Тернопольский национальный педагогический университет
Любовная лирика Интернета (Галина Таланова: «Опять с тобой не совпадаю…»)
Сипко Л.М.
Пожалуй, ни один уважающий себя лирик не смог обойти в своем творчестве тему любви. И вправду: как богата классическая русская литература зарифмованными любовными шедеврами!
Но современному человеку, пожалуй, чаще приходится общаться не с реальными книгами, а с виртуальными источниками - информацией, которую дает ему Интернет. «Да знаем мы ваших классиков наизусть, - говорят мне молодые интеллектуалы (и те, кто к ним примазывается). - Хочется чего-то нового, современного».
За новым и современным шагнула и я в виртуальную паутину. Задаю в поиск «Стихи о любви современных поэтов». И… То, что открывается, приводит если не в ужас, то уж в недоумение точно. Создается впечатление, что люди, громко именующие себя «поэтами», а иногда - просто безымянные авторы (в Интернете это совсем не редкость) не только об амфибрахии и дольнике ничего не слышали (это уже высший пилотаж!), но даже ямба от хорея, явно, не могут отличить (спасибо Александру Сергеевичу за удачную характеристику). И если кто-то подумает, что там хотя бы мыслям просторно, что стихи наполнены неожиданными образами и ассоциациями, то я поспешу его разочаровать. Увы… Примитивно, пресно, банально, тривиально…Какую там еще добавить характеристику к этому перечню «комплиментов»? Даже рифмоплетами таких поэтов не назовешь: рифмы уходят не далее «любовь - кровь», «любить - забыть», а то и еще хуже - «тебя - меня»…
Чтобы не быть голословной, придется потратить драгоценную часть страницы на цитирование. Например, в подборке стихов с пометкой «Прислала Кондратьева Юлия» читаем:
Дай мне хотя б минуту счастья!
Я у судьбы возьму свое.
Ведь расставанье было так нелепо,
Я не могу забыть тебя еще.
Или:
Просто сложно жить, всё веря в сказку,
Непонятно для чего темнить.
Если ты считаешь, что дарил мне ласку,
Я должна тебя переубедить [1].
К сожалению, приблизительно такой же уровень «стихотворства» представлен и на ряде других сайтов. А поэтому, когда наталкиваешься вдруг на что-то стоящее, заслуживающее внимания, душа просто умиляется: не перевелись-таки на Руси талантливые люди! И даже немного хвастливый литературный псевдоним - Таланова - не раздражает, а, наоборот, кажется вполне уместным.
Поэтический сборник Галины Талановой «Любви душа открыта» был издан небольшим тиражом в Нижнем Новгороде в 2009 году. То есть, жители Украины так же, как и я, скорее всего, могут познакомиться с ним только в Интернете.
Прежде всего, меня заинтересовала личность автора книги. Галина Борисовна Бочкова - кандидат технических наук, успешно работающий по своей вузовской специальности, автор около полусотни научных работ и докладов на международных конгрессах и симпозиумах. И в то же время это человек, в котором органически слились «физик» и «лирик». Галина Таланова - член Союза писателей России. На ее счету - шесть поэтических сборников и книга прозы.
Сборник, о котором пойдет речь, вместил в себя, преимущественно, стихи о любви. Собственно об этом говорит и его название - «Любви душа открыта». Автором вступительной статьи стал журналист Александр Асеевский, который, по его словам, сопроводил книжку Талановой «своими скромными заметками». Да, заметки, действительно, скромные в том плане, что их автор пытается как бы оправдать поэтессу, выпросить что ли у критиков или друзей по поэтическому перу доброжелательное внимание к ее творчеству. И хотя очень хочется сказать, что настоящий талант не нуждается в искусственной рекламе, но в наш век рекламы со мной вряд ли кто-то безоговорочно согласится.
Галина Таланова, на самом деле, интересная, глубокая, неординарная поэтесса. Возможно, ей не хватает какой-то «академичности», какого-то показного поэтического лоска. Что бы ни говорили профессиональные поэты, все равно они в той или иной степени работают «на публику». А вот для таких, как Таланова, поэзия - это нечто очень личное, до конца не объяснимое; это состояние души, которое, как признается Галина на своем сайте, оказывается то погружением в глубину, а то вдруг головокружительной высотой полета. Но главное, что дают поэтессе ее стихи, - это возможность вслушаться в себя.
