Клаус Шуберт, И.А. Кочев
78
Конец партийной демократии в Германии?
Клаус Шуберт, И.А. Кочев
Аннотация
Отталкиваясь от текущей ситуации, авторы ставят вопрос о будущем партийной демократии в ФРГ. Анализируя роль партий в государстве и обществе, партийную систему и посредническую роль партий, авторы констатируют сохранение важной формальной роли партий при одновременной потере легитимности и фрагментации партийного ландшафта и делают вывод о необходимости демократизации общества в целом.
Ключевые слова: Германия, партийная демократия, партии, легитимность, демократизация.
Введение
Современные политические партии, появившись в ходе процессов демократизации государств Западной Европы в XIX веке, задали вектор демократического развития всему миру - на сегодняшний день партии являются неотъемлемой частью политической системы подавляющего большинства стран мира, как демократических, так и авторитарных и даже тоталитарных. При этом с течением времени постоянно измененялась не только партийная система как таковая, но и роль партий в обществе и государстве. Следовательно, эти изменения происходят до сих пор, и сегодняшняя демократия - уже не та демократия, что была 50 и даже 20 лет назад. Для того чтобы понять эти трансформационные процессы, имеет смысл обратить пристальное внимание на «колыбель» современных партий - Западную Европу - и нации с сильной репрезентативной традицией в особенности. Ярким образцом представительной демократии может служить некогда «витрина капитализма» и «форпост демократии» в Европе, а сегодня локомотив Европейского союза - ФРГ.
Среди множества определений, которыми характеризовалась политическая система ФРГ за последние шестьдесят лет, особенное место, несомненно, занимает термин «партийная демократия». Партийная демократия подразумевает не только исключительно позитивную роль, которая отведена партиям в § 21 Основного закона2, но и реальное влияние партий во многих сферах политической и общественной жизни - начиная от реализации политических программ в интересах своих избирателей и клиентуры и выбора политического руководства и заканчивая участием в телерадиосоветах Высший орган надзора за содержательной частью немецких общественно-правовых телерадиокомпаний, состоящий из членов общественных организаций и объединений. и порой большим значением «правильного» партийного билета для профессиональной карьеры, не только на государственной службе.
Но с чего начинается партийная демократия? Термин «партийная демократия» отражает центральное положение, которое занимают партии в политической системе ФРГ и которое включает в себя как их общественные аспекты - в качестве свободных объединений граждан, - так и их функции в политико-административной системе в более узком смысле - в качестве организаций, которые в значительной степени определяют политическую власть в Германии, эту власть используют и защищают, и тем самым указывает на их роль «шарниров или мостов», соединяющих «государство» и «общество» друг с другом. Для конкретизации положения и функций партий в обществе политологи составляли для них целые списки задач [например, 1. S. 213-221; 2. S. 19-25], которые они должны были выполнять и выполняли в демократии и для демократии.
Франк Декер справедливо замечает, что политология в этом смысле частично попалась на удочку своему собственному предмету исследования: часто приписываемые партиям исключительно доброжелательные свойства и функции они сами же себе и приписывают [3. S. 19-20]. Например, обширный список задач, которые возложены на партии согласно абзацу 2 § 1 Федерального закона о политических партиях: участие в формировании политической воли народа во всех сферах общественной жизни, влияние на формирование общественного мнения, стимулирование и повышение качества политического образования, содействие участию граждан в политической жизни, воспитание граждан, способных брать на себя политическую ответственность, участие в федеральных, региональных и муниципальных выборах путем выдвижения кандидатов, влияние на политические процессы в парламенте и правительстве, разработка и включение в процесс государственного волеизъявления политических целей, забота о постоянной и оживленной связи между народом и органами государственной власти, - не был составлен беспристрастным законодателем, а изначально отражал политическую реальность - закон о партиях вступил в силу лишь к «совершеннолетию» республики, в 1967 г.
