Взаимовлияние польской и литовской артиллерии значительно усилилось после Люблинской унии 1569 г. Так, основу артиллерии Батория составляли орудия из Тыко- цинского и Виленского цейхгаузов, отлитые во времена Сигизмунда Августа. Несколько новых бронзовых стволов были сделаны по заказу на деньги «скарба» (казны) в Риге. По немецкой классификации это были «певицы», «нотшланги», «фальконы» и мортиры средние и малые. Пополнили баториев арсенал и захваченные в данцигской войне полукартауны, фельдшланги, квартшланги, фальконеты и серпентины Gorski K. Historya artyleryi polskiej. Warszawa, 1902. S. 70..
По словам Д. Купиша, Баторий унаследовал от Сигизмунда II Августа хороший артиллерийский парк, поэтому у него не было необходимости вносить какие-либо большие изменения в этот тип вооруженных сил. Основным центром производства и хранения изначально был Краков, где располагались арсенал и королевский литейный завод. Литейные и арсеналы были созданы во Львове, Вильне и Тыкоцине. В ходе войны с Иваном Грозным Баторий сосредоточил в Вильно главную артиллерийскую базу для обслуживания и снабжения артиллерией Kupisz D. The Polish-Lithuanian Army in the Reign of King Stefan Batory (1576-1586) // Warfare in Eastern Europe 1500-1800. Leiden; Boston, 2012. P. 77..
В 1579 г. в армии Стефана Батория насчитывалось шестьдесят семь (из них -- тридцать три тяжелых) осадных орудий. Для кампании 1580 г. в виленском арсенале готовились 31-фунтовые «соловьи» и 58-фунтовые осадные мортиры. 21- и 24-фунтовые орудия были заказаны Баторием в Мальборке, а часть 22- и 24-фунтовых -- в Вильно. С гданьским предпринимателем Каспаром Гиблем был заключен договор на поставку тысячи ядер 31-фунтовых, тысячи 24-фунтовых, тысячи 22-фунтовых и двухсот 68-фунтовых Gorski K. Historya artyleryi polskiej. S. 71.. С учетом мелкой и средней артиллерии весь осадной парк насчитывал около семидесяти стволов Kupisz D. Pskow 1581-1582. Warszawa, 2006. S. 36.. Были наняты семьдесят три пушкаря, а для перевозки тяжелой артиллерии казна закупила двести двадцать волов, восемьдесят венгерских коней и двести двадцать одного польского коня.
Еще один участник войны в Восточной Европе -- Шведское королевство -- к 1550-м гг. обладал крупными месторождениями железной, медной и оловянной руды, а также угля. В правление Густава I Вазы появились первые пушечные мануфактуры: до 1560 г. в рудных районах работали два цеха по производству орудий из сварочного железа, а с 1560 г. появилось два завода, занимавшихся выпуском крупнокалиберных бронзовых стволов: картаун, полукартаун, шлангов и полушлангов. До момента, когда были отлиты первые шведские литые пушки, орудия активно ввозились из ганзейских городов, главным образом из Любека. Активно приглашались шведским королем и немцы-литейщики.
С 1570-х гг. в центральной Швеции появляются первые чугунолитейные цеха по производству весьма качественных чугунных пушек Чиполла К. Артиллерия и парусный флот XV-XVIII. С. 39-40.. Ревель, присягнувший королю в 1559 г., добавил шведской короне крупный оружейный центр в Эстляндии.
На заключительном этапе «Ливонской» войны шведский полководец Понтус Делагарди имел в своих войсках достаточно современную осадную артиллерию: в сентябре 1581 г. его батареи, насчитывающие двадцать четыре двойные картауны (до 48 фунтов калибром) и полукартауны (12-24 фунтов ядром) Monumenta Livoniae antiquae. Sammlung von chroniken, berchten, urkunden und andern schriftlichen Denkmalen und Aufsatzen, welchezur Erlauterung deri Geschichte Liv-, Ehst- und Kurland's dienen. Bd 1. Thomae Hiarn's Ehst-, Lyf- und Lettlaendische Geschichte / Nach der Originalhandschrift herausgegeben und im Drucke besorgt von Dr. C. E. Napiersky. Riga; Leipzig, 1835. S. 332., обрекли русскую Нарву на падение.
Наконец, один из активных участников ливонских войн -- Русское государство -- обладала самым крупным артиллерийским арсеналом в Восточной Европе. Россия также закупала в Европе стратегические товары, несмотря на серьезное противодействие Ганзы, Польши, ВКЛ и Ливонского ордена. Но самым ценным приобретением были не пушки, а мастера военного дела, которых активно приглашали поработать в Москву русские дипломаты. Источники неоднократно отмечают работавших у великих князей мастеров «фрязов» и «немцев». Известно, что три из четырех пушечных мастеров, известных на 1550-е гг. в Москве, были иностранцами (Игнатий, Якоб фан Вайлерштатт, Кашпир Ганусов). О происхождении четвертого литейщика -- «Степана Петрова» -- информации, к сожалению, нет. Период производства артиллерии на Пушечном дворе вплоть до начала 1570-х гг. можно назвать «немецким», так как главными литейщиками были немцы. Ставший впоследствии знаменитым пушечный мастер Андрей Чохов в 1560-е гг. был «кашпировым учеником». Таким образом, в 1558-1577 гг. артиллерии ливонских городов и литовского Полоцка противостояла достаточно современная русская артиллерия, созданная главным образом иностранными мастерами.
