11
консолидация основных идей этих актов в формате закона «О правах ребенка», что выявит в них дублирование и противоречия, вызовет необходимость их пересмотра и совершенствования и создаст удобство для пользования ими.
Вгражданско-правовой отрасли явно нечеткой является норма ст. 27 ГК РФ об объявлении несовершеннолетнего эмансипированным. Из нее вытекает, что достижение несовершеннолетним возраста 16 лет и занятие при этом с согласия законных представителей предпринимательской деятельностью являются основанием для его эмансипации, т.е. наделения полной дееспособностью. Но поскольку предпринимательская деятельность предполагает самостоятельное и оперативное заключение предпринимателем различных гражданскоправовых сделок и связана с повышенным риском как для него, так и для третьих лиц, постольку он должен обладать полной дееспособностью, т.е., наоборот, эмансипация должна быть условием занятия несовершеннолетним предпринимательской деятельностью.
Именно по второму пути идет практика: орган местного самоуправления при решении вопроса о регистрации несовершеннолетнего в качестве предпринимателя требует от него обязательного предоставления акта об эмансипации, выданного органом опеки и попечительства или судом. Думается, законодателю следует прислушаться
кмнению практиков и изменить редакцию ст. 27 ГК РФ, указав, что занятию предпринимательской деятельностью должна предшествовать процедура эмансипации. Тогда по аналогии приобретения полной дееспособности предпринимательской деятельностью смогут заниматься и лица, с 14 (16)-летнего возраста вступившие в зарегистрированный брак.
Всемейно-правовой плоскости особенно проблемной является ст. 13 СК РФ, устанавливающая брачный возраст и позволяющая субъектам Федерации своими законами разрешать вступление в брак до достижения возраста 16 лет в виде исключения с учетом особых обстоятельств. Во-первых, подобная ситуация может возникнуть у несовершеннолетнего, не достигшего 16-летнего возраста и проживающего на любой территории России, но на сегодняшний день подобные законы имеет только четверть субъектов Российской Федерации. Во-вторых, возрастная планка «до 16 лет» в одних субъектах законодательно оформилась в 15 лет, в других – в 14 лет, в третьих – возрастные ограничения отсутствуют вовсе.
12
Получается, что объем прав несовершеннолетнего в субъектах Федерации неодинаков и зависит от их места жительства, что, на наш взгляд, является нарушением равенства граждан в правах. Поэтому законодателю необходимо вернуться к ст. 13 СК РФ и решить этот вопрос единообразно для всей территории страны. И при этом учесть данные статистики, которые неумолимо свидетельствуют о 100-про- центном распаде ранних браков в ближайшее время после их регистрации, что, безусловно, связано с социальной и интеллектуальной незрелостью лиц указанной возрастной категории.
Кроме того, в соответствии со ст. 123 СК РФ субъекты Федерации вправе своим законодательным актом установить новую форму устройства детей, оставшихся без попечения родителей. В принятых на уровне субъектов Федерации нормативных актах, посвященных регулированию семейных отношений и охране прав детей, употребляются термины «патронат», «патронатная семья», «семья патронатных воспитателей». Тем самым ряд субъектов Российской Федерации (Марий Эл, Саха (Якутия), Алтайский, Краснодарский, Красноярский края, Воронежская, Владимирская, Калининградская и Тамбовская области) вводят форму устройства детей, ничем не отличающуюся от опеки (попечительства) по содержанию, однако имеющую другое название.
Основная задача этого «изобретения» – вывести лиц, осуществляющих заботу о несовершеннолетних, из категории опекунов, попечителей с тем, чтобы на них не распространялось действие ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей». Итоговая цель этого нововведения – устройство детей в семью без осуществления ежемесячной выплаты средств на питание ребенка, приобретение одежды, обуви и пр. Это, на наш взгляд, дискриминирует патронатные семьи по сравнению с опекунами, попечителями, приемными родителями и должно быть незамедлительно остановлено на федеральном уровне.
В следующей группе отраслей современного права России кроме законодательного закрепления прав ребенка упор делается на их обеспечении, т.е. охране, защите и гарантированности (трудовое, административное, уголовное).
На наш взгляд, трудовое законодательство довольно тщательно прописало нормы, направленные на защиту трудовых прав несовершеннолетних: наделив их в трудовых правоотношениях гражданским совершеннолетием, законодатель тем не менее предусмотрел для них
13
вобласти охраны труда, рабочего времени и в других случаях определенные льготы и преимущества по сравнению с совершеннолетними работниками.
Однако требуется не столько толкование-разъяснение ст. 63 ТК РФ, сколько просветительская деятельность среди населения и контрольная – среди работодателей, которые вольно и расширительно относятся к приему на работу лиц с 15- и 14-летнего возраста, считая, что если в ст. 63 ТК РФ, определяющей возраст, с которого допускается заключение трудового договора, фигурирует возраст и 15, и 14 лет, то можно принимать на работу этих лиц свободно, хотя в законе для 15-летних работников оговорено условие «в случаях получения основного общего образования либо оставления в соответствии с федеральным законом общеобразовательного учреждения», а для 14-летних работников – условие «выполнение в свободное от учебы время легкого труда, не причиняющего вреда их здоровью и не нарушающего процесса обучения, с согласия одного из родителей (опекуна, попечителя) и органа опеки и попечительства».
