Таким образом, можно заключить, что цепочка элементов «потребность -- мотив -- цель», выстроенная в рамках системного подхода, наглядно показывает нерасторжимую связь процесса формирования как механизма целеполагания, так и формы восприятия осужденным окружающей его действительности (система взаимодействия внешних и внутренних факторов).
В связи с изложенным можно прийти к пониманию того, почему сознательная деятельность осужденного непосредственно выражается в отношении мотива и цели, т.е. зачем он совершает определенные поступки. Мотивы поведения осужденного реализуются посредством задействования механизма их осознания, двигателем которого выступает процесс смыслообразования, представляющий собой специфическую мотивационную форму отражения реальной действительности. Рассматривая вопросы мотивации, некоторые ученые называют такую основную мотивационную составляющую сознания осужденного (например, отбывающего пожизненное лишение свободы), как личностный смысл, который, на их взгляд, как раз и отражает мотивационные процессы в сознании лица, находящегося в местах лишения свободы [19]. Причем данные процессы не всегда формируются в условиях лишения свободы, имея далеко идущую в прошлое связь с иными процессами, сформированными задолго до совершения преступления и осуждения. Это становится одной из причин неэффективности воспитательно-профилактического воздействия сотрудников исправительных учреждений на осужденных, которые не просто не хотят исправляться, но и не понимают, зачем им это нужно и для чего жить честно.
Однако в таких случаях и правоприменители как субъекты воспитательного воздействия иногда не способны понять осужденного, в ходе формирования личности которого сложилась устойчивая система негативных смысловых образований. Тем не менее наличие у него судимости или отбывание им уголовного наказания нельзя воспринимать в качестве свидетельства того, что сформировавшийся у осужденного стереотип представлений о жизни является в системе его субъективных восприятий определяющим. При этом мотив выполняет смыслообразующую функцию, а в иной похожей ситуации он уже не сможет выполнять ее. Следовательно, на первый план в данном случае выходит побуждение как системообразующая, довольно устойчивая иерархическая структура, имеющая несколько векторов. В результате наверху такой иерархической структуры оказывается именно та деятельность, которая вследствие побуждения в данный период жизни осужденного отображает самые значимые для него отношения. Если обратиться в этот момент к имеющейся у осужденного мотивации, то для него будет иметь значение только то, что имеется здесь и происходит сейчас. И мотивация, зеркально отражаясь в смыслообразовательной системе осужденного, проявляет его индивидуальный, самостоятельный психологический план, разнообразие его отношения к миру в целом, окружающим его в данный момент людям и к себе в частности.
Кроме того, мотив часто воспринимается в качестве своеобразного психологического процесса, ведь именно он для осужденного выступает в виде оценочного самоопределения и выяснения того, какие его потребности и в какой степени получится удовлетворить путем такого поведения. Значит, «мотив как общая субъективная ценность поведения интегрирует в единое целое оценочные отношения субъекта по поводу всех обстоятельств деятельности с точки зрения удовлетворения и фрустрации потребностей, охваченных данным поведенческим пространством» [20, с. 113]. Приведенная цитата позволяет заключить, что мотивация по природе своей двойственности заставляет задуматься о ней как о показателе внутренних побудительных сил и одновременно как о своеобразном индикаторе наиболее предпочтительных взаимодействий осужденного с окружающим миром, которые имеются в его самосознании На наш взгляд, необходимо уточнить: исследова-тели исходят исключительно из социальной природы формирования негативных свойств личности осужден-ного в период отбывания наказания, но в этом и кро-ется методологическая ошибка, которая разрешается с помощью системного подхода, не исключающего и внутренней побудительной силы мотивации..
