Кемеровский государственный университет
Когнитивное моделирование языковой картины мира коренных народов Сибири (на материале фрейма «грибы»)
Людмила Алексеевна Араева
Станислав Игоревич Ли
Аннотация
В статье представлены некоторые результаты исследования, научная новизна которого определяется тем, что в нем впервые осуществлен пропозициональный анализ фреймов на материале языков коренных народов Сибири в сопоставительном аспекте. В данной публикации рассматривается фрейм «грибы», эксплицированный в алтайском, бурятском, хакасском, шорском языках (в сопоставлении с русским). Работа базируется на методике фреймового моделирования, предполагающей обращение к глубинным пропозициональным структурам знания. В пределах таких структур реализуются пропозиции, проявляющие под влиянием конкретной языковой формы и этнокультурных особенностей уникальный способ познания мира конкретным народом. В результате пропозиционального анализа номинаций грибов установлено, что для фрейма «грибы» в изучаемых языках характерен один и тот же набор пропозиций (гриб назван по цвету, по месту произрастания, по времени произрастания, по сходству с другим объектом на основе определенного признака, по действию), которые указывают на тенденцию к категоризации предметов природного происхождения на основе общего фамильного признака. Выявлены и описаны случаи реализации отношений словообразовательно-пропозициональной синонимии. Показаны различия в наборе пропозиций и объяснены причины их возникновения. Полученные результаты могут быть использованы в процессе преподавания языков коренных малочисленных народов Сибири.
Ключевые слова: языки коренных народов Сибири, алтайский язык, бурятский язык, хакасский язык, шорский язык, русский язык, пропозициональная структура, пропозиция.
LINGUISTIC WORLD VIEW OF THE INDIGENOUS PEOPLES OF SIBERIA: COGNITIVE MODELLING (EXEMPLIFIED BY FRAME “MUSHROOMS”)
Lyudmila A. Araeva, Stanislav I. Li
Kemerovo State University, Kemerovo, Russia
Abstract
The scientific novelty of the study is determined by the fact that the propositional analysis of frames on the material of the languages of the indigenous peoples of Siberia in a comparative aspect is carried out. The frame “mushrooms” is studied in the article on the material of the languages of the indigenous peoples of Siberia (Altai, Buryat, Khakass, Shor) in comparison with the Russian language. The research is based on the frame modelling technique, which implies the analysis of underlying structures of knowledge, i.e. propositional structures. Within the framework of propositional structures, a unique way of world conceptualizatio n by a specific nation is displayed in particular linguistic forms, in realization of proposition the influence of ethnic and cultural view of natural world is shown. The propositional analysis undertaken by the authors has enabled them to state that the frame “mushrooms” in the languages under consideration is characterized by a basic set of propositions (i.e. a mushroom is nominated according to its colour, vegetation place and time, the resemblance of another object based on a particular feature, and according to the type and result of action over it), indicates a tendency to categorize objects of natural origin based on a common family attribute. The cases of wordbuilding and propositional synonymy relations realization have been revealed and described. The conc lusion states that there are distinctions in a set of propositions, which reveal the unique approach to understanding the world by a particular nation. The obtained data can be applied to teaching the languages of the indi genous peoples of Siberia.
Key worlds: languages of the indigenous peoples of Siberia, Altai language, Buryat language, Khakass language, Shor language, Russian language, propositional structure, proposition.
Введение
28 января 2019 г. в Париже в штаб-квартире ЮНЕСКО состоялось открытие Международного года языков коренных народов мира. Основной задачей проведенных в течение года мероприятий было сохранение находящихся под угрозой исчезновения языков. Всеобщая декларация о культурном разнообразии, принятая ЮНЕСКО в 2001 г., является правовым документом, в котором культурное разнообразие признается достоянием человечества, а его охрана - конкретным этическим обязательством, неотделимым от уважения к человеческому достоинству (URL: https:// www.un.org/ru/documents/ded_conv/dedarations/ cultural_diversity. shtml).
