Материал: Конституционное право Российской Федерации_Баглай М.В_Учебник_2007 6-е изд -784с-3

личаются полномочия и взаимоотношения законодательной и исполнительной властей. Относительно единообразные системы могут возникнуть при реализации в полном объеме ч. 1 ст. 77, в которой требуется соответствие систем органов государственной власти субъектов Федерации двум положениям:

1)основам конституционного строя Российской Федерации;

2)общим принципам организации представительных и исполнительных органов государственной власти, установленных федеральным законом.

Очевидно, что одного первого положения явно недостаточно. Системы органов государственной власти в субъектах РФ должны соответствовать каким-то общим принципам, устанавливаемым через специальный федеральный закон. Эту роль выполняет Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации».

В федеративном государстве принцип единства государственной власти предполагает четкое распределение компетенции (предметов ведения и полномочий) между федерацией и ее субъектами. Все федеративные государства придают этому принципу первостепенное значение. В ходе обсуждения проекта Конституции России данный вопрос приобрел особую остроту, поскольку к этому времени между Российской Федерацией и ее субъектами уже существовал Федеративный договор в виде трех отдельных договоров, определивший разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти ее субъектов.

В Конституции РФ к основам конституционного строя отнесено не только признание необходимости такого разграничения, но и указание оснований для него: настоящая Конституция, а также Федеративный и иные договоры по этому вопросу. Конституция отвела вопросу о предметах ведения значительное место (ст. 71—73), установив предметы ведения Российской Федерации и предметы совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, а также определив полноту государственной власти субъектов Федерации вне этих предметов. Этим вопрос полностью исчерпывается, поскольку по своей юридической силе Конституция выше Федеративного договора. В «Заключительных и переходных положениях» (раздел второй Конституции) специ-

ально отмечается, что в случае несоответствия положениям Конституции положений Федеративного договора действуют положения Конституции.

§ 4. Местное самоуправление

Конституция РФ рассматривает местное самоуправление как одну из форм осуществления народом своей власти (ст. 3), признает и гарантирует его (ст. 12). Включение этих статей в число основ конституционного строя — свидетельство принципиального изменения отношения государства к местным органам власти, несомненный признак правового государства.

Признавая и гарантируя местное самоуправление, Конституция устанавливает, что оно в пределах своих полномочий самостоятельно. Установление «пределов полномочий» едва ли не самое сложное и деликатное дело, здесь возможна чрезмерная пестрота и разнообразие, поскольку установление общих принципов местного самоуправления согласно Конституции (п. «н» ст. 72) входит в совместное ведение Федерации и ее субъектов. Однако несомненно, что органы местного самоуправления вправе самостоятельно утверждать и исполнять местный бюджет, управлять муниципальной собственностью и решать ряд вопросов по развитию систем обслуживания населения. Вмешательство в эти вопросы органов государственной власти субъектов Федерации или самой Федерации недопустимо.

Наиболее сложная и трудная для усвоения часть ст. 12 Конституции гласит: «Органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти». Если бы законодатель имел в виду закрепление гарантии местному самоуправлению от вмешательства органов государственной власти, то он вполне мог бы ограничиться закреплением принципа самостоятельности. Очевидно, что здесь утверждается принципиальное различие между государственной властью и самоуправлением. Но в чем оно? То, что местное самоуправление есть тоже власть, вытекает из ст. 3 Конституции, но власть здесь понимается как власть народа, а не государства. Эта власть отличается от государственной тем, что она не может применять принуждение — для этого не предусмотрено правовых форм. Но можно ли отгородить местное самоуправление от государства, представить его как государство в государстве? Очевидно, нет, ибо тогда разрушается понятие суве-

ренитета Российского государства, который распространяется на всю территорию России.

Ясно, что органы местного самоуправления не могут обойтись без издания нормативных актов — без этого их деятельность неминуемо выльется в произвол. Но если они издают правовые нормы, как это предусмотрено Федеральным законом «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», то, следовательно, эти органы вправе применять принуждение. Чем же тогда в этом отношении они отличаются от органов государственной власти?

Представляется, что местное самоуправление, хотя оно не входит в систему органов государственной власти, по своей природе все же является частью публичной власти. Местное самоуправление действует в соответствии с конституциями и законами, а следовательно, оно производно от государства. Статьей 12 Конституция как бы позволяет гражданскому обществу на местном уровне решать свои проблемы без вмешательства органов государственной власти, а только через собственные органы, но тоже наделенные властными полномочиями (нормотворческими и исполнительными, но не судебными). Это не суверенная власть, и она не может выходить за свои пределы — в противном случае правомерно вмешательство органов государственной власти. Каждый гражданин участвует в создании органов местного самоуправления, но этот же гражданин является субъектом всего российского конституционного права, он участвует в общенародном волеизъявлении (выборах) при создании органов государственной власти Федерации и ее субъектов. Местное самоуправление поэтому не может быть ничем иным, как автономной по своим полномочиям и деятельности частью общей российской государственности и государственности субъектов РФ. Такое понимание местного самоуправления, похоже, утверждается в его практическом развитии.

