Южный федеральный университет
Культурно-историческая динамика представлений о женской красоте
Погонцева Дарья Викторовна
кандидат психологических наук доцент
Аннотация
Автор рассматривает феномен красоты через призму истории моды и костюма. Это обусловлено представлением о модной одежде как о способе раскрытия достоинств человека и презентации его тела с позиции представления о красоте в данный момент времени, в данной местности. Так как в целом категория «красота», применительно к человеку, чаще используется при описании и категоризации женщин, то в рамках данной работы рассматриваются представления о красивой женщине, их динамика изменения в разные моменты истории. В работе приведен теоретический анализ проблемы, с опорой на трудны по культурологии, искусствоведению, теории моды и костюма. Основным выводом работы является констатация феномена красоты тела с позиции его динамичности. На протяжении всех эпох существовало несколько женских образов, которые сменяли друг друга: образ девушки - подростка (худощавая, порою даже болезненно-худая, с угловатой фигурой); второй образ основан на спортивной фигуре, и третий образ красивой женщины - пышущая «здоровьем» красавица («Кустодиевская» или «Рубеновская»). Феномен «женская красота» является по своей природе социо-культурным, его трактовки менялись в зависимости от статуса женщины в обществе, от существующих в определенную эпоху гендерных отношений. Женская красота во многих ее интерпретациях сопряжена с возрастом, ассоциируется с молодостью, ей приписывается недолговечность.
Ключевые слова: тело, женская красота, мода, представления, культура, искусство, история костюма, молодость, красота, привлекательность
Abstract
женщина красота мода тело
The author examines the phenomenon of beauty through the prism of the history of fashion and costume. This is due to the concept of fashionable clothes as a way of disclosure of human dignity and the presentation of his body from the perspective of ideas of beauty at a given time in a given area. As a whole category of "beauty", in relation to a person, often used to describe and categorize women, as representations of a beautiful woman, their dynamics of change at different moments in history. The paper presents a theoretical analysis of the problem, building on difficult by cultural studies, art history, theory of fashion and costume. The main conclusion of the work is a statement of the phenomenon of the beauty of the body in terms of its dynamism. Throughout all the ages, there were several female characters who succeeded each other: the image of the girl - teenager (thin, sometimes even painfully thin, with angular figure); the second image based on a sports figure, and the third image of a beautiful woman - bursting with "healthy body" (like on paintings of B. Kustodiev or P. Rubens). The phenomenon of "feminine beauty" is inherently socio-cultural, its interpretation varied depending on the status of women in society, from existing in a certain era of gender relations. Feminine beauty in its many interpretations paired with age, is associated with youth, it is attributed to the fragility.
Keywords: history of a suit, art, culture, presentation, fashion, female beauty, body, youth, beauty, attractiveness
Основная часть
Прежде всего, необходимо отметить, что «красота» является междисциплинарной категорией. В различных философских, культурологических, эстетических, антропологических, лингвистических, социологических и психологических работах приводится ряд понятий, приравниваемых к «красоте», либо используемых для определения красоты. И, как отмечает О. Буткевич, красота это «такая вечная проблема, относительно которой больше всего сказано и меньше всего ясно» [1, С. 5]. Автор также пишет о том, что «красота, окружающая нас со всех сторон, казалось бы, неопровержимо существующая и в природе, и в общественной и духовной жизни людей, на протяжении тысячелетий вдохновлявшая поэтов и художников, носит для объективного научного исследования странно ускользающий характер» [1, С. 6]. В обыденной жизни, мы, зачастую, на ряду с «красивым», используем такие категории, как: «великолепный», «очаровательный», «привлекательный», «прелестный», «обаятельный» и др., отчасти объединяя их с красотой, и все же разводя эти понятия.
В культурологии и искусствоведении красота сопряжена с такими терминами как «канон», «золотое сечение», «пропорции», «симметрия». Рассматривая красоту тела сквозь призму канона и пропорций, мы можем опираться на такие работы, как работы А.Дюрера «О симметрии человеческих тел»; трактат Ч. Чезариано «Луций Витрувий Поплион об архитектуре»; Леонардо да Винчи «Схема пропорций тела человека» и другие, которые в поисках красивого тела изучали пропорции и пытались выделить идеальные.
