Университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)
Местное самоуправление в отечественной общественно-политической мысли
Аркадий Владимирович Корнев, заведующий кафедрой теории государства и права
Аннотация
В статье рассматривается местное самоуправление (земство) через призму отражения этого института в общественно-политической мысли дореволюционной России. Подчеркивается важность местного самоуправления в процессе решения множества проблем, стоящих перед обществом и государством практически на всех этапах их развития. Делается акцент на том, что самоуправление хорошо известно российской истории государственного строительства. Проводится мысль о том, что отсутствие полноценной системы местного самоуправления послужило одним из фактов, совокупность которых привела к Октябрьской революции 1917 г. Показывается непреходящее значение системы местного самоуправления для поступательного развития общества и государства.
Ключевые слова: власть, государство, земство, местное самоуправление, народовластие, конституционный строй.
Abstract
V KORNEV,
Head of the Department of theory of state and law of the Kutafin Moscow State Law University (MSAL), Doctor of Law, Professor
LOCAL SELF-GOVERNMENT IN THE NATIONAL SOCIO-POLITICAL THOUGHT
The article deals with local self-government (Zemstvo) through the prism of reflection of this institution in the socio-political thought of prerevolutionary Russia. The importance of local self-government in the process of solving many problems facing society and the state at almost all stages of their development is emphasized. The author emphasizes that self-government is well known in the Russian history of state building. The author suggests that the absence of a full-fledged system of local self-government was one of the facts, the totality of which led to the October revolution of 1917. Shows the enduring importance of local government for the progressive development of society and the state.
Keywords: power, state, Zemstvo, local self-government, democracy, constitutional system.
Отшумели дебаты по поводу причин Октябрьской революции 1917 г. В советские времена это грандиозное для мировой истории событие именовали Великая Октябрьская социалистическая революция. В постсоветский период стали использовать словечко, произнесенное В. И. Лениным сразу после случившегося, -- «переворот». В настоящее время рекомендовано именовать события теперь уже более чем вековой давности -- «Великая русская революция». Да и, к слову сказать, чем мы хуже французов?
Как часто это у нас бывает, дискуссии в основном велись «по верхам», без всяких попыток посмотреть на вопрос глубже. Можно сколь угодно спекулировать словом «переворот», рассуждать о пломбированном немецком вагоне и происках немецкого генерального штаба, о финансировании революционного проекта некоторыми американскими банкирами и проч. Но при этом не следует забывать, что такие социальные потрясения, которые вылились в драму революции, не происходят на пустом месте, просто так. Конечно, у любого исторического события есть своя драматургия. Все революции в мире кто-то замышляет и финансирует, кто-то осуществляет и кто-то пользуется их плодами.
И революция 1917 г. в этом смысле не представляет никакого исключения. В этой связи следует поддержать мнение И. А. Исаева: «Удивительным образом в таком грандиозном событии, каким является революция, где бы и когда бы она ни произошла -- в Англии, где была окрашена в религиозные тона, во Франции, где вырастала под влиянием отвлеченных философских идей, или в России, где приняла четко выраженный социальный характер, -- всегда прослеживаются весьма сходные черты и некий устойчивый алгоритм развития. Великие революции происходили в разные исторические эпохи, были обусловлены конкретными историческими обстоятельствами, но демонстрировали некие общие закономерности и проявления» Исаев И. А. Закон и революция. Легальные основания революционного мифа. М., 2019. С. 5..
Революция в России не могла иметь религиозного характера, тем более отвлеченные философские идеи не смогли бы всколыхнуть такую огромную страну. В первом случае потому, что подавляющее большинство подданных Российской империи были православными. Философия появилась довольно поздно, не раньше первой половины XIX в., поэтому говорить о борьбе идей просто не приходится. Да и потом, идеи должны набрать некую критическую массу, т.е. их должны разделять большие социальные группы или даже классы. Остается искать причины революции в социальных реалиях российского общества. А они, если верить Н. Бердяеву, были таковы, что к моменту революции в стране сложились как бы две России. Причем одна ненавидела другую, и наоборот.
Что бы там ни говорили, но основная причина конфликта, что называется «от века», лежит в плоскости: богатые -- бедные, управляющие -- управляемые.
