Российский научно-исследовательский институт культурного и природного наследия им. Д.С. Лихачева,
Классическая культура и политическая философия научно-технического романтизма в призме системного подхода Т. Парсонса
Ю.С. Черняховская,
к. полит. н., доцент, с.н.с.
г. Москва, Российская Федерация
Аннотация
Введение. На сегодняшний день активно обсуждается проблема соотношения политики и культуры, а также роли культуры в формировании политического сознания аудитории. Однако поставленные вопросы не получили однозначного ответа. Автор статьи предлагает рассмотреть систему культуры в призме универсальной теории систем Т. Парсонса.
Цель исследования - вывести соотношение роли культуры и философии в формировании представлений индивида о мире, а также определить место научно-технического романтизма на их пересечении. Методы. Для анализа сущности классической культуры как системы, ориентированной на формирование политического сознания индивида, был выбран универсальный исследовательский инструмент - AGIL-схема Т. Парсонса. Также в работе были использованы методологические подходы ряда российских и западных исследователей, таких как М. Бунге, В. Межуев, Х. Ортега-и-Гассет и др.
Анализ. В рамках исследования автор выделяет четыре функции, характерные для культуры как системы, формирующей политическое сознание: адаптации, интеграции, целеполагания, а также сохранения и формирования не противоречащих уже существующим латентных образцов. Далее проводится исследование соотношения понятий «классическая культура», «традиционная культура», «массовая культура».
Результаты. На основе выявленных свойств исследованных систем выделяются когнитивные методы и сущностные характеристики научно-технического романтизма как феномена, существующего на стыке философии и культуры.
Ключевые слова: научно-технический романтизм, классическая культура, политическая культура, политическая философия, AGIL-схема Т. Парсонса, когнитивные методы.
Abstract
Classical culture and political philosophy of scientific and technical romanticism in the context of the system approach of T. Parsons
Yu.S. Chernyakhovskaya, Candidate of Sciences (Politics), Associate Professor, Leading Researcher, Russian Research Institute of Cultural and Natural Heritage named after D.S. Likhachev, Moscow, Russian Federation
Introduction. Today, the topic of correlation between politics and culture, as well as the role of culture in shaping the political consciousness of the audience is actively discussed. However, the answers to the questions are ambiguous. The author proposes to consider the system of culture in the prism of the universal theory of systems of T. Parsons.
The aim of the study is to determine the correlation of the role of culture and philosophy in the formation of the individual's ideas about the world, as well as to determine the place of scientific and technical romanticism at the intersection of culture and philosophy.
Methods. To analyze the essence of classical culture as a system focused on the formation of the political consciousness of the individual, a universal research tool known as the AGIL scheme of T. Parsons have been chosen. Methodological approaches of a number of Russian and Western researchers, such as M. Bunge, V. Mezhuyev, H. Ortega-i-Gasset, etc., have also been used in the work.
Analysis. In the framework of the research, the author identifies four functions that are characteristic of culture as a system that forms political consciousness: adaptation, integration, goal setting, as well as the preservation and formation of existing latent patterns. Further, the author conducts research of correlation of concepts of classical culture, traditional culture and mass culture.
Results. Based on the revealed properties of the studied systems, the author reveals cognitive methods and essential characteristics of scientific and technical romanticism as a phenomenon existing at the intersection of philosophy and culture.
Key words: scientific and technical romanticism, classical culture, political culture, political philosophy, AGIL-scheme of T. Parsons, cognitive methods.
Введение
Понятие «классическая культура» оказывается, во-первых, функциональным, то есть само явление есть не статичный объект наследия, а некий своего рода активный субъект (или наделенный функциональностью цивилизационный компонент), исполняющий определенные функции. Во-вторых, классическая культура есть начало, определяющее идентичность цивилизационно-исторического субъекта. В-третьих, для исполнения своей функции данное начало должно быть своего рода признаваемым, то есть культура становится классической в том случае, если сознание человека и социума принимает ее в качестве таковой.