Канон как отмечает Ф.Комар система идеальных пропорций человеческого тела - была разработана древнегреческим скульптором Поликлетом в V веке до нашей эры. Ваятель задался целью точно определить пропорции человеческого тела, согласно с его представлениями об идеале. Вот результаты его вычислений: голова - 1/7 всего роста, лицо и кисть руки - 1/10, ступня -1/6 [2, С. 24]. Однако уже современникам фигуры Поликлета казались слишком массивными, "квадратными". Тем не менее, каноны стали нормой для античности и с некоторыми изменениями для художников ренессанса и классицизма.
Однако в целом важно отметить, что категория «красота», применительно к человеку, чаще используется при описании и категоризации женщин. Исходя из всего вышесказанного, мы будем изучать представления о красивой женщине, их динамику изменения в разные моменты истории. Также, в рамках статьи довольно трудно подробно остановится на каждом этапе, поэтому нас будет интересовать общие тенденции изменения «красивого женского тела».
Опираясь на теоретический анализ [3], в первую очередь, необходимо отметить, что образ красивой женщины обладает динамичным характером. Более того, изменяясь в зависимости от исторических эпох и от культурных традиций, он претерпевает порой значительные трансформации, что и было отмечено В.Г. Белинским «представления о прекрасном человеке меняются вместе с возрастом человечества» [цитата по 4, с.106]. Все эти трансформации в наиболее полном объеме мы можем проследить в различных культурных объектах, особенно в портретах и скульптурах. Кроме того, для осуществления ретроспективного анализа культурно-исторической динамики представлений о женской красоте целесообразно использование работ по истории моды и костюма. Это обусловлено представлением о модной одежде как о способе раскрытия достоинств женской красоты в различные эпохи и этапы становления общества. Как отмечают некоторые авторы [5, 6], одежда является «социальной кожей» и подчеркивает наиболее одобряемые характеристики внешности, создавая некий визуальный образ, визуальную динамику представлений о красивом человеке.
Уже в первобытном обществе появляются первые изображения женщин: «палеолитические Венеры», характеризующиеся округлым животом, несоизмеримо большими «мешками» грудей, отсутствием четко прорисованных черт лица. Поскольку для рассматриваемых скульптур было характерно наличие маленькой головы и тонких конечностей, то на их фоне живот и грудная клетка представляют собой форму круга [7]. Современные исследователи трактуют форму живота и размер грудей как «сосуд плодородия», как показатель высокой репродуктивности и хорошего здоровья женщины [8]. Однако эти изображения не наделены информацией о том, являлись ли эти женщины «красивыми», в то же время, для нас важен именно факт изображения женщин с точки зрения их здоровья.
Одной из самых изученных культур является античная Греция. И.С. Кон, также как и Ф. Комар, отмечает, что в древнегреческой скульптуре обнаженное мужское тело появляется раньше и изображается чаще, чем женское. Эротические росписи на греческих вазах изображают нагих куртизанок, флейтисток и т.п., но никогда на них не изображаются в обнаженном виде уважаемые женщины, матери или дочери [9, С. 145]. В тоже время, некоторые авторы отмечают, что в древнегреческую эпоху одежда подчеркивала красоту женского тела, облагороженную мягко падающими тканями, сквозь которые «слегка намечаются, а при движении ясно проступают формы» [10, С. 13]. Поиски идеальных параметров в Древней Греции иногда приводили к интересным экспериментам. Цицерон описывает случай, когда художнику Зевксису, жители Кротона заказали статую, которая бы изобразила «немой идеал женской красоты». Для создания такой статуи художник потребовал, чтобы в качестве натурщиц к нему привели самых красивых женщин города. Он отобрал пятерых и создал статую. Таким образом, греки, создавая идеальное тело, отталкивались от собственного, но идеализированного, улучшенного, возвышенного [2, С. 21]. Е. Суслина отмечает интересный факт, она пишет о том, что во времена Элагабала (Марк Аврелий Антоний - римский император с 218 года) был учрежден сенат женщин для обсуждения вопросов моды и косметики [11, С.35]. Данный факт свидетельствует о внимании греков к внешности и достижению красоты. Как указывает Дж. Пикард [12, C. 137-167] римское искусство портрета (бюсты, терракотовые маски, камень, бронза), как и греческое, долгое время изображало исключительно мужчин, и только с 1-го века начали появляться женские образы. В тоже время их настолько мало, и чаще всего они имеют неизвестное происхождение, в связи с чем, довольно сложно составить определенное мнение о женской красоте и идеалах того времени. Однако, в тоже время известно, что в Римской империи, в III - IV веках, пропадает интерес к красоте человеческого тела, а, следовательно, и к одежде выявляющей эту красоту.