У Галины Талановой - узнаваемый поэтический почерк. Почти каждое ее стихотворение представляет собой своего рода коллаж, составленный из фрагментов жизни лирической героини, что роднит ее произведения с дневниковыми записями. Любимый знак препинания Талановой - многоточие. Он выполняет функцию маркера: с его помощью поэтесса отделяет друг от друга запечатленные на бумаге моменты своей душевного и материального бытия. Причем «фишкой» индивидуального стиля Талановой является как раз то, что многоточия, как правило, не заканчивают собою стихотворные строки, а именно начинают их, словно бы поэтесса выхватывает из общего потока мыслей наиболее яркие вспышки и формирует из них своеобразное слайд-шоу, а многоточие - это некая пауза перед появлением новой картинки. Однако такое построение стихотворений не мешает им оставаться семантически целостными единицами: прерывистость их структуры способствует усилению дистантных семантических связей.
Примечательно, что многоточием начинается уже произведение, открывающее сборник, как будто автор книги именно в это мгновение непроизвольно приотворяет дверь в сокровищницу своей тонкой женской души, страдающей от грубых прикосновений действительности с ее будничными проблемами.
А далее мы то и дело встречаемся со стилистическими экспериментами Талановой, с ее попытками создать новый тип организации художественного текста, основанный на разрушении цепочки синтаксической зависимости его частей. Можно сказать, что в стихотворениях поэтесса воссоздает свою модель жизни, которую представляет не иначе, «как ребус» [2, 27].
Например, стихотворение «…И, пряча глаза, зарываешься в ворох…» смысловой расшифровке поддается далеко не сразу. Оно требует от читателя дополнительной мыслительной работы, чтобы составляющие его миниатюры свести «к общему знаменателю». Еще бы: в стихотворении девять многоточий, которые «разрезают» его на небольшие зарисовки, создавая ощущение неисчерпанности, открытости каждой из ситуаций. Да и начала произведения в традиционном его смысле нет: многоточие в сочетании с сочинительным союзом создает имплицитный смысл, порожденный умышленно опущенным предтекстом, что позволяет значительно расширять временные и пространственные границы произведения. Эмоционально-экспрессивная функция знаков препинания реализуется в стихотворении также частым употреблением восклицаний («…Как шёлкова шёрстка! / Как голос послушен!» и др. [2, 32]), а интонация чтения диктуется разбивкой многих стихов на две-три строки, что обеспечивает дополнительные паузы и смысловые акценты:
…И, пряча глаза,
Зарываешься в ворох
Пьянящих,
Как первый снежок,
Хризантем… [2, 32]
Кроме того, своеобразие поэтическому ритму придают анафорические повторы, многочисленные неразвернутые сравнения («как жизнь», «как глоток», «как листок», «как эхо», «как снежок») и эллипсисы, в которых смысл пропущенных компонентов предложения восстанавливается в общем контексте произведения (напр., «И запах беспечности, счастья - над всем», «Вся - в обруче взгляда» и др. [2, 32]). Все это, с одной стороны, способствует сближению стихотворных строк с устно-разговорной речью, а с другой - создает ощущение «густоты» мысли и концентрированности чувств.
Характерная для поэтического почерка Талановой «автономность» частей стихотворений обусловила еще одну особенность ее стиля: поэтессе удается с поразительной легкостью переходить от описания тривиальных житейских проблем к их философскому осмыслению, а тончайший психологизм в зарисовках состояния души лирической героини запросто сменяется строками с диалогической речью или метким дидактическим поучением. Но самое оригинальное обнаруживается, как правило, в финале произведения, когда момент высокого накала эмоций в семейных баталиях вдруг умышленно и безжалостно обрывается нарочито банальной фразой «о погоде». Например:
...В бахилах по коврам уходит лето.
И всё прозрачней и бесцветней лес [2, 27].
Или:
Только на кухне свистят свиристели -
Позаселяли с водою трубу [2, 34].
Книга «Любви душа открыта» имеет несколько сквозных мотивов, которые формируют ее внутреннее единство.
Первый из них возникает уже в самом начале сборника - это мотив прощания. Он, она, перрон, уходящий поезд… Казалось бы, сотни раз описанная ситуация. Однако навязчивой трафаретности, избитости фраз читатель не ощущает, поскольку смысловую нагрузку стихотворения составляет не банальная зарисовка, а тонкие штрихи к портрету лирической героини - сильной женщины, которая позволяет себе дать волю чувствам лишь тогда, когда остается одна («Это после в горячке металась рука…») [2, 18]. поэтический сборник синтаксический лирический
Порой мотив прощания становится нераздельным с мотивом прощения. Их органическое соединение происходит в одном из самых лирических стихотворений сборника - «За то прости, что поманила в рай…» [2, 33]. Образная картина этого поэтического произведения создается при помощи длинного ассоциативного ряда, в котором преобладают золотистые краски, рождающие необыкновенную по своей красоте фантасмагорию.
