Материал: Конституционное право Российской Федерации_Баглай М.В_Учебник_2007 6-е изд -784с-3

ло их во имя навязываемых идеологических целей. Главной целью жизни провозглашалось служение государству и общественным интересам, что на деле оборачивалось установлением диктатуры.

Новая российская государственность радикально меняет отношения личности и государства. Не человек создан для государства, а государство для человека — таков теперь главный принцип их отношений. В этом состоит гуманистическая сущность Конституции и всего нового конституционного права России. При этом акцент делается не на коллективном пользовании правами, как это было свойственно тоталитарному государству, а на индивидуальном выборе образа действий. Безусловно, коллективизм необходим для достижения определенных целей, но, понимаемый с чрезмерным универсализмом, он в состоянии подавить инициативу и способности отдельного человека, привести к царству серости и посредственности. А индивидуализм, напротив, раскрывает потенциал общества, и задача права — содействовать проявлению энергии каждого человека.

Приоритет человека перед государством позволяет осознать место человека в гражданском обществе. Это место не определяется государством, оно неотъемлемо принадлежит человеку и реализуется в меру его способностей и инициативы. Гражданское общество тем и отличается от общества тоталитарного типа, что оно развивается на основе саморегулирования, т. е. не нуждается в тотальной регламентации со стороны государства. Государство регулирует поведение человека только в определенной мере, так, чтобы не затронуть его свободу и обеспечить общественные интересы. Такое понимание соотношения человека, общества и государства подчеркивает гуманистическую сущность конституционного строя.

Выражение «высшая ценность» — это не юридическая, а нравственная категория. Но когда она попадает в конституционный текст, то превращается в категорию правовую, т. е. в обязательное правило для всех членов общества, как облеченных, так и не облеченных властью. Последующие главы Конституции, и особенно гл. 2 «Права и свободы человека и гражданина», подчинены этому суперпринципу, раскрывают и детализируют его. В ст. 18, например, провозглашается, что права и свободы человека и гражданина «определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосуди-

ем». Отсюда следует, что все ветви власти, все звенья государственного механизма служат главной цели: обеспечению прав и свобод человека и гражданина. Во всех случаях их столкновения с принципом целесообразности при решении того или иного вопроса приоритет должен отдаваться правам и свободам.

Основные обязанности государства в этой сфере сводятся к признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина.

Признание означает закрепление в Конституции и законах всего объема прав и свобод, предусмотренных общепризнанными нормами международного права, а также неотъемлемых прав и свобод, вытекающих из естественного права.

Соблюдение требует от государственных органов не только воздерживаться от любых действий, нарушающих или ущемляющих права и свободы, но и создавать условия для их реализации людьми.

Защита предусматривает действия судебных и административных органов по восстановлению нарушенного права или недопущению такого нарушения, а также создание соответствующих правовых гарантий.

Признание человека, его прав и свобод высшей ценностью не означает, что государство во всех случаях не вправе ограничивать действия людей. Это необходимо для того, чтобы осуществление прав и свобод одними не ущемляло прав и свобод других, не наносило ущерба обществу. Отделить такую ограничительную, а по существу правозащитную деятельность государственных органов от соблюдения прав и свобод человека часто бывает очень трудно, но без такой четкой границы деятельность государства грозит выродиться в произвол. Государство, кроме того, должно следить за законопослушанием своих граждан, требуя от них уважения к правопорядку. Конституционная обязанность признавать человека, его права и свободы высшей ценностью реализуется через сложный и разветвленный механизм власти; по существу, в этом механизме участвуют все государственные органы и вся правовая система страны.

Гуманизм конституционного строя отчетливо проявляется в подходе к институту гражданства. Под гражданством понимают правовую связь лица с конкретным государством, которая ведет к установлению взаимных прав и обязанностей, и прежде всего обязанности государства защищать права и свободы данного лица в полном объеме. Разница между правами человека и правами

гражданина, может быть, не столь и велика, но только гражданство предоставляет права в сфере осуществления государственной власти (например, право избирать и быть избранным в органы государственной власти). Преимущество гражданства также в обязанности государства защищать своих граждан за пределами страны. Следовательно, правовой статус, который предоставляется гражданством, наполнен гарантиями, реализация которых во многом зависит от должностных лиц государства. Это превращает институт гражданства в важную часть проблемы «человек — государство» и ставит его основные положения в разряд основ конституционного строя.

В тоталитарный период человек рассматривался как принадлежность государства, от которой государство было вправе по своему усмотрению избавиться. В соответствии с таким подходом власти произвольно высылали из страны и лишали гражданства многих граждан, в том числе выдающихся деятелей культуры, за выступления в защиту демократии. Гражданство искусственно увязывалось с ложно трактуемым патриотизмом, вследствие чего зачастую становились невозможными воссоединение семей, изменение гражданства, выезд за границу.

