Контекстуальный анализ показал закрепление за каждым именем с постонимическими коннотациями определенных свойств. Энергичного неутомимого человека называют Энерджайзером, предателя - Павликом Морозовым, олигарха - Абрамовичем, культуриста - Шварценеггером, богатый и престижный район - Рублевкой, захолустный, отдаленный от центра район - Урюпинском, престижную кинопремию - Оскаром, обман, аферу - МММ, катастрофу - Чернобылем и т.п. Однако многие коннотонимы ассоциируются сразу с несколькими признаками одного объекта. Становится очевидной многозначность большинства рассмотренных имен, для определения которой целесообразно применение метода компонентного анализа.
Метод компонентного анализа предусматривает разложение языковых единиц на минимальные семантические составляющие. Компонентный анализ можно отнести не только к собственно лингвистическим методам, но и к специальным методам коммуникативных исследований, т.е. использовать при коммуникативном описании лексических единиц, поскольку такой анализ полезен для выявления «тончайших различий между языковыми значениями, обуславливающие особенности их реализации в дискурсе» [11: 157]. Данный метод позволяет выявить различия между коннотативными семами одного имени в разных контекстах. Так определяются механизмы развития многозначности у коннотативного имени.
Например, употребленное в переносном значении название детского конструктора «Лего»: 1) «простота составления чего-либо из готовых фрагментов, компиляция». Если хотите, это даже была не речь, а политический пазл, концептуальное «Лего», идейная «раскраска» (Комсомольская правда, 2009.01.30); 2) «возможность менять что-либо местами и получать при этом новый результат». Мы играем в химический «Лего», создавая соединения с новыми свойствами или пытаясь заглянуть в живые системы, чтобы как минимум понять всю сложность происходящего («Эксперт», 2014); 3) «то, что можно легко сделать самостоятельно из разрозненных деталей по предложенному образцу». В ближайшие 10 -15 лет нас ждет так называемое «легообразование», которое будет выстраиваться множеством независимых игроков, а человек в течение всей жизни станет собирать свой индивидуальный образовательный конструктор (Комсомольская правда, 2013.08.23). Как видно из приведенного примера, различные семы коннотативного имени актуализируют разные признаки одного и того же объекта - детского конструктора. При этом имя употребляется в речевых ситуациях, весьма далеких от детского конструктора (в политическом, научном, педагогическом дискурсах).
Иногда при формировании переносных значений наблюдается смешение нескольких образов. К примеру, с распространением в постсоветский период массовой культуры Запада в русскую речь вошло имя доктора Франкенштейна, персонажа многих книжных, драматических и кинематографических адаптаций романа XIX века английской писательницы Мэри Шелли. Однако компонентный анализ имени Франкенштейн в коннотативных значениях показал смешение образов доктора, который создал из мертвой материи живое существо, превратившееся в чудовище, и самого чудовища. Это имя практически параллельно употребляется в трех различных переносных значениях: 1) «ученый, доктор, проводящий смелые и часто неэтичные эксперименты с живыми организмами» Для секретных работ красному Франкенштейну Иванову, выделили валюту и создали обезьяний питомник в Сухуми (Комсомольская правда, 2011.05.10);
2) «результат смелого эксперимента, который может обратиться против своего создателя». Новейший Франкенштейн - Нацпроекты начинают работать против своих создателей (РИА Новости, 2006.09.05);
3) «тот, кто может испугать своим внешним видом, страшный, уродливый». Да, я радовался своему безобразию - конопатый, ушастый, с жуткими гнилыми зубами, такой советский Франкенштейн (РБК Daily, 2010.08.16).
Стилистический анализ направлен на выявление способов выражения оттенков смысла. Этот метод пересекается с контекстуальным и компонентным анализом, поскольку у них общий предмет исследования - коннотативная семантика контекстуального употребления онима.
Стилистический анализ помогает определить функциональную маркированность коннотативных имен (разговорное, ироническое, пренебрежительное и т.п.), а также увидеть возможности использования коннотонимов в качестве образных средств метафорической группы:
- образных сравнений: Просто грешно под достойные царских палат люстры стелить обычный линолеум. Как нельзя к галстуку от Кардена покупать пиджак фабрики «Большевичка» (Заполярная правда, 2002.03.28). От мрамора и гранита сланец отличается примерно так же, как отличается мятый пиджак Пьера Кардена от выглаженного костюма фабрики «Большевичка» (Форум «Строим дом», 2008).