Отсюда явление классической культуры как фактора политического сознания выглядит не как абсолютное и статичное, а как динамичное и меняющееся.
Классическая культура - ядро самоидентификации социума, но, не будучи сводимым к абсолюту, оно не может рассматриваться как чисто национальное, особенно для «культур второго рода» - интегративных культур, подобных российской или американской.
Классическая культура в качестве фактора политического сознания через производство базовых латентных образцов формирует субъект социума, который не только вступает во взаимодействие с ней, но и наблюдает несоответствие артикулируемого ей идеала окружающей действительности и встает перед проблемой их соединения. Практика попыток такого соединения меняет мир, но также, с одной стороны, меняет и его, а с другой - апробирует идеал, проверяя уже его способность выдержать удар соединения с действительностью. Если в столкновение с последней идеал сохраняет свое значимое ядро и меняет действительность, он утверждается в своем значении. Если, помимо неизбежного адаптационного изменения поля, меняется и ядро идеала либо сам он разрушается, то явление, казавшееся началом классической культуры как фактора политического сознания, либо остается явлением классического прошлого, либо теряет и историко-музейный характер.
Классическая культура в себе как явление культуры и фактор политического сознания сохраняет явления и воплощения всех названных ситуаций, но сама сохраняет свой статус и предикативность только в трех позитивных аналогах, которые могут быть ранжированы:
1. Классическая культура как источник производства идеалов, равновесных действительности.
2. Классическая культура как производство идеалов, готовых на противоборство и гибель, но несущих катарсис и воспроизводство идеалов.
3. Классическая культура как создающая мир, много превышающий границы идеала.
Результат исследования
классический культура технический романтизм политический сознание
Выше говорилось, что классическая культура как фактор политического сознания в своем воспроизводящем динамичной состоянии не есть довлеющий над социумом абсолют, но она и не есть узко специфичный национальный субстрат.
Существует ядро классической культуры мира как таковой, и вопрос в том, чтобы, с одной стороны, эта мировая классическая культура как фактор политического сознания не оказалась размыта и раздавлена валом постмодерна и массовой культуры как фактора политического сознания, а с другой стороны, чтобы во взаимообогащении классическими образцами не теряла собственное ценностное ядро и собственную самоидентификацию.
Понятие «классика» на сегодняшний день настолько вошло в обиходную речь, что, кажется, смысл его не вызывает сомнений. Классическая музыка, классическая живопись, классическая литература - давно уже эти словосочетания стали устойчивыми в русском языке. Однако не менее часто можно услышать и другие: классический рок, классический кинематограф, классическая фантастика. Есть и третья группа контекстных значений термина «классика»: здесь уже речь идет о классической эпохе, то есть о высокой Античности.
Можно заметить, что условия употребления термина «классика» весьма разнородны и, более того, расплывчаты. Углубившись в каждый из перечисленных типов значения, мы увидим, что внутри сообщества, использующего термин «классика», ведутся непрекращающиеся дискуссии о том, что можно причислить к «классике», независимо от того, говорим мы о классической живописи или о классическом роке.
Обратившись к этимологии термина, мы обнаружили, что слово «классика» происходит от латинского «сlassicus», означающего «образцовый, первоклассный». Как можно заметить, уже здесь намечается первое разночтение понятия «классическое». С одной стороны, речь идет о явлении образцовом, то есть представляющем собой некий канон, которому должно соответствовать все новое. С другой стороны, слово «сlassicus» имеет и иной аспект - аспект элитарности.
Представляется рациональным принять для дальнейшего уточнения первое значение этого слова - «образцовый». Однако, что именно, какие именно явления могут быть приняты за образец - следующий вопрос.