Политические партии ФРГ обладают монопольным правом на формирование фракций в законодательных собраниях все трех уровней: федеральном (бундестаг), региональном (ландтаг) и муниципальном (совет общины/городской совет). При этом победившая на выборах партия получает право на формирование правительства, и ее лидер возглавляет исполнительную власть (на федеральном уровне - канцлер, на региональном - глава правительства земли). Исключение составляют муниципалитеты, исполнительную власть которых возглавляют бургомистры, в основном избираемые прямым голосованием. Для обеспечения стабильного большинства и в силу исторических причин Основной закон снижает представительство партий на федеральном и региональном уровнях, устанавливая пятипроцентный барьер. Кроме того, партии, цели которых и поведение сторонников которых нарушают либо могут устранить свободный демократический порядок или угрожают ФРГ, могут быть объявлены Федеральным конституционным судом неконституционными. В настоящее время в бундестаге семнадцатого 2009--2013 гг. Отсчет ведется с 1949 г. созыва представлены шесть партий:
Социал-демократическая партия Германии (СДПГ, нем. «SPD») - старейшая партия Германии, основанная еще в 1875 г. как социалистическая рабочая партия. Заново основана в 1945 г., после годесбергского съезда 1959 г. трансформировалась из марксистской партии в левоцентристскую народную партию. Политические приоритеты - свобода, справедливость, солидарность [4. S. 272-273]. Политический цвет - красный. Результат на выборах - 23% [5].
Христианско-демократический союз (ХДС, нем. «CDU») - надконфессиональная умеренная консервативно-либеральная буржуазная народная партия, основанная в 1945 г. в результате объединения католиков и протестантов. Самая успешная на выборах партия ФРГ: вместе с дочерней партией ХСС образовывала самую крупную фракцию в бундестаге в 1949-1972, 1976-1998 гг. и с 2005 г. Политические приоритеты - социально-рыночная экономика, христианская мораль, традиционные общественные институты. [4. S. 66-67]. Политический цвет - черный. Результат на выборах - 27,3% [5].
Христианско-социальный союз (ХСС, нем. «CSU») - христианскоконсервативная надконфессиональная партия, основанная в 1945 г. в Мюнхене. Участвует в выборах исключительно в Баварии, в бундестаге образует фракцию с ХДС. Программно более консервативна, выступает за сильный федерализм [4. S. 67-68]. Политический цвет - черный. Результат на выборах - 6,5% [5].
Свободная демократическая партия (СвДП, нем. «FDP») - либеральноэкономическая партия, основанная в 1948 г. Политические приоритеты - свобода экономических отношений, права человека и гражданина [4. S. 112- 113]. Политический цвет - желтый. Результат на выборах - 14,6% [5].
Союз-90/Зеленые (нем. «Bьndnis 90/Die Grьnen») - экологическая партия реформ, созданная в 1980 г. в результате объединения экологических, пацифистских и феминистских движений 1970-х гг. в партию «Зеленые», объединившуюся в 1993 г. с восточногерманским Союзом-90. Политические приоритеты - экология, права человека, демократизация, социальная и образовательная политика [4. S. 61-62]. Политический цвет - зеленый. Результат на выборах - 14,6% [5].
Левая партия (нем. «Die Linke») - левая демократическая партия, созданная в 2007 г. путем слияния ПДС (Партии демократического социализма) - наследницы СЕПГ (коммунистической партии ГДР) - и отколовшейся от СДПГ в 2005 г. ИАРСС (Избирательная альтернатива за работу и социальную справедливость) [4. S. 79, 226, 322]. Политический цвет - красный (темнокрасный). Результат на выборах - 11,9% [5].