Однако новинки артиллерийского дела проникали в Россию с некоторым опозданием. На протяжении всего XVI в. Ливония, Ганза, Польская корона и Великое княжество Литовское всячески препятствовали проникновению новых военных технологий, задерживая и арестовывая военных специалистов. Известны многочисленные инструкции магистра ордена, польского короля, Совета приморских городов и императора о недопустимости провоза стратегических товаров в «Московию». Весьма красноречив в этом отношении один из мандатов императора Фердинанда I на запрет торговли от 26 ноября 1560 г., в котором говорится о недопустимости всем подданным Империи ввозить в Московию всякое оружие, доспехи и военное снаряжение, с помощью чего московиты достигают большого успеха в завоевании Ливонии НИОР РГБ. Ф. 428 (Полосин И. И.). Ед. хр. 3. Д. 9. Л. 45-48. -- Выражаю признательность А.И. Филюшкину за указание на источник..
Подобные решения западных соседей России на эмбарго военной продукции и военных специалистов периодически вызывали «военный голод», вынуждавший российское правительство искать обходные пути.
Русские рати в осадах задействовали большое количество артиллерийских стволов. В период правления Ивана Грозного, согласно нашим подсчетам, весь «осадной наряд» царя состоял не менее чем из девяноста двух орудий, из них не менее двенадцати крупных бомбард и девятнадцати мортир -- таким арсеналом мог похвастаться разве что император Священной Римской империи Лобин А.Н. Артиллерия Ивана Грозного. С. 127-129..
С «Нарвского взятия» 1558 г. начался победный путь русской артиллерии. Она громила стены и башни ливонских замков или одним своим присутствием в войсках заставляла неприятеля открывать ворота крепостей. Этот победный путь по Ливонии, овеянный грохотом орудий, продлился почти двадцать лет и трагически закончился под Венденом в октябре 1578 г.
О применяемых в войнах 1558-1583 гг. артиллерийских «технологиях» следует сказать особо. Ливонская война стала «лебединой песнью» для огромных бомбард. К середине XVI столетия в европейских армиях происходит постепенный отказ от использования больших громоздких пушек («Hauptbuchen»). Доставка таких многотонных орудий на десятки и сотни километров сопровождалась большими проблемами военной логистики. Только для одной бомбарды весом до тысячи пудов требовались сотни лошадей, километры канатов и тысячи крестьян. Для сокрушения укреплений все чаще применялись орудия-стеноломы: шарфмецы, василиски, шланги, нотшланги. К 1550-м гг. им на смену постепенно приходят картауны и двойные картауны с разнообразными номенклатурами калибров.
Однако лишь русский царь и турецкий султанAgoston G. Ottoman artillery and European military technology... P. 21-22. могли позволить себе столь большие траты на доставку 16-20-тонных монстров-бомбард под вражеские цитадели. Так, при осаде Полоцка в 1563 г. были задействованы четыре гигантские бомбарды, стрелявшие ядрами в 160-320 кг, и, как минимум, три бомбарды с ядрами до 100 кг.
Крупные бомбарды русские полки тащили в 1576-77 гг. под Ревель (бомбарда «Молодец»), а Ливонский поход 1577 г. стал заключительным эпизодом применения сверхтяжелых орудий. В свой последний боевой путь пошли 13-пудовая пушка «Павлин», 7-пудовая пушка «Кольчатая», 6-пудовая пушка «Ушатая», 6-пудовая пушка «Ушатая другая», 6-пудовая пушка «Кольчатая новая», 6-пудовая пушка «Кольчатая старая», 6-пудовая пушка «Кольчатая другая старая» Подробнее см.: Лобин А.Н. Артиллерия Ивана Грозного. С. 253..
Между тем в XVI в. не происходило серьезных кардинальных изменений в технологии изготовления артиллерии, за исключением того, что бронзовая артиллерия продолжала вытеснять железоковательную. Первое появление в ливонских крепостях новых западноевропейских чугунных орудий никак не повлияло на развитие литейного производства в Восточной Европе, где пушки из чугуна начали лить лишь в первой половине XVII в.
Новинка осадной войны в Восточной Европе -- пороховые мины, впервые примененные на этом театре боевых действий в 1535 г. (осада Стародуба) -- зафиксирована в 1558 г. под Дерптом, когда русские заложили шесть бочек пороха под стену у Андреевских ворот, и в осаде Пскова Баторием в 1581-1582 гг.