Ныне положение радикально изменилось. Конституция (ч. 3 ст. 6) установила, что гражданин РФ не может быть лишен своего гражданства или права изменить его. Разумеется, в определенных случаях нельзя обойтись без прекращения гражданства, но основания для этого должны быть ясно указаны в федеральном законе. Ни при каких обстоятельствах гражданина нельзя лишать гражданства вопреки его желанию и без законных оснований. Такие основания необходимы и для приобретения гражданства — государственные органы не должны иметь право безосновательно отказывать людям в их желании принять российское гражданство.

К основам конституционного строя относится также закрепленный в ст. 6 принцип равного гражданства независимо от оснований приобретения. Это означает, что для полноты прав и свобод не имеет значения стаж пребывания в гражданстве и различие между гражданством по рождению и гражданством приобретенным. Каждый гражданин России обладает на ее территории всеми правами и свободами и несет равные обязанности, предусмотренные ее Конституцией.

§ 3. Суверенитет народа

Эта категория относится к числу обязательных исходных принципов любой демократической конституции, хотя, казалось бы, в наше время в цивилизованном мире ее уже никто не оспаривает. Исторически она возникла в ходе революционной борьбы народов против феодального абсолютизма (XVII—XVIII вв.) и противопоставлялась претензиям монархов на неограниченную власть как на мандат, якобы полученный свыше. Таким образом, понятие суверенитета (означающего верховную власть, независимость), разработанное еще в XVI в. Ж. Боденом (Франция) для обоснования безраздельности государственной власти, было использовано в новом значении: для утверждения демократической концепции государства и народовластия. Конституционный принцип суверенитета народа и сегодня напоминает всем властителям о том, от кого они получили власть, а следовательно, во имя кого эту власть обязаны употреблять.

Позже, в XX в., возникло понятие «суверенитет нации», которое отождествлялось с неким полновластием нации или правом нации на самоопределение вплоть до создания национального государства. По своей природе и скрытому смыслу это не юридическое понятие, ибо ни одно многонациональное государство не станет закреплять «право» на разрушение своего единства. Европейское сообщество, стремясь поставить барьер опасным тенденциям национализма и сепаратизма, выдвинуло и закрепило в Заключительном акте Хельсинкского Совещания принцип территориальной целостности и нерушимости границ государств Европейского континента. С позиций здравого смысла нетрудно понять, что в многонациональном обществе государство не может позволить себе быть однонациональным, без риска вызвать национальную рознь. Демократическое правовое государство исключает дискриминацию по национальному признаку и обеспечивает гражданам всех национальностей право на реализацию своих национальных культурных интересов. Иное дело — выдвижение требования независимости со стороны народов в условиях распада федеративных государств. Так, распад СССР, Югославии и Чехословакии привел к независимости каждого из входящих субъектов этих федераций, что получило всеобщее международ- но-правовое признание. В Грузии в связи с ее выделением из состава СССР возникла межэтническая гражданская война, в результате которой народы Абхазии и Южной Осетии, реализуя

право на самоопределение и опираясь на исторические корни, объявили о своей независимости.

Конституция РФ дает достаточные основания для разрешения противоречия «двух суверенитетов». В ст. 3 говорится: «Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ». Народ, следовательно, понимается как единый и неделимый субъект — источник права. Любая нация реализует свои национальные интересы в рамках этого конституционного понятия, она, безусловно, защищена от любой формы дискриминации, а тем более угнетения со стороны кого бы то ни было. Однако это не означает, что любая нация вправе создать свое государство; суверенитет по смыслу ст. 3 Конституции принадлежит не отдельным частям населения, а российскому народу в целом, а следовательно, любые сепаратистские решения окажутся в противоречии с Конституцией. Необходимо учитывать, что понятие «многонациональный народ» радикально меняет свое содержание в демократическом обществе с правовым государством. Если в тоталитарном государстве под разговоры о народовластии были возможны репрессии в отношении целых наций, то гуманистическая трактовка понятия «народ» как равных граждан с гарантированными для всех правами и свободами это полностью исключает.

В конституционной теории развитых стран понятия «нация» и «народ» фактически отождествляются. В некоторых конституциях о суверенитете народа или нации вообще не упоминается (США), в других закрепляется суверенитет народа (Италия), в третьих есть упоминание о «национальном суверенитете» (Франция), но трактовка этого термина сливается с понятием «суверенитет народа». При любых формулировках или их отсутствии считается необходимым признать первоисточник власти, из чего никак не вытекает какой-либо легитимизации сепаратизма или, наоборот, национальной дискриминации.

Суверенитет народа неразрывно связан с правами и свободами человека и гражданина. В этом его гуманистическая сущность. Верховную власть народа нельзя себе представить иначе, как власть, осуществляемую отдельными людьми, — здесь коренится и определенная возможность манипулирования интересами и волей народа со стороны ложных пророков и потенциальных тиранов. Народ осознает себя носителем суверенитета только в отдельные периоды общественного развития — лучше, когда это происходит в конституционно обусловленных формах (рефе-