Вестник Кузбасского института № 4 (25) / 2015
2
Меры исправления и безопасности, связанные с изоляцией от общества, по уголовному законодательству Германии
С.Н. Сухарев
Аннотация
В статье раскрываются особенности реализации и исполнения мер исправления и безопасности, связанных с изоляцией лица, виновного в совершении уголовно наказуемого деяния, по уголовному законодательству Федеративной Республики Германии. Уголовный кодекс ФРГ принято считать классическим законодательством в области уголовного права, а нормы, содержащиеся в нем, вызывают неподдельный интерес у научного сообщества. По мнению германских юристов, данные меры наиболее полно отражают цели ресоциализации и превентивные функции, которые служат неотъемлемой частью профилактической работы с правонарушителями.
По мнению автора, необходимо обратить внимание на практику применения и исполнения таких мер в Германии. При этом опыт Германии можно было бы применить с учетом национальных правовых традиций (не выходя за рамки действующих отечественных правовых институтов) -- в практике реализации принудительных мер медицинского характера и административного надзора. преступность уголовный исправление германия
Представляется, что реализация рассмотренных автором в данной статье мер сможет оказать содействие дальнейшему реформированию уголовного и уголовно-исполнительного законодательства России и внесет вклад в дело предупреждения не только постпенитенциарной, но и пенитенциарной преступности.
Ключевые слова: административный надзор; меры исправления и безопасности; уголовный кодекс; иные меры уголовно-правового характера; постпенитенциарная преступность; ресоциализация; превентивные функции.
Annotation
S. N. Sukharev
Measures of correction and safety related to isolation from society under the criminal laws of Germany
This article describes the characteristics of the implementation and execution of measures of correction and safety-related isolation of the individual responsible for committing an offence contained in the criminal law of the Federal Republic of Germany. The German criminal code it is considered a classic by the legislation in the field of criminal law and the norms contained in it arouse interest of scientific community. According to German lawyers, these measures more fully reflect the goals of resocialization and preventive functions, which are an integral part of preventive work with offenders. According to the author, it is necessary to pay attention to the practice of application and execution of such measures in Germany. The German experience could be applied according to national legal traditions (within existing domestic legal institutions), namely in practice the implementation of compulsory measures of a medical nature and administrative oversight. It appears that the implementation is considered by the author in this article measures will serve to further the reform of criminal and criminal-Executive legislation and will significantly contribute to the prevention of not onlyex-offenders, but crime and prison.
Keywords: administrative supervision; the measures of correction and safety; the criminal code; other measures of criminal-legal nature; for ex-offenders crime; resocialization; prevention.
Основная часть
Рассматривая проблему реализации правового института иных мер уголовно-правового характера в отечественном уголовном законодательстве, представляется важным обратиться к зарубежному опыту -- классическому уголовному закону Федеративной Республики Германия (далее -- УК ФРГ).
УК ФРГ в гл. 6 закрепляет институт мер безопасности и исправления. По мнению германских правоведов, при применении мер исправления и безопасности наиболее полно нашли свое отражение цели ресоциализации и превентивные функции, которые служат неотъемлемой частью профилактической работы с правонарушителями. К таковым мерам законодатель относит:
1. помещение в психиатрическую больницу;
2. помещение в учреждение изоляции для алкоголиков или наркоманов;
3. превентивное заключение;
4. установление надзора;
5. лишение разрешения управлять автотранспортным средством;
6. запрет на профессию [12, с. 64].
Следует заметить, что отечественный законодатель к таковым мерам относит лишь принудительные меры медицинского характера, что значительно сужает задачи уголовного закона по охране общественного порядка и общественной безопасности, а также предупреждению преступлений [9, с. 76].
Применение таких мер должно прямо пропорционально соответствовать тяжести совершенного лицом общественно опасного деяния и степени исходящей от него опасности.