«Огненные шары» («фоеркугели»), эффективность которых при осадах была отмечена известными военными теоретиками XVI в., в том числе и Л. Фронспергером, активно применялись русскими еще с Казанских войн. С помощью мортир, забрасывающих «огнистые кули» за стены осажденных крепостей, создавались многочисленные очаги пожаров, обрекая тем самым крепость на падение. Некоторые зажигательные снаряды полой конструкции могли быть с «сюрпризом». Известный археолог Н. Е. Бранденбург упоминал полые ядра, наполненные горючим составом, внутрь которых «вставляли заряженные пулями обрезки стволов, помещали заряды пороха и проч.» Бранденбург Н.Е. Исторический каталог Санкт-Петербургского Артиллерийского музея. СПб., 1877. Ч. 1. С. 81. Именно такие снаряды описаны астраханцем Шерифи в послании турецкому султану Кануни Сулейману 1550 г. Шерифи сообщал: «Каждый снаряд этих пушек на казанских весах весил примерно 1 батман [32 кг]. Величиной с конскую кормушку... Эти снаряды снаружи опоясаны железом, внутри кованой меди положены белая нефть и сера, соединены и укреплены крохотные ружья, приведенные в готовность положенной дробью из 4-5 свинцов. И искры в воздухе, что вылетали по ночам из огненного снаряда, можно было бы сравнить с упавшими разом звездами и планетами. Эти огромные снаряды по ночам падали везде во внутрь города и ни у кого не было возможности подойти к ним и потушить их» Шерифи Х. Зафернаме и вилаети Казан // Гасырларавазы (Эхо веков): Историко-документальный журнал. № 1. Казань, 1995. С. 83-92.. Применение русскими «огнистых кулей» или «огненных шаров» на ливонском театре отмечено при осадах Нарвы (1558), Дерпта (1558), Феллина (1560), Полоцка (1563), Ревеля (1577) и Вендена (1577). В то же время при осаде Ревеля эффективность «огненных» снарядов была нивелирована грамотно организованной комендантом Горном пожарной службой: специально выделенные команды разъезжали по городу и тушили огонь бычьими шкурами и навозом. Ревельцами отмечено, что когда крестьяне били по снарядам дубинами, осколки снарядов разлетались фейерверками в разные стороны Форстен Г.В. Балтийский вопрос в XVI и XVII столетиях (1544-1648). Т. I: Борьба из-за Ливонии. СПб., 1893. С. 663-664..
В ходе «Баториевой войны» нашло применение еще одно артиллерийское новшество -- каленые ядра, «изобретение новое и бесчеловечное». Использование каленых ядер обычно приписывают венграм, но это не так: в военных трактатах второй половины XVI в. содержатся инструкции для стрельбы такими снарядами. На страницах «Военной книги» («Das Kriegsbuch») Л. Фронспергера 1571-1573 гг. подробно описываются правила стрельбы. В русском переводе данного трактата 1620 г. («Воинская книга о всякой стрельбе.») говорится: «Заряди пушку добрым порохом, да забей деревянным пыжем, и на тот пыж намажь гораздо с палец толщиною глины, которая б не исщеплялась, да дай ему высохнути гораздо, потом намажь его еще где понуже надобно, да укрепи его гораздо такою глиною мажучи, чтоб от ядра порох не запалился» Старинный военный устав ратных, пушкарских и других дел, касающихся до воинской науки. СПб., 1781. Ч. 2. С. 86. Ст. 398.. Потом клещами брали из жаровни раскаленное ядро и клали в ствол («И если в кузнице ядро в горну гораздо разжечи, да положи его таково раскаленно клещами железными в пушку»), после чего пушкарь поджигал запальное отверстие в стволе.
Впрочем, в ходе применения каленых ядер выработалась и тактика противодействия им. Русские обкладывали деревянные оборонительные конструкции дерном и землей, использовали средства пожаротушения.
Необходимо отметить, что в рассматриваемый период не было зафиксировано случаев применения еще одной новинки -- воротной петарды или «Sprengkessel» («взрывного котла»). С помощью этого нехитрого приспособления направленным взрывом выносились крепостные ворота, защищенные от прямого пушечного огня тарасами и ронделями. Использование петард в Западной Европе датируется 1570-ми гг. (их применяли гугеноты под Сент-Эмилионом), но в войнах Восточной Европы они стали применяться только в начале XVII в. (осада Смоленска 1609-1611 гг, осада Пскова 1615 г.).
Следует сказать, что «артиллерийское искусство»в XVI в. находилось в центре экономики, промышленности и науки. Главным заказчиком и потребителем металлургической промышленности являлась именно артиллерия (колокольное дело в XVI в. значительно уступало пушечному), где сосредоточивалось железоковательное и литейное производство. Горное дело -- поиск оловянистых, медных и железных руд -- развивалось в связи с ростом потребностей в производстве прежде всего артиллерии.
Инженерная часть (а именно -- строительство крепостей и фортификационных сооружений) составляла отдел того же «артиллерийского искусства». Можно сказать, что исследователь, обратившийся к изучению документов об отечественном «огнестрельном наряде», невольно переносится из области военной истории в область экономическую -- перед нами фактически вся предыстория складывания европейской промышленности. Сама история огнестрельного оружия относится к военной истории, и каждая пушка, по сути, является своеобразным отражением политики, военного дела, промышленности.