шнур, подведенный к помещенным под мостом зарядам. Еще миг - и мост взлетел бы на воздух. Увидев горящий шнур, командир саперного отделения сержант А.В. Пирожок, бывший донецкий шахтер, рискуя жизнью, бросился к нему и успел предотвратить взрыв. Позже Иосиф Абрамович уточнил, что взрывной заряд состоял из 250 кг авиационных бомб и тонны тротила.
Переправившись на северный берег канала, подразделения передового отряда продолжали наступление. Когда 1-я рота проходила к железнодорожной станции, командир роты старший лейтенант С. Суханов заметил вражескую артиллерийскую батарею, развернутую на огневой позиции. Решение созрело мгновенно - под прикрытием пулеметного огня обойти батарею и обрушиться на нее с флангов и с тыла. Гвардейцы атаковали настолько внезапно, что фашистские артиллеристы не успели произвести по ним ни одного выстрела. Десантники захватили четыре 105-мм пушки и большое количество боеприпасов. А уже через два часа артиллеристы передового отряда из трофейных орудий открыли огонь по контратакующему противнику. В результате решительных и смелых действий передового отряда капитана И.А. Рапопорта Мезекомаром был освобожден.<...>За эту операцию 52 десантника были награждены орденами и медалями. Капитан И.А. Рапопорт получил орден Суворова III степени.
После тяжелого ранения в конце декабря 1944 г. капитан И.А. Рапопорт, потерявший левый глаз, не долечившись, возвратился в свою родную дивизию. Командовать батальоном ему было трудно, хотя он очень просился назначить его на прежнюю должность. Командование предложило ему возглавить Оперативный отдел штаба дивизии, которая вела в это время боевые действия на территории Австрии на венском направлении. 2-го апреля был освобожден г. Эйзенштадт. Важнейшей задачей 7-й воздушно-десантной дивизии было неотступное преследование противника, чтобы не дать ему возможность закрепиться на рубеже юго-восточнее Вены. Для выполнения этой задачи командир дивизии полковник Д.А. Дрычкин решил создать передовой отряд в составе 1-го батальона 29-го полка, 8-го самоходного артиллерийского дивизиона и взвода саперов. Командиром был назначен И.А. Рапопорт. Так Иосиф Абрамович через три месяца вновь встретился с офицерами и солдатами батальона, с действиями которого были связаны успешные бои на венгерской земле.
Передовой отряд должен был выйти на подступы к австрийской столице, захватить рубеж обороны и удерживать его до подхода главных сил. Передовой отряд, выполняя поставленную задачу, при подходе к населен-
40
ному пункту Шютцену, что западнее г. Эйзенштадт, встретил упорное сопротивление. Здесь у противника проходил заранее подготовленный рубеж обороны, имеющий инженерные укрепления: траншеи, противотанковый ров и минное поле. Нужно было искать возможности для обходного маневра. Командир отряда майор И.А. Рапопорт и командир самоход- но-артиллерийского дивизиона капитан В.И. Васильев провели командирскую разведку и установили, что в лесу недалеко от Шютцена идет просека, ведущая в обход вражеских укреплений. Капитан В.И. Васильев с разрешения командира отряда скрытно по-батарейно выдвинул дивизион самоходных орудий в этом направлении и ударом с тыла обрушился на фашистов, обеспечив тем самым атаку пехотных рот отряда с фронта. В результате короткого и ожесточенного боя Шютцен был захвачен. Это было утром 3 апреля. В 17 часов этого же дня передовой отряд с ходу ворвался на мост через реку Лейта. Однако вражеские саперы успели поджечь бикфордов шнур, который вел к подрывному заряду. И вновь, как на мосту через канал Шио в декабре 1944 г., командир саперного взвода гвардии старший сержант А.В. Пирожок в считанные секунды до взрыва предотвратил его. Передовой отряд без потерь проследовал до уцелевшему мосту, устремился к населенному пункту Поттендорф и с ходу овладел им. Поставленная задача была выполнена - передовой отряд обеспечил переправу через р. Лейта главных сил дивизии. 7-я гвардейская воздушно-де- сантная дивизия вышла на дальние подступы к австрийской столице. До Вены оставалось 25-30 км.
В последние дни войны мне в третий раз пришлось быть активным участником в совместных действиях с Иосифом Абрамовичем Рапопортом. Вечером 6 мая 1945 г. был получен приказ командира 20-го стрелкового корпуса генерала Н.И. Бирюкова, согласно которому с утра 7 мая должно было перейти в наступление вдоль шоссе от Амштеттена на Линц, к австро-германской границе, имея в голове дивизии сильный подвижной передовой отряд. Задача отряда заключалась в том, чтобы войти в соприкосновение с передовыми частями союзных американских войск. Согласно решению комдива передовой отряд выделялся от 29-го полка в составе 1-го батальона со средствами усиления, разведроты, дивизии, самоходно-артиллерийского дивизиона и роты саперов. Весь личный состав отряда был помещен на самоходки. Во главе передового отряда вновь был поставлен гвардии майор И.А. Рапопорт. Сделано это было не случайно. Иосиф Абрамович, наряду с большим боевым опытом и действиями во главе подобных подразделений, в совершенстве владел английским и немецким языками. Не случайно было и выделение в передовой отряд 1-го батальона 29-го полка. Именно этим батальоном Иосиф Абрамович командовал в октябре-декабре 1944 г. А в бою очень важно взаимное доверие командира и солдат. Развивая наступление, гвардейцы-десантники в 15 часов 8 мая ворвались в Амштеттен, где завязали упорные бои. Бой продолжался около трех часов. К 18 часам передовой отряд дивизии вышел к восточному берегу реки Эннс в 12 км западнее села Ульмердильд, что в 3 км юго-западнее Амштеттена. Здесь десантники передового отряда встретились с разведгруппой 41-го полка 11-й танковой дивизии 3-й американской армии.