Уже в VI веке в Византии, на представления о женской красоте оказала влияние христианская религия о природе женской натуры. По учению церкви, женщина была источником соблазна и греха. В тоже время зарождается идея неземной женской красоты, выраженная в своеобразном понимании гармонии черт лица, а рядом с ней сосуществует подход к женской одежде как к футляру для тела, который должен скрывать все «женские прелести». М.Н. Мерцалова описывает, как Византийские художники изображали женщин «с громадными продолговатыми глазами, с узким удлиненным овалом лица, с тонким носом и маленьким ртом, с губами, в которых не было даже намека на чувственность» [10, С. 22]. Огромный вклад в понимание прекрасного и красоты в латинское Средневековье (VI - XV век) внесли работы У. Эко. Он отмечает, что весьма популярной темой в Средние века, было противопоставление между красотой внешней и красотой внутренней, но в этом случае бренность земной красоты, ее быстротечность воспринимались с большим сожалением. Таким образом, средневековье демонстрирует «осеннюю ностальгию по красоте, осужденной на увядание» [13, С.25]. Проповедники этого периода поучали, что «Красота - явление быстротечное, и попытки приукрасить будущий труп тщетны» [13, с.34]. Таким образом, мы наблюдаем, что в этот период красота тела нивелируется, заменяясь красотой «души».
В XIII веке Пьер Ларюель в работе «О женских прикрасах» дал такую характеристику женской красоты: «Когда Господь создал женщину из ребра Адама, он даровал ей вечную красоту. Но она утратила ее по вине дьявола, после того как отведала запретного плода, яблока; и то был для нее великий позор. И дамы в наши дни, хоть и не по собственной вине, а по вине Евы, теряют значительную часть своей красоты, если вкушают от того же запретного плода. Любая из них в бытность девицей была бела, румяна и хороша собой, но стоит ей выйти замуж, и прости-прощай прекрасные краски лица» [8, с.29]. Таким образом, он отмечает тот факт, что женская красота носит не долговечный характер, и может охарактеризовать только женщину определенного возраста и семейного положения. Тут необходимо подчеркнуть именно появление некого демографического статуса, который характеризует красивую женщину. Если вернуться к другим описаниям внешности, которые были модными в Средние века, то невозможно не отметить, что на этом этапе брови, становятся объектом поклонения, однако каноны идеального строения тела расплывчаты, так как людей в средние века заботил только вид того, что было доступно взору. И все же женщина должна была быть стройной, с тонкой талией, и под платьем угадывались узкие бедра, изящно изогнутый стан и круглый, выпуклый живот дополнял картину. Следует также отметить, что чуть выступающий живот являлся символом «вечной беременности» [8, С.36], что некоторые авторы объясняют продовольственным кризисом, который был в Европе в этот момент. Таким образом, выступающий живот говорил о том, что женщина здорова.