- метафоры в сочетании с плюрализацией (употреблением онима во множественном числе): Вы хотите, чтобы у нас на площадях бегали десятки таких Саакашвили? Вы хотите, чтобы мы переживали от одного Майдана к другому? Чтобы у нас были попытки государственных переворотов? (ИА Новостной фронт, 2017.12.14);
- метафоры в составе иронии: Местный Рэмбо собирался поставить город Артем «на уши» (газ. «Владивосток», 1997.04.02). «Сорочинский Куршавель» дяди Пети получил статус горнолыжной базы (АиФ-Оренбург, 2017.12.22); в том числе иронии с отрицанием: Все прекрасно знают, что Абрамович совсем не Билл Гейтс, и ничего путного на родине предков вроде пока не придумал (Труд-7, 2003.07.17). Наука - это ж не Голливуд, где каждый Спилберг может все что угодно напридумывать (Комсомольская правда, 2001.11.30).
- нескольких имен с общим коннотативным значением, объединенных с нарицательными именами в перечислительных градационных рядах: Виной тому и наша бедность, и агрессивность, отсутствие закона, шаткость власти, Чернобыль, Афган, Чечня (Огонек». 1991. № 14). Голливуд, «Макдоналдс», кока-кола, «Intel», «Microsoft», свобода, демократия - а на вершине всего этого империализм, Ирак, война («Эксперт: Вещь», 2003.12.22).
- имен-метафор с контрастными коннотативными значениями в антитезных конструкциях. Например, на оценочной шкале «роскошный, элитный» и «простой, обычный»: Ведь их же не на Канары надобно вывозить, а в какой-то ближний поселок с газом и электричеством. (Комсомольская правда, 2006.06.06); или «бескорыстный» и «стремящийся к личной выгоде»: Я вам не мать Тереза, а бизнесвумен (Комсомольская правда, 2004.02.16); или «живой, эмоциональный» и «бесчувственный, бессмысленный»: Это книжный магазин, а не Макдоналдс. Здесь не нужны мальчики и девочки с бессмысленными глазами (Завтра, 2008.07.16) и т.п.
Давно доказано, что именам собственным в их обычном нейтральном употреблении не свойственна многозначность, а также синонимия и антонимия [12, 13]. Однако стилистический анализ коннотонимов постсоветского периода дает возможность увидеть семантические трансформации имени собственного, приводящие не только к развитию многозначности коннотативного имени, но и к формированию синонимических и антонимических отношений между онимами с одинаковыми или противоположными оценочными знаками. Таким образом, коннотативные имена собственные - это стилистический ресурс, к которому авторы текстов постсоветского периода прибегают в поисках яркого образа, лаконичной социальной оценки субъекта, объекта или явления окружающего мира.
При использовании сопоставительного метода устанавливается семантическая динамика коннотативных имен на разных этапах их существования, т.е. сопоставляются коннотативные значения онимов, относящиеся как минимум к двум синхронным срезам. Здесь следует заметить, что вопрос о синхронии- диахронии применительно к коннотонимам решается особым образом, поскольку семантические трансформации происходят буквально на глазах исследователя. Внутри рассматриваемого тридцатилетнего периода отмечается обширная область случаев промежуточных колебаний коннотативной семантики, для установления границ, между которыми нужны синхронные срезы.
Взаимосвязанные понятия «синхронный срез» и «синхронное состояние» языка, которые в современном языкознании часто употребляются параллельно, введены в научный оборот еще Ф. де Соссюром. Эти понятия позволяют понять, что «система всегда моментальна; она видоизменяется от позиции к позиции» [14: 121], а «состояние языка не есть математическая точка. Это более или менее продолжительный промежуток времени, в течение которого сумма происходящих изменений остается ничтожно малой. Он может равняться десяти годам, жизни одного поколения, одному столетию и даже больше» [14: 133]. А значит количество синхронных срезоввеличина непостоянная, она может быть определена только по отношению к конкретным языковым единицам.
Последовательное развитие переносных значений демонстрирует анализ контекстов их употребления, относящихся к двум синхронным срезам: 1998-2008 гг., когда у большинства рассмотренных имен были зафиксированы первичные переносные значения; и 2009-2019 гг., когда были отмечены достаточно регулярные трансформации первичных переносных значений.
Сопоставление имен на уровне двух синхронных срезов внутри постсоветского периода помогает установить условные границы между старыми и новыми коннотативными значениями и увидеть общие признаки в семантической динамике разных коннотативных имен.