После шести десятилетий, в течение которых деятельность партий часто удостаивалась похвалы и, вероятно, еще чаще критики, имеет смысл подвести промежуточный итог (о научных дебатах вокруг «партийной демократии» и «партийного государства» [См.: 6-9; 1. S. 228-232]). И не столько из-за отмеченного в 2009 г. юбилея республики: подобному обоснованию для подведения итогов свойственна легкая субъективность и даже произвольность (с тем же успехом можно было бы отталкиваться от двадцатилетия воссоединения или 140-летия объединения Германии), сколько из-за того, что партии и партийная система как совокупность партий, их функций и отношений уже давно подвергаются изменениям, которые ставят под вопрос некоторые из основных положений, лежащих в основе партийной демократии.
В новом бундестаге депутаты из шести партий объединены в пять фракций. После последних выборов в Северном Рейн-Вестфалии в мае 2010 г. депутаты из пяти партий образовали также пять фракций, и в совете города Мюнстера на сегодняшний день представлены пять фракций (= партий) и три нефракционных депутата, представляющих три различные партии. Означает ли это конец партийной демократии? Означает ли увеличение числа партий в немецкой политической системе увеличение демократической свободы, многообразия и представительства или же ненадежности, непредсказуемости и даже безответственности?
Независимо от более или менее расплывчатых «функциональных каталогов» представляется необходимым осветить четыре аспекта партийной демократии, чтобы внести ясность в актуальную ситуацию:
– роль партий в государстве;
– роль партий в обществе;
– партии и партийная система;
– роль партий как посредников между государством и обществом.
Положение вещей
Первый аспект, образ и способ включения партий в политическую систему, представляющий собой основополагающий интерес для политической науки и сравнительного анализа в плане «политической инвентаризации», на первый взгляд, кажется, не несет сенсаций: если не принимать в расчет регулярно возобновляемые дебаты [1. S. 106-116] о государственном финансировании партий Согласно § 18 закона о партиях, партии могут претендовать на частичное финансирование своей конституционной деятельности из государственного бюджета исходя из результатов выборов в европейский парламент, бундестаг и ландтаг, суммы членских взносов и собранных пожертвований. При этом существует определенный «потолок» помощи, и она не является основным источником доходов партии., то в последние десятилетия здесь практически ничего не изменилось. Партии по-прежнему находятся у власти, их правовое положение со всеми его преимуществами неоспоримо и неприкосновенно. Да и могла ли ситуация измениться, если единственными имеющими возможность реально выступить против привилегий партий акторами были сами партии, крайне заинтересованные в сохранении status quo?
Антипартийные настроения, временами весьма распространенные [1. S. 9-11; 10. S. 10], до сих пор не получили в ФРГ политического выражения, если не считать короткую фазу в период становления «зеленых» (конец
1970-х - начало 1980-х гг.) и плоские, в большинстве своем безуспешные лозунги на правом крыле. В качестве релевантной праворадикальной партии федерального уровня можно назвать Национально-демократическую партию Германии (НПГ), поглотившую в конце 2010 г. Немецкий народный союз (ННС): на выборах 2009 г. обе партии вместе собрали 1,6% голосов (1,5 и 0,1 соответственно) [5]; среди региональных партий можно выделить «За Северный Рейн-Вестфалию» с результатом 0,9% на выборах в ландтаг в 2010 г. [11]. Среди молодых политических движений, противопоставляющих себя партийной системе, выделяется созданная в сентябре 2006 г. Пиратская партия Германии, представляющая интересы так называемого «поколения C64» Аббревиатура от «Commodore 64» - первого 8-битного домашнего персонального компьютера с функцией игровой консоли, перевернувшего рынок в 1982 г. - поколения молодых людей, выросших на компьютерных играх и Интернете, так называемых «digital natives» (пер. авт. с англ. - «рожденные в цифровом пространстве»), родившихся после 1980 г.: средний возраст членов партии составляет 29 лет (от 15 до 35) [12]. Выступающие за полную свободу в Интернете и послабления в праве интеллектуальной собственности под лозунгом «Свободные знания», а также за защиту персональных данных и «прозрачное государство» «Пираты» набрали наибольшее число голосов из числа «прочих партий» на последних выборах в бундестаг - 2% [5]. Стоит заметить, что даже партии, выступающие против партийной системы, являются теми же партиями, которые стремятся использовать имеющуюся у них власть в собственных целях; это подтверждает и опыт других европейских стран.