Но, с другой стороны, очевидна в условиях безработицы слабая возможность трудоустройства данной категории подростков из-за отсутствия у них профессионального опыта и наличия «бремени» льгот и преимуществ, что приводит к выводу об усилении контроля за квотированием для них рабочих мест организациями всех правовых форм и форм собственности.
При анализе норм административного права в диссертации больше всего внимания уделяется особенностям привлечения к административной ответственности несовершеннолетних в возрасте от 16 до 18 лет, к которым законодатель применяет льготный режим.
По отношению к правам ребенка уголовное законодательство, как и административное, тоже выполняет охранительную функцию, только осуществляет ее в бóльшей степени, хотя бы потому, что содержит
вУК РФ специальную гл. 20 «Преступления против семьи и несовершеннолетних». Следует напомнить, что в настоящее время в связи с резким ростом во всем мире детской, даже малолетней, преступности в специальной литературе ставится вопрос о понижении порога уголовной ответственности примерно до 12 лет. Основной аргумент – более раннее взросление современного человека (акселерация).
Научно доказано, что способность лица осознавать в полной мере социально значимый характер своего поведения (интеллектуальный
14
момент) и принимать социально значимые решения (волевой момент) наступает по достижении субъектом 16-летнего возраста, в соответствии с чем УК РФ и установил общее правило наступления уголовной ответственности. Установление же уголовной ответственности всего за 20 преступлений с 14-летнего возраста является исключением из правила, продиктованным очень высоким характером общественной опасности и столь же широким распространением этих преступлений.
Автор полагает, что других исключений (понижение порога уголовной ответственности до 12 лет) делать не следует, так как произойдет отступление от смысла понятия «возрастная невменяемость», введенного в научный оборот криминологами: в определенном возрасте субъект еще не в состоянии должным образом и в должной мере оценивать социальную значимость собственного поведения. Если же идти по пути снижения порога уголовной ответственности, то к ней придется привлекать невменяемых (по возрасту) лиц, что будет противоречить общеправовым принципам законности и демократичности, а также обновленной редакции ч. 2 ст. 87 УК РФ, где теперь законодатель делает акцент не на возможность назначения наказания несовершеннолетним, а на возможность применения в первую очередь принудительных мер воспитательного воздействия и лишь затем наказания, подчеркнув тем самым приоритет воспитательных мер над карательными и особый, льготный режим в отношении уголовной ответственности несовершеннолетних.
Вотдельном параграфе главы исследуется вопрос о ювенальном праве. Дело в том, что в условиях постепенного накопления, увеличения нормативного материала, связанного с проблемами детей, и распределения его по структурным блокам – институтам и отраслям все более заметна тенденция к определенной унификации подобных блоков как равнозначных по объему, структуре и другим характеристикам, что позволяет расширять плоскости их взаимодействия, повышать эффективность регулирования. Данный процесс включает в себя образование новых институтов и отраслей, а также вычленение их из уже существующих структурных подразделений и влечет за собой образование комплексных объединений правовых норм и актов.
Всвязи с этим характерным является то, что некоторые ученые предлагают выделить новую комплексную отрасль в системе российского права – ювенальное право. Прибегнув в диссертации к специ-
15
альному юридическому толкованию «отрасли права» и оснований для ее выделения – предмета и метода правового регулирования, а также понятия «система законодательства», мы не нашли оснований для выделения ювенального права в качестве отдельной отрасли права и обосновали его как комплексную отрасль законодательства. И комплексную отрасль ювенального законодательства мы определили как совокупность нормативных правовых актов, относящихся к одному предмету правового регулирования – отношения с участием детей.
Проведенный анализ отраслевого законодательства привел автора к выводу о необходимости создания целостного национального механизма, обеспечивающего практическое применение всех законов и иных нормативных правовых актов в области детства, должный контроль и ответственность за выполнение принимаемых решений, повышение эффективности работы и улучшение координации деятельности различных управленческих структур, занимающихся проблемами детства.
Глава 4 «Механизм защиты прав ребенка в России» посвящена характеристике данного механизма как теоретической конструкции и практического функционирования составляющих его элементов.
В главе показывается, что государство в лице своих органов и общество обязаны создать для каждого ребенка такие условия, при которых он будет иметь возможность выявлять, приобретать и реализовывать свои права. А для этого необходимо задействовать широкую гамму средств, условий и способов.
Причем речь идет о системе взаимодействующих социальных и правовых средств, применяемых для обеспечения реализации прав ребенка, что мы и понимаем в нашем исследовании под механизмом защиты его прав. Другими словами, мы говорим о системе средств социальной и правовой защиты прав ребенка. Социальная защита – это система гарантированных государством экономических, организационных, правовых мер, обеспечивающих детям условия для преодоления трудной жизненной ситуации. Понятие «социальная защита» значительно шире понятия «правовая защита», так как последнее входит в категорию первого, поскольку «юридические средства – часть социальной системы регулирования и воздействия на общественные отношения, в том числе в вопросах охраны и защиты личности» (Мордовец А. С. Социально-юридический механизм обеспече-