Причины и факторы, лежащие в основе нашей национальной драмы, -- тема отдельного разговора. Он неисчерпаем. Тем более в рамках небольшой по объему статьи невозможно все учесть и описать. И все-таки есть определенные основания полагать, что не причиной, но, безусловно, одним из факторов, которые привели к революции, явилось то, что в стране отсутствовало... местное самоуправление, или, как тогда говорили, земство, как широкое и самостоятельное социальное явление. К слову сказать, нет его и сейчас в том виде, в котором оно существует во многих странах. Почему -- это уже другой вопрос.
Местное самоуправление и гражданское общество, если быть объективным, в одинаковой степени пугают любую власть. С одной стороны, государство (власть) всегда хотело бы переложить часть своих полномочий и забот на другие социальные институты. С другой стороны, любая власть с опасением относится к любым формам самоорганизации и самостоятельности населения. По этой причине все попытки создать полноценное местное самоуправление встречались с явным и неявным противостоянием.
Из всех «великих реформ» 60-х гг. Х!Х в. земская реформа считается самой удачной. Но и она была свернута в силу известных причин и событий. Однако есть и другая проблема, о которой не принято широко говорить. Н. И. Кареев, выдающийся российский социолог, правильно делал, когда говорил «о том важном значении, какое должно принадлежать психологии при объяснении общественных явлений» Кареев Н. И. Введение в изучение социологии. СПб., 2008. С. 143..
В отечественной литературе неоднократно высказывалась мысль об инертности русского человека, нежелании проявлять собственную инициативу. Для становления местного самоуправления как раз и необходимы самодеятельность, желание что-то менять в жизни к лучшему. Можно вспомнить А. С. Пушкина в части того, что «мы ленивы и нелюбопытны».
Слишком категорично, но какая-то доля правды в этом, безусловно, есть. В России, как и в любой стране мира, есть люди разных психологических типов. Другое дело -- кого больше. Возьмем, к примеру, поэму Н. В. Гоголя, как он сам ее назвал, -- «Мертвые души». Есть в ней такой персонаж -- тридцатитрехлетний помещик Андрей Иванович Тентетников, который, по выражению Гоголя, «не то доброе, не то дурное существо, а просто -- коптитель неба». В процессе своего образования столкнулся Андрей Иванович и с проблемами местного самоуправления. Гоголь пишет: «Он слушал и химию, и философию прав, и профессорские углубления во все тонкости политических наук, и всеобщую историю человечества в таком огромном виде, что профессор в три года успел только прочесть введение да развитие общин каких-то немецких городов; но все это оставалось в голове его какими-то безобразными клочками» Гоголь Н. В. Мертвые души : поэма. М.,1985. С. 243--244..
Прямой противоположностью инертному Тентетникову в поэме Гоголя является Константин Федорович Костанжогло -- образцовый помещик, который из любого, самого убыточного, предприятия способен извлекать выгоду за счет ума, самодисциплины и трудолюбия. Как пишет Гоголь, это был первый человек, к которому Павел Иванович Чичиков проникся уважением не за богатство и чин, а за ум.
Так почему же местное самоуправление, точнее, его отсутствие, приблизило революцию? Некоторые российские общественные деятели, писатели, публицисты, ученые констатировали отсутствие полноценного института, который обеспечивал бы должное взаимодействие общества (в российском варианте -- еще и народа) с институтами власти, равно как и наоборот. Лев Тихомиров в своих работах прямо пишет о том, что между троном и землей, т.е. обществом и народом, с одной стороны, и монархией -- с другой, непреодолимой стеной выступала бюрократия. Именно глухота и безразличие армии бюрократов в итоге оттолкнули российское общество от монархии, что привело к трагедии.
Не потому ли один из глубоких мыслителей России В. В. Розанов в одном из сочинений очень эмоционально выразил свое мнение: «Не довольно ли писать о нашей вонючей Революции, -- и о прогнившем насквозь Царстве, -- которые воистину стоят друг друга» Розанов В.В. О себе и жизни своей. М., 1990. С. 586..
В русской дореволюционной литературе нередко поднималась проблема весьма прохладного, если не враждебного отношения части российской интеллигенции к исторической России. Достаточно обратиться к знаменитому сборнику «Вехи», где печатались видные юристы, философы, историки. Однако причина нередко лежит внутри, как, впрочем, и сегодня. Вновь обратимся к В. В. Розанову: «У нас нет совсем мечты своей Родины. И на голом месте выросла космополитическая мечтательность. У греков есть она. Была у римлян. У евреев есть. У француза -- “chere France”, у англичан -- “старая Англия”. У немцев -- “наш старый Фриц”. Только у прошедшего русскую гимназию и университет -- “проклятая Россия”» Розанов В. В. Указ. соч. С. 421..