Значительным разнообразием характеризуется языковой ландшафт России. Особого исследовательского внимания требуют языки коренных народов Сибири. В статье рассматриваются шорский, алтайский, бурятский и хакасский языки. Шорский язык используется только в быту. Шорцы - тюркоязычный народ, живущий в юго-восточной части Западной Сибири, главным образом на юге Кемеровской области. Их насчитывается около 13 тысяч человек, свыше 60 % считают родным языком русский. Алтайский, бурятский и хакасский языки, являясь языками коренных народов Сибири, сохраняются как на бытовом, так и на государственном уровне. Алтайский язык относится к тюркской языковой семье, в России насчитывается около 80 тысяч носителей этого языка 2, они проживают преимущественно в Республике Алтай. Бурятский язык относится к монгольской ветви, в России насчитывает около 400 тысяч его носителей, они проживают преимущественно в Республике Бурятия. Хакасский язык относится к тюркской группе, в России насчитывается около 75 тысяч его носителей, они проживают преимущественно в Республике Хакасия. В Алтайской, Бурятской, Хакасской республиках государственными языками являются русский язык и алтайский, бурятский или хакасский язык соответственно. Сохранение родного языка и культурных традиций выступает первостепенной задачей в этих республиках. При этом количество носителей данных языков, как и шорского языка, стремительно сокращается. Это обусловлено тем, что для поступления в вузы России и карьерного роста необходимо хорошее знание прежде всего русского языка. В 2002 г. бурятский язык, несмотря на его государственный статус, был занесен ЮНЕСКО в список исчезающих языков. В связи с вышесказанным неслучайно, что в настоящее время государство проводит политику, направленную на сохранение национальной культуры, важное место в которой занимает концепция развития языка, призванная стать ориентиром и организационной основой решения проблемы языковой идентичности как ключевого элемента культуры и самосознания (подробнее см.: [Ру- пышева, 2016, с. 5]).
В начале XIX в. В. фон Гумбольдт высказал мысль о том, что естественный язык не является абсолютно достоверным отображением мира, а отражает его творческое преобразование в процессах субъективного моделирования. По мнению немецкого философа, различные языки представляют различное видение мира: «язык есть его [народа] дух, и дух народа есть его язык, и трудно представить что-то более тождественное» [Гумбольдт, 1984, с. 68]. Создание картины мира в собственной языковой вселенной позволяет человеку упорядочить свою жизнь, свободно ориентироваться в окружающем мире.
Л. Вайсгербер объясняет понятие языковой картины мира через метафору звездного неба: «Объективно данный мгновенный срез с картины мира человека состоит из столь громадного числа отдельных явлений, что он не в состоянии охватить каждое из них; лишь наиболее выдающиеся звезды получают наименование. Чтобы духовно овладеть всем остальным, человек должен некоторым образом упорядочить это множество.
Так, с давних времен звезды на звездной картине неба объединяются в группы. Отдельные звезды на этой картине держатся друг за друга только благодаря некогда осуществленной и закрепленной в языке классификации, с помощью которой упорядочено ночное небо. С объективным положением и подлинными взаимоотношениями звезд на небе эта картина не имеет ничего общего. Само собой разумеется, что у разных народов эта классификация звездного неба осуществлялась различным образом» (цит. по: [Караулов, 1976, с. 244]).
При когнитивном моделировании языковой картины мира необходимо сопоставление языков разных народов, которое часто осуществляется посредством сравнительно-сопоставительного метода. Его значимость подчеркивал в своих работах Г.Д. Гачев: «Каждый новый изученный национальный тип культуры становится прожектором-объяснителем всех предыдущих: вносит поправки к предыдущим тезисам, бросает на них новый свет и добавляет им в доказательности. Каждый одновременно - и объект, и инструмент» [Гачев, 1988, с. 8].
Целью данного исследования является описание фрагмента языковой картины мира, отражающей представления коренных народов Сибири о таких природных объектах, как грибы.
Материалы и методы исследования
Для анализа взяты наиболее известные обыденному сознанию наименования таких грибов, как белый гриб, белый груздь, бледная поганка, волнушка, дождевик, лисичка, масленок, моховик, мухомор, опенок, подберезовик, подосиновик, подтопольник, рыжик, сморчок, черный груздь. У коренных народов Сибири исстари считалось, что грибы - еда только для животных (оленей, белок, мышей), человек может использовать их для охоты или врачевания. В связи с этим названия грибов в исследуемых языках появились относительно поздно. У телеутов, например, сохранилось только общее наименование для всех грибов - мешке. Многие грибы шорцы, алтайцы, буряты и хакасы называют заимствованными из русского языка словами.
Материал для исследования отбирался из словарей рассматриваемых языков: «Бурятско-русского и русско-бурятского словаря» (2004), «Русско-хакасского словаря» (1961), «Русско-алтайского словаря» (1963), «Хакасско-русского словаря» (1953), «Шорско-русского и русско-шорского словаря» (1993), «Этимологического словаря тюркских языков» (1980). Для сопоставления привлекался материал русского языка, извлеченный из «Словаря русских народных говоров» и «Этимологического словаря русского языка» М. Фасмера. Кроме того, использовался материал, полученный от информантов - носителей описываемых языков: алтайского языка - Керексибесовой Урсулы Валерьевны, магистранта КемГУ (Кемерово); бурятского языка - Кулеховой Анны Михайловны, учителя русского языка МБОУ СОШ №18 (Братск); хакасского языка - Боргоя- ковой Тамары Герасимовны, доктора филологических наук, профессора, директора института гуманитарных исследований и саяно-алтайской тюркологии Хакасского государственного университета (Абакан); шорского языка - Косточакова Геннадия Васильевича, кандидата филологических наук, доцента кафедры русского языка, литературы и методики преподавания НФИ КемГУ (Новокузнецк).
