Многие институты академии возглавляются малоизвестными в науке работниками, не имеющими ученой степени и звания <...>
Полагаем, что, какова бы ни была оценка споров и разногласий в области агробиологии, нельзя все же ставить в зависимость от этих споров судьбу всей сельскохозяйственной науки в стране и держать Академию сельскохозяйственных наук в состоянии прозябания"19.
Материалы, готовившиеся к Оргбюро ЦК, не оставляли сомнения, что Т.Д. Лысенко ожидал серьезный удар. Он предпринимает контрмеры. Подготовленный отчет о деятельности ВАСХНИЛ с приложенной к нему докладной запиской Лысенко 14 июня 1947 г. был представлен А.А. Жданову20. Кроме того, хорошо информированные покровители Лысенко не допустили расправы над "передовым советским академиком". Да Лысенко и не подвластен ни Секретариату, ни Оргбюро ЦК. Он - номенклатура Политбюро, и его судьба полностью в руках Сталина. Заседание Оргбюро не состоялось. Сейчас, после публикации Ю.Н. Вавиловым21 переписки Лысенко и Сталина, становится очевидным, что отмена обсуждения отчета о деятельности ВАСХНИЛ связана с тем, что Сталин в это время поручил Лысенко работу над "проблемой ветвистой пшеницы"22.
К лету 1947 г. в стране активизируется борьба за перевоспитание интеллигенции,противвлияниябуржуазнойкультурыЗапада-начина- ют действовать "суды чести", рассылается закрытое письмо ЦК по делу профессоров Клюевой и Роскина, проходит философская дискуссия, разворачивается травля "космополитов". В этих условиях Лысенко и его сторонникам удалось привлечь на свою сторону центральную печать. Вопрос о публикации статьи А. Суркова, А. Твардовского и Г. Фиша в "Литературной газете"23 и статьи И. Лаптева в "Правде" и "Социалистическом земледелии"24, в которых они обрушивались на А.Р. Жебрака и Н.П. Дубинина, обвиняя их в антипатриотизме, низкопоклонстве перед Западом, в недооценке работ Лысенко, широко освещен в литературе.
В архиве Секретариата ЦК ВКП(б) сохранились свидетельства непосредственной реакции на появление публикаций в прессе. Ученые биологи Д.А. Сабинин25, П.И. Лисицын, СИ. Алиханян26, Р.Н. Радаева и другие направили в ЦК ВКП(б) свои протесты против этих публика-
19 Известия ЦК КПСС. 1991. № 4. С. 137-140.
20РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 548. Л. 1-12.
21Вавилов Юрий Николаевич (р. 1928) - физик, сын Н.И. Вавилова.
22Обмен письмами между Т.Д. Лысенко и И.В. Сталиным в октябре 1947 г. Публикация
Ю.Н. Вавилова // Вопр. истории естествознания и техники. 1998. № 2. С. 153-166.
23Сурков А., Твардовский А., Фиш Г. На суд общественности // Лит. газета. 1947. 30 авг.
24Лаптев И.Д. Антипатриотический поступок под флагом "научной" критики // Правда. 1947. 2 сент. На следующий день эта статья была перепечатана в газете. "Соц. земле-
делие".
25Сабинин Дмитрий Анатольевич (1889-1951) - физиолог растений, зав. кафедрой физиологии растений МГУ, профессор с 1932 г. Покончил жизнь самоубийством.
26Алиханян Соc Исаакович (1906-1985) - генетик, доцент МГУ до августа 1948 г.
94
ций. Написанные в удушающей атмосфере 1947 г., эти письма - памятник мужеству и гражданственности истинных ученых27.
Эмоциональный отклик направил А.А. Жданову 8 сентября 1947 г. и вступивший в партию на фронте генетик Иосиф Абрамович Рапопорт:
"Секретарю ЦК ВКП(б) тов. А.A. Жданову.
Товарищ Жданов!
Я считаю правильным решительное требование поднять достоинство советской науки и осудить подобострастие перед деятелями иностранной науки.
Однако невозможно согласиться со статьей проф. Лаптева, напечатанной недавно в "Правде", так как она не столько пропагандирует эту идею, сколько служит возрождению лихорадочной обстановки 1938-1939 гг., острых и бесплодных дебатов, мешающих научной, т.е. напряженной, точной экспериментальной работе в области генетики.
Достаточно просмотреть комплект журнала "Агробиология" (послевоенные годы) и некоторых других журналов, издаваемых Академией с.х. наук, чтобы убедиться в продолжении односторонней критики цитогенетики со стороны ламаркистов. К этому все уже привыкли. Меня заставляет к Вам обратиться присоединение к этой критике нового голоса со страниц центрального органа партийной печати.
К концу войны в Англии и САСШ появилось несколько книг и много журнальных статей, авторы которых проводят мысль, что советская генетика целиком стоит на почве теории наследования приобретенных признаков. Переведены книги акад. Лысенко и подробно реферируются работы сторонников его теории, имеющих в своем распоряжении несколько журналов.