В соответствии с такой природой местного самоуправления следует понимать муниципальное право как совокупность правовых норм, регулирующих организацию и деятельность органов местного самоуправления. В своей основной части это институт конституционного права, поскольку его основными источниками являются Конституция РФ, конституции (уставы) субъектов Федерации, законы Российской Федерации и ее субъектов. Указы Президента России и др. Но в то же время источниками выступают акты самих органов местного самоуправления, вследствие

чего муниципальное право предстает как комплексная отрасль. Эта отрасль имеет свою систему, принципы, гарантии и формы ответствен ности.

Глава 9. Экономические и политические основы конституционного строя

Как уже отмечалось, гражданское общество не является сферой конституционного права, оно учреждается самими людьми и строится на принципах свободы и саморегуляции. Однако деятельность людей требует от государства определенных гарантий, и прежде всего в экономической и политической областях. Государство закрепляет эти гарантии и устанавливает определенный порядок их обеспечения, опирающийся на незыблемые права и свободы человека и гражданина.

Государственное регулирование экономической деятельности в правовом государстве в отличие от тоталитарного не учреждает экономический строй общества, а только охраняет его главные устои, основанные на правах и свободах. Эти устои не порождаются какой-то одной политической идеологией, они носят гуманистический и демократический характер.

На тех же основах строится отношение правового государства к политической деятельности людей. Государство не может учреждать политическую систему, ибо она в своей основе создается свободной инициативой граждан. В то же время свободу и здесь требуется регулировать и охранять, и вмешательство государства в политические отношения ограничено этими целями.

Общество, построенное на основе частной собственности и идеологического плюрализма, еще недавно называлось у нас капиталистическим, но в правовом государстве все же избегают использовать термин «капитализм». Это делается не потому, что такой термин скомпрометировал себя в глазах многих людей, а потому, что в силу самой своей природы правовое государство обязано быть нейтральным в отношении политической идеологии. К тому же современное развитое общество в отличие от XIX в. перестало быть односторонне капиталистическим, в него встроены многие структуры, заимствованные из доктрины социализма, вследствие чего это общество справедливо стали считать смешанным. Экономический и социальный прогресс в этом обществе достигается при непременном соблюдении прав и свобод

Глава 9. Экономические и политические основы конституционного строя 157

человека и гражданина, без тотального государственного регулирования.

Сказанное объясняет, почему Конституция России относит закрепление определенных экономических и политических принципов к основам конституционного строя и отвергает понятие «общественный строй». Это те принципы, которые охраняются и гарантируются новым государством во имя прочности существования свободного гражданского общества.

§1. Принципы рыночной экономики

ВКонституции РФ нет термина «рыночная экономика», но содержащиеся в ней нормы не оставляют сомнений в том, что государство охраняет основные принципы именно рыночной экономики. Тем самым кардинально меняется соотношение государства и экономики: из организации, которая непосредственно управляла народным хозяйством, государство превращается только в регулятора экономических отношений. Но это уже принципиально другая роль, она исключает административно-команд- ные функции государственного аппарата и признает свободу экономической деятельности людей и их объединений. Государство теперь не вправе устанавливать плановые задания, диктовать цены, сохранять монополию внешней торговли, заведовать сбытом

иснабжением, руководить сельским хозяйством и т. д.

Экономическая роль государства обрисована в Конституции России весьма лаконично и, в сущности, только косвенно. Но в большинстве конституций мира нет даже такого объема экономических обязанностей государства, чем подчеркиваются самостоятельность экономики и ее саморегуляция. В то же время складывается впечатление, что российская Конституция более озабочена не закреплением принципов рыночной экономики, а утверждением их действенности на всей территории сложного федеративного государства с его амбициозными субъектами и укоренившимся местничеством. Но в любом случае даже лаконичные формулировки ст. 8, возведенные в ранг основ конституционного строя, не оставляют сомнений в том, что на базе данной Конституции возврат к административно-командной экономике невозможен.

Впрочем, те основы конституционного строя, которые сформулированы в ст. 8, не свидетельствуют о полном отстранении государства от управления экономикой и установлении стопро-