Все вышеуказанные меры исправления и безопасности могут быть связаны как с изоляцией субъекта данного правоотношения (помещение в психиатрическую больницу; помещение в учреждение изоляции дляалкоголиков или наркоманов; превентивное заключение), так и обходиться без нее (установление надзора; лишение разрешения управлять автотранспортным средством; запрет на профессию). Также законодатель предусмотрел возможность применения сразу нескольких мер. В соответствии с § 72 УК ФРГ «Сочетание мер» [12, с. 82],если имеются условия для назначения нескольких мер, а намеченная цель может быть достигнута только отдельными из них, то назначаются только эти меры. При этом из нескольких предусмотренных мер применяются те, которые наименее тяжелы для лица, совершившего деяние. Если назначается несколько мер изоляции, то последовательность исполнения определяет суд. Перед окончанием исполнения одной меры суд назначает исполнение следующей, если достижение цели еще требует ее применения.
Применение мер исправления и безопасности, связанных с изоляцией лица, совершившего противоправное деяние, таких как помещение в психиатрическую больницу и помещение в учреждение изоляции для алкоголиков или наркоманов, назначается судом только в тех случаях, когда лицо, совершившее преступление, находилось в состоянии невменяемости или уменьшенной вменяемости и из совокупной оценки правонарушителя и его деяния следует, что вследствие его состояния от него можно ожидать серьезных противоправных деяний, и поэтому он представляет опасность для общества. Направление в учреждение изоляции не назначается, если прохождение курса отвлечения от алкоголя или наркотиков с самого начала представляется безрезультатным.
Последовательность исполнения так называемых «мер изоляции» определяется судом и может быть исполнена как перед основным наказанием, так и в промежутке между лишением свободы и применением данной меры, в зависимости от того, каким образом легче достичь цели мер исправления и безопасности. Законодатель указывает и на то, что если мера полностью или частично исполняется до наказания, то время, в течение которого она исполнялась, засчитывается в срок исполнения наказания [13, с. 126].
В процессе исполнения мер исправления и безопасности суд вправе изменить или заменить одну меру другой, в зависимости от того, каким образом ресоциализация лица, совершившего правонарушение, может быть достигнута более успешно. Например, в соответствии с п. 2 § 67а «Замена одной меры исправления и безопасности другой в процессе исполнения» УК ФРГ лицу, которому назначено превентивное заключение, суд может дополнительно назначить помещение в психиатрическую больницу или помещение в учреждение изоляции для алкоголиков или наркоманов [12, с. 76].
В течение всего срока исполнения так называемых «мер изоляции» судебные органы осуществляют контроль и перепроверку процесса реализации целей предусмотренных данными мерами. Суд в любое время может проверить, не следует ли условно приостановить содержание в учреждении изоляции. Это должно быть произведено до истечения установленных сроков. Сроки содержания в учреждении изоляции составляют шесть месяцев, в психиатрической больнице -- один год, при превентивном заключении -- два года.
Еще одним, на наш взгляд, интересным правовым институтом мер исправления и безопасности выступает мера, устанавливающая надзор за лицом виновным в совершении общественно опасного деяния. Если виновное в совершении преступления лицо подвергается наказанию в виде срочного лишения свободы, срок которого составляет не менее шести месяцев, при котором закон специально предусматривает установление надзора, то суд может помимо наказания установить надзор за данным лицом, но только в том случае, если существует опасность, что он совершит другие уголовно наказуемые деяния.
В период исполнения надзора осужденный подчиняется органу надзора, а суд назначает ему на период испытательного срока куратора. Служба надзора согласованно с судом и при поддержке куратора контролируют поведение осужденного и выполнение им предписаний. Во время испытательного срока куратор и служба надзора должны согласовывать между собой план мероприятий включающие в себя комплекс профилактических, культурных и социальных мер. Если между службой надзора и куратором имеются разногласия по вопросам оказания помощи осужденному и заботы о нем, то эти вопросы решает суд (§ 68а УК ФРГ) [12, с. 76].
