Вопрос в том, существует ли свобода в праве, выглядит двусмысленным, поскольку свобода как обусловленная юридической нормой возможность совершать или не совершать какие-либо действия и есть право. Поэтому данное понятие и термин в законе может также порождать двусмысленность, что и объясняет его редкое использование законодателем. Так, если справедливость и равенство получили форму правовых предписаний в виде принципов права, то «свобода» - нет. «Свобода» как понятие слишком абстрактно для законодательства. Свобода, всегда как бы подразумевается. Но это не повод назвать ее правовой аксиомой, так как аксиомы существуют не в праве, а в науке [9].
Дело в том, что особенности юридического текста не позволяют использовать подобные понятия предельно общего характера, которые в логике принято называть аноматоидами [10]. Для такого рода понятий характерно то, что у них отсутствует конкретный предмет, который отражают обычные понятия (денотат). Согласно логической теории, «... превращать абстрактные понятия в нечто существующее самостоятельно, независимо от материи, природы» [11, с. 103] (гипостазирование) - вполне обычное дело для обыденной или художественной речи. Более того, без гипостазирования невозможно построить картину миру, поскольку она формируется на уровне предельного обобщения, что невозможно без абстрагирования.
Но юридический текст не терпит гипостазирования, поскольку в нем присутствуют нормы и только нормы, которые предписывают, запрещают или разрешают и пр. Тот уровень неопределенности, который неизбежно несет в себе живой язык, используемый правом, нивелируется дефинитивными нормами, создающими те самые денотаты, без которых невозможен юридический язык, гарантируя определенность и недвусмысленность терминов. Если речь, таким образом, идет о юридической конструкции свободы, то ясно, что речь всегда идет о норме. Значит, права и свободы в праве (юридическом тексте) имеют смысловое, то есть нормативное различие.
На данную проблему обращали внимание еще советские правоведы. По мнению одного из них, те права, которые требуют «... особенно высокой личной инициативы, индивидуального усмотрения и самодеятельности по отношению к другим лицам, являются свободами» [12, с. 22]. Можно привести в пример и другую точку зрения, основанную на констатации того, что нормы, выражающие права, и нормы, выражающие свободы, различаются тем, что в основе их применения лежат разные механизмы, обладающие особенностями. Эти особенности «…следует искать в специфике юридических механизмов регулирования общественных отношений, а не в их социальном содержании» [13]. Некоторые авторы указывает и на другое существенное обстоятельство, некоторые из них полагают, что «.главенствующая роль в обеспечении осуществления свобод конкретного лица возлагается на других лиц, которые не должны ему в этом препятствовать, а также выполнением других обязанностей создавать условия для реализации прав на свободу» [14].
Как правило, нормы, закрепляющие свободы, характеризуются диспозиции относительно определенного характера. В то же время нормы, закрепляющие права, имеют правообязывающий характер, означающий то, что правообладание одного участника обеспечено обязанностью другого. Так, свобода обеспечивается обязанностью, состоящей в непричине- нии препятствий ее реализации. Поэтому, если в конструкции нормы присутствует «вправе.», то это означает возможность какого-либо действия, но не обязательность его. То же следует сказать и о таких конструкциях, как «не обязан.», «или», «либо».
В заключение нужно сказать, что «Право - официальная мера свободы, устанавливаемая государством для отдельных индивидов, социальных объединений, общества в целом» [15, с. 86]. Такое понимание права порождает два возможных варианта толкования свободы в праве, которые, не противореча друг другу, рассматривают разные ипостаси одного явления - общефилософский и нормативно-юридический подходы. Согласно общефилософскому подходу, свобода является существенным компонентом права, выражает его сущность. Нормативный же подход рассматривает свободу как норму права, механизм действия которой состоит в обязанности воздерживаться от нарушающих данную свободу действий. Противоречивое единство этих подходов состоит в том, что философский, указывая на свободу как существенный компонент права, тем самым указывает и на норму как форму существования этой свободы, а нормативно-юридический, указывая на норму, подразумевает, что каждый обладает свободой, покушаться на которую нельзя.
Литература
1. Новый энциклопедический словарь. М., 2005.
2. Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1990.
3. Новгородцев П.И. Лекции по истории философии права // Сочинения. М., 1995.
4. Великая хартия вольностей // Памятники истории Англии ХI-XIII вв. М., 1936.
5. An agreement of the free people of England. URL: http://www.constitution.org.
6. Философский энциклопедический словарь. М., 1989.
7. Нерсесянц В.С. Право и закон. М., 1983;
8. Нерсесянц В.С. Философия права. М., 1998.
9. Матузов Н.И. Личность, политика и право // Теория политики (Общие вопросы). Саратов, 1994.
10. Черданцев А.Ф. Логико-языковые феномены в юриспруденции. М., 2012.
11. Курбатов В.И. Логика для юристов. Ростов н/Д, 2006.
12. Кондаков Н.И. Логический словарь. М., 1971.
13. Керимов Д.А., Мальцев Д.В. Политика - дело каждого. М., 1986.
14. Скуратов Ю.И. Свобода собраний, митингов и демонстраций: теория и практика // Советское государство и право. 1987. № 7.
15. Хагба О.Р. О реализации религиозных свобод в уголовном процессе Российской Федерации и Республики Абхазия // Вопросы российского и международного права. Т. 7. № 3А. 2017.
16. Диаконов В.В. Теория государства и права. М., 2004.
Bibliography
1. New encyclopedic dictionary. Moscow, 2005.
2. Ozegov S.I. Dictionary of Russian languish. Moscow, 1990.
3. Novgorodcev P.I. Lectures on philosophy of law. Issues. Moscow, 1995.
4. Magna Charta // History English Memorials of ХI-XIII c. Moscow, 1936.
5. An agreement of the free people of England. URL: http://www.constitution.org.
6. Philosophic encyclopedic dictionary. Moscow, 1989.
7. Nersesyants V.S. Law and Lags. Moscow, 1983.
8. Nersesyants V.S. Philosophy of law. Moscow, 1998.
9. Matuzov N.I. Person, policy, law. Theory of politics (general items). Saratov, 1994.
10. Cherdantcev A.F. Logic-languish Phenomenon in jurisprudence. Moscow, 2012.
11. Kurbatov V.I. Logic for jurists. Rostov on-Don., 2006.
12. Kondakov N.I. Logic dictionary. Moscow, 1971.
13. Ktrimov D.A., Maltcev D.V. Policy - everybody act. Moscow, 1986.
14. Scuratov Y.I. Freedom of mitting's and demonstration. Soviet state and law. 1987. № 7.
15. Hagba O.P. On realization of religion freedom in criminal justice of Russian Federation and Republic of Abkhazia. Items of Russian and international law. V. 7 № 3A. 2017.
16. Diakonov V.V. Theory of state and law. Moscow, 2004.