4. ВЛАСТЬ И ЛЕГИТИМНОСТЬ
Макс Вебер сделал проблему легитимации ключевым предметом в систематических исследованиях властных отношений и типологии власти, и, следовательно, центральной проблемой для политической социологии.
Прежде, определимся с понятиями. Вебер определяет власть (Macht) как вероятность того, что индивид в социальных отношениях может навязать свою волю даже вопреки сопротивлению других, независимо от основания этой вероятности. Существуют разные виды власти:
1. социальная власть, т.е. власть, основанная на красоте, знании, престиже и т.д.;
2. экономическая власть, т.е. власть, основанная на обладании финансами, средствами производства и т.д.;
3. политическая власть, т.е. власть, признаваемая в силу закона, традиции, харизмы и поддерживаемая возможностью использования легитимного насилия.
По мнению Вебера, политика характеризуется господством, само же господство (Herrschaft) является институализированной формой власти. Под господством (политической властью) Макс Вебер понимал – особую форму власти, которая представляет собой возможность осуществления отношений подчинения между индивидами или вероятность того, что определённая команда будет выполнена. Главной чертой политического господства Вебер считал монопольное право власти применять насилие для поддержания порядка на определённой территории. Политическая власть – наиболее сильная форма власти.
Под легитимностью, как подкатегории господства, Вебер подразумевал: «вероятность того, что определенной конкретной команде (или всем командам) будут подчинены активные группы людей». Он отметил, что «каждая подлинная форма господства подразумевает минимум добровольного согласия, то есть заинтересованность (основанную на внешних мотивах или подлинном принятии) в послушании»[2]. Таким образом, вероятность подчинения зависит от наличия мотивов подчиняться.
Порядок, которого придерживаются из соображений чистой целесообразности, как правило, гораздо менее стабилен, чем порядок, основанный на привычке. Но и этот тип порядка, в свою очередь, гораздо менее стабилен, чем порядок, который основан на том, что его считают обязательным или, как можно выразиться, «легитимным». Каждая политическая система стремиться создать и развить веру в её «легитимность».
Вебер использовал термин «мифы», когда он ссылался на убеждения, которые создаются и культивируются. По словам Вебера, интересным аспектом мифов является не то, являются ли мифы правдой или нет, а то, во что они верят. Пока общественность верит в право организации на существование, она легитимна. Этот акцент на убеждениях, интерпретациях и восприятии фактов и событий, а не самих фактов и событий, является важным.
Веберская легитимность - это не столько объективный атрибут полномочий, права человека или лиц, которым нужно подчиняться, сколько определяющее качество одной особой ситуации с властью: отношения, в которых подчинение частично объясняется отношением подчиненного к голому изданию инструкций со стороны власти.
Легитимность – это субъективное значение, придаваемое сознательному принятию отношения господства. Для Вебера важен субъективный момент, потому что он изучал социальные практики «постольку, поскольку действующий индивид придает субъективное значение своему поведению»[3]. Сердце теории политической легитимности Макса Вебера – это сам индивид.
Единый критерий для всех видов легитимного господства – это вера индивида в легальность, правильность установленного порядка. Вебер формулировал это состояние лишь как «возможность встречать повиновение» со стороны отдельного человека или группы людей конкретно обращенным к ним приказам и повелениям: господство у Вебера сохраняло свой вероятностный характер даже в своей самой рациональной форме.
Вебер указал, что даже вора можно рассматривать как признающего законность уголовного закона через его тайное поведение, которое отражает его убеждение, что он должен действовать таким образом, чтобы избежать обнаружения и избежать наказания.
Теперь следует сказать, что сам Вебер знал о разных уровнях аудитории для претензий на легитимность. В частности, он настаивал на том, что в первую очередь те, кто участвовал в управлении и обеспечении системы власти, должны были сами же и убедиться в её легитимности. Иначе высшие эшелоны власти не были бы уязвимы перед «дворцовыми переворотами» или, как в поздней Римской империи, перед любым узурпатором, который мог предложить преторианской гвардии больше денег и добычи. Кроме того, он признал, что более широкие слои подчиненных могут подчиняться просто из-за беспомощности, потому что не было никакой альтернативы. Но Вебер считал такое условие скорее исключением, нежели нормой. Господство может существовать лишь в условиях почти полной легитимности.
