Соответственно, если говорить о государственных организациях, то существует политический и общественный характер предоставления услуг этими организациями, в силу чего роль клиента как потребителя не отражает все их особенности [16].
В свою очередь, различаются и основы легитимности для государственных и частных организаций. На идеальном частном рынке все контракты являются добровольными и все акторы имеют равный статус. Решения, принимаемые частными организациями, предполагают, что никого не обязывают ни продавать, ни покупать, и они основаны на свободе выбора и собственной ответственности. Обязательные, монополизированные или квазирыночные задачи общественных организаций означают, что общественные решения должны базироваться на иных основаниях, а именно, на основе соблюдения верховенства закона и справедливого распределения социальных ресурсов. Производимые таким образом услуги имеют большое значение, поскольку по их качеству граждане судят об эффективности политической системы, а формируемый при этом канал связи можно рассматривать как основной [17; 15, с. 41].
Хотя обе эти картины частного и государственного секторов идеализированы, тем не менее они хорошо иллюстрируют различные требования, предъявляемые к поставщикам публичных услуг.
Следует отметить, что логика, которой руководствуются некоторые из перечисленных авторов, выводя публичность государственной услуги на основании того, кем производится эта услуга (государственная или частная услуга), с последующим перечислением достаточно умозрительно выведенных их различий, не лишена некоторых изъянов. Например, выше уже критиковалась аргументация, касающаяся монопольного характера производимой государственной услуги. На наш взгляд, более строгим обоснованием публичности государственных услуг является их выведение из того, обладают ли они необходимыми свойствами публичности.
Напомним, что к таким свойствам относятся: отсутствие соперничества и неисключительный характер потребления блага. Отсутствие соперничества в данном случае означает, что потребление публичного блага одним лицом не уменьшает количества этого доступного публичного блага для потребления другим лицом. Под неисключительным характером понимается то, что ни одно лицо не может быть отстранено от потребления соответствующего публичного блага [18]. Это, в свою очередь, определяет, каким функционалом должен обладать поставщик услуг, обладающий перечисленными свойствами и, соответственно, к какому типу: государственному или частному, он должен принадлежать.
Строго говоря, в реальных условиях существования ограничений, абсолютное соблюдение этих условий трудновыполнимо без осуществления распределительной функции, которую в полной мере (благодаря монополии на насилие) может осуществить только государство. Таким образом, только государство и может быть истинным поставщиком публичных услуг.
В свете сказанного, в методологических целях важно ввести различение между публичной (государственной) и общественной услугами. Последняя может быть осуществлена общественной организацией в общественных интересах, но для ограниченного количества лиц. При этом не каждая государственная услуга является публичной, но каждая публичная услуга является государственной.
Данная работа была посвящена критическому обзору и анализу литературы по электронным услугам в государственном секторе. При этом преследовалась двоякая цель: во-первых, исследовать публичные электронные услуги с междисциплинарной точки зрения и, во-вторых, предложить широкую концептуальную основу для понимания исследуемого феномена - публичных электронных услуг. Учитывая междисциплинарный характер исследований электронного правительства и сложность самого феномена электронной государственной услуги, мы не считаем, что целесообразно пытаться сформулировать одно общее, универсальное определение того, что означает публичная электронная услуга. Здесь возможна разная детализация и уровень абстракции в зависимости от конкретной цели исследования и дисциплинарной принадлежности.
Таким образом, задача состоит не столько в формировании общего понимания публичных электронных услуг, а в том, чтобы структурировать понимание концепции, то есть выявить существенные элементы и их взаимосвязи, аспекты и противоречия и тем самым привнести определенный порядок.
Важно и другое обстоятельство, отмеченное К. Корели и Д. Джойя: исследования в области электронного правительства, как правило, ориентированы на практику и, следовательно, тесно связаны с внедрением электронного правительства на практике [19].
Однако при исследовании электронного правительства следует сохранить эту тесную связь, не попадая в ловушку чрезмерного или преждевременного нормирования, имеющего цель удовлетворить практические цели. При разработке нормативных актов для практики электронного правительства необходимо помнить, что то, как риторически интерпретируется что-то, часто влияет на то, как это реализуется на практике [20].
С другой стороны, расплывчатая концептуализация электронных публичных услуг может приводить к расплывчатому пониманию их, и, как следствие, к плохой практической реализации.
Литература
1.Sundgren B. What is a public information system // International Journal of Public Information Systems. 2005. 1. PP. 81-99.
2.Orman Levent V. Public Information Systems // Information Society. 1989. 6: 1/2.
3.Bozeman B., Bretschneider S. Public Management Information Systems: Theory and Prescription // Public Administration Review. 1986. №46. PP. 475-487.
4.Scupola A., Henten A., Nicolajsen H. W. E-Services: Characteristics, Scope and Conceptual Strengths // International Journal of E-Services and Mobile Applications. 2009. 1(3). PP. 1-16.
5.Lindgren I., Jansson G. Ecectronic services in the public sector: A conceptual framework // Government Information Quarterly. 2013.30:2. PP. 163-172.
6.Christensen T., Lжgrid P., Roness P. G., Rшvik K. A. Organisationsteori fцr offentlig sector. Malmц: Liber. 2005.
7.March J. G., Olsen J. P. Democratic Governance. New York: The Free Press. 1995.
8.Peters G. B. The Politics of Bureaucracy. London: Routledge. 2001.
9.Johnston J. Public Relations and the Public Interest. New York: Routledge. 2016.
10.Wheeler C. The public interest: we know it's important, but do we know what it means. In Creyke R. and Mantel A. (eds). AIAL Forum 48. Australian Institute of Administrative Law. 2006. PP. 12-26.
11.Bozeman B. Public Values and Public Interest: Counterbalancing Economic Individualism. Washington, DC: Georgetown University Press. 2007.
12.Rothstein B. Vдlfдrdsstat, fцrvaltning och legitimitet. Politik som organization. Stockholm: SNS Fцrlag. 2010.
13.Le Grand J., Bartlett W. The theory of quasi-markets. In Quasi-markets and social policy. Le Grand, J. and Bartlett W. (Eds.). Basingstoke, UK: Macmillan Press. 1993.
14.Lipsky M. Street-level Bureaucracy: Dilemmas of the Individual in Public Services. New York: Russell Sage Foundation. 1980.
15.Большакова Ю. М. Теория и практика реформирования сферы государственных и муниципальных услуг в развивающихся странах. - Сыктывкар, 2016.
16.Fountain J. Paradoxes of Public Sector Customer Service // Governance. 2001. 14:1. P. 55-73.
17.Scharpf F. Governing in Europe: Effective and Democratic? Oxford: Oxford University Press). 1999.
18. Nordhaus W. D. Paul Samuelson and Global Public Goods (A commemorative essay for Paul Samuelson) [Electronic resource]. URL: http://www.econ.yale.edu/~nordhaus/ homepage/PASandGPG.pdf
19.Corley K., Gioia D. Building theory about theory building: what constitutes a theoretical contribution? 2011 // Academy of Management Review 36:1. PP. 12-32.
20.Rшvik K. A. Moderna organisationer: trender inom organisationstдnkandet vid millennieskiftet. Malmц: Libe. 2000.