Местное самоуправление так или иначе связано с организацией власти. В этом контексте представляют определенный интерес взгляды о разделении власти И. Л. Солоневича. Он выделял царскую, церковную и земскую власть. Все три власти ограничивают сами себя, и ни одна из них не вторгается в соседнюю область.
И. Л. Солоневич относился к тем российским авторам, которые не просто считали, что нам нечему у Европы учиться, в том числе демократии, представительству и самоуправлению, но мы сами можем ее кое-чему поучить.
Имелись ли у Солоневича и других авторов основания считать, что Россия имеет богатый опыт самоуправления? Безусловно, да. Россия имеет такой опыт, который, может быть, и сегодня не потерял своей актуальности, в известной степени, конечно. Земская реформа 60-х гг XIX в. дала толчок развитию российской «глубинки». Перечитывая И. С. Тургенева, А. П. Чехова, нельзя не подпасть под обаяние скромных тружеников, подвижников земств (учителей, врачей, землеустроителей и т.п.). Их жизнь была не просто работой, а служением любимому делу, своему народу. Общественная польза становится лейтмотивом деятельности для многих и многих тысяч людей. По сути, это было началом рождения уникального социального слоя -- российской интеллигенции.
Если же взглянуть на скрижали российской истории, то можно пойти и дальше -- к практике самоуправления великого Новгорода, Пскова, Вятки.
Новгород был одним из центров, где начиналось государство Российское. Благодаря связям великого Новгорода Россия стала заметной европейской державой. Новгород не только воевал со шведами, датчанами, ливонским орденом, но и поддерживал очень тесные и продуктивные связи с городами Фландрии, средневековой Германии и Прибалтики.
В исторической литературе справедливо подчеркивается, что Новгород был связующим звеном между русской землей и Западом. Новгород и ганзейские города внесли большой вклад в историческое формирование общеевропейских связей.
Существовавшие параллельно Новгороду в определенный исторический период вольные города Италии, других стран постоянно претерпевали изменения политических режимов. Новгород же на протяжении столетий совершенно не знал этого. Для славянофилов, например, Новгород был олицетворением древнерусской общины.
Следует заметить, что политическая история России по-разному оценивается в отечественной общественно-политической мысли. Интересно, что в западной литературе мы наблюдаем практически единодушие, проявляющееся в негативных оценках российской политической субъектности.
Отношения центр -- периферия, управление -- самоуправление всегда оставались в центре внимания. Можно увидеть две явно выраженные тенденции. Одни авторы (например, выдающиеся русские историки В. Н. Татищев,
Н.М. Карамзин), Екатерина Великая отстаивали тезис о том, что новгородские вольности -- не более чем случайности, совершенно не свойственные истории российской государственности. Н. М. Карамзин к тому же давал нелицеприятные характеристики личным качествам новгородцев. Не следует при этом забывать, что благодаря особенному политическому устройству Новгород в экономическом и социальном плане жил вызывающе богаче, нежели другие российские земли. И это благодаря духу вольности и той свободе самоопределения, которыми обладали новгородцы.
Другие авторы, такие как А. Н. Радищев, драматург Я. Б. Княжнин, декабристы
В.К. Кюхельбеккер и П. И. Пестель, поэты К. Ф. Рылеев, В. Ф. Раевский, А. И. Одоевский, известный историк Н. И. Костомаров, утверждали, что в Новгороде все было основано на принципе личной свободы и инициативы.
Необходимо признать факт участия самых широких слоев населения в управлении делами республики, которые имели множество свобод и рационально ими пользовались. Гарантиями вольницы стали два очень важных начала «новгородского феномена»: избирательность высшей администрации и ряд (договор с князьями).
Важную роль в новгородской жизни играл и епископ. Раньше его рукополагал русский митрополит с собором епископов в Киеве. В 1156 г. игумен одного из местных монастырей Аркадий был избран епископом. С этого момента Киеву оставалось только утверждать присланного из Новгорода кандидата.
По образному выражению В. О. Ключевского, «Новгород был державной общиной». Очень меткое и емкое выражение.