Пытаться же дать очередное определение термину «культура» и вовсе бесполезно. «Полифункциональность понятия “культура”, - пишет Э.С. Маркарян, - есть прежде всего непосредственный результат многогранности выражаемого им феномена, которая естественно ведет к выработке различных установок и познавательных задач при его изучении. Например, теоретическая социология при изучении феномена культуры ставит одни познавательные задачи, этнография - другие, эмпирико-социологические исследования малых групп - третьи. ...Факт наличия различных познавательных задач при изучении феномена культуры сыграл далеко не последнюю роль в выработке имеющихся на сегодняшний день столь многочисленных, несходящихся, а порой и противоречащих друг другу определений данного феномена» [11, с. 126].
Вслед за ним В.М. Межуев отмечает познавательную способность культуры, причем экстраполирует ее не только на гуманитарное знание, но и на сферу естественно-математических наук [12, с. 4]. Помимо этого, в качестве двух важнейших факторов, сформировавших новую реальность XX в., он называет культуру и научно-технический прогресс.
Еще одну значимую черту культуры выявляет С. Бенхабиб: «Культура представляет собой совокупность элементов человеческой деятельности по осмыслению и репрезентации, организации и интерпретации, которая раскалывается на части конфликтующими между собой нарративами» [3, с. 53]. Таким образом, С. Бенхабиб выделяет уже не только функцию познания действительности посредством метафоры, но и еще три функции культуры как фактора политического сознания:
1) организации социума (или, иными словами, интеграции индивидов в единый социальный организм);
2) интерпретации действительности, то есть поиска смыслов в накопленном эмпирическом опыте;
3) репрезентации, то есть ретрансляции культурной памяти следующим поколениям.
В. Иноземцев, в свою очередь, следующим образом интерпретирует приведенное ранее определение: «Эта характеристика вполне отражает главную задачу культур: формирование той системы ориентиров, которая позволила бы человеку определить свое место в мире и идентифицировать себя с той или иной социальной общностью» [9, с. 9]. Таким образом, мы приходим к пониманию сущности культуры как фактор политического сознания в качестве средства самоидентификации индивида.
Представляется также весьма точно отражающим сущность культуры как фактора политического сознания определение Г.Н. Волкова: «Культура - понятие многосложное, трудно поддающееся однозначным определениям. Не вдаваясь в них, подчеркнем лишь главное: культура - это то созданное и накопленное человечеством богатство (материальное и духовное), которое служит дальнейшему развитию (культивированию), приумножению созидательных, творческих возможностей, способностей общества и личности или, говоря иначе, экономическому, социальному, политическому прогрессу» [5, с. 5].
Методы. Чтобы ответить на ранее поставленный вопрос о критерии отбора «образцов» культуры как фактора политического сознания, необходимо углубиться в изучение теории культуры как фактора политического сознания и выявить ее основные функции как системы.
Для решения этой задачи представляется рациональным воспользоваться разработанным Т. Парсонсом универсальным аналитическим инструментом, предназначенным для анализа социокультурных систем и получившим название «AGIL-схема» [15].
Анализ. AGIL-схема предполагает наличие у любой системы четырех функций.
А - адаптация. Система должна быть адаптирована к окружающей среде. Например, социальная система должна быть приспособлена к особенностям природы человека как биологического организма и как личности, к особенностям физико-органической среды обитания людей, чью жизнедеятельность данная система организует и упорядочивает, к особенностям культуры как системы политических ценностей.
G - целеполагание. Система должна быть саморегулируемой, то есть при изменении в окружающей среде в системе должны вырабатываться цели (направления изменений структуры) и функционировать механизмы реализации этих целей.
I - внутренняя интеграция элементов согласия. Система должна быть внутренне интегрирована, то есть между ее элементами должны поддерживаться устойчивые связи и функционирование элементов должно быть скоординированным.
L - воспроизводство латентных образцов - базовых поведенческих образцов и нормативных целей, сохранение базового образца, сохранение охраняющих и контролирующих систему структур.
Последняя функция подразумевает два аспекта:
1) воспроизведение старых ценностей и целей;
2) воспроизведение новых латентных образцов и целей, не противоречащих старым и согласованных с выполнением первых трех функций, то есть служащих интеграции, целеполаганию и адаптации элементов внутри системы или элементов по отношению к внесистемным явлениям.