Движение сюжета в книге Галины Талановой во многом обеспечивается доминирующим в ней мотивом отчаяния («Я тебя отчаялась понять») [2, 19]. Острыми, порой безжалостными штрихами поэтесса рисует драму двоих, которые «птицу счастья - вместе! - проморгали» [2, 27]. Отношения лирического героя и героини Таланова изображает во всех их крайностях: то как упрямый словесный поединок («Мы мишени словесного тира») [2, 41], то как чередующиеся ссоры и примирения («От меня ты то дальше, то ближе…») [2, 57], то вдруг охватившее обоих безразличие («Как клад, зарыт друг к другу интерес») [2, 27], а то и вовсе - поэтесса выходит в своем осмыслении проблемы «мужчина и женщина» на философский уровень, заглядывая в истинную, глубинную суть семейной драмы:
Так и живём - ты и я: второпях,
В вечном разладе с самими собою [2, 28].
И хотя, казалось бы, настоящая причина разрыва отношений уже названа, тем не менее, ряд стихотворений в сборнике посвящен поиску «чисто житейских» оправданий для двоих. Ставшая давно прописной истина, что любовная лодка разбивается о быт (В. Маяковский), находит у Талановой свои оттенки решений. «Суета, нервотрёпка, заботы»… [2, 56] - увы, именно из этих составляющих складывается существование под одной крышей лирического героя и героини. А поэтому не удивительно, что уже «…не пишется старый роман» [2, 56] «...и правит бал в квартире скука» [2, 47]. «Постылая жизнь» [2, 48] настолько потеряла вкус и превратилась в «конвейер серой прозы» [2, 71], что остается без сожаления произнести: «И пылай наш общий кров!» [2, 55], а потом еще категорически добавить: «Ты не будешь моей половиной» [2, 57].
Само слово «быт» выступает в книге Талановой контекстуальной антитезой к слову «любовь». Именно «болото быта» [2, 98] засосало настолько, что дом постепенно превращается в «подобье дома» [2, 99], а оба лирических героя вынуждены честно признаться:
…И больше не ищем любовь:
По силам ль ей мериться с бытом? [2, 100]
Символом банальности супружеской жизни, примитивного мещанского существования в стихах Талановой становится «прозрачная, пыльная моль». Оттенком грустной иронии пронизаны стихотворения «До глаз родных какое дело?» и «Опять октябрь нахлынул…»: в них царит настроение усталости от жизни, полного безразличия ко всему происходящему.
Еще один сквозной мотив поэтического сборника Галины Талановой «Любви душа открыта» - это сожаление об ушедшей молодости. Лирическая героиня предельно честна перед собой: «...Бабий век идёт на убыль» [2, 22], а оттого «Мельница чувств обороты снижает» [2, 28]. Порой в стихах ощущается даже навязчивая монотонность пессимизма: «…жизнь давно идёт к закату» [2, 37], «Уже диктует возраст другие правила игры» [2, 49], «Жаль, что сердце уже на износе» [2, 66], «А жизнь проходит - плачь не плачь» [2, 75], «Молодость ушла бесповоротно» [2, 105] и др. В общей тональности таких произведений центральное место занимает, пожалуй, стихотворение «Любовь ушла», в котором отчетливо слышится исповедальный тон, а пессимистическое настроение находит свое предельное выражение:
Никто меня не видит,
Не чувствует,
Не слышит… [2, 58].
Однако лирическая героиня не так проста, как может показаться на первый взгляд. Все стихи Галины Талановой написаны с единой целью - разобраться в своей собственной противоречивой женской душе.
Логику развития образа лирической героини в сборнике истолковать непросто. Можно даже сказать, что она, практически, отсутствует. Но в этом, наверное, и состоит изюминка книги: поступки и мысли героини часто неожиданны, непредсказуемы и неоднозначны - она постоянно бросается из крайности в крайность. «Ну, не выходит быть, как все» [2, 23], - с болью признается поэтесса. То она осознает, что ей «хочется крепкого тыла», то тут же отчетливо понимает, что не стоит «локти кусать об уплывшем, солнечный зайчик ловить на стене» [2, 24]. В такие моменты лирическая героиня пытается сама себя убедить, что лучше жить, «оставаясь ничьей» [2, 25]. Но уже в следующих поэтических строчках она безжалостно обвиняет саму себя в несложившемся женском счастье:
...Сама я за серую повесть в ответе,
За то, что в полётах была не смела,