Напомним, человек, находящийся в местах лишения свободы, одновременно испытывает на себе давление как внешних, так и внутренних обстоятельств. В зависимости от того, какого рода эти обстоятельства, определяется и направление мотивационного вектора, обусловленного сильной динамикой особого процесса -- мотивационной тенденции, составляющей сущность личности и влияющей на стереотипы ее поведения. Опытные криминологи всегда учитывают эти тенденции, соединяют их и анализируют одновременно, а потому получают возможность верно понять и объяснить преступное поведение осужденного в прошлом и сопоставить его с поведением во время отбывания уголовного наказания. По нашему мнению, именно с таких позиций стоит вести речь о каком-либо прогнозе в отношении поведения осужденного.
Таким образом, мотивация (неважно, какой она носит характер) предполагает некоторую свободу осужденного при выборе им способов удовлетворения потребностей. Его действия в данной ситуации подвержены влиянию как ситуационных, так и устойчивых мотивов. Считается, что ситуационные мотивы могут детерминировать поведение индивида лишь в какой-то небольшой временной промежуток. Иногда они не способны отразить суть устойчиво ведущих мотивов, а практически полностью обусловлены отдельными моментами настоящей жизненной ситуации (причем часто не криминогенной).
В.Н. Кудрявцев считает, что наблюдение за механизмом преступного поведения с предваряющих его возникновение элементов (потребности, мотивы) показывает, что эта причинная цепочка неизбежно упирается в систему ценностных ориентаций конкретной личности, и она представляет собой завершающее звено в процессе мотивации. Ценностные ориентации при этом способны стимулировать уже имеющиеся мотивы поведения и серьезно укреплять социальную (антисоциальную) направленность поведения [21, с. 27].
Обратим внимание на следующее: уже неоднократно специалистами-криминологами высказывалось мнение о том, что отсутствие противодействия устойчивым агрессивным влечениям осужденного (нередко врожденного характера) и невозможность (неумение или нежелание) сдерживать их самим осужденным приводят к формированию у него социально негативной ценностной ориентации. Это значит, что система ценностей представляет собой основное социальное содержание личности и причину ее побудительной активности.
По этому поводу можно отметить, что изучающие личность осужденного исследователи указывают, что его поведение часто зависит от того, каким образом он воспринимает окружающий мир, а это определяет его «проективные особенности личности» [22]. Вследствие этого, изучая мотивационную сферу личности осужденного, целесообразно не оставлять без внимания и ее проективный аспект. Если рассмотренная проекция будет зависеть от активности восприятия, то ее можно расценивать не как механический процесс наложения субъективного восприятия осужденного на внешний объект, а как фактор, непосредственно участвующий в формировании у данной личности образов окружающей действительности.
Стремление сознания осужденного к разрешению возникающих в ходе отбывания наказания различных неопределенных личных вопросов -- неотъемлемая составляющая характеристики личности осужденного в целом. Если такая неопределенность в системе субъективного восприятия будет усиливаться, то осужденный попытается активизировать свое поведение и обратиться к своему прошлому опыту. По завершении этого процесса осужденный выберет из возможных для него вариантов разрешения жизненных ситуаций тот, который был ему знаком в прошлом и закрепился в его индивидуальных переживаниях.
В данных условиях считаем целесообразным рассматривать приведенную выше проекцию как важную социально-психологическую составляющую мотивационно-смысловой сферы личности осужденного, которая участвует в процессе формирования модели субъективного восприятия им окружающей действительности. Соответственно, систему смысловых образований нужно понимать как «следы деятельности, зафиксированные в форме отношений к объекту, явлению, ситуации» [23, с. 22]. Вследствие этого появляется основание предполагать, что характерная особенность социально-психологического элемента структуры личности осужденного -- это нарушение развития его мотивационно-смысловой сферы как одного из факторов ее формирования. Вместе с тем полагаем, что процесс изучения личности осужденного требует дальнейшего научного осмысления и всестороннего анализа, так как преступность осужденных в конечном счете является одним из факторов, определяющих развитие уголовно-исполнительной политики Российской Федерации [24, с. 154-158].
Список использованной литературы
1. Антонян Ю.М. Хулиганство как мотив преступного поведения / Ю.М. Антонян // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. -- 2017. -- № 4. -- С. 94-101.