Для достижения поставленной цели применяется метод пропозиционально-фреймового моделирования - один из эффективных методов когнитивного анализа языка, используемый для моделирования фрагментов языковой картины мира. При анализе языковых единиц обнаруживаются пропозициональные структуры знания, представляющие собой абстрактные суждения предикативно связанных между собой актантов. В пределах пропозициональных структур (далее - ПС) реализуются пропозиции (далее - П), проявляющие под влиянием конкретной языковой формы и этнокультурных особенностей уникальный способ познания мира конкретным народом.
Одно из центральных понятий когнитивного моделирования составляет фрейм. В современной лингвистике существует три базовых подхода к исследованию фрейма - лингвокогнитивный (А.Н. Баранов, А.П. Бабушкин, Е.С. Кубрякова, Дж. Лакофф, М. Минский, Н. Хомский и др.), лингвокультурологический (В.И. Карасик, В.В. Красных, В.А. Маслова и др.) и психолингвистический (Р. Абельсон, И. Гоффман и др.). Наиболее признанным в когнитивной лингвистике является понимание фрейма как относительно самостоятельной структуры организации знаний и опыта человека в стереотипной ситуации. Мы анализируем фрейм с лингвокогнитивных и лингвокультурных позиций. При этом фрейм определяется как пропози- ционально организованный фрагмент языковой картины мира. Конкретные стереотипные ситуации (пропозиции) реализуются в пределах пропозициональных структур знаний, направляющих мысль человека при отражении в языке (в его лексических единицах) представлений о действительности. В рамках Кемеровской дериватологической школы данные структуры рассматриваются как наиболее абстрактные суждения с предикативно связанными актантами, указывающими на место, время, средство, цель, объект действия субъекта; результат по средству, месту, субъекту изготовления; субъект, имеющий отношение к другому субъекту, место по объекту назначения, времени использования и т. п. [Араева и др., 2016, с. 79].
Метод пропозиционально-фреймового моделирования апробирован представителями Кемеровской дериватологической школы (КемГУ) при сборе языкового материала и описании языковой картины мира бесписьменного языка коренного народа Сибири - телеутов, а также русского литературного языка и русских народных говоров (за 30 лет проведения исследований в данном направлении опубликовано более 1 000 научных работ).
когнитивное моделирование языковый
Результаты и обсуждение
ПС «объект - признак»,
П «гриб по цвету»
Русский язык: по цвету обозначаются белый гриб, белый груздь, черный груздь, рыжик; волнушки названы как по форме, так и по цвету шляпки - краснуха; дождевик в русских говорах именуют не только по времени появления, но и по цвету шляпки - бе- лыш: «Белыш. Гриб-дождевик» (СРНГ, вып. 2, с. 234).
Алтайский язык: белые грибы называют ак мешке (ак - белый, мешке - гриб); рыжик - сары мешке (сары - желтый, мешке - гриб); черный груздь - кара мешке (кара - черный, мешке - гриб).
Бурятский язык: по цвету названы белый гриб - саган мввгэ (сагаан - белый, мввгэ - гриб), саган Иархяаг (сагаан - белый, hархяаг - гриб); масленок - шара мовгэ (шара - желтый, мовгэ - гриб); рыжик - шара hархяаг (шара - желтый, hархяаг - гриб), шарлуу (шар - рыжий; луу - суффикс сущ.); сморчок - хара мввгэ (хара - черный, мввгэ - гриб); по цвету шляпки назван подосиновик - улаан толгой- то hархяаг, «красноголовый гриб».
Хакасский язык: белый гриб - ах миске (ах - белый, миске - гриб); масленок - курец миске (курец - коричневый, миске - гриб); рыжик - сарыг миске (сарыг- желтый, миске - гриб).
Шорский язык: белый гриб - а к мешке (ац- белый, мешке - гриб); подосиновик - кызыл мешке (кызыл - красный, мешке - гриб).
ПС «объект - предикат - место»,
П «гриб, растущий в определенном месте»
Русский язык: боровик - «гриб, растущий в бору»; моховик - «гриб, растущий во мху»; опенок - «гриб, растущий на пне»; подберезовик - «гриб, растущий под березой»; подосиновик - «гриб, растущий под осиной»; подтопольник - «гриб, растущий под тополем».
Алтайский язык: дождевик - ат си- дик (ат - лошадь, сидик - моча). Такое название связано с тем, что на Алтае дождевики растут там, где пасутся лошади, то есть в данном случае при характеристике места произрастания дождевиков для алтайцев, которые занимаются коневодством, значимо указание на запах, являющийся результатом физиологических выделений лошадей. Подберезовик - кайынмешке (кайын-береза, мешке - гриб), «гриб, растущий под березой»; подосиновик - аспак мешке (аспак - осина, мешке - гриб), «гриб, растущий под осиной».