Ясчитаю информацию, которую дали на страницах "Science"
тт.Жебрак и Дубинин (по заказу ВОКС28), правильной не потому, что одержим слепым фанатизмом цитогенетика-специалиста или связан личной дружбой с авторами этих статей. К тому времени, когда эти статьи заказывались и отсылались, правильная общая информация иностранных естествоиспытателей, среди которых немало наших искренних друзей, о лабораториях и исследователях нашей страны, стоящих на почве цитогенетики и плодотворно работающих, могла принесли только пользу. Ведь в действительности ламаркистская теория наследственности акад. Лысенко не просто устаревшая, а неправильная теория, не выдерживающая экспериментальной проверки. Если отождествлять это направление со всей совет-
ской генетикой, то возникает впечатление о чрезвычайной отсталости у нас ведущей биологической дисциплины, сделавшей большие шаги вперед при участии именно русских ученых.
27Известия ЦК КПСС. 1991. № 6. С. 157-173.
28ВОКС - Всесоюзное общество культурной связи с заграницей.
95
Важно, чтобы высокий объективный престиж был не только у советской химии, советской физики, но и отечественной биологии.
Объявить какой-либо недоброкачественный или сомнительный общественный продукт прекрасным не значит совершить патриотический поступок, если даже это сделать по искренним побуждениям. В нем только самодовольство и глупость. Поэтому т. Жебрак поступает правильно, когда указывает на заслуги акад. Лысенко в агрономии и физиологии растений, но не прославляет его за исторические открытия в генетике, которые Лысенко еще не сделал. Фальшивая лесть роняет достоинство ученого гораздо больше, чем правда.
И. Рапопорт, чл. ВКП(б), доктор биологич. наук. 8.IX.47 г."29
Это письмо И.А. Рапопорта, как и другие архивные материалы из партийных архивов, которые еще будут приведены нами в этом издании, были обнаружены уже после гибели Иосифа Абрамовича и их не удалось обсудить с ним. Вероятно, он считал их безвозвратно утерянными...
Среди сторонников Лысенко встречается еще мнение, что он боролся с буржуазными учеными и внес много полезного в развитие советской агрономии, а все критические замечания в его адрес рождены журналистами и литераторами, проклинающими сталинский период. О том, что подобное мнение не соответствует реальному процессу, наглядно свидетельствует письмо рядового селекционера, члена партии Е.Н. Радаевой, работавшей в Государственной комиссии по сортоиспытанию. Она писала 4 сентября 1947 г. А.А. Жданову, что "широковещательные предложения акад. Лысенко при практическом их осуществлении являются бесплодными", что «ВАСХНИЛ превратился в пристанище шарлатанов от науки и всякого рода "жучков". Официальным философом ВАСХНИЛ стал небезызвестный И. Презент30, путаник и болтун, не раз битый за левацкие фразы и дела».
И далее она писала: «В то время как лысенковцы продолжали беззастенчиво кричать, что Лысенко - это "светильник истины", ученыеагрономы говорили между собою, что с.-х. наука "облысела".
Только трусливостью наших философов, ушедших в прошлое от решения современных задач, можно объяснить безнаказанное процветание лысенковщины. Только потерей совести и чести можно объяснить ту беззастенчивую ложь и фальсификацию, к которой прибегают Лысенко и лысенковцы в борьбе за удержание занятых ими позиций в науке.
Ничем иным, как лысенковской фальсификацией является выпад "проф. Лаптева", помещенный в газете "Правда" от 2 сентября 1947 г., противА.Р.Жебрака.<...>
29РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 548. Л. 35-35 об. (подлинник). Впервые (с сокращением) письмо опубликовано: Известия ЦК КПСС. 1991. № 6. С. 165-166.
30Презент Исаак Израйлевич (1902-1968) - философ, один из идеологов мичуринской биологии, сподвижник Лысенко, академик ВАСХНИЛ с 1948 г., декан биолого-почвен- ных факультетов МГУ и ЛГУ (1948-1951).
96
Под прикрытием громких стенаний об утраченных чести и патриотизме в лаптевской статье при помощи ловкости рук проведены два незамысловатых положения.
Первое - о том, что лысенковское направление в Советском Союзе является не просто направлением в биологии, а направлением государственным, это почти диалектический материализм. А отсюда следует второе - о том, что критиковать Лысенко - это почти нападать на основу Советского государства. <...>
Расправой над отдельными учеными с использованием политической ситуации акад. Лысенко пытается спасти свое пошатнувшееся положение, страхом расправы удержать от критики остальных ученых»31.
Прямым следствием статей, опубликованных в "Литературной газете" и в "Правде", явилась организация "суда чести" над А.Р. Жебраком, состоявшегося 21-22 ноября 1947 г. Он был обвинен в антигосударственных и антипатриотических проступках и ему был вынесен "общественный выговор".