Норма – это попытка установить и культивировать веру в её легитимность на всех уровнях. Это особенно верно в отношении современного государства, которое требует от тех, кто подчиняется его власти, не только соблюдать законы, но и платить налоги, сотрудничать с внутренним и внешним политическим курсом и даже вставать на его защиту, если это потребуется.
Возьмём, к примеру, уплату налогов. По определению, никто не любит платить налоги. Но если люди, в целом, считают и признают систему справедливой, тогда подавляющее большинство заплатит без суеты. Естественно, всё равно будет необходимо существование эффективных административных механизмов и институтов принуждения для «отступников» и приучению людей к порядку, но если власть не будет легитимной, то государству придётся задействовать чрезвычайно дорогостоящие системы принуждения. Из этого примера следует, что эффективность и легитимность власти не являются отдельными, существующими независимо друг от друга, отделимыми элементами, а являются близко взаимосвязанными элементами одной системы.
Основное значение легитимности заключается в том вкладе, который она вносит наряду с организацией средств управления и принуждения в надежность, эффективность и долговечность системы власти.
5. ОСНОВАНИЯ ДЛЯ ПРИДАНИЯ ЛЕГИТИМНОСТИ ВЛАСТИ
Вебер выделил как субъективные, так и объективные основания для веры в легитимность системы со стороны ее субъектов.
Субъективными основаниями являются убеждения и установки субъекта, которые побуждают его рассматривать политическую систему как правильную и надлежащую или, наоборот, как выражение воли должным образом установленной властью, которой субъект должен подчиняться. Субъективные установки, лежащие в основе веры в легитимность власти, лучше всего иллюстрируются этическими убеждениями, которые дают приказ, обязывающий действовать независимо от угрозы применения санкций.
Объективные основания предполагают явные выгоды от соблюдения правил, законов или от исполнения команд власти. Объективные основания действуют независимо от "правильности" системы. Кроме того, Вебер предположил, что субъективные и объективные основания для установления законности могут действовать одновременно.
Первым источником легитимности является способность человека усваивать привычные образцы поведения и воспроизводить их в своих действиях. В результате процесса социализации индивид знакомится с принятыми в обществе нормами и правилами поведения, в том числе и по отношению к органам власти. Он усваивает их, вначале подражая поведению окружающих, а затем воспроизводит сложившиеся стереотипы поведения по привычке. Вторым источником легитимности является чувственно-эмоциональное восприятие человеком окружающего мира, в том числе и политической власти. Все, что происходит вокруг человека, вызывает у него самые разнообразные чувства: восторг, радость, удовлетворение, тревоги, страсть, растерянность. Третьим источником является целостное отношение человека к окружающему миру. Исключительное свойство человека —смотреть на мир сквозь призму сформировавшихся у него ценностей — является одной из главных характеристик, выделяющих его из животного мира. Ценностное восприятие мира предполагает конструирование идеальной модели общества, государства, личности. Оценка института политической власти осуществляется индивидом путем сравнения его со своей идеальной внутренней моделью. Четвертым источником легитимности является целерациональное поведение человека, т. е. его способность осознавать свои интересы и потребности, разрабатывать свои целевые программы по их достижению.
6. ТИПЫ ЛЕГИТИМНОСТИ
Как мы уже отмечали, каждая система будет пытаться установить и культивировать веру в свою легитимность, но в зависимости от вида легитимности, на которую она претендует, от типа подчинения, от типа административного аппарата, созданного для её обеспечения, и от способа осуществления власти – всё это будет создавать принципиально разные условия. Таким образом, Вебер считает полезным классифицировать типы власти в соответствии с типом притязаний на легитимность, которые они обычно предъявляют.
В предисловии к «Хозяйству и обществу», Вебер признавал то, что остро чувствовало большинство читателей, что дискуссия «неизбежно абстрактна и поэтому производит впечатление отдаленности от реальности».
Типология политической легитимности разрабатывалась Максом Вебером на основе так называемых «идеальных типов». Идеальный тип представляет собой особую конструкцию, которая призвана изучать объективную реальность через призму «особых» сторон предмета, тем самым упростив классификацию типов легитимности.