Следует более подробно остановиться на данном правовом институте, так как и в отечественном законодательстве существует практика применения так называемого административного надзора. Вместе с тем анализ данной практики вынуждает говорить о недостаточно качественном его применении и исполнении. Свидетельство тому -- достаточно значительное количество лиц, осужденных за уклонение от административного надзора или неоднократное несоблюдение установленных судом ограничений (ст. 314№ УК РФ).
Исследования [1, с. 211], наблюдения практических сотрудников учреждений и органов, исполняющих наказания, органов внутренних дел свидетельствуют, что в ряде случаев поднадзорные готовы продолжить преступный путь после погашения судимости. Об этом свидетельствуют характер их поведения, различного рода нарушения дисциплинарного или административного характера [2, с. 65].
По нашему мнению, необходимо обратить внимание на практику осуществления надзора за такими лицами в Германии. При этом опыт Германии можно было применить с учетом национальных правовых традиций. Речь идет о возможности продлевать время административного надзора за пределами срока судимости (превентивное заключение с установлением надзора).
Основанием для такого продления могло бы быть решение суда, вынесенное на основании постановления органа внутренних дел, осуществляющего данный надзор в отношении конкретного лица. Такое решение вопроса имеет преимущество по сравнению с превентивным заключением: поднадзорное лицо находится в обычном социуме, а не в тюремных условиях, со всеми вытекающими отсюда преимуществами, позволяющими более успешно адаптироваться к условиям лишения свободы. Кроме того, также условиям надзора расширяют меры, направленные на профилактику преступлений с их стороны.
Наряду с продлением сроков административного надзора требуется его качественное улучшение. Его содержание должно заключаться не только в надзоре за выполнением условия (условий), определенных решением суда, но и в проведении индивидуальной профилактической работе, учета других обстоятельств [5, с. 92].
«Закон закрепил упрощенную модель наблюдения за ранее судимыми лицами, при которых действия государственных органов ограничены лишь установлением запретов и возложением обязанностей в отношении поднадзорных. Главное, что отсутствует в законе об административном надзоре, -- это идея ресоциализации. Необходимо сделать так, чтобы административный надзор не являлся исключительно регрессивной, “полицейской мерой”. Субъект надзора должен оказывать помощь в получении общего и профессионального образования, жилья, трудоустройства, организация лечения, в общении с другими государствами и муниципальными структурами и т. п. [8, с. 87].
Необходима преемственность в данной работе, проводимой в период отбывания наказания и после освобождения от последнего. Одним из вариантов представляется передача функции осуществления административного надзора уголовно-исполнительной инспекции с возложением на них обязанности проведения индивидуальной профилактической работы. Решение последнего вопроса повысит ответственность и активность исправительных учреждений в деле возбуждения ходатайства перед судом об установлении административного надзора. Сложившаяся в настоящее время криминологическая ситуация в местах лишения свободы свидетельствует о такой необходимости.
Практически получается, что постпенитенциарное предупреждение преступлений не является предметом какой-либо конкретной отрасли права, хотя из содержания Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года следует, что этот период в жизни бывшего осужденного является предметом уголовно-исполнительной политики. Но эта политика не получает своего материального воплощения, позиции ее в значительной степени остаются декларативными. Получается, что «ни исполнительные органы местной администрации, ни ОВД, ни руководители предприятий или организаций не отвечают за неоказание помощи гражданам, нуждающимся в социальной адаптации. Отсюда -- многие негативные последствия, как для граждан, вынужденных добывать средства к существованию, нередко не правомерным путем, так и для всего общества в целом, страдающего антиобщественного образа жизни»[11, с. 143].
М.В. Бавсун и К. Н. Карпов пишут, что в отечественном законодательстве контроль за лицами, освобожденными из мест лишения свободы, не имеет самостоятельного статуса [3, с. 10].
Мы разделяем точку зрения указанных авторов относительно того, что отсутствие четко определенного на законодательном уровне статуса постпенитенциарного воздействия на лиц, отбывавших наказания, не способствует формированию единообразной практики применения не только полномочий уголовного (а, по нашему мнению, и уголовно-исполнительного) закона, но и в целом ослабляет контроль как нравственную меру рецидивной преступности.