41
Командующий 3-м Украинским фронтом маршал Ф.И. Толбухин, учитывая важность этого события, доносил 8 мая в Ставку Верховного Главнокомандования: "Отряды 7 гв. ВДД и 170 ТБР в 14-15.00 в районе Шлидсберг (10 км западнее г. Амштеттен) соединились с передовыми частями 11 и 13 Танковых дивизий 3-й американской армии. С нашей стороны действовал усиленный подвижной отряд<...>под командованием майора Рапопорта (см. Освободительная миссия Советских Вооруженных Сил в Европе во Второй мировой войне. Документы и материалы. М., 1985. С. 493).
Американские офицеры были приятно удивлены, что они могут объясняться с советским офицером без помощи переводчика. Олицетворением советского офицера среднего звена, бесспорно, был Иосиф Абрамович, любимый комбат 29-го воздушно-десантного Венского ордена Кутузова полка.
23 февраля 1991 г.
И.А. Рапопорт
ВЗЯТИЕ г. МЕЗЕКОМАРОМ
(Письмо полковнику Н.Н. Гладкову)1
Дорогой Николай Николаевич!
Большое спасибо за письмо. Я прочел Вашу статью и нашел в ней очень много неточного. Поэтому расскажу о взятии г. Мезекомаром 1-ым батальоном 29-го воздушно-десантного полка, как это осталось у меня в памяти.
3 декабря 1944 г. после ночлега в г. Тамаши, - думаю, что он находится не ближе 30 км от Мезекомарома, но по карте уточнить не мог, так как его на ней нет, - я получил приказ батальону от подполковника Голода двигаться, как боковой передовой отряд дивизии (поэтому батальон далеко оторвался от основных сил полка, на что в другом случае не имел права, но радиосвязь поддерживалась только со штабом полка), в общем направлении на Мезекомаром, но только в общем направлении: ни Мезекомарома, ни Сабадхидвега в приказе, насколько я помню, даже в порядке дальнейшей задачи, не было. Более того, Мезекомаром был где-то далеко за обрезом карты, которую я получил.
Батальон не двигался в обычном порядке, положенном уставом для марша авангарда, а был в 3 км севернее Тамаши развернут по-ротно. Правая рота двигалась уступом назад. Такой порядок был принят мною
1Личный архив И.А. Рапопорта. Датируется по дарственной надписи племяннице Ирине Константиновне Рапопорт "Милой Ирочке из неопубликованного. Дядя Юзик.
1.071964".
42
после сообщения разведки о бронетранспортерах противника типа "Хорх", замеченных ею.
Кстати, других разведывательных данных, кроме полученных разведчиками нашего батальона, я не помню.
Опасаясь встречи с моторизованным противником в колонне, мне показалось правильнее сразу развернуться и следовать больше полем, чем дорогами. Батальонным противотанковым пушкам было приказано двигаться вместе с пехотой, а более тяжелые пушки должны были не отрываться более чем на 300 м. Это и выполнялось на всем движении вплоть до Мезекомарома, хотя коневодству Венгрии мы нанесли ущерб: в каждом встречавшемся фольварке сменялись утомившиеся лошади и были дополнительные уносы.
Погода благоприятствовала, так как облака стояли низко, авиация нам совершенно не мешала, но идти было мучительно тяжело. Дождь не прекращался, то лил вовсю, то моросил. В этом отношении немцы с их тяжелыми машинами проиграли и, опасаясь сложных маневров, действовали только боковыми ударами по дорогам, пересекавшим наше движение. Это дороги с негустыми посадками, скорее всего полевые, так как на карте я их не видел; посадки напоминают наши украинские на Криворожье или под Кировоградом.
Таких боковых ударов я помню 4; в них участвовали, главным образом, бронетранспортеры наибольшим числом до 8-ми; хотя была позади пехота на автомашинах, но она в бой не вступала. С бронетранспортеров велся неприятный огонь скорострельных автоматических пушек небольшого калибра. Однако немедленное открытие всего нашего артиллерийского и противотанкового огня не дало возможности немцам ни разу смять наши боевые порядки. Огневое соприкосновение с противником продолжалось фактически вплоть до вечера.
Вуказанное время по радио делались доклады командиру полка.
ВСабадхидвег мы вошли в глубокие сумерки, прямо тесня немцев, отступающих по мосту через канал Шио. Вдоль канала были расположены две роты, насколько я помню, 3-я и 2-я. 3-я седлала подступы к мосту с нашей стороны. 3-ей роте были приданы полковые саперы с приказом разминировать мост при первой возможности. Саперов было немного, человек семь. Артиллерии было приказано обеспечить огонь против противника, если он станет контратаковать, а сделать это он мог только по мосту. Канал Шио очень широкий с укрепленными камнем берегами по обеим сторонам. Мост очень большой.
Берега канала Шио Вы наверняка помните: со стороны Сабадхидвега, где мы были, низкий; со стороны немцев в Мезекомароме - нагорный, пожалуй, немногим уступающий по крутизне днепровскому под Киевом. Поэтому я был в очень сложном положении, так как уже в ночной контратаке принял бы на себя удар противника, в особенности огневой, сверху, а утром батальон был бы сокрушен.
Я позабыл сказать, что километрах в 10 севернее Тамаши был взят, помнится, 1-ой ротой, пленный немец, что-то вроде командира отделения, которого я допросил на ходу. Он показал, что противника прямо перед нами в большом количестве нет и, по его мнению (а может быть,
43