Несмотря на усиливавшееся административное и морально-полити- ческое давление на ученых, в конце 1947 - начале 1948 гг. дискуссии по проблемам генетики и дарвинизма обострились. Их важной особенностью являлось возрастание роли научной общественности в обсуждении наиболее острых вопросов развития отечественной биологии. В нояб- ре-декабре 1947 г. на биологическом факультете МГУ и в Отделении биологических наук АН СССР состоялись заседания, посвященные обсуждению проблем внутривидовой борьбы; в феврале 1948 г. в МГУ была проведена конференция по проблемам дарвинизма. На этих собраниях ученых вновь отмечалась ошибочность теоретических положений Т.Д. Лысенко и предложенных им агроприемов, наносивших ущерб сельскому хозяйству.
И если после публикации критической статьи против генетиков в центральном органе партии работники аппарата ЦК ВКП(б) уменьшили свое внимание к развитию биологической науки, то к началу 1948 г. они вновь оживились. Теперь выразителем их мнений становился Ю.А. Жданов, назначенный 1 декабря 1947 г. заведующим Отделом науки Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б). Собственный высокий пост и поддержка отца позволили Ю.А. Жданову в начальный период его деятельности занимать относительно самостоятельную линию по руководству наукой. Он знакомился с письмами и обращениями академика И.И. Шмальгаузена32 - лидера отечественной биологии того периода, активность которого в начале 1948 г. представляла особую опасность для Лысенко и его приспешников33.
Ю.А. Жданов не только внимательно следит за развитием событий в различных отраслях науки и пытается снимать наиболее острые вопросы, грозящие перерасти в конфликт, но и делает первые попытки ак-
31Известия ЦК КПСС. 1991. № 6. С. 159-163.
32Шмальгаузен Иван Иванович (1884-1963) - выдающийся естествоиспытатель, морфо- лог-эволюционист, академик АН СССР с 1935 г. и АН УССР с 1922 г. Директор Института эволюционной морфологии (1936-1948).
33Шмальгаузен И.И. Вопросы дарвинизма. Неопубликованные работы. М., 1990.
97
тивно повлиять на дальнейшее развитие науки. 28 февраля 1948 г. он направляет И.В. Сталину (копии - А.А. Жданову и Г.М. Маленкову) докладную записку "О тетраплоидном кок-сагызе", в которой прямо ставится вопрос о вреде, наносимом сельскому хозяйству Т.Д. Лысенко. Тетраплоидный сорт кок-сагыза был получен проф. М.С. Навашиным еще в 1939 г., и его исследования показали практическую перспективность повышения выхода натурального каучука.
«Трудности внедрения тетраплоидного кок-сагыза, - писал Ю.А. Жданов, - проистекают в первую очередь из неправильной установки, которую прямо и косвенно дает акад. Т.Д. Лысенко. Утверждая, что тетраплоиды - "уроды".., он с самого начала вместо объективного изучения новой формы, от которой были основания ожидать полезного эффекта, создал вредную обстановку враждебности и недоверия.
Вся история тетраплоидного кок-сагыза является ярким примером того, как полезное дело, почти на свой страх и риск поддерживаемое на низах практиками, всячески тормозится "руководством", находящимся под влиянием неверных установок Т.Д. Лысенко»34.
Дальнейшее ознакомление с положением в биологической науке, встречи и беседы с генетиками убеждают Ю.А. Жданова в необходимости выступить с критикой монополизма Т.Д. Лысенко, необоснованности его теоретических взглядов и показом вреда, нанесенного сельскохозяйственной практике. Не только молодой зав. отделом, но даже многоопытные и приближенные секретари ЦК не знают, что еще в октябре 1947 г. Сталин, с удовлетворением воспринявший разработанный Лысенко пятилетний план работ с "ветвистой пшеницей", одобрил его теоретические положения. Сталин писал ему 31 октября 1947 г.: "Я считаю, что мичуринская установка является единственно научной установкой. Вейсманисты и их последователи, отрицающие наследственность приобретенных свойств, не заслуживают того, чтобы долго распространяться о них"35.
10 апреля 1948 г. Ю.А. Жданов выступает с большим докладом в Политехническом музее на семинаре лекторов обкомов партии на тему: "Спорные вопросы современного дарвинизма". Эта страница истории советской генетики подробно освещена В.Н. Сойфером36.
Материалы личного фонда А.А. Жданова позволяют внести существенные уточнения в развитие событий, происходивших весной и летом 1948 г. В одной из его многочисленных записных книжек (он вел краткие записи о важнейших делах и событиях, а также замечаниях, высказанных Сталиным) вскоре после записи, датированной 20 мая, есть строчка: "О Лысенко выговор" и на следующем листе дважды подчеркнутая помета: "Кремль Лысенко"37. Это дает основание сделать вывод, что встреча Сталина с Лысенко состоялась в двадцатых числах мая
34Известия ЦК КПСС. 1991. № 7. С. 109.
35Вопр. истории естествознания. 1998. № 2. С. 168.
36Сойфер Валерий Николаевич (р. 1936 г.) - генетик, историк науки, в 1988 г. эмигрировал в США, проф. Университета штата Огайо. См. Сойфер В.Н. Горький плод // Ого-
нек. 1988. № 1, 2; Он же. Власть и наука. Разгром генетики в СССР. М., 1993. С. 386-394. 37 РГАСПИ. Ф. 77. Оп. 3. Д. 177. Л. 30, 31 об.
98