Во-первых, наблюдается достаточно регулярное движение от конкретных коннотативных значений к абстрактным. Например, первоначально название одного из самых длинных сериалов «Санта- Барбара» встречалось во многих контекстах в переносном значении «любой длинный сериал», затем название сериала стало использоваться для номинации любых сложных запутанных внутрисемейных отношений. А в последние десять лет встречаем это название в расширенном значении «интриги, скандалы, долгое выяснение отношений в политической, экономической и др. социальных сферах»: «Санта-Барбара» по-нурлатски (заголовок). Свое решение об отставке Наиль Шакирович согласовал с президентом (Бизнес-газета, 2013.09.20). Из-за главы штаба Собчак разыгралась какая- то «Санта-Барбара» (РосБалт, 2017.10.24). «Это какая-то чудесная “Санта-Барбара”»: Рогозин рассказал РБК о приглашении NASA, деле ученого о госизмене и дырке в МКС (РБК. Политика, 2019.01.10). У топонима Чернобыль отмечается расширение переносного значения от «любая техногенная катастрофа» до просто «катастрофа». При этом обнаруживается новая лексическая сочетаемость, имя Чернобыль употребляется с определителями нефтяной, химический, экологический, политический, культурный и т.п. и обозначает любое катастрофическое положение дел, совсем не связанных с аварией на Чернобыльской АЭС. Нации грозит духовный Чернобыль (Комсомольская правда, 1998.12.17). Критики называют «Евровидение» культурным Чернобылем (Новая газета, 2009.05.18). Нужно действовать сейчас, иначе мы получим «экологический Чернобыль» (Известия, 2019.07.24).
Во-вторых, для многих имен характерно развитие амбивалентных оценочных значений. Например, имена политических лидеров с кардинально противоположными социально-оценочными коннотациями отражают изменения в политической ситуации и в соотношении сил на политической арене, которое существенным образом влияет на общественное мнение. К примеру, у антропонима Сталин в первом синхронном срезе доминирует крайне негативное переносное значение «деспот, тиран, преступник». Значе-ние сформировалось в 1990-е, когда рассекречивание многих архивов и публикации ранее запрещенных авторов повлияли на социальную оценку личности Сталина. Имя употребляется в форме множественного числа и включается в перечислительные ряды с другими антропонимами, сходными в эмоциональнооценочном плане. Все они одним миром мазаны - все эти Сталины, ленины, гитлеры, пол-поты... Все это одна компания (А. Яковлев. У нас был фашизм почище гитлеровского, 2001). Во втором синхронном срезе набирает популярность значение с позитивной оценкой, обусловленное общественными движениями в поддержку «сильной руки» во власти - «сильный вождь, способный навести порядок в стране». Сталин нужен? Сталин нужен! Сталин нужен!!! Путин сильный президент, а сейчас нужен вождь. Нужна чистка правящей элиты, а это может сделать только вождь (Завтра, 2018.05.31).
Причем практически аналогичная амбивалентная оценка наблюдается и у имен современных политических лидеров. Например, у антропонима Лукашенко наиболее частотное негативное переносное значение в первом синхронном срезе - «политик-диктатор». Полицейские забросали храм газовыми гранатами, людей (в том числе детей) избивали даже на паперти. Грузией правит второй Лукашенко (Известия, 2007.11.07). А во втором синхронном срезе, при сохранении первого значения, достаточно регулярно позитивное переносное значение «глава государства, который может навести порядок в стране». Павел Николаевич Грудинин, который является директором совхоза, это второй Лукашенко. Все мы видим, как живет Белоруссия без нефти, без газа. Там порядок, там сельское хозяйство находится на высоком уровне (Столица, 2017.12.29). В сумме подобные коннотативные значения отражают неоднозначную, крайне противоречивую оценку многих политических событий.
Заключение
В заключение отметим, что результаты коммуникативного описания коннотонимов постсоветского периода с последовательным использованием методов контекстуального, компонентного и стилистического анализа в сочетании с методом лингвистического сопоставления имеют теоретическое значение:
- вносят вклад в исследование дискуссионной проблемы семантики имени собственного,
- дополняют существующие системные представления о семантических изменениях в лексической системе русского языка (метафоризация, развитие многозначности, возникновение устойчивых словосочетаний),
- позволяют получить научные данные о трансформации ценностных представлений и установок общества на определенном этапе (отношение к материальным и духовным ценностям, к развитию процессов глобализации и результатам этих процессов, к событиям недавней истории и знаковым событиям последнего времени и т.п.).
Кроме того, исследование каждого коннотативного онима постсоветского периода по представленной выше методике открывает перспективы для практического применения полученных результатовлекси- кографического описания данного пласта ономастической лексики в словаре коннотативных имен собственных постсоветского периода, над которым в настоящее время работает наша проблемная группа.
Примечания:
1. Отин Е.С. Словарь коннотативных собственных имен. Донецк: Юго-Восток, Лтд, 2004. 412 с.
2. Крюкова И.В., Врублевская О.В. Кирпичева О.В. Коннотативные имена соб-ственные постсоветского периода как инструмент социальной оценки. Волгоград: Перемена, 2020. 199 с.