Обоснованность претензий на легитимность власти может основываться на:
1. Рациональные основания - опирающиеся на веру в "законность" образцов нормативных правил и право тех, кто наделен властью в соответствии с такими правилами, отдавать приказы (законная власть);
2. Традиционные основания - опирающиеся на устоявшуюся веру в святость незапамятных традиций и легитимность статуса тех, кто осуществляет власть в соответствии с ними (традиционная власть);
3. Харизматические основания - опирающиеся на преданность конкретной и исключительной святости, героизму или образцовому характеру отдельного человека, а также на нормативные образцы или порядок, выявленные или предписанные этим человеком (харизматический авторитет).
Помимо этих трех типов, Вебер также упоминает в какой-то момент в своем анализе другую форму легитимности, не включая ее, правда, в ныне классическую типологию, отсюда ее относительное устаревание: ценностная легитимность (Wertrational) («которая держится в силу рационального неверия в ее абсолютную ценность»[4]).
Рационально-легальная или рациональная легитимация основана на законах и правилах, обеспечивающих рациональность в каждом аспекте системы и на каждом уровне. Эта легитимность основа на широкой вере в рациональность. В частности, бюрократическая форма организации придерживается этого принципа – это «чистый» тип рационального господства. Как система, способная достичь наивысшей степени эффективности, она является наиболее рациональным из известных способов осуществления власти над людьми. Поэтому любая организация, которая осуществляет свою деятельность на основе бюрократических структур, должна иметь возможность получать легитимность из своего окружения. Рациональный тип легитимности имеет свою нормативную основу, которая помогает организовать власть в плохо организованных обществах.
При этом, демократия не является для Вебера необходимым условием рационального типа легитимности. Рационально-легальные элементы могут присутствовать и в не демократических государствах, например, режимы авторитарной модернизации в Бразилии, Аргентине, Уругвае и Чили в 1960–1980-е гг., франкистский режим в Испании (1939–1975 гг.), военный режим 1967–1974 гг. в Греции и т.д. Сам же Вебер подчеркивает значимость политической культуры, менталитета, а не только норм избирательного права. Поэтому, если политическая система находится в кризисе, определённые силы могут способствовать переходу её оснований из рационально-легальной к, например, харизматической власти политического лидера. Отличными примерами служит становление фашизма в Италии, Германии и отчасти в Испании.
Традиционная легитимация основывается на постоянном культивировании веры в святость старых традиций и привычек. Система регулируется набором традиционных правил и норм, наделяющих правителя и его или её правительство правом осуществлять господство. Пока традиция разделяется обществом, и правитель действует в соответствии с ней, члены системы могут воспринимать систему как оправданную и законную. Новые правила могут быть узаконены только утверждением, что они «всегда» были там.
Традиционное господство Макс Вебер в свою очередь разбивает на насколько подвидов:
1. геронтократическое;
2. патриархальное;
3. патримониальное;
4. феодальное.
Так идеи монархии, во многом, опираются на божественное право правителей на власть. Легитимность основывается на вере людей в традиции и обычаи, монарх же воспринимается как единственный законный, легитимный правитель нации и страны. В современном мире существуют пример такой легитимности, абсолютные монархи династии Сауда, который управляют Саудовской Аравией с XVIII века. В конституционных монархиях сочетается традиционное и рационально-легальное господство, монарх является символом национального единства страны и гарантом существующей политической системы.
Харизматическая легитимация основывается на преданности исключительному характеру лидера. Система является законной, потому что ее лидер: считается экстраординарным и рассматривается как наделенный сверхъестественными, сверхчеловеческими или, по крайней мере, особенно исключительными способностями или качествами. Это те способности или качества, которые недоступны для обычного человека, но считаются божественными или образцовыми, и на их основе соответствующее лицо рассматривается как «лидер».
Значимость харизмы настолько высока, что она может вовлекать людей в какие-либо действия без применения насилия в любой форме, а во-вторых, она не зависит от ранее существовавших условий в обществе (например, монархической формы правления) или от воли других людей (например, авторитет Папы Римского).