Если же не учитывать формально-юридические аспекты господства партий и вовлечение партий в высокие и верховные политические органы, а расширить взгляд на всю демократическую систему ФРГ, включая местное самоуправление, то положение дел представится немного другим. Хотя в специальной литературе подчеркивается, что партии доминируют также в муниципальной политике, в первую очередь, над своими конкурентами - гражданскими инициативами и свободными объединениями избирателей [13. S. 226], - это больше не соответствует действительности там, где незначительный количественный состав партий препятствует тому, чтобы партии вообще могли выдвигать кандидатов на государственные должности: «Так как партиям все сложнее выставлять кандидатов на муниципальные выборы, появилась новая тенденция: во всех трех восточногерманских землях Имеются в виду Саксония, Саксония-Ангальт и Тюрингия. бросается в глаза растущее число беспартийных кандидатов. В Саксонии-Ангальт их доля составляет около 40 процентов. Между тем, даже крупные партии открыли свои списки этого порядка для кандидатов без партийного билета» [14]. К этому следует добавить, что порой возникает ситуация, когда на некоторые выборы не баллотируется вообще ни один кандидат.
Формальная роль партий остается почти неизменной и, по всей вероятности, не изменится и в обозримом будущем. Но если как на региональном, так и на федеральном уровнях влияние партий в ближайшее время фактически не упадет (оставим за скобками широкие дебаты об управляемости политики вообще), может ли в таком случае партийная демократия пошатнуться с другой стороны господства партий - их общественной поддержки? Не демонстрирует ли это наглядно вышеназванная проблема рекрутирования кандидатов на местном уровне?
На самом деле, с конца 1970-х гг. партии страдают от постоянного сокращения количества зарегистрированных членов Важно отметить, что членство в партиях абсолютно свободное и партии не вправе создавать материальные стимулы для пополнения своих рядов.. Эта тенденция была прервана лишь на короткое время теми партиями, которые в 1990 г. смогли завербовать членов партий антифашистско-демократического блока ГДР. Об этом эпизоде развития немецкой политической системы зачастую забывают. Единственным достойным внимания исключением является партия Союз90/Зелёные, само название которой напоминает о процессах политической интеграции в период воссоединения двух немецких государств. Несмотря на флуктуации, вызванные в большинстве случаев внутрипартийными и правительственными сменами курса, она оказалась единственной относительно стабильной партией. О других партиях, особенно СДПГ и ХДС, длительное время носивших и до сих пор претендующих на звание «народных партий» Это определение отражает попытки современной партии заинтересовать максимальное количество избирателей широким спектром политических тем. [4. S. 225], при всем желании этого сказать нельзя. Численность СДПГ упала со своего наивысшего уровня в 1 022 000 членов в 1976 г. до 521 000 в 2008 г. (здесь и далее см.: рис. 1). Число владельцев партийных билетов ХДС упало с 735 000 в 1983 г. до 529 000 в 2008 г. Последние 20 лет не может записать себе в актив и младший партнер христианских демократов ХСС: число его членов упало с максимального для партии уровня в 186 000 человек в 1990 г. до 163 000 в 2008 г. Близкий показатель в 179 000 членов в 1990 г. кажется недосягаемым и для СвДП, численность которой в 2008 г. упала до 66 000 человек. Численность «Левой» убывала с геометрической прогрессией с 281 000 в 1990 г. до 61 000 в 2005 г. и лишь благодаря слиянию с ИАРСС в 2007 г. достигла 76 000 в 2008 г. На этом фоне стабильным численным ростом может похвастаться лишь Союз-90/Зеленые: с 21 000 в 1982 г. до 45 000 в 2008 г.; по последним данным, в ноябре 2010 г. в партии было зарегистрировано 51 822 членов [15].