2. Лунеев В.В. Системный подход к изучению мотивации преступного поведения / В.В. Лунеев // Вопросы борьбы с преступностью. -- 1980. -- № 33. -- С. 3-11.
3. Исаев Н.А. Системный подход к структурированию криминального и делинквентного поведения / Н.А. Исаев // Соотношение преступлений и иных правонарушений: современные проблемы: материалы 4-й Междунар. науч.-практ. конф. -- Москва, 2005. -- С. 206-209.
4. Иванов И.В. Пределы и возможности системного подхода в изучении личности обвиняемого / И.В. Иванов // Российское правоведение: трибуна молодого ученого: сб. ст. / отв. ред. В.А. Уткин. -- Томск, 2010. -- Вып. 10. -- С. 225-226.
5. Fear of Crime -- Punitivity: New Developments in Theory and Research / ed. H. Kury. -- Bochum: Universitatsverlag, 2008. -- 500 p.
6. Sutherland E.H. Principles of Criminology / E.H. Sutherland. -- Chicago: Lippincott Company, 1934. -- 611 p.
7. Spelman W. Prisons and Crime, Backwards in High Heels / W. Spellman // Journal of Quantitative Criminology. -- 2013. -- Vol. 29, iss. 4. -- P. 643-674.
8. Gallagher S. Brokedown Premise: Drone Caught Smuggling cell Phones into Thai Prison / S. Gallagher // ARC Technica. -- 2014. -- 23 July. -- URL: http://arstechnica.com/tech-policy/2014/07/brokedown-premise-drone-caught-smuggling-cel.
9. Grommon E. Quantifying the Size of the Contraband Cell Phone Problem: Insights From a Large Rural State Penitentiary /
E. Grommon, J. Carter, C. Scheer // The Prison Journal. -- 2018. -- Vol. 98, iss. 5. -- P. 630-648.
10. Антонян Ю.М. Психология преступника и расследования преступлений / Ю.М. Антонян, М.И. Еникеев, В.Е. Эминов. -- Москва: Юристъ, 1996. -- 336 с.
11. Уваров И.А. Почему уголовно-исполнительная система «исправляет» осужденного до полной десоциализации личности / И.А. Уваров // Проблемы уголовной ответственности и наказания: сб. науч. тр. / отв. ред. А.А. Чистяков. -- Рязань, 2012. -- С. 74-80.
12. Личность осужденного / ред. Ю.М. Антонян. -- Москва: Юрлитинформ, 2017. -- 283 с.
13. Насильственная преступность / под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. -- Москва: Спарк, 1997. -- 139 c.
14. Антонян Ю.М. Психотерапевтические возможности исправления осужденных / Ю.М. Антонян, Ю.Ю. Красикова, Т.И. Савельева // Человек: преступление и наказание. -- 2018. -- Т. 26, № 3. -- С. 331-339.
15. Причины преступности в местах лишения свободы: учеб. пособие / под ред. Е.А. Антонян. -- Москва: Проспект, 2017. -- 128 с.
16. Пошивалов В.П. Экспериментальная психофармакология агрессивного поведения / В.П. Пошивалов. -- Ленинград: Наука, 1986. -- 178 с.
17. Федотов И.С. Поиск путей повышения эффективности исполнения наказаний, не связанных с изоляцией осужденного от общества / И.С. Федотов, И.А. Уваров // Российская юстиция. -- 2014. -- № 3. -- С. 65-68.
18. Сочивко В.Д. Расколотый мир. Опыт анализа психодинамики человека в экстремальных условиях жизнедеятельности / В.Д. Сочивко. -- Москва: Per Se, 2002. -- 284 с.
19. Муклецова В.А. Проблемы формирования личностного смысла у осужденных при отбывании пожизненного лишения свободы / В.А. Муклецова // Реформирование уголовно-исполнительной системы: вопросы теории и практики: материалы междунар. науч. конф. (Самара, 25 апр. 2013 г.). -- Самара, 2013. -- С. 129-132.