Параллельно с этим, на рубеже XII-XIII веков, культура постепенно приобретает более светский характер, что оказывает влияние и на представление о красоте. В XIII веке расцветает поклонение «прекрасной даме». Трубадуры восхваляют королев рыцарских турниров, их тонкий гибкий стан, подобный виноградной лозе, светлые волосы, продолговатое лицо, прямой тонкий нос, пышные кудри, глаза ясные и веселые, кожу, подобную персику, губы алее, чем вишня или роза летней поры. Женщину сравнивают с розой - она нежна, хрупка, изящна. Как отмечает Е. Чернышева «идеальная женщина в глазах поэтов была средоточием всех совершенств: «Шлю за приветом привет (Перо, омочив в слезах) Той, пред которой весь свет и вся красота - лишь прах». Автор также отмечает, что в лирике миннезингеров первенствующую роль в характеристике женщины также играют ее душевные качества: «Красотки, ой как часто злы! Мила не та, кто хороша, Но те красивы, кто милы, И красоты куда важней душа: Пусть женщина добра, чиста А красота - пустое дело, пустое дело красота!» [15, С. 308]. Таким образом, можно сделать вывод о том, что в представлении средневековых рыцарей идеальная женщина сочетала в себе внутреннюю и физическую красоту. У нее нежная, белая кожа, здоровый румянец, тонкие брови, светлые волосы, алые губы и белоснежные зубы, тонкие черты лица. Она обладает стройной фигурой и красиво, со вкусом одета.
К XIV веку хрупкий облик едва сформировавшейся девушки становится идеалом красоты; появляется корсет. Под влиянием готики складывается «пластический образ, полный женственности и своеобразной грации» [10, С.34]. Анализируя описания лиц с точки зрения культурно-философского взгляда, П.Ю. Козлова отмечает, что в древности и в средние века описывалась скорее не индивидуальность человека, а производимое им впечатление [16]. Однако уже в XV веке Вийон отдавал предпочтение крутым бедрам и толстым ляжкам, ибо в сознании тогда происходил переход от одного идеала красоты к другому: от красоты девушки-подростка к красоте зрелой женщины [10, С. 36]. В «Трактате о пропорциях», опубликованном в 1528 году, Дюрер назвал пять канонов пропорций тела мужчины и женщины, но не смог назвать лучшего, заметив только, что допустимы и все промежуточные.
В эпоху Возрождения человеческое тело превращается в произведение архитектуры, в этот период красота выверялась законами математики, ибо все тело человека с головы до пят было разделено на части, для каждой из которых определялись точные размеры и пропорции. Считалось, что у дамы должны быть три «вещи» белоснежными (кожа, зубы, руки), три - красными (губы, щеки, ногти), три - черными (глаза, брови, ресницы). Все части тела должны соответствовать семи, девяти или тридцати трем канонам идеального телосложения. В свою очередь, теоретики эпохи Возрождения считали красоту частью чувственного мира. По их мнению, именно художники «признаны отыскивать красоту в мире форм» [2, С.28]. Однако, начиная с XV века, не только художники работают над идеальными пропорциями. Философы того времени также создают многочисленные трактаты, посвященные красоте женщины. В них приводятся каноны женской красоты, связанные с формой и размерами плеч, груди, ног, рук и т. п. Вот пример одного из них, описанный Аньолой Фиренцуолой в начале XVI столетия: «Телосложение женщин должно быть большое, прочное, но при этом благородных форм. Чрезмерно рослое тело не может нравиться, так же, как небольшое и худое... Плечи должны быть широкими... На груди не должна проступать ни одна кость. Самые красивые ноги - это длинные, стройные, внизу тонкие с сильными снежно-белыми икрами, которые оканчиваются маленькой, узкой, но не сухощавой ступней... Предплечья должны быть белыми, мускулистыми...» [цитата по 4, С.46-47]. «Красивая женщина - это самое прекрасное создание, а красота - самый великий дар, коим Господь когда-либо одаривал нас, и мы, созерцая красоту, возвышаемся до осознания красоты небесной» [цитата по 10, С. 43]. Однако Эпоха Возрождения имела несколько различных образов красивой женщины, итальянская красавица отличалась от французской. Пышные формы и свободный лиф платья, распространенный в Италии, не были во вкусе французов. Многие из них, побывавшие в Италии во время военных походов (1494-1559), были разочарованы в прославленной красоте итальянок и пышности их костюма. Французы находили, что итальянки слишком полны, а платья их слишком широки. В свою очередь, Германия создает свой идеал женской красоты, в котором отразилось положение германской женщины, принадлежавшей к привилегированной среде. В Германии женщина была в тени мужчины, от нее не требовалось образованности. Отсюда возник образ германской женщины эпохи Возрождения: пряный, жеманный, лишенный проблеска интеллекта, с тонкими белокурыми волосами, большим выпуклым лбом и узкими глазами, с почти сонным выражением.