20. Криминология: учебник / под ред. А.И. Долговой. -- Москва: Норма, 1999. -- 267 с.
21. Кудрявцев В.Н. Генезис преступления. Опыт криминологического моделирования / В.Н. Кудрявцев. -- Москва: Инфра-М, 1998. -- 216 с.
22. Лазарус Р.С. Неопределенность и однозначность в проективных методиках / Р.С. Лазарус // Проективная психология. -- Москва: Психотерапия, 2000. -- C. 92-97.
23. Артемьева Е.Ю. Основы психологии субъективной семантики / Е.Ю. Артемьева. -- Москва: Наука, 1999. -- 349 с.
24. Грушин Ф.В. Влияние системы факторов на развитие уголовно-исполнительной политики и уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации / Ф.В. Грушин; под ред. В.И. Селиверстова. -- Москва: Инфра-М, 2017. -- 208 с.
References
1. Antonyan Yu.M. Hooliganism as a Motive of Criminal Behavior. Yuridicheskaya nauka i praktika: Vestnik Nizhegorodskoi akademii MVD Rossii = Legal science and practical: Journal of Nizhniy Novgorod Academy of the Ministry of the Interior of the Russian Federation, 2017, no. 4, pp. 94-101. (In Russian).
2. Luneev V.V. The Systems Approach to the Study of Motivation of Criminal Behavior. Voprosy bor'by s prestupnost'yu = Issues of Counteracting Crime, 1980, no. 33, pp. 3-11. (In Russian).
3. Isaev N.A. A systemic approach to structuring criminal and delinquent behavior. Sootnoshenie prestuplenii i inykh pra- vonarushenii: sovremennye problemy. Materialy 4-i Mezhdunarodnoi nauchno-prakticheskoi konferentsii [Correlation between crimes and other violations: modern problems. Materials of the 4th International Scientific and Practical Conference]. Moscow, 2005, pp. 206-209. (In Russian).
4. Ivanov I.V. Limits and possibilities in a systemic approach to researching the personality of the accused. In Utkin V.A. (ed.). Rossiiskoe pravovedenie: Tribuna molodogo uchenogo [Russian Jurisprudence: Tribune of a Young Scientist]. Tomsk, 2010, iss. 10, pp. 225-226. (In Russian).
5. Kury H. (ed.). Fear of Crime -- Punitivity: New Developments in Theory and Research. Bochum, Universitatsverlag, 2008. 500 p.
6. Sutherland E.H. Principles of Criminology. Chicago, Lippincott Company, 1934. 611 p.
7. Spelman W. Prisons and Crime, Backwards in High Heels. Journal of Quantitative Criminology, 2013, vol. 29, iss. 4, pp. 643674.
8. Gallagher S. Brokedown Premise: Drone Caught Smuggling cell Phones into Thai Prison. ARC Technica, 2014, 23 July. Available at: http://arstechnica.com/tech-policy/2014/07/brokedown-premise-drone-caught-smuggling-cel.
9. Grommon E., Carter J., Scheer C. Quantifying the Size of the Contraband Cell Phone Problem: Insights From a Large Rural State Penitentiary. The Prison Journal, 2018, vol. 98, iss. 5, pp. 630-648.
10. Antonyan Yu.M., Enikeev M.I., Eminov V.E. Psikhologiya prestupnika i rassledovanie prestuplenii [Psychology of a Criminal and Crime Investigation]. Moscow, Yurist" Publ., 1996. 336 p.
11. Uvarov I.A. Why the penitentiary system «corrects» a criminal to a complete de-socialization of personality? In Chistyakov A.A. (ed.). Problemy ugolovnoi otvetstvennosti i nakazaniya [Problems of Criminal Responsibility and Punishment]. Ryazan, 2012, pp. 74-80. (In Russian).